Глава 12

Пригласила гостей в дом, разместились в малой гостиной. В кабинет не стала приглашать, не хотелось официальщины.

Понимала, что это чисто деловой визит, но всё равно велела подать чай. Пока ждали, я представила свою помощницу, сказала, что она ведёт всю отчётность. Егор Вячеславович был в курсе, судя по сдержанной реакции, но воспользовался поводом и посмотрел на мою злую кошку Веронику. Заметила тень улыбки на губах. А их отношения будут интересные, главное, чтобы не подрались за территорию.

Жить он собирался в Петровске и постоянно приезжать сюда. Я предложила занять пару комнат в усадьбе, тем более от старого управляющего остался готовый кабинет. Управляющий поблагодарил и попросил возможность всё взвесить. Для меня же звучало как: я с хозяином переговорю.

Попили чай, и Лев Яковлевич стал извиняться, что им пора, но я видела, что со мной разговор не окончен.

Он отправил Егора Вячеславовича к экипажу, я же выпроводила Веронику. Прикрыв дверь, я села в кресло.

— Собрание назначил завтра на полдень. Игорь Алексеевич стал допытываться о причине, еле вывернулся. Ярослав ничего не говорил Дмитрию Алексеевичу?

— Я об этом ничего не знаю.

— Он воспринял известие с ухмылкой.

— Ярик говорил, что Анна Алексеевна догадалась о наших с ним отношениях, ещё на балу. Возможно, она поделилась с братом. А зная о нашем с вами близком знакомстве, подозревает, что разговор пойдёт обо мне. Жаль, что я не Управитель, могло бы обойтись без крови… — я покачала головой.

— Смысла нет сожалеть. Значит, удивим их. Я подъеду без четверти одиннадцать.

— В поместье Вельских ехать минут сорок, не стоит приезжать заранее, если не будет дождя. Мы будем готовы вовремя. Вы не представляет, как мне страшно. Я словно в логово к дракону еду, — тяжело вздохнула.

— Слава Богу вы не хрупкая принцесса, так что вам нечего бояться, Екатерина Фёдоровна.

Граф уехал, а я осталась со своими мыслями.

Нужно отвлечься. Хотела дать распоряжение завтра накопать деревьев в лесу. Но потом задумалась, я же не знаю, каким боком мне выйдет завтрашний разговор, чтобы планировать будущее, даже на один день.

Переоделась и пошла искать себе работу на территории усадьбы. Деревьев достаточно, и кустарник найдётся. Начну модификацию всего что под руку попадётся, главное — не забыть записывать, что я закладываю.

Взяла берёзу и черёмуху. Процесс затянул, я увлеклась настолько, что дождалась, когда Вероника напомнила мне про ужин. Я быстро поела и вернулась к деревьям, очень увлекательный процесс получился. Дерево — это не кустик розы, а целый организм. Хотя цветы тоже, но с ними не было страха накосячить, поэтому я спокойно работала интуитивно, то здесь приходилось прощупывать, просматривать, искать правильные пути. Ведь нельзя трогать сердцевину, допустим — это скелет. Менять структуру пришлось под корой, взяв один слой, и выводить на листву.

Энергии уходило море, я искала потоки под землёй и подводила к корням. Второе дерево я закончила уже ближе к ночи. Компаньонка буквально стояла над душой. Молча. Знала, что я не послушаюсь и не уйду, пока не закончу, но видно ей так спокойнее, иллюзия, что держит всё под контролем.

— Пойдём, надсмотрщица, — я хмыкнула. — Завтра в одиннадцать я должна быть собрана как на бал, то есть идеально выглядеть. И ты тоже. Ванну прикажи сделать в восемь, чтобы волосы хорошо просохли… нет, в девять достаточно, — забыла, что нужно будет съездить на короткую встречу с Ярославом, чтобы скоординировать действия по настроению у него в доме. — Так, обедать мы будем в любом случае вне дома, так что предупреди Нюру, чтобы лишнего не готовила. Ты не представляешь, как мне страшно… — повернулась к компаньонке. — Завтра будет жарко в логове дракона. Всё, пошли выпьем чая и спать.

* * *

Проснулась в шесть утра, оделась, умылась и без завтрака поспешила на поляну. Ярослав уже там ждал. Сегодня было не до занятий и милований, обговорили всё и разошлись. Как бы он меня ни успокаивал, всё равно трясло.

