Глава 4

Ники с ожиданием уставился на Катю, а та недовольно покосилась на Арчи, делающего вид, что читает учебник по боевой магии. Вот, приперся на ее голову.

Артур поймал Ники на серьезнейшем преступлении, когда тот, крадясь вдоль стены в полумраке коридора, нес в комнату девушки молоко с хлебом.

Николас пытался убедить брата, что это он себе несёт, чтобы перекусить перед сном, но когда это Ники любил крестьянскую еду? Точно Кэтрин нёс, которую сегодня лишили ужина, и которая после того, как свихнулась, могла и полюбить молоко с хлебом.

Артур бы и поверил брату, если б тот нёс что-то другое, потому что, когда это капризный и избалованный всеобщий любимчик Ники о ком-то заботился? Прежнюю Кэтрин он гонял похлеще мачехи, вечно придирающейся к своей тихой, незаметной дочери, которая своей покладистостью и скромным нравом очень раздражала ее.

— Вылитый отец! Такая же никчёмная! — расстроенно цедила миледи. — Ну, нельзя же такой быть! Ну, что ты забитая такая!

Покойный отец Кэтрин был слабохарактерным и тихим человеком, магом-бытовиком, который был счастлив только тогда, когда играл в кости. Магия ему досталась никчемная, унизительная для мужчины, и он потихоньку спивался и проигрывался. В итоге доигрался.

Артур увязался за младшим братом, который чуть ли не плакал, когда понял, что любимая сестра может остаться голодной, а теперь сидел с ними обоими в комнате Кэтрин и охранял брата от в последнее время подозрительно неуравновешенной дочери мачехи.

— Расскажешь о своей подружке? — Ники спрашивал уже в третий раз, от нетерпения не зная куда себя деть, подпрыгивая на кресле, пока Катя, совершенно никуда не торопясь, пила молоко. Но он же не подозревал, что она надеялась на то, что Артур уйдёт.

Катя вздохнула.

— Папа моей подруги научил ее играть в одну интересную игру, — с загадочным видом протянула девушка. — В радость. Они начали играть в нее, когда она была еще совсем маленькой.

— А как это? Никогда еще не слышал, чтобы играли в радость, — Ники с сомнением и подозрением рассматривал Катю.

Арчи хмыкнул в своём углу.

— Не хмыкай там, чукча, а то выставлю, — хмуро поговорила девушка.

— Хотел бы я на это посмотреть, — презрительно ответил Арчи.

— А «чукча» — это кто? — спросил Ники очень некстати.

— М-м-м, — Катя отпила тёплое молоко, думая, чтобы ответить, — это очень красивый и умный человек.

Артур подозрительно покосился на девушку.

— Верится с сомнением, — процедил он.

— Тебе лучше поверить, — ухмыльнулась девушка. Да уж, высокомерный сноб Артур мало походил на чукчу.

Катя провернулась к Ники:

— В эту игру сложно и интересно играть, потому что ее смысл в том, что нужно радоваться тогда, когда радоваться вроде бы нечему, — с улыбкой проговорила девушка.

— А разве возможно радоваться тогда, когда нечему? — малявка выглядел озадаченным.

— Ну, понимаешь, чтобы не плакать, лучше же радоваться, — мудро заметила старшая сестра.

— Бред, — насмешливо фыркнул лорд Артур.

— Слушай! — Катя возмущённо повернулась к нему. — Захлопни варежку! И не мешай нам разговаривать!

— Да где ты понабралась всех этих выражений? — возмущённо уставился на Катю парень, откладывая учебник. — Иногда даже я не понимаю тебя.

— Где взяла, там уже нет. Ясно? — огрызнулась Катя.

— Не ясно. Ты очень странная стала.

Катя демонстративно откусила большой кусок хлеба, запила молоком, чтоб не отвечать.

— В следующий раз, когда будешь есть, поставь перед собой зеркало. Увидишь в нем неряху, — с презрением заметил Артур.

Девушка замерла:

— Ой, надо же, какие мы остроумные, — обиделась Катя. — Тебе тоже не мешает иногда в него заглядывать, — пробубнила она с полным ртом. — Увидишь в нем самодовольного придурка. Передашь привет от неряхи.

Некоторое время Арчи внимательно смотрел на Катю, прищурив глаза. Взгляд же Ники выражали нетерпение и возмущение.

— Арчи! Не мешай! Кэтрин! Продолжай!

Вздохнув, Арчи прикрылся книгой. Мымра, а не девчонка!

— Мама Поллианны рано умерла, она жила с отцом-священником на пожертвования людей, — продолжила девушка рассказ, чувствуя, что Артур сейчас дырку в ней прожжёт своим взглядом над книгой.

— Это как? — не понял маленький лорд.

— Что люди принесут им, тем и довольствовались. Поле, как всякой девочке, очень хотелось куклу, но кукол никто не жертвовал. А однажды среди пожертвований оказались костыли. Поля очень расстроилась. Тогда отец научил ее этой игре. Он предложил порадоваться тому, что костыли ей не нужны.

— Как же можно этому радоваться, когда ты ждешь куклу, а тебе присылают костыли! — поразился Ники. Зелёные глаза были как два маленьких блюдца.

— Это трудно, — согласилась Катя, — но возможно.

Ники задумался, а Катя, допивая молоко, подумала, что у этой избалованной всеобщим вниманием малявочки все есть, поэтому, наверное, ему будет неинтересно играть в эту игру. Зря она рассказала о ней. Только повод для насмешки для его старшего брата.

У Ники были совершенно другие поводы для радости, далекие от радости детей-сирот. Наверное, маленького лорда и наказали впервые в жизни тогда, когда он применил без наставника свою особенную магию жизни, чтобы оживить ее. Слава Богу, обошлось без выгорания.

