Глава 6.

Откуда-то со стороны зеленой городской стены лезли черные силуэты. Я видела их через окно гостиной. Люди толпой разбегались от них. Видно было плохо, голова кружилась от страха высоты, но я не могла оторваться от окна. Страх перед неизвестным оказался еще сильнее.

Я не могла разобрать, что это за существа с такого расстояния, но по характеру движений это была какая-то смесь ящериц и пауков. Конечности были длинные, а сами твари довольно прыгучие.

Они лавиной перевалились через зеленую стену и рассыпались внизу, как муравьи из разорённого гнезда. В небе появилась еще одна драконья фигура. Черный силуэт, спикировавший прямо в гущу тварей и их поток немедленно иссяк.

Я не видела того, что происходило за стеной, только вспышки яркого драконьего пламени. Золотой же дракон, Микаэль, приземлился на площади, принимая на себя удар тех, что успели утечь на Базар.

Из его пасти вырвался столб огня — ослепительно яркий, белый в сердцевине и золотой по краям. От пламени твари сворачивались, скукоживались и падали замертво. Но остальные разбежались по крышам, прыткие и юркие, слишком мелкие противники для дракона.

Сирена продолжала выть. Люди бежали в укрытия.

Тем временем, твари начали прыгать с крыш на дракона. Прямо на спину. Одна вцепилась в мощную шею, две другие повисли на крыльях. У меня перехватило дыхание, руки сами вцепились в подоконник.

Дракон бил хвостом по улице, сметая лавки, тварей, но они толпой прыгали на него сверху. Так много, целый рой. Минута и золото чешуи почти не было видно под черными телами.

Я испугалась, что сейчас Микаэля просто загрызут, но оказалось, что это была всего лишь уловка. Дракон, облепленный тварями, как стебель тлей, взмыл высоко в небо и полетел к высоким заснеженным горным шпилям.

Когда до меня дошла задумка, я радостно вскрикнула. Он просто сбросит их с себя с высоты на ледяные пики, где они замерзнут.

Я глянула вниз, на базар, там по крышам скакала огромная белоснежная маникора, преследуя оставшихся монстров и за раз перекусывая им хребет. Все будет хорошо.

Я посмотрела на невозмутимых капибар, жующих сено и облегченно вздохнула. И, видимо, зря.

В окне появилась черная тень с алыми глазами.

— Нет, нет, нет! — прошептала я, — Вот только не так.

Тварь висела на наружной стене, вцепившись когтями в деревянные наличники, и смотрела прямо на меня сквозь стекло. Размером с крупную собаку, чёрная, мокро поблёскивающая, с длинными паучьими конечностями и парой алых огоньков там, где у нормального существа были бы глаза. От неё исходил запах, который я почувствовала даже через закрытое окно, — кислый, гнилостный, как от протухшего мяса.

Я попятилась, запунлась об Ивана и чуть не упала. Борис продолжил жевать с невозмутимостью существа, которое не видит в происходящем ничего заслуживающего внимания. Видимо принял смерть, как данность.

Тварь ударила лапой по стеклу. Рама жалобно скрипнула, но выдержала. Второй удар и окно разлетелось внутрь, осыпав пол осколками.

Тварь просунула голову в проём и замерла. Черные ноздри раздулись, вбирая запах, пасть приоткрылась, обнажая ряд мелких острых зубов. Тварь смотрела на моих капибар так, как хищник смотрит на добычу.

Капибары замерли и перестали жевать. Похоже они оценивали опасность, но почему-то не убегали, а стоило бы.

Тридцатикилограммовые тропические грызуны, которые в жизни не видели хищника крупнее бродячей собаки и понятия не имели, что бывают существа, для которых они — обед.

Тварь подтянула тело и начала протискиваться через оконный проём, цепляясь когтями за раму. Одна лапа внутри, вторая, голова повернулась к Мане, которая сидела ближе всех.

Я могла бы убежать. Выскочить в коридор, захлопнуть дверь, забаррикадироваться в бабушкином погребе, как в бункере. Любой нормальный человек поступил бы именно так, и никто бы его не осудил.

Но между тварью и капитанами стояла я.

Когда кто-то угрожает моим подопечным, я сама становлюсь хищником. Я дотянулась до кочерги, которая лежала на выступе печи и перехватила обеими руками.

— Даже не думай, — сказала я твари, и собственный голос прозвучал чужим, низким и злым, — Уходи.

Тварь полностью протиснулась в комнату и стояла на всех шести лапах, покачиваясь. Алые огоньки переместились с Мани на меня, будто оценивая, стоит ли размен — вместо трёх жирных грызунов одна тощая девица.

Я ждать не стала, врезала кочергой по черной морде и бросилась бежать, в надежде, что она рванет за мной. Выбегу на улицу, наверняка кто-то заметит, что я в опасности и поможет.