Глава 15

Мы вышли на военном аэродроме Солар-Сити уже через три часа с момента завтрака у Долорес. Пока Райан прощался с матерью в саду, я украдкой достала камеру…

Летать на «Джете» было очень неприятно… Самолет несся с такой скоростью, что у меня, по ощущениям, желудок влип в позвоночник. И когда мы пересели во флайер, я распласталась по сиденью, желая свалиться в кровать до самого вечера.

— Раффи, ты сейчас отправишься домой собирать вещи, я — в отдел, — «мимишные» выходные кончились, а на место крышесносного мужчины взошел военнокомандующий безопасностью всея империи.

— Как он сбежал, еще не известно? — поерзала я на сиденьи, уже соскучившись по его коленям, но все хорошее кончается.

— Уже… два трупа в нижнем ярусе… — сдвинул он брови, не поднимая взгляда от планшета.

— Так вы поймали его еще до нашего отъезда?

— Да. Формулирование серьезных обвинений занимает время, — все больше мрачнее, объяснял Райан. — Мы не имели права начинать с ним работать, он бывший сотрудник, причем занимавший достаточно высокую должность, обвинения также очень серьезные… И вся эта временная волокита сработала против нас.

— Что значит «работать с ним»? — насторожилась я.

— «Колоть», Раффи, — нехотя объяснил Райан.

— Как это? — не унималась я.

— Лезть в мозги и выворачивать их наизнанку, — рыкнул он, устремляя на меня холодный взгляд, от которого мурашки промаршировали стройными рядами по спине. — Зачем тебе это? Твоей ноги в отделе все равно больше не будет…

Я удивленно вздернула брови, но решила больше не спорить. Метаморфозы Райана напомнили мне, кто он на самом деле, и что об этом не стоило забывать и забываться.

— Хорошо, — отвернулась к окну.

— Раф, — позвал меня Райан. Пришлось повернуться обратно. — Мне нужна твоя поддержка… Мне нужна ты, — я улыбнулась против воли, поражаясь его умению манипулировать… или искренне выражать чувства? — Ты говорила, с тобой сложно… Со мной сложнее.

— Но у меня нет одиночной камеры, — улыбнулась шире.

— Тебе она не нужна, я и так у тебя в руках… — он подхватил мою руку и коснулся губами тыльной стороны ладони.

Флайер опустился на площадку здания отдела.

— До вечера, Райан, — я потянулась поцеловать его, признавая победу обстоятельств и отдавая им на растерзание потрясающего мужчину, в компании которого провела вчерашний день… И когда только так привыкла?

Глядя, как он стремительно покидает площадку в сопровождении Ричарда, чувствовала, как сжимается в тоске сердце.

— Это ведь всего лишь до вечера… — прошептала сама себе.

Но привычка жить ярко и стремительно не исчезает быстро. Нужно было привыкать быть человеком… его человеком.

Флайер мягко поднялся снова в небо и направился к "Лотос Айвери". Мой охранник встретил меня у входа в квартиру.

— Мисс Неро, добрый день, мистер Вайс уже проинструктировал, что у вас сложное оборудование…

Его слова прогремели громом среди ясного неба.

— Вы… собираетесь перевозить все оборудование? — охрипшим в миг голосом воскликнула я.

— Мистер Вайс… — начал было мужчина, но я не дослушала.

— Минуту! А лучше дайте мне несколько минут…

Я захлопнула двери перед носом смущенного телохранителя и сползла до самого пола. Когда Райан сказал мне собрать вещи, я решила, что… соберу маленький чемодан! Но никак не все оборудование! Не всю себя!

Вскочив на ноги, я заметалась по квартире. Это было чересчур! Ворвавшись в свою рабочую комнату, окинула взглядом стены, сплошь увешанные фотографиями, стол, мониторы… Да это все перевозить недели не хватит! Это все было просто… слишком быстро!

Усевшись за стол, я достала смарт. Внутри все дрожало от противоречивых эмоций, но я была не готова сейчас что-либо решать…

«Я не могу к тебе переехать… прости».

* * *

Я ушла с головой в работу. Встречи, съемки, фотографии кружились перед глазами, как в калейдоскопе. Майлз планировал мои командировки одним днем, и я порхала с рейса на рейс, как колибри, а ночами сидела дома за обработкой материала.

Моя коллекция «людей года» пополнялась, каждая личность вызывала чувство тихого восторга. Я любовалась фотографиями, как иная женщина любуется бриллиантами в коллекции своих украшений. Один слепой иллюстратор детских книг Джонатан Вайгенберг чего стоил! Старик обладал феноменальным даром и рисовал в графике потрясающие картины, заставляя разгадывать каждую, как интереснейшую головоломку.

