Глава 29

Лиза

“Итить твою налево! – мысленно ругалась я. – Да как так-то?!”

Еще бы мне не ругаться. Я уже столько напитков пролила, что хоть плачь! Хорошо хоть, ни одной кружки пока не разбила – навострилась подхватывать их у самого пола в портал и порталом же ставить обратно на поднос.

Как это у меня получалось, я и сама не понимала. Все, что требовалось – хорошо представить точку входа и точку выхода, а дальше, как по волшебству, все случалось само собой.

Впрочем, почему как? Если верить Кириллу, это и было волшебство. И амулет на моей груди светился все отчетливее. Даже стало понятно, почему монашки велели его прятать.

“Интересно, а почему он светится все ярче? – задумалась я. – Может, это показатель заряда? Может, я сейчас трачу энергию в артефакте, и он меня так предупреждает?”

Объяснение было логичным, но неприятным. Ведь это означало, что халяве однажды наступит конец. И в момент, когда мне снова потребуется спасительный портал, он не откроется. И что тогда?

Я прислушалась к своим ощущениям. Нет, мое подсознание не беспокоил этот факт. Похоже, какая-то часть моей души – возможно, та, в которой остались запертые воспоминания – знала что-то еще об этом артефакте, и была на его счет спокойна. “Все будет хорошо”, – вот все, что я чувствовала.

– Ну как ты? – прервал мои размышления голос Кирилла, пришедшего на перерыв.

Я высказалась весьма красочно и нецензурно, пояснив, что я думаю о Бароне и его банде, нагло засевшей в самом центре зала. И даже Форрест сегодня почему-то не помогал: похоже, он вмешивался, только когда кто-то всерьез угрожал моему здоровью, а мелкие подначки игнорировал. И банда Барона этим вовсю пользовалась!

– Понятно, – чуть поморщившись из-за мата в моей речи, кивнул друг.

– Ничего тебе не понятно! – все еще на эмоциях сказала я. – Видишь этот поднос? Мне его надо отнести вон туда.

Я указала в дальний угол и добавила:

– А теперь посмотри на эти мерзкие рожи.

Кирилл послушно посмотрел. Рожи глумливо заухмылялись и принялись подмигивать и отпускать сальные шуточки, прекрасно зная, что мне снова надо мимо них пройти. Об этом знал уже весь зал, и я даже слышала, как народ начал делать ставки – продержусь ли я до конца смены или психану и уволюсь.

Но не на ту напали, сволочи!

– Это натуральный буллинг! – возмутилась я. – Нет, даже хуже. Буллинг – это в коллективе, и там можно обратиться к шефу и попросить разобраться. А тут… ты посмотри на нашего “шефа”!

Я с чувством указала на Палыча. Тот, ухмыльнувшись, сделал в мою сторону широкий жест – мол, чего ты ждешь? Заявила же, что можешь тут работать, так дерзай!

– Возмутительная травля! – сказала я… и со вздохом взяла поднос. Потому что черта с два! Я не ранимый подросток и не сдамся какой-то кучке насмешников!

– Не спеши, – Кирилл придержал меня за плечо.

– Вместо меня пойдешь? – сказала я. – Не стоит, хуже будет. Надо мной они просто издеваются, но всерьез почему-то не трогают – видимо, потому что девочка. А тебя вчера убить пытались.

– Нет, ты иди, просто не спеши, – пояснил он.

Я пожала плечами и пошла. Глумливые рожи заулыбались, блестя зубами, а народ с соседних столиков развернулся в нашу сторону в ожидании представления.

Ну вот что мне делать? Открыть портал прямо внутри зала и сразу шагнуть к цели? Не вариант. И так уже перед бандой засветилась с “телепортацией” падающих кружек. Показывать свои возможности остальным уж точно не хотелось. Да и вдруг у артефакта действительно есть ограничение заряда? Не хочется тратить на такую ерунду.

Я вздохнула и приготовилась показывать акробатический этюд.

Первые две ноги, резко выставившиеся в проход, я миновала легко, не пролив ни капли. Третья нога ударила меня по лодыжке, но я стерпела, даже не дрогнув – только побледнела от резкой боли. Четвертая и пятая нога попытались сделать мне “подсечки”, но, видно, не договорились, и в итоге просто врезали мне с двух сторон, скрестившись.

– Едрить твою… – выругалась я, когда в глазах потемнело от боли.

