Глава 8

Глава 8

Утром я проснулась одна. Настя доложилась, что его светлость отзавтракали и убыли на службу. А мне торопиться некуда. Лениво одевалась, причесывалась, смотря за окно. На удивление, там было тихо, солнечно, хотя явно морозно. Погода, по сравнению с моим миром и временем в Петербурге значительно разнится, но есть и кое-что общее. В мое время зимы здесь пасмурные, слякотные, малоснежные и относительно теплые, сырые. А в этом мире зима была морозной, снегу высокие сугробы, наметенные ветром к стенам домов, но при этом тоже было мало солнечных дней, в основном небо затянуто серыми, снеговыми тучами. А сегодня ярко светило солнце, не было ветра. Казалось, на улице очень тепло, хотя на самом деле всё было наоборот. Я поежилась, отпивая мелкими глотками горячий кофе. Неожиданно мне вспомнилось, как Андрей ночью сказал: «И я опять буду завоёвывать тебя, не в первый раз…».

Я аж подпрыгнула на стуле, расплескав кофе. В смысле??!? Завоевывать меня? Разве это не мой отец купил мне мужа за его долги? И он просто терпел меня из-за денег отца? Мне ничего было непонятно, судя по всему, той Алине тоже. Она не особо вдавалась в подробности, вначале была влюблена, потом, когда, ради безопасности ее же самой, отослали в тихое и спокойное место, лелеяла детские обиды. А затем вмешалось действие тех таинственных порошочков, от которых у несчастной девчонки окончательно все перемешалось в голове. Но у меня все в порядке с головой, и я обязательно проясню этот вопрос. А пока мне надо встретиться с петербургским душеприказчиком, может, узнаю что-то новое. То, что этот особняк принадлежит мне, я уже знала. Князю же, по своему наследству, принадлежал особняк в Москве и пара подмосковных поместий. То есть, по сути, он человек небедный. Но при этом, не слишком расточителен, заклятые подруги ни разу не упомянули о том, что князь устраивал званые обеды или закатывал балы. На мой вопрос, почему, князь пожал плечами и ответил, что такие мероприятия без присутствия супруги, ежли хозяин женат, не проводятся, а ему самому это не надо.

Перед обедом ко мне зашла экономка, чтобы сообщить, что она намерена отъехать по закупкам продуктов и кое-какой мелочи. Я, убедившись коротким взглядом за окно, что там вдруг не наступило лето, велела передать Назару, чтобы он растопил печурку в дормезе. Пусть Анна Егоровна едет в тепле, думаю, что в коляске ей будет не слишком жарко. Заодно пусть заедет к моему душеприказчику и пригласит его на встречу со мной, хорошо бы сегодня. Не получится - значит, когда ему удобнее будет. Экономка была рада, и я могла её понять - гораздо приятнее ездить в теплой и комфортной карете, чем, пардон, сопли морозить в практически открытой коляске, когда за бортом совсем не Африка.

Поверенный (все забываю, что здесь нет поверенных или нотариусов, а есть душеприказчики. Но я буду называть его, как мне привычнее) приехал вместе с экономкой, у него, оказывается было свободна половина дня. Мы прошли в кабинет и то, что я узнала от него, было для меня очередным шоком и полным раздраем в мыслях… То, что мне принадлежит этот особняк, я и так уже знала, но, оказывается, мне так же принадлежать три! три, Карл, торговых корабля. Два ходили из балтийских портов, один - из Архангельска. И деньги, которые мне ежемесячно высылает князь, мои же. Остальные деньги, привозимые кораблями, забирал Андрей. Получается, он вор? Ничуть не лучше Наташки? Пока я задыхалась от негодования, пытаясь хоть как-то привести себя в спокойное состояние, поверенный следующим заявлением свёл меня окончательно с ума.

Сочувственно глядя на меня, он сказал:

- Простите, ваша светлость, такова была воля вашего батюшки, я ничего не могу сделать. Перед последним плаванием он немного изменил свое завещание. Вот, смотрите сами, тут добавление.

И действительно, на отдельном листе было написано: «Дочери моей, Алине, в силу ее младости и неразумности пока, в течении пяти лет выдавать ежемесячно на карманные расходы сто рублей. Доходами от торговли кораблей дозволяю пользоваться ее супругу, князю Стрешневу. С этих денег он обязан оплачивать стоянку кораблей в портах, ремонт кораблей, оплату труда моряков, осуществлять закуп товаров. Оставшуюся сумму князь Стрешнев может тратить на свои нужды. Основной капитал запрещаю использовать в течении десяти лет…».

И я опять вернулась к тому же, с чего начала. Хорошо, что при поверенном орать не начала, что мой супруг - вор. Получается, он просто выполнял волю моего отца. Да и если посчитать, то после всех расходов на содержание кораблей, то и Андрею оставалось всего ничего. Корабли могли находиться в плавании более месяца, в зимние месяцы беломорский корабль вообще был на стоянке, Архангельск относится к замерзающим портам России. То есть, ежемесячного поступления денег не было, но Андрей исправно переводил мне деньги. Из своих? Нет, мне надо опять подумать. А от великого ума я опять устрою истерику. Поверенного увезли вновь в теплом дормезе. А я устроилась в гостиной. К вечеру небо захмурилось, поднялся ветер, бросавший в окна пригоршни снега. Но в гостиной было тепло от бока печи, на столе оплывала свеча в подсвечнике. А я сидела в кресле, подтянув ноги, и раздумывала - стоит ли мне устраивать разборки из-за денег, кораблей… или не стоит будить лихо, пока оно спит тихо?