Каждое фото космических рейнджеров доставалось мне с боем. Приходилось по несколько часов караулить их на станции прилета, куда еще нужно было потрудиться попасть, но оно того стоило. Эти скромные герои каждый день вытаскивали из космоса людей, попавших в беду по самым разным причинам, но совершенно не считали себя выдающимися людьми. Само собой, я собиралась это оспаривать на всю империю.

Последней, поразившей меня до глубины души, стала встреча с замкнутым ученым, которому удалось начать восстанавливать популяцию белых карликовых китов, привезенных с Земли. Он единственный, кто смог привить этим животным необходимые для выживания навыки путем генной инженерии. В официальной среде его считали психом, но результаты говорили сами за себя! Все киты, что мне довелось увидеть, выглядели совершенно здоровыми. А то, как Мик Коул общался с каждым, как понимал их, заставляло меня трепетать.

День за днем я привычно приближалась к цели, но, чем больше меня радовали итоги работы, тем хуже я себя чувствовала. Хотя каждая минута моего времени была расписана, я все больше ощущала сжирающую пустоту. То, что радовало и наполняло раньше, теперь проваливалось в какую-то внутреннюю черную дыру.

Прошло семь дней с нашего возвращения, а Райан мне так и не ответил. Только его конвой сопровождал меня во всех моих поездках и выходах из дома. Сам же он не звонил и не писал.

Сегодня, привычно пялясь в монитор, я чуть не упала со стула, рванувшись к плазме. В новостях показывали Райана. Как всегда — впечатляющего, стремительного и опасного. Он не ответил ни на один вопрос журналистов, отправив их к официальному пресс-секретарю отдела, а я уронила голову на руки, потом и вовсе заползла в постель, укутавшись в одеяло…

Больше я не вставала. Майлз обрывал телефон, а моих сил хватило лишь на то, чтобы записать ему голосом «Отбой всех встреч. Меня нет». Никому не пожелаешь такую «шефиню»! Майлз — мой личный "человек года". Выдержать мои смены настроения — надо постараться.

В сети на самом деле расползлись наши с Райаном фотографии из Вейленда и аэропорта Кейпенса. Райан, казалось, специально не стал их «вычищать». И эти фото больше напоминали результат профессиональной фото-сесии! Оборудование фотографа не уступало моему, кадры были сделаны словно с двух шагов. На самом тиражируемом мы сидели на скамье в Кейпенсе, вцепившись друг в друга, глаза Райана были прикрыты, на лице — легкая улыбка. Черт, мне самой захотелось это фото себе на стенку, что уж говорить про радостных журналистов, растащивших его по всем новостным лентам со своими авторитетными версиями?

Я обвела равнодушным взглядом комнату, за которую с таким остервенением цеплялась неделю назад. Теперь от нее тошнило. Я не понимала, почему все так поменялось. Райан — не первый мужчина в моей жизни, но никто еще не вытеснял меня из меня настолько!

Пустота больше не устраивала.

«Я не могу без тебя…».

Не знала, что буду делать, если он не ответит… Хотя… Нет, повторить весь свой путь в его квартиру на «хамелеоне» я, пожалуй, смогу теперь не скоро…

«Больше семи дней?».

Злился.

«Вообще… Ты же видишь…».

Я была уверена, что он меня видел. Была бы у меня возможность — я бы ее не упустила.

«Вижу, что ты не ешь ни черта и работаешь на износ! Иногда тебя все же нужно пороть!».

Только сейчас заметила, как тяжело мне далось просто улыбнуться.

«Ты скучаешь по мне?».

Он молчал на этот раз дольше.

«Очень. Но с меня хватит. Собирайся».

* * *

Райан убрал смарт в карман и достал сигарету. Водитель флайера улетел без него… Остатков силы воли как раз хватило, чтобы не броситься к Рафаэль самому.

Дурочка…

Райан глубоко затянулся, зная, что в последний раз. Хватит. Он сам был не лучше, все эти дни питался одними сигаретами и кофе, почти не спал…

Кроу и след простыл. И Райан сейчас остро жалел, что не переломал ублюдку ноги, чтобы тот не смог никуда уйти. А ведь желание было, частично поэтому он и предпочел на время убраться подальше от отдела. И основание тоже, ведь теперь он серьезно подозревал Кроу в организации убийства его отца и подставе Дэйрана. Теперь почерк кукловода был слишком узнаваемым: тонкий, почти каллиграфически ажурный… Задействовать основных людей, связать все тонкими нитями в один узел… морской, и вовремя потянуть, чтобы, казалось, разрозненные для неподготовленного глаза части задуманного связались, затягивая петлю на очередном горле. Умный, опытный, наблюдательный психолог Кроу видел точки, на которые стоило давить… И Райан всерьез опасался, что очередной узел уже разбросан в близи, только он не видел его основную нить и точек сборки.