– Эй вы, уроды! – раздался за мной голос Кирилла. – Совсем страх потеряли? Вы только что пнули мою девушку!

Я, еще не оправившаяся от болевого приступа, закашлялась от неожиданности. Не мог сказать “сестра” или “подруга”? Че сразу “моя девушка”-то? Мужики, блин, собственники хреновы. Но, сцука, как больно-то!

– А что ты сделаешь, байстрючонок? – фыркнул Барон, поднимаясь со своего места и насмешливо складывая руки на груди.

– Я вызываю тебя на дуэль! – неожиданно заявил Кирилл.

На мгновение в зале повисла тишина… которая тут же взорвалась громогласным ржачем. Полубандитские рожи хохотали, демонстрируя гнилые зубы, и как будто даже стены дрожали от этого мощного звука.

Однако Кирилл был вполне серьезен. Он никак не отреагировал на происходящее и вел себя максимально достойно. Вот только в подобном месте, кроме меня, это некому было оценить.

– Вот умора! – ухахатываясь, выдавил Барон. – Да что ты можешь сделать? Мы тебя прихлопнем, как муху!

– Все разом на одного? – сказал Кирилл. – То есть, один на один ты зассал, так?

Мои брови непроизвольно поднялись вверх. Это точно Кирилл? Он же, вроде, не любитель грязной уличной лексики.

Тем временем мой друг продолжил ковать железо, пока горячо:

– Трус! – заявил он, ткнув в Барона пальцем. – Все, на что ты способен – девушек исподтишка пинать. А как с мужиком сразиться понадобилось, так сразу зассал и за слюнтяев своих спрятался.

Зал с интересом притих. В словах Кирилла была не только логика, но и старое доброе мужское “слабо”. И если пафосный вызов на аристократическую дуэль у местных вызывал только смех, то наезд одного пацана на другого и обвинение в слабости – это им было уже близко и понятно.

Глаза Барона забегали, и я поняла, почему. Вчера Кирилл показал высший пилотаж. Да, он не смог победить всех и в итоге предпочел гордо спрыгнуть с обрыва. Но держался так достойно и умело, что даже я оценила.

– Драка один на один, – потребовал Кирилл. – Как мужик с мужиком.

– Я с вонючими байстрюками не связываюсь, – все-таки попытался свинтить Барон. – Вас, как дерьмо, лучше не трогать.

Но тут уже другие посетители, настроившиеся на представление, оказались против.

– А Борька-то и впрямь зассал! – сказал кто-то.

– И не говори, – ответили ему. – А гонору-то было, гонору! Еще Бароном назвался.

Барон так громко скрипнул зубами, что слышно было, наверное, даже на Юпитере.

– А знаешь, что? – вдруг сказал Кирилл. – Пожалуй, я готов сразиться со всей твоей бандой, одновременно. Если одолею – ты извинишься перед моей подругой и возместишь ущерб за сегодня. Если проиграю – буду месяц делать то, что ты скажешь.

Я вытаращилась на него в ужасе, а по залу пролетело уважительное: “О-о-о!”

– Кир, ты с ума сошел?! – зашипела я. – Ты не выстоишь один против всех!

– Посмотрим, – серьезно сказал друг.

– Махач! Махач! Махач! – начали скандировать посетители, вскидывая вверх кулаки.

– Э-э-э!! – возмутился Палыч. – Только не в “Толстом кабачке”! Валите на задний двор, там развлекайтесь!

И это постороннее, казалось бы, замечание, окончательно решило исход дела. Барона уже попросту никто не спрашивал. Да и чего спрашивать? Ведь если он убоится идти толпой против одного тощего беспризорника, то после такого ему лучше бежать из города – позора не оберется и уж точно перестанет быть грозой улиц.

– Кирилл, ты на всю голову ё… – начала было я, но вовремя поправилась: – … оригинальный. Нет, я понимаю: мы с тобой типа кровь от крови каких-то аристократов. Но блин, дуэль со швалью? Ничего умнее не придумал, да?

– А ты сколько еще кружек собралась пролить сегодня, запнувшись о чужие ноги? – вопросом на вопрос ответил Кирилл.

Я прикусила язык. И правда, сегодня столько напитков пролилось, что моя зарплата за смену, по ощущениям, стремилась к нулю.

– Ты уверен, что справишься? – тихонько спросила я.

– Все будет хорошо, – сказал он и улыбнулся, показывая, что не боится.

– Что-то у меня в этом уже сомнения, – буркнула я.