Глава 31

Лиза

Ладно, признаю, психанула. ПМС, видимо, и подростковые гормоны. Нет, ну обидно же! Понимаю еще, Палыч жмот и утырок – по нему, в принципе, сразу это было видно. С такими нужно все заранее жестко обговаривать. Но Кирилл!

Ну вот чего он каждый раз стоит, язык в жо… кхм… Стоит и молчит, в общем. Субордина-а-ация у него. Уважение к ста-а-аршему. Я такого не понимаю. Уважение – это такая штука, которую еще заслужить надо. Я уважаю прежде всего себя и не собираюсь пресмыкаться перед теми, кто надо мной издевается.

И вообще, если не требовать то, что полагается тебе по закону, то ничего и не получишь. Я это на своем опыте знаю, потому что… потому что… Блин, опять воспоминание мелькнуло и ускользнуло.

– Лиз, подожди! – донеслось до меня.

Я не стала сбавлять ход – и так догонит. А может и не догонять. Чего мы вообще друг за друга держимся? Не парочка, не брат и сестра, и даже воспоминания у нас пробуждаются какие-то разные. Так, просто два бастарда из одного приюта.

Вот если бы… А-й!

Меня резко дернули в сторону, и потная мужская ладонь зажала рот, а другая рука крепко обхватила, обездвижив. Сердце отреагировало на неожиданное нападение бешеным ритмом, в кровь ударил адреналин. Я не успела навоображать себе ни одного маньяка, как увидела, что из темноты высыпает крайне недовольная банда Барона.

Паника моментально взвинтила нервное напряжение до запредельного уровня. Ах вы сволочи! Подкараулили все-таки! Ждете, что я буду кричать и брыкаться? А вот фиг вам. Может, я и выгляжу, как слабая девчушка, но в моей голове явно сидит кто-то постарше.

Быстрый взгляд, оценка ситуации. Ага, Кирилл уже в боевой стойке, безоружен. Перед ним – целая толпа и Барон во главе. Похоже, кое-кому не хватило надирания задницы. Ну ничего, сейчас добавим, нужно лишь дождаться первого удара.

Долго ждать не пришлось: уже через секунду Барон рванулся вперед, целясь в совершенно безоружного Кирилла кинжалом. Мгновение, и острое лезвие вонзилось в мягкую плоть.

– А-а-а! – заорал парень справа от Барона.

Все дернулись, ведь кричать должен был Кирилл, в живот которому был нацелен удар. Но в полумраке улицы было не разобрать, что происходит. Кирилл, вроде бы, вообще ушел от удара, увернувшись.

Впрочем, некогда было разбираться, так что Барон дернул оружие назад и попытался атаковать снова.

– А-а-а-а! – заорал теперь парень слева от Барона.

Неудачливый убийца растерянно попятился, выглядывая, кто же напал на его собратьев, пока он пытался достать бастарда. Улица была темна, но, вроде бы, посторонних не было.

Точнее, это они так думали…

– Р-рах! – раздался собачий рык где-то сзади, а в следующее мгновение мой пленитель с болезненным воплем дернулся и разжал руки. Я тут же порталом ухнула под землю и приземлилась за спиной Кирилла, слегка отбив пятки.

– Не знаю, что ты сделала, но было круто, – сказал парень, не оборачиваясь и не выходя из боевой стойки. Видимо, успел увидеть, как я “проваливаюсь под землю”, и не удивился, когда я оказалась у него за спиной.

– А то! – самодовольно отозвалась я, стряхивая с себя неприятное ощущение объятий какого-то потного мудака. – То ли еще будет. Гляди!

Кирилл глядел. Прямо сейчас в толпе бандюганов орудовал Форрест. Ушлепки пытались попасть по нему ножом, но не попадали. Точнее, некоторым казалось, что они попали, но тут же в толпе раздавался болезненный вскрик одного из этих мудаков.

– Лизка, это гениально! – дошло наконец до Кирилла, что я делаю.

