Глава 30

Кирилл

Наверное, я был неправ, ведь буквально вчера эта банда задавила меня числом. И если бы не порталы Лизы, я бы либо разбился насмерть, либо переломал бы себе все, что только можно, и “Пилигриму” пришлось бы сильно постараться, чтобы меня собрать.

Но как раз на него я и сделал ставку. Вчера меня подвели не боевые умения, а банальное истощение организма. Мое тело слишком плохо питалось, и восстановление здоровья шло невыносимо медленно. Но вчера я уже почти смог продержаться против толпы неумелых придурков, мне не хватило совсем чуть-чуть. Быть может, сегодня хватит?

“Да и в конце концов, тут толпа свидетелей, они не дадут Барону меня убить. Наверное”, – подумал я.

Подумал и тут же скривился: сам же пообещал в случае проигрыша месяц ему прислуживать. Нет, такого допустить нельзя! Да и честь дамы надо отстоять. Если я проиграю… Нет, не буду об этом думать.

“Все будет хорошо”, – сказал я себе и выругался.

Откуда, блин, эта уверенность? Я здравомыслящий человек и должен понимать, что любая драка может закончиться смертью – хотя бы случайной. Тюкнули по виску неудачно – и все, хороните. Но вот привязалось же чувство необъяснимой “игрушечности” происходящего! Как будто даже если я умру, то ничего страшного не будет.

– До первой крови или слова “Сдаюсь”, – тем временем выставил условия Палыч, взявший на себя роль судьи.

– Любой крови? – уточнил я. – Даже царапины?

– Капля крови – значит, проиграл, – подтвердил Палыч. – Трупы мне тут не нужны. Это вы в своих трущобах мокрухой занимайтесь, а у меня достойное заведение.

Последняя фраза вызвала смешки. С первого взгляда было ясно, что кабак тут только ради прикрытия. На самом деле “Толстый кабачок” был чем-то вроде места для не совсем законных сделок. Сюда приходили, чтобы поговорить с “надежными людьми” вдали от государственных ищеек.

Да и сам Палыч периодически не только продавал, но и покупал. Что именно, было не видно: для сделок он приглашал клиентов в специальную каморку. Причем его трудно было назвать откровенным бандитом. Мораль у Палыча была скорее серая: он был немного вне закона, но не без понятий.

Вот и сейчас ему было плевать на аморальную идею драки молодых людей в стиле “банда мочит слабака”, но убийство он все же запретил. Пусть и из нежелания связываться со стражами закона.

– Всем разойтись пошире! – велел Палыч, когда мы вышли на задний двор.

В этом уточнении не было нужды – любопытные уже нашли себе места. Большинство расселось на кирпичном заборе, некоторые, забравшись по поленнице, устроились на краю крыши. Чуть более старшие мужи присели на крыльцо. Мы же с бандой Барона остались в центре.

– Тебе хана! – заявил Барон, вынимая кинжал и принимая боевую стойку.

Я на мгновение ощутил холодок: а ведь об оружии мы не говорили! Эх, надо было сразу уточнить, ведь у меня его попросту нет.

– Кир! – раздался звонкий голос.

Я обернулся и едва успел вскинуть руку: в меня прилетела кочерга! Разумеется, я ее перехватил, но укоризненно глянул на подругу.

– Знала, что ты поймаешь, – пожала плечами она. – Как вчера.

Я лишь покачал головой. Хотя стало приятно, что в меня кто-то верит.

– Можно? – я на всякий случай глянул на Палыча, продемонстрировав кочергу, ведь Лиза явно взяла эту вещь с его кухни.

– Бери, – разрешил тот.

Я приободрился. Вчерашняя ситуация повторялась: я один против целой банды лишь с тупой железякой в руке. Но сегодня я наконец-то сыт, не изможден, а “Пилигрим” после драки на заброшенном заводе нарастил мне мышцы там, где мне их вчера не хватило.

– Тебе хана, Барон, – ухмыльнулся я, копируя интонации бандюгана.

– Давайте без пацанского выпендрежа, – поморщился Палыч. – Три, два, один… Бой!

Отсчет оказался довольно неожиданным, и мы все чуток растерялись, но быстро сообразили, что к чему. Толпа зрителей оживилась. Барон скомандовал что-то своим, те кивнули и принялись брать меня в кольцо. Хорошая стратегия, вот только…

Звяк! Дзыньк! – Два ножа полетели в стороны.

А классная штука кочерга! Вот, вроде, это не режущее оружие и даже не палица, зато у нее загнутый кончик, отчего зацепить нож в руке противника – раз плюнуть!

– Э! – возмутились двое обезоруженных бойцов и стушевались, не зная, как им теперь действовать – продолжать обходить меня с флангов или попытаться забрать с земли свое оружие, рискуя получить кочергой по затылку при наклоне.

