Глава 14

Обед закончился, но сам приём, нет. Меня ждал разговор с семьёй Ярика.

Все вернулись в синюю гостиную. Мы с женихом сели на диван, его родители в кресла напротив нас.

— Ну, молодые люди вы устроили… — Дмитрий Алексеевич неожиданно рассмеялся. — Я думал, что у вас невинные шалости, а оказалось настолько серьёзно, что шок до сих пор не отпускает. Да, я знал, что у вас свидания.

Княгиня недоумённо посмотрела на мужа.

— Несложно было заметить странное поведение сына, нетипичное… — упрёк во взгляде в сторону жены. — Практически ежедневные отлучки, влюблённость на лице. Мой человек проследил, в какую сторону ездит Ярослав. Не составило труда и объект любви выявить. В нашей местности была только одна примечательная особа в том направлении, вернее, недавно появилась. И, как оказалось, она тоже каждое утро куда-то ездила. Осуждать никого не буду. Хотя признаюсь, сама ситуация мне не по душе. Позже мы с тобой поговорим, сын мой. Но слухов нет абсолютно, так что придётся закрыть глаза на ваше прошлое поведение.

Мы сидели с Ярославом на нашкодившие котята. Но я сегодня видела, на что способен мой любимый, поэтому то, что он не перечит и не возражает, показывает не слабость, а уважение к родителям.

— Я понимаю, что запрещать вам видеться, нет смысла, только хуже сделаю, но и поощрять не хочу. Афишировать ваши отношения нельзя… пока. Игорь Алексеевич очень просил.

— Ты прав отец, запрет сделает только хуже, и присутствие других сопровождающих вызовет больше подозрений, чем одинокий парень и баронесса, которая ездит в лес и на озеро работать своим даром. Пусть всё останется как есть, — всё же Ярик не промолчал, видно хотел пресечь давление со стороны родителей. — Екатерина может отслеживать посторонних в округе — это часть её способностей, так что никто не подойдёт к нам близко. Обещаю вести пристойно со своей будущей женой, — он взял мою руку в свою.

Анастасии Георгиевне совсем не нравилась идея, но она молчала. Мне её борьба за нашу с Яриком дистанцию, напомнило одну истории из прошлой жизни. Где пара знакомых жила в гражданском браке несколько лет и решила зарегистрироваться. Так, родители невесты настояли, чтобы она перед свадьбой пожила несколько дней дома и вообще жениха не видела. Объяснение убило: чтобы соблюсти приличие. А по мне больше подходит фраза: поздно говорить о целомудрии, когда живот уже на нос лезет. Мы, конечно, не дошли до этой крайности, но всё же…

— Хорошо. Но встречи должны быть короткими с соблюдением всех предосторожностей. Потерпите, дети мои, — Дмитрий Алексеевич очень тепло улыбнулся, но было чувство, что он говорит не о нас, а об общем положении дел. Через месяц может много что измениться. — А теперь поговорим о вас, Екатерина Фёдоровна. Как получилось, что вы появились в наших краях без опекуна? Понимаю, что формально ваш опекун — тётя… но вы к тому же ещё и управляющий имением — это безумие какое-то! Мне немедля хочется отправиться к вашему отцу и потребовать объяснения!

— Не стоит, он просто стал заложником обстоятельств и немного смалодушничал. Я ни в чём его не виню. В итоге моя ссылка оказалась подарком судьбы, — я посмотрела на Ярослава. — А с управляющим всё очень просто…

И опять я говорю и говорю, стараясь не закидывать грязью родственников. Рассказала о родителях и сёстрах, заодно…

— У вас ещё две сестры с дарами? — с удивлением в голосе спросила княгиня, что меня немного выбило из колеи.

— Да, Татьяна маг Огня, постоянно балуется с огоньком на пальце, а Ирина — Целитель, я сама её выводила из горячки три недели назад, когда они приезжали в поместье.

Родители Ярика переглянулись, я всё ещё не понимала реакции.

— Ваш род сильный. Отлично! — Дмитрий Алексеевич ещё шире улыбнулся. А я сделала засечку в голове, поговорить на эту тему с графом. — Но с управлением имением нужно что-то делать, вы не должны этим заниматься.

