Глава 14

Девушка старательно отмывала полы, оттоптанные десятками посетителей . Закончив работу, она аккуратно бросила тряпку в ведро с водой и выпрямилась. Худая, измождённая, в тонком дешёвом платье, она выглядела почти подростком. Схватив одной рукой ведро с грязной водой, а другой рукой натруженную поясницу, наконец то повернулась ко мне лицом.

Светлые волосы были убраны под чёрный вдовий платок, серые глаза устало мазнули по мне, не задерживаясь ни на чём. Молодая женщина явно была своими думами далеко отсюда.

Моё внимание привлекли два мокрых пятна на груди, постепенно увеличивающиеся. Наконец, ощутив расползающуюся по груди мокроту, женщина посмотрела на себя, вспыхнула румянцем и ускорила шаги. Оставив ведро под лестницей девушка выбежала на улицу. Мы с няней молча переглянулись.

— Узнаешь потом, кто такая, — шепнула я Миле на ухо.

Дядя Прокоп, сидевший рядом, перед входом в здание, предложил мне присмотреться к молодой женщине на место кормилицы для сына.

— Элен, присмотрись к ней, порядочная женщина, вдова. Лучше кормилицы для сына и не найдёшь, — предложил он мне.

— Баронесса Велен и Потап Ефимович, проходите, пожалуйста, — помощник стряпчего открыл перед нами дверь и предложил пройти в кабинет.

Стряпчий предложил нам сесть и открыл папку с подготовленными документами. Няне Миле оставалось только подписать бумаги, передающие в мою собственность фабрику, магазин и склад.

Торговлю с мёдом я не решилась бросить, об этом и отец меня просил, да и разбираюсь  в этом деле я неплохо.

— Поздравляю вас, баронесса Велен, с открытием нового дела! — поздравил меня стряпчий, протягивая папку с документами. — Есть ещё какие-то пожелания?

— Как там мой бывший супруг отреагировал на завещание моего отца? — невинно спросила я.

— Признаться, весьма бурно. Он был сильно удивлён, когда узнал, что получил в своё владение просторный каменный двухэтажный дом  и не менее просторный двухэтажный магазин, правда, почти пустой. Товаров ведь уже не ввозили много времени. Так что, мы рекомендовали ему сдать оба здания в аренду, чтобы какую то прибыль получить, —  мягко проворковал стряпчий, прикормленный и мною, и моим дядей.

Хороший, в общем-то, человек, свою работу знает прекрасно.

— В ближайшее время я хочу открыть магазин по продаже дамских шалей. Так что, я подыскиваю здание. Жаль, что в Торговом ряду не могу арендовать зал, всё-таки, это теперь имущество моего бывшего мужа.

— Мы вам обязательно что-нибудь подберём из лучших. Даже сегодня мой помощник сможет показать вам один из пустующих зданий, — предложил стряпчий, не желая упустить выгоду.

Договорившись о встрече после обеда, мы вышли из кабинета. Навстречу нам попалась спешащая поломойка, в этот раз накинувшая поверх платья жакетку.

Оставив няню пообщаться с девушкой, мы с дядей направились в  расположенный на противоположной стороне площади ресторан "Медовый", хозяином которого и является мой дядя с некоторых пор. Двухэтажное здание из светло-жёлтого камня призывно манило к себе.

Швейцар, облачённый в форменную одежду, заметил нас ещё издали. Его зоркий глаз не пропустил появление хозяев ресторана. Предупредительно распахнув массивные двери, он с глубоким поклоном и улыбкой проводил нас до холла.

— Отдельный кабинет? — спросили у дяди.

Дядя Прокоп вопросительно посмотрел на меня.

— Нет, в общем зале накройте нам стол, — ответила я, слегка подумав.

Скрываться  и вести затворнический образ жизни  я не намерена. У меня большие планы на светлое будущее.

