8. Укус медузы. Пятница 16 мая
Я поставила чайник, переодела пижаму, разогрела припасенную с утра еду.
— Ну что, поросенок, рассказывай. Где ты пропадал? Почему не отвечал? Убить тебя за такое мало!
— Сестренка моя любимая, я тоже очень рад тебя видеть.
— Где ты был?
— У меня все хорошо.
— У тебя всегда все хорошо. Даже когда все плохо. Всегда этим бесил. Так где?
Арчи затянулся своей парилкой. Вот почему бы сразу не ответить? С детства любил интриговать и напускать туману на ровном месте. Обычно меня это раздражало, но в этот раз я была слишком рада, что он хотя бы жив.
— В Таиланде я был. Кормил ядовитых медуз в море. Видишь ожог?
Он показал красное пятно на шее.
— Ах, вот как. Значит, Ира была права. К Аленке поехал?
— Да. Ненавижу эту азиатскую жару, эту прелую духоту перед тропическим ливнем, эту безнадежную и бесконечную сырость и вечные том ям с падтаем, но… Я дочку сто лет не видел. И кроме того… Ладно, это потом. Как бар? Справляешься? Есть вопросы?
Вопросов было много.
— Что такое медовая кружка?
— Что?
— Коктейль «московский мул», какая там кружка нужна?
— Медная. Медная кружка, рыжая такая, на нижней полке стоит. Надо, кстати, меню обновить. И цены поднять, полгода уже не поднимали.
— У нас и так дорого! — возмутилась я. Я и так поражалась, как люди платят такие деньги за то, что могут купить в супермаркете втрое дешевле.
— Это разве дорого? Ты видела, сколько помидоры стоят?
— При чем тут помидоры? — он опять поставил меня в тупик.
— Помидоры подорожали. Все дорожает. Жизнь ухудшается. И тоску от этого люди запивают в баре. И запивание тоски тоже должно дорожать, вслед за помидорами.
— Ладно, как знаешь. Это уже будет твоя забота. Я ведь теперь свободна?
— Ни в коем случае!
— Арчи! Ты издеваешься надо мной.
— Сестренка, милая, ну потерпи еще немного. Я не могу пока вернуться в бар.
— Это из-за Сарса? Что у вас случилось? Какой-то браток от его имени тебя искал, угрожал проблемами нашему бару.
— Уже «нашему»? Приятно, черт возьми! Ты, кстати, большая умница. Судя по переводимым суммам, все идет очень неплохо. Может, это и есть твое призвание?
— Давай-ка мне зубы не заговаривай. Рассказывай все, как есть.
Арчи хлебнул чаю, чуть скривил губы, достал из чемодана бутылку рома, плеснул в стакан. Протянул мне стакан, но я замотала головой. Пить совершенно не хотелось. Арчи сделал глоток и пару минут молча пялился на холодильник за мой спиной. Там было прилеплено всего несколько магнитиков — мой скудный улов за много лет. Я не большая любительница путешествовать.
— Ты помнишь, лет в девятнадцать — двадцать я играл в рок-группе?
— Да, что-то припоминаю, мама говорила, что ты все время на гитаре бренчишь. Но я ведь тогда уже с Мишей жила, мы мало с тобой общались.
— У нас был очень неплохой бэнд с ребятами с мехмата, концерты даже давали — и в универе, и в клубах. Некоторые песни я до сих пор наизусть помню и могу хоть сейчас сбацать, дай только гитару. Хорошие песни были, яркие. Думаю, мы могли бы добиться успеха, но к пятому курсу группа развалилась. Мы все уже работали к тому времени, да еще диплом писали, не до репетиций было. А потом я переключися на другое, миллионером захотел стать, но это отдельная история.
— Да ты постоянно переключаешься с одного на другое, у меня от твоих мельтешений голова кружится.
— Ну что поделать, сестренка, со стабильностью у меня и правда плохо. Всю жизнь так живу и вряд ли уже изменюсь. Зато не скучно.
— Так к чему эта история? Опять от темы уходишь?
— Нет, я к ней наоборот подбираюсь. Был у нас в группе парниша, Володька Мосин, ну очень талантливый. Он нам песни и писал в основном. Когда группа распалась, он единственный продолжил музыкой заниматься. Универ закончил кое-как и забыл математику как страшный сон. Зато в музыке преуспел, писал песни, сам даже пытался петь, но карьера певца не пошла, а вот песни реально хорошие, и многие известные эстрадные певцы его песни пели.