– Что-то потеряли? – весело спросил я. – Вернуть?

И, не дожидаясь ответа, размахнулся и подбил один удобно лежавший нож так, что тот воткнулся в ботинок ближайшего неудачника. Ушлепок взвыл. Толпа радостно приветствовала первую жертву еще толком и не начавшейся драки.

– Минус один! – безапелляционно прокомментировал Палыч. Крови было не видно, но по стонам и грязному мату все поняли, что ее сейчас будет полный ботинок.

Я примерился ко второму ножу, кочергой разворачивая его на земле так, чтобы следующим ударом тоже отправить в кого-нибудь. Но тут Барон решил, что лучшая стратегия – это навалиться гурьбой.

Зря он так…

“Один противник – это тяжело, два – смертельно опасно. А вот толпа противников – это развлечение”, – вспомнились мне слова моего наставника по боевым искусствам.

И, сожри меня виверна, он был прав! Эти придурки натурально мешали друг другу. Им бы разбиться на пары, атакуя меня по двое с разных сторон, и я ничего бы им не сделал. Но нет, они ломанулись кучей, как толпа баранов.

Прыжок, кувырок, удар в полете. Приземление на плечо противника, еще прыжок. О, да!

Мое тело наконец-то достаточно набралось сил для боевой акробатики. Тут главное не приземлиться на чужой нож, но у меня есть отличная вещь в руках – длинная и надежная кочерга. Прыжок, разворот в воздухе с опорой на кочергу, и вот я уже в тылу противника.

Удар – разорвано ухо. Еще удар – содран кусочек скальпа. Третий удар – и собственный нож жалит неудачника в его же щеку.

– Минус еще три! – громогласно объявляет Палыч.

– А парень-то хорош, – услышал я со стороны “зрительского ряда” на заборе.

Еще как хорош! Я потомок магов и воинов, я…

Ух ты, еще кусок памяти проснулся! Спасибо, Барон, за этот подарочек. Но извини, расплачиваться буду не деньгами.

Выводить из строя толпу необученных бою придурков было несложно. Каждая мелочь рядом – поленница, чурбак, бочки и ящики – были помощью для меня и усложнением для них. Тело пело, как струна – за трое суток “Пилигрим” почти довел его до воинской нормы. Это был еще не идеал, но против этих неудачников и такого уровня хватало.

Я сбивал их с толку. Сбивал их с ног. Перенаправлял их удары, заставляя ранить соратников. И это могло бы длиться вечно, но…

В конце концов их осталось трое. Чтобы не дать им зайти мне в тыл, пришлось отступить к стене. Увы, подобная “защита” ограничивала и мои движения. Троица тоже это поняла и с предвкушением, но нервно заухмылялась.

Они уже не думали, что будет легко, и выглядели собранными и напряженными. На пробу попытавшись выбить у них оружие из рук, я в этом не преуспел – кинжал Барона сверкнул опасно близко к моей руке.

Ситуация вышла патовая: я ловко отбивал их удары, но сам не мог достать противников. Кочерга была длиннее, да, но не являлась колюще-режущим оружием, так что толку-то с этого? Оставалось только выжидать удобного момента. И я его дождался.

Краем глаза я заметил, как на “поле боя” появилось новое действующее лицо. Точнее, морда. Форрест беспечно шел мимо, обнюхивая землю как будто в поисках съестного.

Он вел себя индифферентно, и никто не обращал на него внимания, разве только Палыч покосился. Но пес был так расслаблен и дружелюбен на вид, что следующего его действия не ожидал никто, даже я.

Делая вид, что просто плетется мимо, Форрест приблизился к троице… и вдруг как рявкнул!!

Пребывавшие в максимальной концентрации парни ожидаемо подскочили на полметра – один даже выпустил нож. Да что там – даже я вздрогнул, хотя прекрасно видел пса!

Форрест же одним рявком не ограничился, и принялся страшно рычать и лаять, скалясь и припадая на передние лапы. У него даже слюни свисали, как у бешеного. Разумеется, все трое непроизвольно развернулись в его сторону… Ну и дураки.

Подбив ногой упавший нож, я в пару ловких движений чиркнул всех троих – несильно, просто царапнул. Но этого было достаточно – кровь выступила у каждого.

В то же мгновение Форрест сделал вид, что обознался – резко прекратил лаять и рычать, чихнул и завилял хвостом.

Ой, что тут началось!

Банда орала, что все это нечестно, что я все подстроил. Лиза упирала на то, что пес сам по себе, и парни сами виноваты, что испугались собачьего лая. Кто-то требовал пришибить бешеную тварь, но Форрест после своего финта благоразумно куда-то свалил.

В итоге все обратились к Палычу, как к единственному, кто мог честно нас рассудить. И он рассудил.