– Я назову эту технику “Самотык”! – ухмыльнулась я, одним велением мысли открывая очередной крохотный портальчик. Лезвие, что должно было ударить по моему любимому псу, скользнуло в этот портал… и воткнулось в ягодицу Барону.

– А-а-а! – взвыл тот и попытался ударить обидчика, но сзади стоял лишь один из его друзей.

Не разобравшись, Барон ткнул его кинжалом. Этот удар я перенаправлять не стала, как и все прочие того же рода. Не прошло и пары минут, как банда начала падать, истекая кровью, но продолжая грызться друг с другом. Интересно, они решили, что в их рядах предатели?

Даже Форрест понял, что он тут больше не нужен, и ускользнул к нам, наблюдая за безумием братоубийственной стычки. Боги, и это называется “банда”? Они бьют своих и даже не задумываются! Как с такими в бой идти?

– Жестко, – сказал наконец Кирилл, оценив происходящее, в котором про нас троих уже забыли – бандюки были заняты теперь исключительно друг другом.

– Я тут ни при чем, – развела я руками, ибо тоже почувствовала себя неуютно при виде этого ужаса. – Целилась только в ягодицы, чтобы больно, но не смертельно. Остальное они сами…

Меня прервало завывание полицейской сирены – похоже, у кого-то из жильцов этой улицы был телефон, и они вызвали наряд.

– Легавые! Валим! – закричал один из ушлепков, и безумная поножовщина мгновенно прекратилась. Будто тараканы, бандюки бросились врассыпную. На месте остались только постанывающие и истекающие кровью неудачники, которых пырнули свои же.

– Опять эта тварь, слышишь? – нервно заозирался Кирилл, тоже заслышав звук. – Надо бежать. Сможешь открыть портал поближе к приюту?

– Не знаю, не пробовала, – честно сказала я. – Далековато, вообще-то, ни разу так не делала. Но сейчас попробую.

Мне и правда не хотелось бы провести ночь в местном “обезьяннике”, даже если меня будут просто допрашивать. Хочу домой – кушать и баиньки! Так что, недолго думая, я навела большой портал, представив, как он открывается на картофельном поле приюта.

В воздухе тут же возникло знакомое марево. Первым в него сунул морду Форрест, постоял секунду и прошел целиком. В это мгновение у меня внутри будто холодок образовался. Кирилл шагнул следом – и снова под ребрами похолодало. Словно каждый, кто проходил через этот портал, отнимал у меня порцию тепла. Некритично, но неприятно.

“Кажется, с порталами на большое расстояние надо быть осторожнее”, – подумала я и нырнула за ними.

И правда, стоило мне выйти с другой стороны, как я в третий раз ощутила холодок в животе, а за ним и шум в ушах. Несильный, но намекающий, что с такими штуками лучше не шутить. Я поторопилась закрыть портал.

– Как думаешь, они еще полезут? – задумчиво спросил Кирилл, поглядев в сторону города.

– Пусть лезут: у меня есть пара идей боевого применения порталов, – кровожадно заметила я. – Просто они застали меня врасплох, но даже так я их, как видишь, одолела. В следующий раз справлюсь еще быстрее.

– Ну вот что ты за дама такая? – неловко улыбнувшись, укорил меня Кирилл. – Даже не спасешь тебя толком.

– Можем поменяться ролями, – ухмыльнулась я. – Я буду рыцарем, а ты сиди в башне и расти косу. Фиолетового цвета. Нет, лавандового!

– Косу? Лавандового цвета? – не понял он. – Почему именно такого?

– А, не знаю, – я беспечно пожала плечами. – Просто прикольно. Ты был бы такой светленький и пушистый. Хорошо бы смотрелся на фоне первого снега. Все девки были бы твои.

У меня перед глазами вдруг ярко встал этот образ – напрочь замерзшего парня с лавандовыми волосами, что тянулся ко мне с надеждой, прорываясь сквозь огромный сугроб. Картинка была явно воспоминанием, но лицо было другим. Странно. Почему вдруг вспомнилось? И кто это был, если не Кирилл?

