Глава 10

– Аах!

Я выронила на подушку телефон. Повернулась спиной и со всего маху упала на постель.

Отпуск!

Я всю неделю его выбивала. Договаривалась. Умоляла. Предлагала поменяться громадным количеством дежурств в будущем сентябре.

Только бы уйти на полмесяца раньше намеченного графика.

Там, конечно, начнется школа, и адаптация сразу двух первоклашек вытрясет из меня всю душу. Но если я не отдохну прямо сейчас – я просто умру.

Меня загнали.

Как лошадь.

Да и маме нужно дать расслабиться. Она почти все лето с мальчишками возится.

А так, через недельку я их заберу. Начнем закупаться к школе в городе, и мама отдохнет. А потом подстрахует меня с встречей сыновей после уроков.

Я закрыла лицо ладонями.

Тяжко.

Когда я выходила замуж за Андрея, я даже предположить не могла, что останусь потом одна.

С двумя сыновьями.

И буду тянуть их одна.

Хотя жаловаться грешно. Не капризные. Здоровые, умненькие парни. У кого-то и такой радости нет.

А я что?

Я справлюсь.

Как-то же справлялась до этого.

Сотовый замурлыкал тихой мелодией. А я зарычала взбешенной фурией.

Нет, ну что за ерунда-а?

– Я в отпуске! – рявкнула в трубку, даже не посмотрев на имя звонившего. – Меня не будет в госпитале до середины сентября!

– Чудесная новость, – низким голосом ответил Леший.

Ой!

Пресс от резкого рывка свело болью.

– Ты! – выдохнула я в трубку.

Сжала рукой живот. Старею что ли? Мышцы ни к черту стали. Даже встать уже быстро не могу.

– Я, – мне показалось, что он где-то там ехидно улыбнулся.

– Ты конь!

– Ты имела в виду – жеребец? – Леший продолжал издеваться надо мной.

Нет.

Не это.

Но отвечать я не буду. Я сжала зубы и заставила себя промолчать усилием воли. Не буду поддаваться на его провокации.

Я сильная.

Я сдержанная. Иногда.

– Кошечка моя, – он, видимо, понял, что ответа не дождется. – Я у твоей мамы одну свою вещицу забыл. А беспокоить ее не хочу. Женщина в возрасте, вдруг испугалась.

– Твой бумажник у меня, – почти ровно и спокойно сказала я.

Но глаза закатила. А что? Он же не видит.

– Только бумажник? – осторожно уточнил Леший.

– Не только.

Я сцепила зубы.

Даже удивительно. Я думала, что он раньше появится на горизонте. Все-таки оставить пистолет и забыть про него на неделю?

Не безделушка ведь…

Все эти дни я постоянно думала о нем.

Не могла никак понять, я жду его появления или не хочу этого? Если жду – то зачем?

Леший хочет просто развлечься.

Не один раз он обозначил свои намерения в мою сторону. Только мне это не интересно. Да и какие-то другие отношения мне тоже неинтересны. У меня задач вагон. А я не успеваю почти ничего.

И в любую свободную минутку я хочу просто поспать, если честно.

– Кошечка, а ты дома? – вкрадчивый голос Лешего вернул меня в реальность.

– Дома.

– Выгляни в окошко?

– Дам тебе горошку, – поднимаясь с кровати, вполголоса договорила я рефлекторно фразу из детской сказки.

– Можешь просто дать. Без горошка.

Я закатила глаза.

Хамье.

И сразу понятно, что бездетный. С детской литературой не знаком совершенно.

Я отодвинула занавеску.

Внизу, на парковке в центре двора мигнул фарами уже знакомый джип.

– Сейчас спущусь, – я отошла от окна.

Лучше я к нему выйду. Не хочу впускать его в квартиру. Пусть хотя бы она останется оплотом моей невинности. У мамы этот гад уже окопался.

Я натянула джинсы, майку.

Пистолет и бумажник с самого приезда лежали в прихожей, завернутые в пакет. Я лишний раз даже трогать их боялась.

Стоило открыть подъездную дверь, как меня оглушил развязный хохот.

Несколько молодых развязных парней обступили лавочку. Бутылки с пивом, какая-то закуска. Музыка на хрипящем телефоне.

Я инстинктивно шарахнулась в сторону.

Боюсь таких компаний.

Леший стоял у машины и курил. Я пихнула ему в руки пакет с потеряшками.

– Ты специально, да?

– Если б специально, Забав, то ствол бы не оставил точно. Я ж не дебил.

– А чего раньше не забрал? Зачем мне вот это все?

– Скажем, не мог, – он вдруг посмотрел на меня серьезным взглядом.

Ни намека на улыбку или шутку.

Даже странно как-то.

– Почему не мог? – я растерялась от такой его реакции.

– Кошечка, давай опустим этот вопрос? Не мог.

– Окей, – я развернулась и пошла обратно к подъезду.

Ну, а что?

Не мог и не мог. Все понятно. Взрослые люди, у всех дела.

Все нормально.

– Девушка! Эй! – возле подъезда ко мне вдруг протянулась чья-то рука. – Притормози, милая! Постой с нами!

– Отпусти! – я отскочила в сторону. Прижалась спиной к шершавой стене панельного дома.

Вот, блин!

Лица у местной гопоты были кривые. Уже достаточно пьяные, чтобы не понимать ничего.

– Да ладно те, чо ты?

– Варежку захлопни! – Леший, оказывается, шел за мной. – Я смотрю, кошечка, у тебя тут население крайне невоспитанное. Ну что, шерсть, почесать вас?

– Слышь, дядя, ты кого шерстью назвал? – толпа дружно вскинулась.

А я зажмурилась.

Что он делает?

Их пятеро!

Но Леший мои мысли читать точно не умел. Просто встретил самого первого хулигана ударом в челюсть.

Я завизжала.

Зажмурилась от страха. Размазалась по стенке, чтобы самой не попасть в эту свалку.

Хотя насчет свалки я поторопилась.

Стоило открыть глаза, стало понятно, что это просто избиение. Широко расставив ноги, Леший разбрасывал полупьяных парней в стороны. Глухие удары взрывались в моей голове сочными шлепками плоти о жесткие кулаки.

И, судя по его широкой злобной улыбке – ему все нравилось!

А вот соседям – нет.

– Совсем уже обнаглели! – из форточки первого этажа донесся старушечий визг. – Я щас полицию вызову! Охламоны! Совсем совесть потеряли!

Мне стало еще страшнее.

Вот только полиции сейчас мне и не хватало!

Под ноги вдруг отлетел один их гопников, и я подпрыгнула от испуга. Алексей стоял один. Все остальные – отползали в сторонку или просто лежали.

О-хре-неть…

Я подняла на Лешего затравленный взгляд. Он монстр, что ли?

И тут же поняла, что нет.

Не монстр.

На скулах отчетливо вспухли бугорки. Челюстной сустав вышел из суставной сумки. Если не вправить быстро – отек гарантирован.

Бабулька-соседка продолжала материться в окно.

Я подскочила к Лешему и схватила его за руку:

– Идем! – потянула его к подъезду.

– Куда? – он вдруг дернул головой. – Кошечка, вот так сразу? Бабка, вызывай ментов, насилую-ут!