— И Сарс тоже?
— Да он только на его песнях и поднялся! Все его самые популярные хиты Володькой написаны, хотя уже лет 10–15 прошло. Все новое, что Георг поет — уже не то, не дотягивает по энергетике и глубине. Он же когда начинал, по кабакам пел, где-то в Анапе, потом в Москву переехал, пытался на эстраду пробиться, что-то получалось, конечно, но настоящий успех пришел, только когда он с Володькой познакомился и купил его песни.
— А чем твой друг сейчас занимается?
— Десять лет назад Володька пропал. Жена получила смс, мол, «люблю другую, ухожу, не ищи, не пиши, имущество все оставляю тебе». Детей у них не было, а она оказалось настолько гордой, что даже не попыталась с ним как-то связаться, узнать, где он. И никому ничего не сказала. Более того, когда его кто-то искал, говорила, что Володя уехал в Тибет, к шаолиньским монахам на ретрит, и связи с ним никакой нет. Он и правда часто говорил, что вот бы бросить все и в Тибет, ходить в оранжевой простыне, крутить священные барабаны и медитировать. Ну присказка такая у него была, но это же все не всерьез.Он жену любил, на самом деле, и дело свое очень любил, без музыки жить не мог. Просто жена такая гордая оказалась, не хотела никому признаваться, что любимый вот так вот ее бросил и ушел к другой.
— И что, все поверили⁇ И родители, и друзья?
— Родителей не было давно, умерли, он в детдоме вырос. А друзья… Ну вот я поверил, например. Я сам такой человек, могу в любой момент все бросить и уехать на край света, а Володя творческая личность, так что почему нет? К тому же у меня тогда с Аленкой как раз любовь началась, меня другие люди мало интересовали, если честно. Я как в бреду был, только о ней и думал. В общем, только через пару месяцев другой его друг забил тревогу, прижал жену к стенке, и она призналась, что про Тибет все выдумала, и что кроме одной странной, неправдоподобной смски никаких сведений о Володе уже давно нет. Друг этот пошел в полицию. Или тогда еще милиция была? Неважно. Стали его искать, но без энтузиазма. Записи с уличных камер хранятся месяц. Данные о геолокации с мобильного телефона — тоже месяц. За два месяца все следы пропали. Опрос знакомых также ничего не дал. Никто ничего не знал. Он просто вышел из дома и пропал. Только через год какой-то грибник нашел в Химкинском лесу его труп.
Я вскрикнула от неожиданности. К таком повороту сюжета я была не готва. У Арчи подрагивали губы и рука, державшая стакан с ромом, немного затряслась. Видно было, что история смерти друга дается ему нелегко.
— Дожди тогда сильные были, землю размыло… В общем, откопали его как-то, опознания, экспертизы. Убит ударом по затылку. Тупым предметом, что называется… — голос Арчи дрожал. Я, сама уже чуть не плача, подлила ему рома. Подумав, капнула и себе немного в чай. Брат судорожно отхлебнул. — Похоронили, короче. А убийцу так и не нашли.
— Как не нашли? И никаких подозрений⁈ Кто это мог быть?
Арчи развел руками.
— Жену подозревали. Странно было, что она так долго молчала, и фактически, из-за ее странного поведения преступление и осталось безнаказанным. Но доказать не смогли, да и мотива не было. У них же правда любовь была. И сообщение то последнее действительно существовало.
— Она могла сама с его телефона себе отправить. А любовницу не нашли? Может, это любоница его убила?
— Любовницу не нашли, потому что любовницы никакой не было. Слушай дальше. Теперь в современность переносимся. Как я тайник купца Ладогина открыл, ты уже знаешь, да?
— Да, мне Игорь рассказал. Удивительная история, до сих пор сложно поверить.
— Да я сам в полном а… как бы это сказать? Изумлении. Ты уже знаешь, что есть три волшебных порошка, из которых я придумал три коктейля. Кстати, это не совсем я придумал, похожие коктейли сам Ладогин готовил. По его мнению, с алкоголем порошки лучше работают, но алкоголь не крепкий нужен, поэтому сок еще добавляем. И вкус так лучше намного. В общем. На чем я остановился?
Он вновь приложился к парилке.
— Три магических коктейля, — напомнила я. — «Бастет» достает из головы самое приятное воспоминание, «Осирис» — самое ужасное, а «Анубис», если верить Игорю, якобы показывает твою будущую смерть. Но я не очень в это верю, разве все в нашей жизни предопределено?