В основном  зале очень много арок, что позволяет чувствовать себя спокойно и расслабленно. Сев за столик у высокого окна, мы принялись за обед. Копчёный гусь с картофелем и свежий салат из овощей были вкусными, как всегда. Заказав к чаю фирменный чак-чак, я наслаждалась медовым вкусом сладости. Всю беременность я чувствовала себя очень даже хорошо. Никакой тошноты и обмороков, столь характерных для дворянок, и в помине не было. Но с переездом в имение, мой аппетит настолько улучшился, что я начала беспокоиться, как бы не набрать лишнего веса.

Увидев Наталию Ельскую с мужем, я едва заметно поморщилась. За прошедшие годы муж её постарел и обрюзг, что рядом с ним Наталия казалась свежей розой.

— Как хорошо, что я в этот раз решилась принарядиться, — пронеслось в моей голове, разглядывая бывшую подругу в новом, светло-голубом платье. Приблизившись к нам, боярин Ельский поздоровался с моим дядей и со мной. В глазах его плясали смешинки.

— Прокоп Ефимович, ваше  новое приобретение, как вижу, приносит хороший доход. Поздравляю вас с удачной покупкой! — произнёс он с едва заметной улыбкой на лице. Народу, действительно, было много.

— Благодарю вас за посещение моего ресторана, — едва поклонился мой дядя.

— Название, конечно, менять будете?Интересно, как назовёте? — спросил боярин.

— Нет, оставлю прежнее. Оно удачу приносит заведению, — снова поклонился мой дядя.

И тут же накрыл мои плечи жёлто-золотистой шёлковой шалью.

— Элен, здесь, около фонтанов, прохладно, как бы не простыла. В твоём положении болеть нельзя, — с  заботой в голосе произнёс он.

Две пары глаз впились в мой живот и на мою шаль.

Дядя быстро откланялся и мы вышли из ресторана.

И только сев в карету, мы позволили себе расхохотаться.

— Ты видела глаза Ельского? — отсмеявшись, спросил дядя.

— Я больше следила за глазами боярыни, — ответила я.

— Ну, шуму будет в столице! Ты только без охраны не появляйся, — с беспокойством в голосе произнёс дядя.

Через полчаса мы с дядей, взяв с собой помощника стряпчего, доехали до окраины торгового квартала, граничащего с рабочим кварталом. Улицы здесь сужались, дома становились беднее, а люди одевались попроще. Заметив мой недовольный взгляд, дядя молча предложил свою руку, помогая мне выйти из кареты.

— Вот, пожалуйста, присмотритесь, госпожа баронесса, — помощник стряпчего открыл ключом крепкую дверь небольшого здания, построенного под магазин, — здесь просторно, да и цена умеренная.

Осмотрев небольшое здание с помощником стряпчего, я пришла к выводу, что дом не подходит для моего магазина. Слишком он был маленький, слишком неказистый.

Да и расположено вдали от торгового центра, дорога местами разбита. Так что, аристократки и богатые купчихи точно сюда не приедут! Кто будет приезжать сюда за дорогими шалями?

— Это здание не подходит для торговли моим товаром, — сказала я помощнику стряпчего.

— Но стоимость аренды здесь низкая...

— Нет! Мы отказываемся! А вы поищите здание или помещение поближе к центру, — окончательно решил дядя.

Всё-таки лучшим вариантом для моего магазина были залы Торгового ряда... После осмотра здания дядя попрощался со мной и поехал по своим делам. А я со своей охраной поехала к продуктовому рынку, где меня ждала няня Мила.

На рынке было людно. Да и ширина дороги была рассчитана только на проезд двух телег, так что мы еле разъехались, пока добрались до него. Поэтому заезжать на сам рынок не решились. Все дороги были забиты людьми, собаками, телегами, мальчишками, и ещё не знаю чем.

— С утра пораньше надо было закупиться, и народу было бы меньше, — высказался мой охранник Аван, поглядывая на это столпотворение сидя на лошади.

Поэтому мне предложили сидеть и ждать в карете. А за покупками отправились няня с двумя охранниками.

Увидев объём закупленных

продуктов, я поняла, что всё это не поместится в нашей карете. Или поместится, но без нас. Аван быстро договорился с извозчиком о подвозе продуктов в нашу усадьбу.