А вот она с друзьями много лет играла в эту игру, и хорошо натренировалась находить радость там, где ее, на первый, нетренированный, взгляд не было.

В младенчестве ее подбросили в детский приют, она никогда не знала родителей. Повод для печали? Конечно. И сначала, первые десять лет своей жизни она очень переживала по этому поводу. Как и все дети-сироты. Но потом, после того, как узнала про игру в радость, поняла, что у неё все просто зашибись. Ведь если сравнить ее судьбу с судьбой Лены Борисовой, которую также подбросили, но которая ещё инвалид по зрению, то ей, определено, есть чему радоваться. Ведь она здорова и с отличным зрением. А Лену подруги поддерживали тем, что восхищались, как она слепым методом сочиняла прекрасные истории, побеждающие на литературных конкурсах. Ее же сама Ольга Николаевна научила. Есть же чему радоваться?!

Катя долго мечтала о красивой кукле с белокурыми волосами, но ей всегда дарили карандаши, фломастеры и книги. Повод для расстройства? Наверное. Но она научилась радоваться тому, что ей, сироте, дарили хотя бы карандаши и драгоценные книги, которые заставляли её погружаться в необыкновенные волшебные миры.

Катя с подругами, Ольгой Николаевной и учителями все время искали что-то хорошее и радостное в жизни. И находили. И радовались. Хотя иногда было очень трудно найти причину для радости.

— Вот, например. К нам пришёл Артур, — с очень серьезным видом произнесла Катя. — Он мешает, надзирает, гундит и придирается ко мне. Есть нам повод радоваться? — Ники с сомнением посмотрел на хмурого Артура и уверенно сказал «Нет».

— Ты не прав! — Катя с торжеством посмотрела на малыша, а затем с весельем на Арчи, который уже понял, что сейчас его будут высмеивать.

— Класс, что он успел помыться после своей боевой треньки и не воняет здесь! — произнесла вредная девчонка. — Потому что, если бы он пришёл сразу… мы бы ещё и задохнулись!

Артур плотно сжал губы, чтобы сдержаться и не сказать при брате гадость, но не сдержался. Возмущение распирало его. Воспитанная леди так не должна себя вести! Как не должна сверкать панталонами перед мужчиной! Что позволяет себе эта… эта… слов он не нашёл.

— Ну, и чего ты не радовалась тогда, когда узнала, что Макс хочет разорвать вашу помолвку? Зачем отравилась? Не нашла повода для радости? — ехидно поинтересовался он.

Сказал и сам пожалел. Нельзя было так. Тема помолвки с лордом Максимилианом Дарвигом, вообще, на время стала запретной в семье Червингов, но Артур не сдержался, тем более девчонка стала основательно подбешивать его.

Он давно стал подозревать, что вместо прежней Кэтрин в тело сводной сестры вселилась самозванка. Давно нужно поговорить с отцом и господином Бэлимором. Они так тесно не общаются с Кэтрин и не видят всех ее странностей, которые уже режут глаз.

Катя исподлобья посмотрела на Арчи. Тот с огромным любопытством рассматривал ее, ожидая ответа. Чувство вины он затолкал поглубже, и совесть тоже, чтобы не мешали.

— Ну, ты и говнюк! — все же не сдержалась девушка от возмущённого восклицания. Кате стало обидно за тихую Кэтрин. А если бы сейчас она находилась здесь вместо неё? Как бы больно той стало.

Ей не пришло в голову, что тогда ничего этого точно не происходило бы.

Лицо малявки вытянулось от изумления, Арчи же сначала не поверил ушам, а потом… весело хмыкнул.

— Быть леди так скучно, — подмигнул он с пониманием. — Тем более, когда не понимаешь, что от тебя нужно.

Девушка покраснела, побледнела, глаза забегали, а потом возмущённо заблестели.

— Арчи! Ты же никому ничего не расскажешь? — Ники умоляющее смотрел на старшего брата. — Она же ни в чем не виновата! Это все я! Я виноват!

О, значит, он тоже замечает странности Кэтрин и что-то подозревает?

— Похоже, что ты перепутал ритуалы, малыш, — задумчиво пробормотал старший брат, пристально рассматривая девушку.

Она была некрасива, худосочна, словно бледная поганка, как и раньше, но теперь от неё шла такая бешеная энергия, такой свет, что он, к своему недоумению, теперь все чаще старался оказаться рядом, чтобы выслушать ее колкости или, наоборот, что-нибудь интересное, как, например, сейчас. Будто живой воды напился. Это молодого лорда выводило из себя, злило и пугало. Потому что девчонка-то стала ещё и жутко вредной и насмешливой.

— Ладно, развлекайтесь, — Арчи неохотно поднялся с кресла, увидев, как насупилась девушка. — Но недолго. И все же, Кэтрин, чему можно радоваться, когда человек, которого ты любишь, разрывает с тобой помолвку?

— Арчи! — воскликнул маленький защитник.

Катя замерла, задумавшись над каверзным вопросом. Ей очень захотелось найти на него ответ, чтобы уделать этого Арчи.

— Тому, что о его равнодушии узнаёшь до свадьбы. И теперь есть шанс полюбить снова, взаимно, а не мучаться всю жизнь с тем, кто тебя не любит и кому ты не нужна, — уверенно ответила она, торжественно блеснув глазами.

— Думаю, ты абсолютно права, — с искренним удивлением ответил Артур. — Жаль, что ты не вспомнила об этой игре в тот момент, когда… — он выразительно посмотрел на неё.

Маленькая подушка прилетела в его изумленное лицо, заставив замолчать.

— Исчезни, чукча!