Глава 36. Айлин

Торен осторожно ставит меня на пол возле кровати, но я не отпускаю его шею. По-прежнему тесно прижимаюсь к нему. Сердце грохочет и будто оглушает меня.

— Хочу тебя, — шепчет мне в губы Торен, перед тем как поцеловать. Он зарывается ладонью в мои волосы и оттягивает голову назад, заставляя меня раскрыть губы сильнее. Его язык скользит по моему, с каждым разом все глубже. Я теряю разум от его натиска. Поцелуй посылает электрические волны к моей груди, до самых вершинок, и ниже по животу, пробуждая жаркую пульсацию между ног. Я с упоением отвечаю на поцелуй Торена, невольно извиваясь в его руках. Я жажду, чтобы он прикоснулся ко мне, а иначе я просто умру. Умру же, да?

— Безумие, — выдыхая между нашими поцелуями, бормочет Торен.

Я не знаю этих граней сумасшествия, но я с легкостью теряю голову, когда он приподнимает свитер и медленно снимает его с меня. Его горячие ладони проделывают небольшой путь вверх, заставляя меня изнывать от желания, чтобы он сжег меня своими прикосновениями дотла.

Он очень быстро и умело расправляется с бюстгальтером, освободив мою грудь для своих ласк. Он то сжимает ее, то оттягивает кончиками пальцев мои соски, продолжая меня упоительно целовать.

Его тело напряжено. Он дышит прерывисто и вжимается бедрами в мой живот, показывая свое возбуждение.

Мои руки сами пробираются ему под футболку, касаясь его раскаленной кожи. Он непроизвольно дергается, а затем в нетерпении снимает ее с себя, бросив куда-то на пол.

Я не успеваю его рассмотреть, но могу вдоволь трогать, обводя пальцами рисунок мышц на животе, пробираясь выше к груди, покрытой редкой порослью коротких но жестких волос. Под моей правой ладонью неистово бьется сердце Торена. Точь-в-точь как мое.

Он притягивает мои бедра к себе, сжимая ягодицы. У меня из горла вырывается стон, когда мы касаемся друг друга обнаженной кожей. Я погружена в контраст моей мягкости и его силы. Буквально заставляю себя окончательно не терять голову, чтобы насладиться каждой микросекундой нашей любви.

Мои брюки на резинке, а потому с легкостью поддаются раздеванию, падая на пол. Торен мягко толкает меня на кровать и снимает с меня обувь и зацепившиеся за нее брюки. Освободившись, я отползаю назад, а Торен откидывает одеяло.

Нервозность все же одолевает меня. Я так мечтала об этом моменте! До встречи с Тореном представляла, что у меня в первый раз будет нежный и чуткий мужчина, очень осторожный, но деликатный.

Но Торен достаточно тверд… во всем. И вроде с ума сходит от желания, и в то же время четко знает, что он делает.

Я доверяю ему. Но… мне все равно не по себе, и я невольно зажмуриваюсь, когда он расстегивает ремень, стаскивает с себя джинсы, а затем и нижнее белье.

— С каких это пор мы такие стеснительные, м? — шутит он и я чувствую в своей слепой темноте, как матрас прогибается под весом его сильного тела.

Не могу говорить. И дышать. И думать. А, может оно мне не надо?

Но Торен успокаивающе гладит мой живот и притягивает ближе к себе. И я теперь касаюсь его… всего. А особенно меня беспокоит его член. Он еще более горячий, чем Торен, и весьма нахально упирается в меня. И большой. Я же умру от боли!

— Не бойся, Айлин, — сдавленно шепчет, понимая мое состояние. Он перемещается к моим ногам и медленно снимает с меня трусики. Я приказываю себе быть смелее и заставляю себя открыть глаза. Фокусируюсь на лице — Торена. Так будто бы безопаснее.

— Роскошная моя девочка, — ловит мой взгляд и улыбается. Он снова устраивается рядом со мной и требовательно разводит мои согнутые колени. — Расслабься, милая. Я не обещаю, что не причиню тебе боли, но постараюсь, чтобы тебе было приятно. Хорошо?

Я киваю и он невероятно нежно целует меня, трепетно лаская мои губы и язык. И от этой тягучей мягкости, я возбуждаюсь с новой силой. Его опытные руки проделывают с моей грудью невероятные вещи. От прилива желания мне хочется сжать ноги, но Торен просовывает свое тяжелое бедро между ними. Я неосознанно трусь об него, выгибаясь.

Я выключаюсь от сексуального запаха своего мужчины, жара его тела и настойчивости. И совсем не замечаю, что происходит, и как вязкая жидкость оказывается на моем лоне.

— Со смазкой будет легче, — объясняет мне Торен, заметив как я дергаюсь и хмурюсь.

Он, кажется, вообще ничего не боится и не стесняется? И почему его пальцы…

— О-о-ох, — я выгибаюсь, издав протяжный стон, стоит ему лишь коснуться моего клитора. Пытаюсь отстраниться, но он настойчиво и деликатно поглаживает меня, заглядывая мне в глаза. Улыбается по-хмельному. И очень доволен собой.

— Вот так, Айлин, — соглашается он с еще одним моим стоном. Но и он нетерпеливо вжимается в меня. Мне тоже хочется его потрогать и я обхватываю его член ладонью.

Он урчит, прикусив мочку моего уха, но ласки не прекращает. И подсказывает мне поступательными движениями, как правильно продолжать исследовать его.

Я вздрагиваю от легкой волны наслаждения. Когда хорошо ему, мне становится приятнее вдвойне. Он шипит от моего вскрика, и я понимаю, что у нас все взаимно. Нас обоих замкнуло друг на друге, наши чувства важны даже, порой, сильнее чем собственные. Ему нравится мое удовольствие, он упивается им. А я в восторге от всего, что он делает со мной.

