Глава 39. Она

Кейн меня не видел. Смотрел прямо на меня и не видел.

Всю дорогу в такси я прокручивала в голове эту сцену снова и снова. Он даже мысли не допускал, что его Золушка — это я. Просто отодвинул меня в сторону и продолжил искать. А когда осознал…

Впрочем, для меня это ничего не изменило. Я уже поняла его отношение ко мне. Я — та, кого можно подвинуть. Удобная девочка Тина. Позовешь — прибежит, прогонишь — уйдет. Я по-прежнему пустое место в системе ценностей Кейна Дарнелла. Так было всегда. Глупо надеяться на перемены.

Возможно, теперь, когда Кейн знает правду, он хочет быть со мной. Но меня не покидало ощущение, что ему нужна не я, а та, другая, которую он запомнил. Не будь аромата духов, он бы порвал со мной. Например, прямо сегодня, за ужином.

Оказавшись дома, я заперлась на все засовы. Не хочу никого видеть. Мне сейчас слишком больно. Я мечтала закрыться в раковине от всего мира.

Я могла простить Кейну все. Любую оплошность. Но то, с чем я столкнулось сегодня, не было недоразумением или ошибкой. Я увидела нежелание быть со мной. Он четко дал понять — я ему не нужна. Кейн ищет какой-то выдуманный образ. Девушку, которой никогда не существовало. Она живет лишь в его воображении. А я не хочу подстраиваться под этот выдуманный персонаж и прикидываться тем, кем не являюсь.

Первым делом, когда вошла в спальню, взгляд упал на злосчастные духи. За прошедший час я возненавидела их. Один вид флакона причинял мне чуть ли не физическую боль. Я бы вылила их немедленно в унитаз. Пусть пропадут пропадом! Но остановила мысль о маме. В конце концов, это память о ней. Духи не виноваты, что Кейн Дарнелл оказался редкостным козлом.

Не знаю, сколько я так простояла, обнимая себя за плечи. Кажется, я плакала. По крайней мере, щеки были мокрые. Я прощалась с мечтой. Она корчилась и умирала в муках. Гибель мечты — крайне болезненный процесс. Вместе с ней отмирает часть души.

В чувства меня привел стук в дверь. Сперва едва слышный, потом все более громкий. Вскоре в дверь уже молотили кулаками.

— Тина, пусти меня! — сквозь стук доносился голос. — Я знаю, ты дома.

Этот голос изводил меня, и я заткнула уши. Не могу, не хочу видеть Кейна. Я просто не выдержу встречи лицом к лицу. Он уже и так растоптал меня. Ему мало?

— Я сломаю эту чертову дверь! Просто открой, и мы поговорим, — настаивал Кейн.

Но я не могла его пустить. Я даже с места не могла сдвинуться. Что-то во мне сломалось. Он слишком глубоко ранил меня своим равнодушием и пренебрежением. Невозможно вот так за час-другой восстановиться. Мне потребуется время, много времени. Дни, а то и недели, если не месяцы.

Стук и крики продолжались. В итоге не выдержали соседи. К голосу Кейна добавились еще несколько. Они угрожали вызвать законников, если нарушитель порядка немедленно не уйдет. В коридоре состоялась целая перепалка.

Видимо, верх одержали соседи, потому что Кейн сказал:

— Хорошо, Тина, я уйду. Но нам необходимо поговорить, и ты это знаешь. Так что я вернусь завтра. И буду приходить снова и снова, пока ты меня не пустишь.

Раздались удаляющиеся шаги, и я всхлипнула. Упала на колени, закрыла лицо руками и разрыдалась. Теперь по-настоящему. Горько и сильно. До икоты и нервных спазмов.

Я не гожусь на роль его идеала. Он даже мысли не допускал, что это я. Я была для него никем, никем и осталась. Ни секс, ни помощь в деле этого не изменили. О ком бы Кейн ни мечтал, это не я.

Впусти я Кейна, ничего бы не изменилось. Возможно, он бы попытался натянуть образ Золушки на меня, но стало бы только хуже. У этого пути один финал — разочарование.

Не знаю, сколько я просидела на полу. На этот раз в чувства меня привел звонок. Гарнитура на тумбе завибрировала. Я не стала принимать вызов. Вдруг это Кейн.