Когда я возвращалась, то увидела у ворот экипаж.

Кого это принесло? Вот реально захотелось просто пройти мимо, словно я не при делах, кто бы не пожаловал.

При моём приближении из экипажа вышли двое мужчин, одного я узнала — управляющий от коннозаводчика.

Я спешилась, хотя вообще было не до них.

— Баронесса, прошу прощения. Вы меня помните, я Иван Аристархович Сыроваров, — он кланялся уж очень подобострастно. — Разрешите представить Сергея Алексеевича Мирного, — коннозаводчик тоже поклонился.

— Екатерина Фёдоровна, не уделите нам немного времени?

Понимала, что некрасиво держать людей у ворот, но мне некогда.

— Простите, господа, но могу уделить только пять минут, у меня запланированы срочные дела.

— Да, конечно. Я хотел договориться о четвёрке жеребят, — Сергей Алексеевич стал торопливо говорить. — Заплачу любую сумму, могу вперёд, — даже не знаю, что послужило толчком к решению, но ехать я никуда не собираюсь.

— Привезёте сюда, тогда обработаю, выезды я не могу планировать, занята сильно.

Мужчины переглянулись, условия не понравились, но думал коннозаводчик недолго.

— Хорошо, баронесса, мы привезём жеребят. В какое время удобно?

Я задумалась, как же они не вовремя. На днях и Сухарев прикатит…

— В ближайшие дни, до обеда, если несложно. Потом я могу надолго уехать.

— Хорошо, Екатерина Фёдоровна, вы так любезны. До встречи, — коннозаводчик поклонился. А я подумала одну вещь, ведь я скоро стану княгиней и вообще не смогу выполнять такие заказы. Вряд ли Вельские мне позволят возиться с чужой скотиной. Да и не пойдут ко мне на поклон.

Хотя, если разобраться, я и сейчас не хочу этим заниматься, своё нужно развивать.

Аппетита не было, но и перед выходом не хотелось есть, меня или разморит, и я стану излишне доброй или начнёт тошнить, что заставит паниковать. Лучше полуголодной.

С трудом затолкала в себя немного еды и пошла принимать ванную. Идея была плохая, потому что в воде у меня начала кружится голова. Поняв, что это просто волнение, успокоила себя.

Хорошо-то как! Не хотелось подсаживаться на такое решение проблем, но это так легко.

Ванная с травами и маслами — это что-то прекрасное. К своим водным процедурам я никого не подпускала, исключение — Нюра с веником в бане. В остальном я управлялась сама. Вот стану старой и немощной, тогда уже будет пофигу, а сейчас нечего меня трогать.

Проводя по коже мочалкой, я старалась не давить, нельзя было допустить пятен на коже, поэтому и вода была тёплая. Остыла она быстро, поэтому не стала засиживаться. Вылезла, надела халат и позвала Веронику, пусть теперь возится с моими волосами.

Села в кресло и закрыла глаза. Сейчас я испытывала такое умиротворение, что не хотелось думать о предстоящем разговоре, мысленно углубилась в работу с деревьями. Как же я могла упустить такой огромный источник ресурсов? Если получится, то я затоплю рынок чистейшим маслом. Да, цены упадут, но граф Гудович будет рад, потому что появится возможность отправить в отставку зарубежных поставщиков. Но нельзя переусердствовать, стоит делать всё в меру — важен баланс во всём.

Вероника сушила волосы вначале тканью, потом стала расчёсывать, слегка встряхивая. Судя по текущему времени, я понимала, мы просто не успеем. Поэтому встала, опустила голову и начала руками трясти шевелюру — как же здесь фена не хватает.

С сушкой управились минут за двадцать, благо лето. Но от моих движений я вся раскраснелась, поэтому компаньонка долго кудахтала и намекала, что я похожа на деревенскую девушку, а не баронессу.

— Так, ты не стесняйся меня деревенской называть, я и став княгиней… — проболталась.

На мои слова Вероника улыбнулась.

— У Владимира есть брат? Вы за него собрались замуж? — помощница спросила шёпотом.

— Что же ты у меня такая умная? Да, есть, только тс-с. Это очень серьёзно, и пока нельзя болтать об этом, — хотя эта тайна на семи ветрах. Не зря говорят, что знает двое — знает и свинья. Так что скоро разнесётся по округе и источника не найдёшь.