– Короче, расти косу до пояса, – тряхнув головой, подытожила я. – Отбелим ее и покрасим в сиреневый. Конфетка будешь! Му-а!

Я поцеловала кончики пальцев.

– Женщины, – Кирилл закатил глаза. – Я тебе о силе, а ты мне – о марафете.

– Одно другому не мешает, – я пожала плечами. – Тебе так жалко волосы отрастить? Ты ведь любишь подраться. А как волосы отрастишь, так гопники за тобой сразу толпой бегать начнут, дерись не хочу!

– Отрастить могу, все равно тут нормального цирюльника наверняка днем с огнем не сыщешь, – без особого энтузиазма ответил Кирилл. – А вот красить не буду.

– Не нравится лавандовый цвет? – уточнила я, уже прикидывая, какие еще оттенки ему пойдут.

– Нет. Возиться лень и смысла не вижу, – пояснил он. – Мне и так нормально.

– А если я сама тебя покрашу? – тут же оживилась я, поняв, что он не возражает. Это ж такая редкость, когда мужики не встречают подобные предложения в штыки!

Но увы, меня ждало разочарование.

– Слушай, тебя чего приспичило? – укоризненно глянул на меня Кирилл. – Есть дела и поинтереснее.

– Чистить морды? – фыркнула я. – Ну, ты же не собираешься делать это нон-стоп. Вон, у нас деньги начали появляться. Может, и правда займемся твоей внешностью? Мне кажется, ты не так должен выглядеть.

– Может быть, – пожал плечами Кирилл. – Зеркала в приюте нет.

– Я буду твоим зеркалом, – пообещала я. – Хочу понаводить кому-нибудь красоту! Помацать, потискать, позаплетать красивого мальчика…

Я мечтательно закатила глаза, шевеля в воздухе пальцами и уже представляя, как буду его трогать. Кажись, у меня и правда гормоны шалят – тело, видимо, отъелось и начало оживать. А гормоны у подростков – ого-го, какие сильные! Срочно надо кого-то любить и тискать!

– Э-э… Я, пожалуй, пойду, – Кирилл демонстративно прикрыл глаза рукой и сделал несколько шагов в сторону приюта.

– Жадина! – я шутливо надула губки, но спорить не стала – момент неконтролируемых эмоций все равно уже схлынул.

– Это я-то жадина? – фыркнул тем временем Кир. – А скажи-ка, как ты отреагируешь, если я подойду к тебе с предложением “помацать и потискать красивую девочку”?

– Фу! Пошляк! – тут же весело фыркнула я, представив это… и продолжение.

– Ну вот и поговорили, – хмыкнул Кирилл. – Пошли уже, кушать хочется.

Я кивнула, и мы зашагали в приют. Впрочем, не прошли и дюжины шагов, как я спросила, хлопая ресничками и прикидываясь дурочкой:

– Что, правда красивая?

– Э, ты ведь напросишься, – шутливо пригрозил Кирилл. – Нельзя спрашивать подобные вещи у молодых и здоровых парней. Не боишься, что тебя зажмут в углу и обесчестят?

– Не-а, – я весело помотала головой. – Больше не боюсь.

– Почему? – удивился Кирилл. – Ты хоть и освоила порталы, но физически сильнее не стала. Как собираешься сопротивляться, если вдруг что? Если держать будут, в портал ты уже не нырнешь.

– А зачем в него нырять? – деланно удивилась я. – Я его открою у себя под юбкой для отдельно взятого органа. Прямиком в муравейник. И пусть насильник познает все муки ада и ярость потревоженных красных муравьев. Муа-ха-ха!

Я изобразила хохот мультяшного злодея. Вышло похоже.

– Ничего себе у тебя буйная фантазия, – Кирилл даже отошел от меня, видимо, представив эту картину и ужаснувшись.

– Полагаю, правильнее говорить “больная” фантазия, – фыркнула я. – Ладно, пошли уже ужинать и радовать монахинь зарплатой. Интересно, сколько у них там долга? Надо бы хоть узнать, сколько нам еще пахать. А то может, не так все и страшно?