В конце концов я пришла к выводу, что надо бы, разнообразия ради, посидеть спокойно, не устраивая бурю в стакане, и тихо и методично проясняя все проблемы. Вот две уже выяснила. Про мое пребывание в деревне и про деньги. Про то, что деньги воровала Наталья, я уже знаю. Собственно, мне осталось узнать про саму Наталью, как она появилась в жизни Андрея, почему так много власти взяла. И почему князь сказал, что вновь будет меня завоёвывать. В холле хлопнула дверь, послышались голоса. Супруг домой пожаловали. Он что-то спросил у дворецкого, тот ответил и через минуту Андрей заглянул в гостиную:

- Ты что тут делаешь?

- Сижу. Думаю.

- Ага, ну, как опять надумаешь какой ерунды, сказать не забудь. Алина, я только со службы, голоден так, что и "веселые щи" съел бы. Поужинаешь со мной?! Я быстро переоденусь и умоюсь только.

Возражений у меня не было, и я прошла в столовую, велев подать князю ужин сытнее. Андрей и в самом деле проголодался, поскольку ел все, что ему подали, я же лениво копалась в тарелке, аппетита не было. Потом внезапно вспомнила:

- А что это за "веселые щи"?

Андрей хмыкнул:

- В Крыму дело было. Из-за зимней распутицы не было подвоза продуктов, из-за постоянных орудийных выстрелов вся дичь разбежалась. И вот кухмистер докладывает, что у него на сегодня есть только капуста и горох. Да солдаты поймали в силки одного худющего серого, не то кролика, не то зайца. Интендант махнул рукой, мол, вари, что есть, хоть кипятком пузо набьем. Офицеры так же сидели без продуктов, питались все вместе. Вот кухмистер и сварил огромный котел, на весь батальон, кипятка, в котором тот несчастный заяц и потерялся, а ещё плавали капустные листья, на дне котла была гороховая гуща. Но и это все съели. Зато потом ходили, животы поглаживали, булькало там все. В общем, весело было.

Неожиданно мне в голову пришла "светлая" мысль, и я брякнула:

- Давай устроим домашний прием?

- Я не против, если ты будешь сама им заниматься. Все равно я завтра уезжаю на несколько дней в полк с проверкой. Где деньги лежат, ты знаешь.

Вечером камердинер Андрея собирал его вещи в поездку, а мне, глядя на это, стало очень грустно. Ещё и метель за окном. Но Андрей пришел ко мне в спальню, лег рядом, объяснив незамысловато:

- Тоскливо так стало...

Я какое-то время лежала молча, потом спросила:

- А почему ты сказал, что завоюешь меня вновь? Разве это уже было?

Князь думал какое-то время, потом начал говорить:

- Тебе было шестнадцать лет, и это были твои первые балы. На меня ты внимания не обращала, я был для тебя взрослым дядькой. А я, как увидел эту тоненькую фигурку в светлом платье, огромные серые глазищи, распахнутые навстречу миру с любовью к нему, так сразу решил, что эта девочка мне нужна самому. И я принялся ухаживать, как мог. В конце концов ты сдалась, и я пошел к твоему отцу. Не было никакого долга перед ним у меня, это в свете так придумали и пошли гулять слухи. Я не стал их опровергать, иначе общество вообще не могло понять, зачем князь женился на купеческой дочери.

Утром Андрей уехал, а я занялась организацией приема. Хотя он и называется домашним, тем не менее, это от тридцати до сорока человек. И я решила внедрить новинку для этого мира. Сколько мы не бывали на приемах или балах, это обязательно большой стол с обилием тяжёлой пищи. А у меня будет фуршет. Там на средних размеров столе можно разместить кучу разных закусок и салатов. Можно сделать канапе с икрой и творожным сыром, можно с копчёной салакой в масле (прообраз наших шпрот), даже начинить тарталетки какими-нибудь салатами. Рыбу по-монастырски. И даже новинку для этого мира - пиццу с грибами и сыром. Все постное, но очень сытное. Но два отступления все-таки придется сделать - майонез, есть варианты постного, но его без блендера не приготовишь, и для торта-безе нужны жирные сливки на крем. Позвала кухарку, долго с ней совещались, пришли к выводу, что наиболее сложные или новые для нее блюда я буду приходить готовить сама.

Теперь другая проблема меня волновала - у нас мало слуг. Андрей пожимал плечами, говорил, что ему и этих за глаза. Но тут надо и спиртное разносить, и грязные тарелки уносить, и обновить блюда с закусками... Ум кувырком. Но тут на помощь пришла Анна Егоровна, экономка. Недоуменно глянув на меня, она сказала:

- Алина Антоновна, так прокатная контора же! Они и слуг вам найдут, и музыкантов предоставят, и даже каллиграфа, приглашения написать.

Уфф, прямо гора с плеч! Как подумала, что мне надо написать сорок приглашений и это моим-то куриным почерком, так сразу желание отменить этот прием появляется. А тут, оказывается, все сделают за тебя, только плати.

Между подготовкой к приему мы с Андреем пошли в театр. Давали "Собаку на стене" Лопе де Вега. Хотя пьеса написана полтора века назад, до России она добралась только сейчас. Я, грешна, ни разу не видела ее в театре, только по телевизору, в виде мюзикла, с Тереховой и Боярским в главных ролях. Ну, помните, где "Судьба ласкает молодых и рьяных…". А эта постановка мне не понравилась. Какие-то прыжки, пинки, ужимки… Вероятно, это была комедия дель арте.