— Так, я ни с кем и не общаюсь, — компаньонка хмыкнула. — Я рада за вас, Екатерина Фёдоровна. Надеюсь, всё получится.

— Молись за меня… за нас с Ярославом.

Вероника в порыве меня крепко обняла.

Наряжаться смысла не было, я на балу уже показала, что не люблю вычурность и украшения. Так что надела простое синее платье, компаньонка сделала мне обычный пучок из волос. Смотря на нас в отражение, я хохотнула, мы с Вероникой выглядели одинаково.

— Напомни мне, нужно серьёзно поговорить о твоём происхождении, — я повернулась к помощнице, она сразу потупила глаза.

— Хорошо, Екатерина Фёдоровна, — у неё даже губы задёргались, казалось, девушка сейчас разревётся.

— Так, собралась, мне не нужна плаксивая тень за спиной. Ты моё отражение и должна вести соответственно.

— Простите, саше сиятельство, — Вероника поклонилась и выпрямилась уже с нормальным лицом.

Лев Яковлевич всё равно приехал, как и говорил, без четверти одиннадцать. Себе на уме мужик, не согнёшь, не объедешь. Ладно, придётся отдаться на его волю, но следить внимательно.

Сегодня я была одета согласно этикету. Если в личных поездках я порой игнорировала перчатки, то сейчас пришлось надеть. Даже не представляю, какая мука носить их в южном климате. Помню себя в прошлой жизни, даже в лёгком сарафане было невыносимо, а здесь на мне платье с практически закрытым лифом и плечами, юбка в несколько слоёв, да ещё и перчатки. Несмотря на тонкую ткань, у меня уже вспотели пальцы.

Граф помог мне забраться в экипаж, также придержал под локоть компаньонку и сам залез внутрь. На губах мужчины играла улыбка, заметно было предвкушение. Возможно, от так скрывал волнение, ведь что ни говори, он знает эту семью и мог просчитать примерное развитие событий.

Во время пути я смотрела на пробегающие поля, сады и меня накрыло спокойствие и радость. Несмотря на трудности, у меня же всё хорошо, тому яркое свидетельство выжившие посадки.

— Екатерина Фёдоровна, — привлёк внимание граф. — А не продадите ли мне часть вашего урожая? Я понимаю ценность таких культур и готов выплатить солидную сумму.

— Вы предполагаете, что ко мне скоро пожалуют с предложениями? — я поняла намёк.

— Да. И я хочу успеть взять долю, — Лев Яковлевич хитро улыбнулся.

— Конечно, я готова вам продать зерно. Но свою деятельность я намерена продолжать, в любом положении, и мне никто не запретит, — вернула ему улыбку.

— Попытки будут. Но я бы посмотрел на этого безумца, — граф рассмеялся, но, несмотря на веселье, он сильно нервничал.

Он не прибегает к помощи дара, это говорит о том, что он хочет показать мне своё истинное состояние, а значит, лояльность. Манипуляция? Отчасти. Я из подопечной стала ему ровней, а где-то и выше, а значит, нужно приспосабливаться к очередной фигуре на игральной доске.

Ехали мы медленно или время тянулось. И вот наконец-то мы повернули к владениям губернатора. Страшно было даже осознавать, что этот человек будет моим родственником, другого варианта не может быть.

Дорога, конечно, не асфальт, но экипаж двигался очень тихо и гладко. Только шелест гравийки слышался. Мы молчали, но напряжение росло. Не стала задействовать дар, чтобы не показаться каменным истуканом. Я сейчас должна быть настоящая и живая. Пусть видят мои чувства и переживания. На фоне этого я смогу легче просчитать риски со стороны. Я не знаю этих людей в реальной жизни, сейчас они, скорее всего, будут настоящими, ведь они не на балу. А стресс от моего неожиданного появления покажет истинное отношение ко мне.

Здесь тоже чувствовалось последствие урагана, свидетельства проплешины на полях и изрядно потрёпанный сад. Так же как у меня, только масштабы больше.

Само поместье находилось на небольшой возвышенности отсюда и эффект огромного здания. Оно было двухэтажным, но имелся ещё и цокольный этаж. Дом ни в какое сравнение не шёл с моим, который казался сараем на фоне небольшого дворца, даже башенки по бокам имелись.

Я не стала крутить головой и рассматривать всё, посмотрела на графа.

— Немного холодности не помешает, — сказал Лев Яковлевич, я поняла, о чём он.