— Лев Яковлевич направил ко мне своего помощника управляющего, — князь на мои слова недовольно скривил рот.

— Ладно, пока не буду вмешиваться. Теперь по вашей деятельности…

Слово взяла княгиня, рассказала за меня о том, что я делаю, посоветовала взять уклон на духи.

Мне же пришлось рассказать, как я вижу свои дела. Упомянула ураган и выжившие культуры, о договорённости с бароном Сухаревым, о коннозаводчике с его заказом на жеребят.

— Вы меня продолжаете удивлять, — Дмитрий Алексеевич покачал головой. — Когда вы успеваете знакомиться с нужными людьми и, главное, где?

— Я сама никого не ищу, слухи, ваше сиятельство. По-видимому, мой посыл заработать деньги на жизнь, был очень сильный, поэтому нужные люди сами ко мне приезжают, — решила немного пошутить.

Неожиданно со стороны двери послышалось скрябанье. Княгиня встала, открыла дверь и подняла небольшую собачку. Белая длинношёрстая болонка.

— Это Мирель, — представила свою любимицу Анастасия Григорьевна. — Оставили одну, маленькую мою.

— Если хотите, могу сделать ей глаза другого цвета или шерсть прямую, — я улыбнулась.

— А характер вы умеете менять? — княгиня рассмеялась, сомнения в моих способностях уже не возникало.

Родители Ярослава удалились, нас оставили одних, и я, наконец-то, с облегчением вздохнула.

— Ты молодец, душа моя, — мой князь взял мои ладони и прижался к ним губами. — Отец меня удивил, — подняв голову, Ярик рассмеялся. — Жалею, что раньше не открылся ему, можно было бы всего этого избежать.

— Ошибаешься. У тебя не было бы такого стимула. И даже если бы мы уже были помолвлены, твой дядя имел полное право забрать меня для Владимира, — я опустила глаза, понимая, что ничего не смогла бы сделать.

— Ты права. Но почти всё позади, — Ярослав склонился и поцеловал меня. — Люблю тебя, моя княгиня.

* * *

Провожать нас с графом вышли все, кроме губернатора. Даже Владимир стоял в стороне, хмурый и загруженный проблемами. Сильно его подкосили обстоятельства. Возможно, глава рода просто плохо себя чувствовал, понять можно.

Ярослав долго держал меня за руку, словно мы недавно не зажимались в гостиной и завтра опять не отправимся на свидание, уже не тайное.

Наконец-то мы сели в экипаж и уехали.

Когда экипаж покинул территорию княжеской усадьбы, я попросила Льва Яковлевича где-нибудь остановить, чтобы поговорить. В доме не хотела, от официальной обстановки немного подташнивало.

Граф кивнул и минут через пять попросил остановить экипаж. Лев Яковлевич помог мне спуститься, и мы направились чуть дальше по движению.

— О чём вы хотели поговорить, баронесса?

— Накопились вопросы. Для начала, беспокоит Игорь Алексеевич с сыном, они могут захотеть отомстить, наплевав на дар Разума, потому что не верят в успех…

— Сразу отвечу. Владимир будет цепляться, он так же честолюбив, как и все Вельские, и умнее, чем может показаться. У меня всё под контролем, не беспокойтесь. На физическое насилие губернатор не пойдёт, он не самоубийца. Но зная силу вашего дара, я спокоен. Только безумец может послать наёмников на двух магов Разума. Вы не представляете, как я воодушевлён вашими успехами! Наступает новая эра не только для нашей страны, но и всего магического сообщества. И я стою у истоков, вернее, у источника, — граф взял мою руку и склонившись поцеловал пальцы. Выпрямившись, он посмотрел на меня такими глазами, что со стороны могло показаться проявлением любви. Но я видела фанатизм, не ко мне самой, моему дару.

— Второе, — я вернула нить разговора. — Скорее всего, не относится к нашему делу, но мне нужно объяснение. Раньше я не придавала значение, почему у простолюдинов магами рождаются единицы, списывала на то, что у аристократии культ магов и они не позволяют наследникам родов жениться на не магах. И наследники обязательно маги. Но родители Ярослава меня ввели в замешательство. Они удивились, что у меня две сестры — маги. Что происходит?