— Про «Анубис» отдельный разговор. Коктейль этот очень непростой. Я вообще подумываю выкинуть эту мор-траву к черту, чтобы никто никогда эту отраву не пил. И плевать на неполученную прибыль. Этот коктейль может жизнь сломать, я это видел своими глазами… Но тут еще один нюанс есть. Крайне важный. Если человек уже выпил коктейль и картинка загрузилась в его мозг, то другой, выпив из его бокала, получает в свой мозг такую же точно картинку.
— Это невозможно!! У каждого человека свой мозг, свои воспоминания, их нельзя передать…
— Это магия, детка. Черная магия.
— Я не верю в магию.
— Я тоже не верю. Но эмпирический опыт никуда не денешь. Просто оно работает и все. Это как флешка, через которую можно перекинуть файл с воспоминанием из мозга в мозг.
— И за многими ты как подглядывал и воровал их мысли через флэшку?
— Несколько раз. Только в целях эксперимента и только с согласия испытуемых. Кроме одного-единственного случая.
— Какого?
— А вот мы и подбираемся к сути истории. Недели три назад к нам в бар заявился Георг Сарс с какой-то малолеткой и двумя охранниками. Мы с Игорьком тогда на смене были. Поначалу мы и не поняли, кто это. Он в каком-то худи был, в капюшоне и темных очках. Мужик как мужик. Зашли, малолетка его за столик тянула, а он уговаривал ее в другое место пойти. Но потом все-таки сели за два дальних столика: за один Сарс с девицей, за другой охрана. Охраник подошел, взял бутылку коньяка ХО, это значит — extra old, самый дорогой, короче…
— Я уже знаю, — перебила я.
— Быстро учишься, молодец. Взял рюмки, закуски какие-то и сам на подносе к ним отнес. Ну что ж такого, пришли люди выпить, внимания к себе явно не хотят, их право. Потом Игорь к ним подходил, чтобы убрать со стола, и Сарса все-таки узнал. Сказал, что он с девицей ругается, она его прямо матом кроет, а сама чуть не школьница на вид. Ну что ж, бывает. Но я вдруг Володьку сразу вспомнил, ведь Сарс до сих пор его песни поет. И мысль шальная пришла, а вдруг он знает что-то о его смерти? Сомневаюсь, что его полиция допрашивала, он тогда уже звездой был.
— « Уходи без упрека, уходи без скандала»… — неожиданно для самой себя пропела я на знаменитый мотив. — Это тоже его песня?
— Одна из. Но мне больше другая нравится.
И Арчи с чувством запел:
Полюби меня старым, полюби немодным,
Полюби усталым, полюби голодным,
Полюби без условий, полюби без оплаты,
Я исполню всё-о о-у-е,
Чтоб счастливой была ты!
— Гимн мужчин-неудачников, — рассмеялась я. — Полюби меня старым и страшным, а сама будь молодой и красивой.
— Ну, уж и помечтать нельзя, — усмехнулся Архимед. — В общем, слушай дальше. В какой-то момент девица вскочила, залепила Сарсу пощечину и выбежала вон. Охранники тоже вскочили, но он им рукой замахал и они сели. Потом подошел к стойке, уселся на табурет и стал какую-то пьяную чушь нести про тупых баб, что нельзя мужику пенисом думать и от этого все его проблемы, и всякую такую похабщину. Я спросил, что ему налить, а он начал выпендриваться, что, мол, уже все в этом мире пил, и мой говеный бар его ничем не удивит. Тогда я разозлился и предложил пари. Я готовлю ему эксклюзивный напиток, и если смогу удивить, он мне платит сотку, а если нет, пьет бесплатно. Он заржал и сказал, что шансов у меня нет, что он уже пил все и даже такое, что мне и не снилось. И что пить он начал, когда меня еще в проекте не было.
— И ты приготовил ему «Анубис»? — догадалась я.
— Нет. «Анубис» — это картина смерти, но как он поймет, что это его реальная будущая смерть, а не просто пьяная фантазия? Поэтому я приготовил ему «Осирис». Приготовил со всем тщанием, и порошка положил чуть больше обычной дозы, не поскупился. Он выпил и сказал, что вкус необычный, но все же чем-то знакомый. И что это водка с соком и каким-то настоем, и на сотку явно не тянет. Так оно и было, в общем. Но потом глаза у него расширились, рот приоткрылся, дыхание участилось и я понял, что дело пошло. Тогда я сказал: «извините, наверное, я неправильно приготовил, я сейчас проверю»… ну и выпил из его бокала.