Включился автоответчик, и уже знакомый женский голос ворвался в комнату:

— Ты меня, похоже, не поняла, дрянь, — зашипела незнакомка. — Я же велела держаться от него подальше. Что ж, ты сама напросилась…

Не выдержав, я бросилась к гарнитуре. Схватила ее, нажала на кнопку ответа и заорала:

— Забирай его себе! Он мне не нужен. Пусть катится к черту!

Я швырнула гарнитуру в стену, и она разлетелась на осколки. Отлично, я сломала свое единственное устройство связи, а денег на новое нет. Просто супер.

Надо взять себя в руки. Жизнь не заканчивается на Кейне Дарнелле. Будут и другие. Даже если сейчас я в это не верю.

Так, убеждая себя, я приняла душ и легла в кровать. За окном уже светало. Похоже, я провела на полу всю ночь. Не помню. Для меня словно прошла пара минут. Отчаянно горьких и тягостных минут.

Я так и не смогла заснуть. Лежала и смотрела в потолок. Старалась не думать. Уж точно не о Кейне. Гнала мысли о нем прочь.

Устав лежать без дела, я встала. Надо что-то сообразить на завтрак, но в холодильнике повесилась последняя мышь. Я так и не купила продукты после возвращения. Некогда было. А выходить из дома сейчас совершенно не хотелось.

Хорошо, хоть кофе есть. Заварила себе чашечку и села у окна. Но смотреть в это раннее время было особо не на что. Надо, наверное, сегодня наведаться в кафе. Отпуску конец, пора возвращаться в привычное русло. Побывала в сказке и хватит.

Вдруг кольнуло правую лодыжку. Я ойкнула и уставилась на ногу. Точно, наручник. Я совсем о нем забыла.

Замерла в ожидании — что будет дальше. Неужели Кейн снова воспользуется наручниками и натянет нить? Однажды он уже заставил меня прийти к нему, может попытаться снова. Вот только я скорее сдохну, чем приползу к нему на коленях.

Я напряглась, ожидая волну похоти, что вот-вот накроет меня. Но секунды шли, а волны не было. А потом случилось то, чего я точно не ожидала. Наручник слетел с ноги. Замок, негромко щелкнув, открылся, и браслет упал на пол. Звяк, и я свободна.

Я смотрела на браслет и не понимала, что чувствую. Радость от освобождения? Или все же боль от расставания?

Кейн меня отпустил. Наверное, именно это он хотел сказать вчера. Что между нами все кончено, я могу быть свободна. Это ведь хорошо, да? Тогда почему я опять плачу?

Нет, мне срочно надо переключиться. И перестать уже, наконец, хлюпать носом. Еще не хватало превратиться в размазню. Подумаешь, с Кейном ничего не получилось. Так я с самого начала знала, что рассчитывать не на что. Чего теперь ныть.

Решительно взяв себя в руки, я собралась на работу. Хватит лодырничать. Пожалуй, было еще слишком рано, кафе закрыто, но мне не сиделось на месте. Стены квартиры давили на меня, и я торопилась их покинуть.

Сбежала вниз по лестнице, игнорируя лифт. Разминка для ног — отдых для мозгов. А мне точно сейчас вредно много думать. Холл был пуст. В это время дом еще спал. Побудка начнется минут через двадцать, не раньше.

Я толкнула дверь, ведущую на улицу. Занесла ногу — переступить порог. Почти сделала шаг, как вдруг появилось оно. Я так и не поняла: мужчина это был или женщина. Видела лишь силуэт с ног до головы закутанный то ли в шарф, то ли в какую-то темную простыню. Лицо, фигура, все скрывалось за этой завесой.

Наружу торчала лишь правая рука. В ней что-то было. Я успела заметить краем глаза какую-то емкость с жидкостью. Инстинкт самосохранения крикнул — берегись! — и я, взмахнула руками, закрывая голову.

В следующую секунду существо выплеснуло содержимое емкости прямо мне в лицо. Благо руки приняли удар на себя. Сперва я решила, что это просто вода. Никакого резкого запаха, ничего. Но руки вдруг обожгло болью. Я вскрикнула, толкнула нападающего. Тот отскочил в сторону, а потом понесся прочь по улице. Я не пыталась его догнать. У меня были проблемы поважнее — кожа в том, где на нее попала жидкость, горела и плавилась. Боль была адской. Терпеть ее не было никаких сил, и я заорала на всю округу.