— Это как раз тоже относится к нашему делу. Вернее, к проблемам, которые мы вашими реформами вскорости вскроем. Не сказать, что это секрет за семью печатями, но об этом не принято говорить. Если вы поинтересуетесь, то скажут, что враньё, сплетни и происки врагов. Кризис магов намного серьёзнее, чем просто слабые дары. Как раз это обстоятельство и позволило скрыть то, что магов среди аристократов чуть больше, чем у простолюдинов…

Граф рассказывал, а у меня волосы шевелились на голове.

Да, существуют те дома, которые продолжают соблюдать закон о «чистоте рода» или «чистоте крови», среди них Вельские. Оказалось, мой отец — не самодур в отношении даров, а просто тоже фанатично следует закону. Да, у аристократии больший процент даров, потому что раньше нельзя было скрыть отсутствие дара и выйти замуж/жениться выгодно без дара. Тогда и сделали изгоями Управителей, как недостойных считаться настоящими аристократами.

Но магические способности с каждым поколением всё скудеют, и на данный момент, даже если определили дар, то не факт, что сможешь окончательно пробудить. Итог: появились дельцы, в дальнейшем разросшийся до преступного синдиката, которые делают ложные освидетельствования. Появилась возможность заказать инициацию. Обычную горячку, сенную лихорадку и даже ветряную оспу, выдают за магическую, чтобы получить свидетельство, если ребёнок «засиделся» без дара. Выявлены ложные магические освидетельствования даже по Разуму.

Я вспомнила, как у нас в мире покупали дипломы и права на управление транспортом, про корочки на всякие профессии я вообще молчу — просто поток фальшивых профессионалов. У меня знакомая хвасталась, что купила аж три диплома и пару свидетельств на пройденные курсы: «А вдруг пригодится». Я же всегда была сторонником не бумажки, а знаний. Толку устраиваться экономистом, если у тебя была в школе тройка по математике.

Так вот, в высшем свете теперь верификационные свидетельства — это просто ничего не значащие бумажки, хотя ими продолжают торговать и тыкать в лицо. Новоиспечённые маги учатся два года активировать дар, большинство даже не подозревает, что являются бумажными магами.

Те, кто знает о проблеме, и не замешаны в махинациях, проверяют невест и женихов на артефакте в институтах, потому что веры простым верификаторам уже нет.

— Так что, Екатерина Фёдоровна, это проблемы государственного масштаба…

— Значит, о подтасовках знаю и за рубежом?

— Естественно. Но, в так называемых цивилизованных странах, та же проблема, что у нас. Поэтому я и боялся, что о вас прознают раньше времени. Мы даже знаем, что у одного государства наследник с фальшивым свидетельством, и ничего сделать не можем. Но у нас есть к ним претензии по территориальному вопросу. Вы же понимаете, что очень удобно было бы поменять вас, на какой-нибудь стратегически важный кусочек суши.

У меня от его слов руки похолодели несмотря на жару. Я всего лишь жирная пешка, которую могли через всё поле отправить в королевы. Но меня Бог миловал, я очень на это надеюсь.

— Выходит, что когда наши с Ярославом знания обнародуются, то появится новый пласт настоящей аристократии и начнётся передел влияния, — я утверждала.

— Да, в этом и состоит главная опасность. У нас тяжело принимаются магические реформы. Поэтому я подготовил послание императору и в ближайшие дни поеду в Москву. Об этом знаете только вы, баронесса. Вам я доверяю как никому больше. Для всех это будет просто служебная командировка. Да, ещё, Егор Всеволодович, ваш новый управляющий, завтра приедет заселяться к вам в усадьбу. Вы уже догадались, что он не просто помощник, а мой человек. Можете ему доверять и если что-то срочное, то обращайтесь, у него есть от меня полномочия. Теперь по договору с бароном Сухаревым. Я взял на себя смелость назначить сделку и согласовал дату. Как приеду из Москвы, сразу всё оформим. И запомните, Екатерина Фёдоровна, я вам не враг. Вы, — он сделал ударение. — Хотите ли вы или нет, ключевая фигура в ближайших событиях, и прошу доверять моим решениям.