Арчи замолчал. Я боялась дышать, настолько была поражена этой историей. Финал был предсказуемый, но от того не менее страшный. Арчи все молчал.
— Так что ты увидел?
— Лес, два человека сидят на подстилке, пьют из одной бутылки и мило болтают. Я думаю, ты уже догадалась, кто именно?
— Володя Мосин и Георг Сарс?
— Именно. Сарс спрашивает: «Так ты точно решил отдать песни этой сучке?» А Володя отвечает: «Без обид, Жора, но да, твое исполнение им не совсем подходит. У тебя и без меня много классных песен в репертуаре». Сарс говорит, что даст еще пять миллионов, но только за эксклюзивный права, Володя отказывается. После этого Сарс встает и бьет его бутылкой по голове. На этом воспоминание оборвалось, потому что я закричал от ужаса, а когда очнулся, схватил его за грудки и заорал на весь бар: «Это ты его убил! Ты убил Володьку, гнида!». Охранники тут же подскочили, они в тот момент сзади стояли, отцепили от него мои руки. Сарс вскочил на ноги и выбежал вон, они ушли за ним.
Арчи опять закурил, уже бог весть в который раз за встречу. Я уныло хлебала чай с ромом. Неожиданно я вспомнила этого парня, Володю. Он был на Сашкином дне рождения, лет пятнадцать тому назад. Веселый такой, вихрастый блондин с веснушками. На гитаре играл. И пел. Душевный такой парень и совсем молодой. Как же так⁇
Арчи все молчал.
— Значит, Сарс убил Володю, — подытожила я. — И знает, что ты это знаешь. Поэтому его телохранители тебя ищут и угрожают непонятно чем.
— А знаешь, какая кличка была у Мосина?
— Ну?
— Моцарт. Мосин-Моцарт, тоже композитор потому что. А Сарс звучит почти как…
— Сальери?
— Ну да, аналогия напрашивается. Убил более талантливого музыканта, чтобы завладеть его искусством.
— Да уж, ужасная аналогия. Но я все же не понимаю. Разве авторы песен не продают их исполнителям на эксклюзивных условиях? Как Володя мог отобрать у Сарса свои песни?
— Я не думаю, что между ними был какой-то договор. Такие люди привыкли жить по понятиям, без лишних бумажек. Теперь-то Сарс, конечно, научен горьким опытом, держит штат юристов, а тогда… Решил вопрос так, как было принято решать в его среде. По понятиям разобрался.
— И смс Володиной жене написал тоже он?
— Ну а что ему могло помешать? Телефоны тогда по коду включались, подсмотреть код не проблема, Володя никогда не был особенно скрытным, разгильдяй был и людям доверял.
— Так надо в полицию идти! Чего мы тут сидим?!!
— Ага, пойдем. А главная улика — волшебный порошок купца Ладогина. Нет, Глафирушка, тут надо тоньше дейстовать. Ты завтра работаешь?
— Нет, завтра Потапа смена, это наш новый бармен. Но не уверена, что он один справится в пятницу. Нам нужно еще два бармена.
— Если нужно, нанимай. Ты теперь за старшую, ты и решай. Я ребят знакомых тоже поспрашаю, вдруг кто работу ищет. Так я у тебя поживу пока?
— Что?
Я в недоумении уставилась не него. Я шесть лет живу одна, даже гости почти не заходят, что значит «поживу у тебя»???
— Ну, к Ире на сьемную квартиру мне уже не вернуться, она же уехала в далекий загадочный Торжок и договор аренды с хозяйкой расторгла. Вещи мои так и пропали где-то, да и черт с ними. Надо другую квартиру искать, но не хочу светиться, пока с Сарсом не разобрались. Не хочется оказаться в Химкинском лесу раньше срока. Да я тихий, ты не переживай. Почти как твои рыбки. У тебя ж диванчик на балконе раскладывается? Вот там и буду спать. Честно говоря, я уставший как собака. Я ж к тебе прямо с аэропорта приехал. Девять часов летел, еще и мужик вонючий рядом сидел, ужас просто.
Делать было нечего. Постелила Арчи на балконе, благо погода стояла уже летняя, воздух был свеж и наполнен ароматами сирени. Выдала полотенце, отправила в душ и попыталась уснуть. День был уж слишком насыщенный событиями, насыщенней, чем мой обычный год. Наверное, это даже хорошо. Но не уверена. Подумаю об этом завтра.