Глава 39

Весь следующий день я отсыпалась и отъедалась. Линара последовала моему примеру. Вдвоем мы не занимались ничем серьезным. Просто наслаждались жизнью, если можно так сказать. Я не обольщалась, помня, что затишье бывает лишь перед бурей. И раз мне дают возможность отдыхать сейчас, значит, скоро совсем меня ждет очередное потрясение. Ну или приключение. Но явно тишина долго не продлится. И я оказалась права! Потому что уже через сутки после моего появления в деревне в замок пришла порталом бабушка. Она появилась в ярком свете, словно сама солнечная энергия, и, казалось, с ней пришел аромат свежих цветов и сладкого печенья. Она отлично выглядела, добродушно улыбалась, по праву старшей родственницы хвалила нас с Линарой за все, что только можно. Но я сразу же заподозрила неладное. Вряд ли богиня любви решит навестить своих молодых родственниц просто так. В любовь к внучке я не верила. Нет, меня, конечно, любили все внезапно объявившиеся родственники. Но вряд ли настолько сильно, чтобы дневать и ночевать в замке. А с бабушкой мы расстались совсем недавно. И месяца не прошло. И рано, рано было ей изображать тоску и скуку. В общем, я ожидала подвоха. И, естественно, дождалась. – Аня, детка, нам надо поговорить, – пообедав вместе с нами, произнесла бабушка. Линара намек поняла и сбежала по своим делам. Мы же с бабушкой заперлись в одной из гостиных, якобы пить чай. – Твои родители передают тебе привет, – начала издалека бабушка, ее голос звучал мягко, но в нем проскальзывала нотка тревоги. – Твоей маме очень нравятся чертоги. Я молчала. Сидела, как партизан на допросе, и молчала. Вряд ли разговор о чертогах был так важен, чтобы общаться наедине. Я чувствовала, как в груди нарастает напряжение, словно натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть. Бабушка вздохнула, тяжело так вздохнула, словно показывая, как ей трудно говорить без отклика. Я заметила, как ее рука дрогнула, когда она потянулась за печеньем, и это добавило мне уверенности в том, что разговор будет не из приятных. – Милая, к нам с твоим дедом обратился кронпринц драконов. Он просит разрешения встретиться с тобой. Уверяет, что это важно для вас обоих. Сюда он не может пройти без твоего позволения. Аня… Вам и правда лучше встретиться, все обсудить. Возможно, ты слишком поспешно приняла тогда то решение… Я продолжала молчать. Сердце в груди тарахтело, как сумасшедшее. Но я упрямо не замечала этого. Бедный несчастный кронпринц драконов! Не может появиться в замке! Ай-ай-ай! Неужели заряд батарейки закончился, и его высочеству необходимо поскорей подпитаться магией?! И ведь не побоялся помолиться богам со своей просьбой! А, ну да! Он же дракон, ему можно! Это других боги не услышат, мелкие сошки потому что. А его высочество, кронпринца драконов, быстро выслушали! Я все же не удержалась и высказала все бабушке. Экспрессивно высказала, со всеми претензиями, которые у меня накопились и к драконам, и к богам! Пусть знает, что я думаю на эту тему! Я говорила, и слова срывались с языка, как будто сами собой, словно я наконец-то освободилась от бремени, которое тянуло меня на дно. Внутри меня бушевали эмоции, и я чувствовала, как каждая фраза, произнесенная с жаром, вырывается из глубины души, словно освобождая меня от оков. Очередной вздох. Прямо мученический вздох, угу. Богиня любви демонстрировала окружающим, что ее собственная внучка не дает ей, заслуженной и могущественной богине, жить спокойно, не хочет выходить замуж, еще и претензии предъявляет. Я могла видеть, как ее лицо искажалось от недоумения и легкого раздражения, но в этот момент мне было все равно. Я была полна решимости. – Аня, детка, я понимаю, ты росла в другом мире. Но здесь не принято… Аня! У меня был выбор: или разрыдаться, или выругаться. Я выбрала второй вариант, решив припасти слезы, как самое сильное женское оружие, для одного в край обнаглевшего чешуйчатого. Я не собиралась показывать слабость, когда речь шла о моем будущем. Как ни странно, подействовало. Бабушка, казалось, была неприятно поражена моей решимостью. – Хорошо, – довольно быстро сдалась она. – Я тебе обещаю, что мы, боги, пересмотрим свое отношение к молитвам других рас. – Включая людей. И орков. – Аня… – Ба, я никого сюда не зову. Его высочество всегда может выбрать невесту из знатных дракониц. – Ладно, пусть будет включая людей и орков. Слышала гром за стеной? Остальные боги услышали мою клятву. – Вот как только пересмотрите, так я и приму этого дракона. Сначала – ваш, божественный ход, ба. Мне надоело жить с разоренными деревнями и нищими соседями. И не надо напоминать о божественных чертогах. От того, что я там внезапно окажусь, здесь ничего не улучшится. И снова мученический вздох. Боги на проверку оказались снобами даже большими, чем драконы. Но так как бабушка стремилась побыстрей свести меня с Эдуардом, то мы все же договорились. И скрепили договор магической клятвой. Я ощутила, как вокруг нас заискрились многочисленные искры, когда бабушка произнесла заклинание. Это было похоже на фейерверк, только гораздо более интимное и волшебное. Искры танцевали в воздухе, создавая причудливые узоры: сами боги наблюдали за нашим соглашением. Отныне божества вспоминали, что надо прислушиваться не только к драконам, аристократам из людей начинало везти в делах, пусть и не так часто, как мне того хотелось, а орки умеряли свои аппетиты и вместо набегов пытались посвататься к дочерям тех самых аристократов. Бабушка поклялась, что самолично за всем этим проследит. Ну а я согласилась встретиться с Эдуардом. Сразу после того, как узнаю хотя бы о парочке свадеб (без принуждений!) в паре орк-аристократка, пусть и старая дева. Я представляла себе, как это будет выглядеть: орки в своих ярких доспехах, с цветами в руках, пытаются произвести впечатление на высокородных дам, которые, в свою очередь, с недоумением смотрят на своих потенциальных женихов. – Через неделю ты узнаешь о подобных браках, – сообщила бабушка, недовольно поджав губы. Я лишь плечами пожала. Через неделю, так через неделю. Зимой свадьбы, конечно, не играли. Но богиню любви подобные мелочи не интересовали. Не удивлюсь, если она и приданое невесте вручит богатое, лишь бы поскорей замуж ту сплавить и пригласить ко мне Эдуарда. Сводница. Божественная сводница.