— Так, вы же будете говорить с императором обо мне, вернее, о нас с Ярославом? Не получиться так, что мной захотят закрыть эту самую брешь с липовым наследником? Посчитав, что Вельским хватит и одного мага Разума.

— Сейчас уже не получится. Вы с молодым князем — источник знаний, и если вас разлучат, то мир останется без них, ведь правда? — граф грустно улыбнулся.

Вот зачем мне всё это? Хотела цветочки выращивать, а уже по уши влипла в дела государственного масштаба.

По сути, говорить больше было не о чем. Граф махнул рукой извозчику, и он подогнал к нам экипаж.

* * *

Спала я плохо и еле заставила себя выбраться из постели. Борясь со сном, оделась и умылась. Когда спустилась на свой утренний кофе, Гришка сообщил, что меня ждёт человек, которого я наняла. Мне стоило большого труда сохранить невозмутимое лицо, да и не особо было нужно, лакей на меня и не смотрел.

Кого там нелёгкая принесла? — пока выходила на улицу, пыталась вспомнить, может, я действительно кого-то нанимала да запамятовала? А может это очередная подстава от треклятого Александра?

Мужчина довольно солидного возраста и непримечательной внешности, ждал на улице, сидел на скамейке в задумчивой позе, следя за павлиньими курами, которые по обыкновению расхаживали по двору, несмотря на раннее утро.

— Доброе утро, уважаемый! — вышла на улицу и с улыбкой вдохнула утренний воздух.

Мужчина подскочил и, сняв шапку, поклонился чуть ли не до земли.

— Здравия желаю, ваша милость! — распрямившись, он протянул мне письмо.

Тут я и узнала, что удумал мой будущий свёкор.

Под благим предлогом, а именно восстановление оранжереи и теплицы, ко мне будут подосланы люди князя. Почему подосланы, так необходимости особой не было, а здесь они переходят в моё распоряжение. Если работа с теплицей быстро закончится, то приступят к постройке какого-нибудь хозяйственного помещения, на моё усмотрение.

Рабочие будут жить в шатре прямо у теплицы. Это реальные рабочие, одна из княжеских артелей. Но не удивлюсь, что будет соглядатай. Ну и ладно, тем более отказ не поймут.

Тихон Михайлович, так зовут начальника артели, приехал рано утром и дожидался моего пробуждения. Коротко переговорили, и я дала добро на деятельность, тем более от меня опять ничего не требовалось.

А мне нужно завтракать и на свидание.

Вероника уже ждала меня в столовой, смотрела затравленной собачонкой. Вчера я не стала с ней разговаривать не о её прошлой жизни, не тем более о том, что происходило в княжеском поместье. И сейчас не собиралась, достаточно забот.

Быстро поела и отправилась в конюшню. Луна уже была готова к моей прогулке.

— Екатерина Фёдоровна! Вы бы поосторожней были бы, — начал Прохор. — В соседнем имении волки двух женщин зарезали, которые по грибы ушли, нашли спустя два дня, только по одежде и узнали. А соседнем уезде, стадо покусали и ушли. Да и лис развелось, к людям выходят…

— Спасибо за заботу, буду осторожной, — сказала и села в седло.

То, что лис много, я видела. Если раньше в поле навыка часто попадались зайцы да грызуны, то сейчас лисы, значит, хищники всё подъели. Нужно будет спросить у нового управляющего, что делать. Даже не знаю, смогу ли я просто убить животное? Но дело в том, что знаю как. Достаточно его загнать. Есть два способа: физически, дав команду не останавливаться и ментально, с помощью сильнейшей панической атаки. В обоих случаях остановится сердце. Но это очень жестоко, проще пристрелить или прирезать.

Это к рассуждению о том, что я якобы могу предотвратить нападение на себя. Смогу ли я убить человека, если мне жалко животное? Те два лихих не в счёт, я не видела их смерти, может, тот найденный труп вообще не мой.

За тревожными думами доехала до леса. Если раньше я иногда выгуливала дар, то теперь нужно привыкать к постоянному мониторингу окрестностей.