— Это слабость, не так ли, дорогой друг, — сделала акцент на последнем слове.

— Похвально, что вы это понимаете. Не применения дара Разума даже на важных переговорах кто-то считает слабостью и неумением тонко управлять процессом. Но мы с вами знаем, для чего он.

— Да, граф, я знаю для чего он. Уверяю вас, без крайней необходимости я не буду его задействовать.

А ещё я понимала, он боится, что просто не справится со мной, если я решу задействовать дар.

— Воздержитесь совсем.

— Хорошо, ваше сиятельство, — я склонила голову, в покорности.

Мы подъехали. У крыльца нас ждал не лакей, а Ярослав. Было ощущение, что нас застали за непотребным поведением, так непривычно было открыто встречаться.

Он был в светлом сюртуке. Чуть высокомерный, собранный, с лёгким беспокойством на лице, но когда увидел меня, то не смог сдержать улыбку.

Я глянула на Веронику, улыбкой давая понять, что это и есть мой суженый. Компаньонка тоже ответила улыбкой.

Граф вышел первым, Ярослав поторопился подать мне руку.

— Баронесса, добро пожаловать, — он поклонился, я видела порыв приблизиться, а вернее, стиснуть в объятиях. — Пойдёмте, провожу вас в малую гостиную.

Я кивнула, не задавая вопросов. Граф помог выбраться Веронике, а сам поспешил в дом.

В передней было пусто, даже лакеи куда-то исчезли. Ярик шёл чуть впереди нас, замедляя шаг при каждом повороте коридора.

На протяжении всего пути мы не встретили ни единой души — разогнали прислугу или здесь так принято не шастать без приказа. А, скорее всего, вся челядь обитает на цокольном этаже, а сюда поднимается только по звонку.

Наконец-то мы остановились, мой князь открыл дверь, приглашая войти. Гостиная была в синих тонах, тяжёлые шторы задёрнуты, создавая прохладу. Пахло лавандой и деревом с пряно-цветочной ноткой от букета цветов в вазе на столике.

— Ваше сиятельство, позвольте представить мою компаньонку, Веронику Рудольфовну, — я склонила голову, спохватилась, что не представила свою спутницу. — Вероника Рудольфовна, это князь Ярослав Дмитриевич Вельский.

— Очень приятно, госпожа Вероника Рудольфовна.

Ярик слегка склонил голову. Компаньонка чуть присела в реверансе.

— Благодарю, ваше сиятельство.

Я сняла шляпку и перчатки, положив на комод. От предложения присесть отказалась.

— Я с ума сойду от волнения.

— Всё будет хорошо, душа… моя, — Ярослав сбившись посмотрел на компаньонку и улыбнулся.

— Я проболталась, мой князь, — я хмыкнула и зыркнула на спутницу.

Вероника чувствовала себя лишней, стояла, потупив глаза, мол, я тень, меня здесь нет.

— А если меня не захотят принять? — такое стечение обстоятельств не исключалось. Граф собрал род Вельских, а тут какая-то баронесса.

— Лев Яковлевич может быть убедительным.

Ярослав посмотрел на часы.

— Я пойду, ангел мой, — он взял мою руку и поцеловал. — Граф скоро придёт за тобой.

Мы с Вероникой остались одни. Она продолжала стоять истуканом, а я стала ходить по комнате как загнанный зверь, паника возрастала, хотелось успокоиться, но нет — это слабость. Я Друид, а не какой-то маг Разума. Я Хранитель — самый сильный маг в этом мире, — неожиданно пришла мысль. И чего мне бояться? Я выше всех этих аристократов! Немного высокомерных мыслей нагнали нужное настроение и когда придёт граф, я встречу его твёрдым взглядом.

Прошло минут десять, часы пробили полдень, я аж вздрогнула от неожиданного звука.

Послышались торопливые шаги в коридоре. Дверь резко открылась, впуская порыв воздуха. Лицо Льва Яковлевича было жёстким и хищным, таким я его ещё не видела, видать разговор был напряжённым. Но посмотрев на меня, черты лица смягчились.

— Екатерина Фёдоровна, готовы?

— Готова…

— Князь согласился принять вас, семья в сборе. Я пойду первым и представлю вас, как позову, войдёте, — я кивала как болванчик. На автомате взяла шляпку, начала мять, резко отложила — нервы не чёрту…