Райан затянулся снова, щурясь от дыма. Он был уверен — Рафаэль тоже подстроил ему Кроу. Но не так, как он думал изначально. Она не была его убийцей. Вернее, Рафаэль, вне сомнений, компонент взрывоопасный и непредсказуемый в любой игре. Предполагал ли Кроу, что Райана так поведет от нее, или он просто надеялся на время отвлечь его внимание? А может, планировал со временем перетащить ее на свою сторону, но не вышло? Раффи говорила, что он предлагал ей воспользоваться ситуацией и подобраться к Райану ближе. Как Кроу понял, что ставку надо делать на нее? Или просто совпадение?

На эти вопросы, в общем, уже можно было не отвечать. Поздно. Сыграла партия так, как планировал Кроу, или все пошло по непредсказуемому сценарию — не узнать, пока Кроу снова не окажется в его руках. Только теперь Райан точно сначала сломает ему ноги… и руки… на всякий случай… А потом скажет "спасибо" за встречу с ней. И прикончит из бластера в лоб.

Он тряхнул головой, отгоняя кровавую пелену.

Слишком долго был без Рафаэль в этом аду… Вернее, он был с ней, как только мог. Когда становилось совсем плохо, включал на планшете трансляцию из ее квартиры вместо вечерних новостей и смотрел, как она горбится в кресле, как по долгу сидит и смотрит в одну точку… Сколько раз готов был плюнуть и сорваться, перекинуть ее через плечо, отшлепать по заднице, а потом заткнуть рот поцелуем. Но нужно было дать ей самой все понять… Нужно было выдержать…

Райан усмехнулся: когда бы он руководствовался такими стратегиями в завоевании нужной женщины? Он приказывал и требовал исполнения своих приказов, как привык… И ведь это работало. Только с ненужными…

Кажется, был еще один человек, которому нужно было сказать спасибо… За урок всей жизни. Как же меняется угол зрения, когда оказываешься на грани жизни и смерти… Чтобы вернулась, нужно отпустить.

И теперь он терпел, ожидая, давая время… до сегодняшнего вечера.

Сегодня, едва добравшись домой после очередного адского дня, сразу же кинулся просматривать видео с камер в ее квартире. Увидев Рафаэль в постели, понял, что больше не вытерпит. Злость вскипела в венах, и он уже рванулся на площадку к флайеру, когда вдруг получил от нее сообщение.

«Я не могу без тебя».

Эмоции схлынули быстро, уступив место дикой усталости. Как же он устал…

Рафаэль не знала, что стоял он уже практически из последних сил, когда шла к нему из флайера. Боязливо, словно к опасному зверю… Шаг за шагом, во взгляде — редкое сочетание вины и собственного достоинства. Райану хотелось улыбнуться, но терапию его нерешительной женщины нужно было довести до конца. И как быстро собралась!

— Быстро ты собралась, — высказал мысль вслух, сверля ее холодным взглядом. — Можешь, значит…

— Райан, давай без запугивания, — сжалась она, все еще глядя на него загнанным зверьком. — Выпори меня уже, только потом накорми и… я хочу спать… с тобой.

Он восхищенно усмехнулся: она его никогда не перестанет удивлять. Подошел к ней ближе и посмотрел в глаза:

— Раффи, больше я такого не прощу.

— Я себе тоже, — серьезно ответила она. — Но ты же все понимаешь…

Он понимал. Но к черту все! Обхватил ее лицо руками и впился в губы поцелуем, чувствуя, как она отвечает, видя, как жмурит от удовольствия глаза, как морщит лоб…

— Прости… — выдохнула в его губы, — я больше не буду…

— Не будешь… Я не позволю…

* * *

Я, кажется, заплатила за каждую минуту, что он провел без меня эти дни.

Райан выполнил все мои просьбы: я была накормлена ужином и уложена в его объятья спать. Как же я была наивна! Утром мне предъявили настолько большой счет за терпение, что в какой-то момент я была готова умолять о рассрочке даже с грабительскими процентами…

Просыпаться от его ласки было очень приятно, загораться вместе с ним — незабываемо, чувствовать его силу и жажду, с которой он меня брал — умопомрачительно. Я даже не представляла, что «проголодалась» настолько, и, когда после первого раза мы плавно перешли во второй, с готовностью откликнулась. А вот в третий я еле выжила, и то скорее всего благодаря имплантам.