— Ну, няня, рассказывай, что узнала про молодую женщину? — с нетерпением в голосе потребовала я, наконец то устроившись на мягком сиденье напротив Милы.

***

Молодая женщина Халима осталась вдовой с трёхмесячной дочкой на руках после гибели мужа, работавшего конюхом у богатого человека. Сама Халима до рождения дочери работала личной горничной у его жены. И теперь она живёт у родителей мужа, где помимо неё ещё проживает старший брат мужа с женой и тремя детьми. Денег после гибели мужа не осталось, вот она и подрабатывает поломойкой у стряпчего. А дома попрекают куском хлеба, да и за дочкой присматривать не хотят. Вот и разрывается Халима между работой и дочкой. Благо, стряпчий жалеет и отпускает домой покормить дочь. Но заработанных денег не хватает, всё забирает старший брат за предоставление крыши над головой.

— Ты предложила ей работу, няня? — спросила я.

— Да, она согласна. Будет ждать при выезде из города, — ответила мне няня.

— Няня, а ты поела?

— Поела, Элен, в харчевню зашла, и Халиму покормила, а то она шатается от недоедания, — сообщила няня.

Я довольно кивнула головой. Вот и будущая кормилица для моего сына будет.

Действительно, при выезде из города мы издалека заметили одинокую женскую фигуру, крепко придерживающую одной рукой завернутого в одеяло ребенка и маленьким узелком в другой руке. Я сделала знак остановиться.

— Баронесса Велен, благодарю вас за вашу доброту, — низко поклонилась женщина.

— Садитесь в карету, — улыбнулась я.

Женщина ошалело посмотрела на меня и спросила:

— Как, в карету?

— А куда тебя с ребёнком ещё посадить? На лошадь? — спросила я. Охранники захохотали. Аван спрыгнул с лошади и помог женщине с ребёнком разместиться в карете.

— В тесноте, да не в обиде,— пробормотала няня, беря из рук Халимы ребёнка и начала её укачивать.

Халима, сидя рядом с няней, робко поглядывала на меня, не решаясь заговорить.

— Через четыре месяца мне рожать. Кормилица нужна будет, потом няня ребёнку. Дочка с тобой будет, не бойся, — объяснила я Хамиле.

— Век молиться буду за ваше здоровье, госпожа. Спасибо вам за доброту! — попыталась поклониться Халима снова.

— Ну будет тебе, отдыхай, дорога долгая, — коснулась я её волос, незаметно пропуская через пальцы магию.

Вскоре женщина заснула.

— Бедная, забыла, наверное, когда в последний раз спокойно высыпалась,— пожалела няня.

Я кивком поддержала няню. Мне было очень жаль эту молодую женщину, оставшуюся одной со своим горем, без поддержки.

Это мне повезло иметь такую крепкую и дружную семью. Поэтому, увидев сегодня Халиму, моющую грязные полы, и решила ей помочь.

Домой добрались поздно ночью. Под светом луны мы выбрались из кареты. Приказав разместить Халиму с ребёнком в пустой комнате на первом этаже, я зашла в столовую.

— Госпожа, ужинать будете? — тихо спросила кухарка.

— Да, омлет и тёплое молоко с белым хлебом принеси мне, пожалуйста, — сказала я.— Халиму тоже покорми, не забудь.

После лёгкого ужина, приняв тёплый душ, я зашла к Халиме. Она уже успела поужинать в комнате и укладывала ребёнка спать.

— Как ты, устроилась? — тихо спросила я.

— О, всё прекрасно, госпожа Элен. Благодарю вас, — прижав руки к груди, прошептала она.

— Тогда ложись спать. И завтра выспись, с утра тревожить не буду, — глянув на спящую девочку, я тихо вздохнула и вышла из комнаты.

Значения некоторых саргунских имён людей, встречающихся нам в этой истории:

Халима — мягкая, терпеливая;

Аван — защитник;

Атнер — счастливый;

Фамилия Главы Тайной Стражи Азам переводится как "величественный";

Эльдар — могучий дар;

Артур — мужественный.