— Хочу тебя, Торен. Очень-очень, — всхлипываю, когда его пальцы от клитора скользят к лону и медленно проникают в меня.

— Не торопись, Айлин, тебе будет еще лучше, — предупреждает меня и, прекратив терзать мои губы проводит дорожку поцелуев от шеи к груди. Пока его пальцы медленно двигаются во мне, он продолжает теребить большим пальцем мой клитор. Мое сознание куда-то уплывает. Я не могу больше держать открытыми глаза. Жмурюсь от нестерпимого удовольствия и яростно вскрикиваю, когда Торен втягивает губами мой сосок, обводит его языком, а потом и другой. Он легко прикусывает, чуть надавливая зубами, посылая самый острый импульс к источнику моего наслаждения. Я сжимаюсь, впиваясь ногтями в руку Торена.

— Я сейчас умру, — кричу, неосознанно пытаясь отодвинуться от требовательного Торена, но ему словно плевать. Он не слышит меня, не понимает, что это невыносимо. Разве нормальный человек способен перенести такое?

И я взрываюсь, когда он сжимает зубами вершинку груди еще сильнее, а пальцы проникают глубже. Я дрожу и тяну его за волосы на голове.

— Нет, пожалуйста! Нет! — кричу и боюсь, что он остановится, и в то же время хочу, чтобы это прекратилось.

— Вот так, девочка моя, вот так, — продолжая терзать мое лоно, стонет он. Он перемещается и, когда ему с силой приходится широко раздвинуть мои ноги, отпускает меня.

Я тяжело дышу и по-прежнему вздрагиваю. Ощущаю влагу на своих щеках. Это слезы? Но не успеваю восстановить мыслительный процесс. Торен опускается и очень медленно проникает в меня. Наши тела соприкасаются кожа к коже, даря друг другу наслаждение от простого ощущения просто быть вместе. Он обхватывает ладонями мое лицо. Янтарное сияние его глаз обволакивает меня, успокаивает. И наши губы снова встречаются, соскучившись друг по другу, пока член Торена медленно растягивает меня. Я не чувствую боли, все происходит очень мягко. Мой мужчина очень осторожен.

— Я люблю тебя, Торен, — говорю ему в очередной раз, не ожидая от него ответа. Потому что он своей нежностью и заботой показывает мне настоящие чувства, которые дороже любых слов.

— И я люблю тебя, Айлин, — хрипло признается мне Торен перед тем как проникнуть глубже, до самого упора. И наконец-то приходит боль. Я невольно царапаю спину Торена, но он терпит, потому что мне больнее. Я пытаюсь дышать и не выть, но плохо получается.

И будь это кто-нибудь другой, я бы попросила остановиться и прекратить. И вообще оставить меня в покое. Но Торен сам по себе — мое обезболивающее средство. Мой возбудитель и поджигатель. И пока я пытаюсь прийти в себя, он покрывает поцелуями мою шею и грудь, вытягивая из меня то яркое желание, которое охватывает меня каждый раз, стоит Торену коснуться… да нет! Просто быть рядом. А сейчас он на мне и… во мне… и как же хорошо на самом деле!

Неосознанно откликаюсь на его ласки и поцелуи, и с каждым разом наш жар распаляется все больше, пока я уже сама не начинаю двигаться. Он большой и горячий, я чувствую внутри его очень хорошо и мне это до безумия нравится.

— Пожалуйста, — прошу его, двигаясь бедрами.

А его дважды просить не нужно. Я вообще не понимаю, как он держится, потому что я больше не могу.

И хотя каждый раз, когда он входит в меня, это сопровождается легкой болезненностью, удовольствия я получаю в разы больше. Мне до опьянения нравится. И я умоляю его не останавливаться. Не знаю, зачем, ведь он точно не собирается этого делать и лишь ускоряется.

— Моя Айлин, — рычит Торен врезаясь меня, отбросив всякую осторожность, потому что и я этого хочу. Правильно он сказал в самом начале — это какое-то безумие. Мы просто обязаны воссоединиться. Я должна впитать его семя в себя, иначе… у меня состояние, будто умру без этого. У нас жесточайшая потребность друг в друге, хуже, чем в еде или воде.

Это сверхъестественное чувство. Необъяснимое, не поддающееся какому-либо здравому смыслу. Торен был очень осторожным в начале, но сейчас страсть нас обоих сметает до основания. Мне не важна моя боль, напротив, я упиваюсь тем, что меня трахает мой мужчина и готова терпеть это бесконечно.

Наши поцелуи становятся грубыми, рваными, а слияние более жестким и глубоким. И тем неожиданнее для меня становится приятное тепло внизу живота, перерастающее в пожар по всему телу. И с каждым толчком моего мужчины я все ближе к взрыву и…

— Торен! — кричу, выгибаясь. Меня уносит в какой-то водоворот. Не могу унять ни дрожь, ни крики, и лишь горячие волны прибивают меня, выносят куда-то за грань.

— Айлин, любимая, — стонет в мою шею Торен, изливаясь, соединясь со мной в моих дрожи и восторге.

Я обнимаю его, обвив его руками и ногами. Я не хочу, чтобы он уходил, чтобы это счастье заканчивалось.

И мне так хорошо и сладко. Я вдыхаю запахи наших тел, и медленно закрываю глаза, по-прежнему поглощенная этим странным пожаром. Мое тело горит и нужно просто немного полежать так. Пока Торен перекатывается на спину и прижимает меня к себе, поглаживая по спине и ягодицам, я, незаметно для себя, ухожу во тьму.