В душ меня отнесли на руках, а завтракать уложили на большой диван на террасе.

— Это была месть, Райан? — первое, что смогла сказать, и то после чашки кофе с молоком.

— Конечно. Будешь знать, как оставлять мужчину голодным… — усмехнулся он, тем не менее обслуживая меня с завидной заботой. — Хлопья будешь?

— Я буду мясо…

Он широко улыбнулся, протягивая мне бутерброд с нарезкой и сыром, в который я беззастенчиво плотоядно вцепилась.

— Еще кофе?

— Угу, — еле промычала.

Солнце грело мягко, и даже вторая чашка кофе не могла бороться с его убаюкивающим теплом. Я облизнула губы, чувствуя, что «секс-марафон» был единственным моим достижением сегодня, на большее я не была способна физически. Людям ведь можно полениться хотя бы в выходной? Я же не киборг, в конце концов!

— Какие у тебя планы на сегодня? — я устроилась удобнее в подушках, наглядно демонстрируя свои.

— Я возвращаюсь в отдел радовать сотрудников хорошим настроением, — довольно улыбнулся он, — а ты готовишься к вечеру…

— К вечеру? — насторожилась я. — Райан, я больше не смогу сегодня…

— Ты себя недооцениваешь, — хищно оскалился мой маньяк, — но я не об этом… сегодня свадьба Чиана, а ты, кажется, ее фотографируешь…

— Твою мать! — подскочила я и села, раскрыв широко глаза.

— Вот-вот, — улыбнулся Райан. — Давно разговаривала со своим помощником?

Напоминание Миа я удалила сразу же. А Майлз не смог до меня вчера дозвониться.

— Надеюсь, я обрету до вечера способность ходить…

Райан посмотрел на меня с прищуром.

— Знаешь, я бы предпочел, чтобы ты вообще поменьше выходила сейчас…

Я выжидательно замерла, хотя объяснений и не требовалось. За эти семь дней число моей охраны утроилось — не заметить это было невозможно.

— Есть новости?

— Нет, — покачал он головой, а я все же поднялась на дрожащие ноги и переместилась на его часть дивана. — Ммм… — улыбнулся Райан, — теперь я черта с два от тебя оторвусь…

— Тепленький… — промурлыкала глупое, довольно жмурясь.

— У меня есть… старый друг, который поможет тебя собрать на вечер… без тебя, — Райан обхватил меня, удобнее устраивая на груди. — Подойдет?

— Идеально… — я подозревала, что теперь тоже не смогу оторваться.

— И, Рафаэль… — голос Райана зазвенел металлом, пальцы чуть жестче впились в голую спину. — Основное голосование через два дня. Нам нужно быть осторожными. Тебе — держаться меня и охраны, никаких форс-мажоров…

Я медленно вздохнула, чувствуя, как быстро передается мне его напряжение.

— Хорошо.

Но его квартира больше напоминала крепость, и я вскоре снова расслабилась. Сборы Райана на работу, превращение его из полураздетого соблазнительного хищника в не менее соблазнительного главу безопасности едва не закончилось «четвертым разом», уже с моей подачи. Но «смертный приговор» на вечер я себе, похоже, подписала.

Ничего не делать и получать от этого удовольствие оказалось просто, если подойти к делу творчески. Воспитывать из нас двоих нужно было обоих, и у меня тоже были пожелания. Со стороны это могло показаться странным: я скинула белье и развалилась на диване террасы. И солнечные ванны мне не повредят, и сразу узнаю, если кое-кому вздумается за мной снова следить… Сообщение пришло через пару часов, я даже успела вздремнуть:

«!!!..».

«Ибо нечего…».

«Я соскучился!».

«Так сделай видео-звонок!».

«Мне некогда! И у тебя скоро будет тот самый друг, что должен тебя одеть на вечер!».

«А где установлена камера на террасе? Чтобы я знала, как лучше скомпоновать для тебя ракурс…».

«Раффи…!!!».

«Прекращайте слежку, мистер Вайс! У вас паранойя! Со мной все хорошо, никуда я не прыгну и не сбегу, и не денусь!».

Прочитать его ответ я не успела, так как раздался звонок.

На пороге квартиры стоял невысокий мужчина в окружении двух суровых охранников, от чего казался еще меньше.