– Драка была до первой крови, – напомнил Палыч. – Кровь есть? Есть. Байстрюк вас сделал. Так что за все хулиганства в зале сегодня платит Барон.

– Но это нечестно! – возмутился тот. – Битва была один против всех! На пса уговора не было!

– Нечестно? – фыркнул Палыч и многозначительно обвел взглядом банду Барона.

Зрители, уловившие намек, отозвались едкими шуточками и смешками. И правда: какой справедливости может требовать человек, вышедший с целой командой против одного противника? Да еще и всухую продувший – они мне даже ни одного синяка не поставили.

– Псина за человека не считается, – пояснил Палыч. – Тем более, он бродячий, шуганный. Нож сверкнул – вот пес и отреагировал. По сторонам надо лучше смотреть, идиоты. Будет вам уроком.

Я глянул на Палыча благодарно. Это был первый случай, когда он встал на мою сторону. Впечатлился моими умениями? Или просто решил, что с этой толпы он собьет больше денег за пролитые напитки, чем с одной девчонки?

Как бы то ни было, но до конца смены к Лизе больше никто не приставал, и она спокойно разносила полные подносы, больше не получая по ногам. Ее даже как-то немного зауважали. Точнее, зауважали меня, а ей слегка досталось света моей славы.

“Что сказать? Люди здесь явно простые и ценят силу, – подумал я. – Мужик сказал, что победит – мужик победил. Почет ему и слава”.

Краем уха я услышал, как кто-то из банды предложил было устроить мне “темную” на пути домой… но неожиданно сам же Барон приложил энтузиаста по уху. Видимо, понял наконец, что со мной лучше не связываться.

Ближе к ночи, когда мы вытурили последних посетителей и подошли за ежедневной платой, Лиза, сверкая, как кристальный дракон, протянула Палычу ладошку. Весь ее вид говорил, что пора наконец выдать нам зарплату в полном объеме. Но…

– Опять червонец? Да почему?! – взвыла Лиза, увидев лишь одну бумажку с надписью “Десять рублей”.

– По кочану, – фыркнул Палыч. – Штраф за беспорядки. Народ взбаламутили, работу заведения нарушили. Я мог продать больше, но из-за вас не получилось. Упущенная выгода – слышала такое выражение?

– Упущенная выгода? Серьезно? – возмутилась Лиза. – Да после той драки народ только больше заказывал! Кир, скажи ведь, что был натуральный ажиотаж.

Я кивнул, но без особого энтузиазма. По лицу Палыча было понятно: он так и так вычел бы штраф. Не эту, так другую причину сочинил бы. Он тут главный, а мы – лишь пешки, которых легко вышвырнуть и заменить, если начнем наглеть.

Однако у Лизы было другое мнение.

– Так больше не может продолжаться! – возмутилась она. – Я требую, чтобы с нами заключили нормальный трудовой договор! Чтобы там заранее было прописано, за что и какие штрафы могут взиматься.

– Все вопросы к хозяину, – развел руками Палыч. – Завтра придет, скажи ему.

– И скажу! – возмущенно сжала кулаки моя подруга, стиснув несчастные бумажки. – Все про тебя скажу! Да ты просто утаиваешь часть моей зарплаты и кладешь себе в карман, так?

Палыч оторопел. Замер на мгновение, а потом широко улыбнулся.

– А мысль-то хороша! – сказал он. – Почему я сразу об этом не подумал? Спасибо за идею, а то я, дурак, в хозяйскую кассу возвращал. Теперь буду себе брать.

– Т-ты!! – Лиза аж задохнулась.

– Лиз, пойдем домой, – я потянул было ее, но она выдернула плечо.

– А ты вообще молчи! – набросилась она уже на меня. – Мямля! Все вы мужики такие: как пиписьками меряться – так первые, а как прибавку к зарплате просить, так хвост поджали!

У меня аж брови на лоб полезли от такого поворота. И это ее благодарность? Я, между прочим, за нее на дуэли бился! С превосходящим числом противников! Нет, я понимаю, что она возмущена и обижена, но я-то тут причем?

– У, как она тебя, парень, – сочувственно протянул Палыч, похлопав меня по плечу, пока я хватал ртом воздух от возмущения. – Мой тебе совет: ищи другую в жены. Такая тебя всю жизнь пилить будет. Смотри-ка: еще не дала, а уже претензии выставляет. Или уже дала?

– Ну вы и гады, – ахнула Лиза, развернулась и выбежала из заведения – похоже, решила, что с нами, мужланами, говорить больше не о чем.

Я вздохнул. Блин, ну вот как с такой дамой быть рыцарем, а? Ты ради нее драконов убиваешь, а она жалуется, что золота в пещере мало. Была б моей девчонкой, и правда бросил бы сейчас. А так пришлось смириться и пойти следом.