— Мисс Неро, — улыбнулся он, протягивая мне руку, — добрый день, я — Марио ЛаСаль. — Улыбчивый тип просочился в квартиру вместе с еще одним, которого было не разглядеть за кучей пакетов, коробок и чехлов.

— А я вас знаю… — с изумлением выдохнула я, отходя в сторону. — Вы же с Эриком работали… над его первой выставкой!

— Да, было дело… — удивленно кивнул Марио, всматриваясь в меня более пристально. — Когда-то давно…

Светло-ореховые глаза заискрили с удвоенной силой, белоснежная улыбка осветила чуть ли не весь холл квартиры.

— Он говорил, что стал художником благодаря вам… — ответила на улыбку я.

— Правда? Мне не говорил…

— Да, он… вообще мало говорит.

— Не знал, что вы знакомы… А как он сейчас?

На этом вопросе я сникла и пожала плечами:

— Нормально…

Улыбка Марио потеряла в яркости, и он поспешил перевести тему:

— Что ж, взглянете, с чем мы пожаловали? — на этом помощник Марио ретировался, сдержанно попрощавшись. — Я надеюсь, что угадал с размером… И вкусом. У меня несколько предложений.

Я, кажется, поняла, как именно Марио удалось добиться от Эрика первой выставки. Друг Райана был удивительно располагающим к себе и интересным собеседником, который очаровывал также легко, как и дышал. Пока мы определялись с мои образом, он рассказывал про первую выставку Эрика:

— Он выразил благодарность в своей манере, но я до сих пор чувствую трепет, когда смотрю на свой портрет, что он мне подарил… Когда чувствую упадок сил, видение Эриком меня вдохновляет… Я весь на картине цветными мазками, яркими брызгами, искрами — потрясающе! Один взгляд на картину дает мне зарад уверенности!

— Вы раньше работали на Райана? — я рассматривала в зеркале себя в одном из предложенных образов — облегающем платье золотистого цвета.

То ли Райана окружали только самые крутые профи, то ли Марио просто удалось угадать мои предпочтения, но я не знала, что из предложенного выбрать. Наряды были лаконичные, но в каждом читалась та самая изюминка, которую я непременно искала во всем, что меня окружало.

— Да, было дело… Тяжелое было время, — мягко улыбнулся он, деликатно ожидая около окна.

— А сейчас чем занимаетесь?

— Консультирую по стилю.

— Поразительные метаморфозы, — улыбнулась я.

— Да, главное — вовремя признаться себе, чего больше хочешь в жизни, — заметил он, — пока голова не успела полностью поседеть…

Я улыбнулась шире. С Марио было очень легко и приятно проводить время.

— Будете кофе? Если не сильно спешите…

Мы расположились на террасе. Я снова утонула в хозяйском халате и подушках дивана.

Марио подсказал, что Райану нравятся платья с открытой спиной, поэтому я выбрала облегающее черное платье в пол из слегка мерцающей ткани. К ним шли лодочки в тон и затейливые украшения.

— Я следил за вашим творчеством, — серьезно посмотрел на меня мой собеседник. — Знаю, что говорили вам это сотню раз, но ваши работы очень близки большинству людей. Вы никому не стремитесь ничего доказать, понравиться — и это притягивает. — Он помолчал немного, сделав глоток из чашки. — И репутации Райана это только на пользу. Не переживайте…

Я пытливо прищурилась на Марио, хотя уже догадывалась, о чем он. Его связи наверняка позволяли быть в курсе последних светских сплетен, а Лайла Бри разнесла обо мне вести уже, кажется, по всей империи!

— Вы думаете, такая асоциальная стерва, как я, будет переживать? — усмехнулась холодно.

— Нет, вы не такая, — покачал он головой, ничуть не смутившись. — Райан бы такую не выбрал… И вы переживаете — я уверен. Я вообще испытываю желание постоять пару минут перед вами на коленях…

Я рассмеялась.

— …Я не шучу и ничуть не кривлю душой… — продолжал Марио, — Райан мне очень дорог, и я был удивлен услышать его сегодня… живого. Не в том, смысле, что живого физически! А… живого. Не помню, был ли он вообще таким когда-то!

Оставалось лишь благодарно улыбнуться. На такие слова ответить нечего… Они — как тот портрет, что подарил Марио Эрик. Их вспоминаешь и чувствуешь прилив сил и уверенности.

Я машинально вытащила так кстати зажужжавший смарт, и улыбка сама медленно сплозла с лица. Это было сообщение от Эрика:

«Давай увидимся. Скучаю».