Глава 5

После того дня в комнате Кэтрин, когда Артур понял, что она на самом деле не леди Кэтрин Мэнсор, девушка демонстративно его игнорировала. Пусть идёт в баню со своей наблюдательностью и въедливостью, решила она.

Сейчас испортит ей весь подарок, который нежданно-негаданно свалился на нее. Нет, «жданно» — это точно, а вот «негаданно» надо оставить. Если он расскажет о своих подозрениях, то ее замучают проверками, закроют где-нибудь в тюрьме и остаток положенного времени она проведёт как преступница.

Катя мучилась, что же ей делать, и в итоге решила просто поговорить с парнем. В конце концов, Ольга Николаевна всегда учила их действию и тому, что с людьми нужно разговаривать, если хочешь чего-то узнать от них или добиться. Под лежачий камень вода не течёт, любила повторять директриса.

Стоя на подоконнике в ночной рубашке и присматриваясь к толстым ветвям дерева, на которое она собиралась пробраться, девушка подумала, что уже соскучилась по доброй Ольге Николаевне и по друзьям из детского дома. Там не было роскоши, столько много еды и одежды, и она сама все делала: убирала, стирала, училась, в конце концов. Но там она была на своём месте. Здесь, на месте леди Кэтрин Червинг, ей было не по себе. Кате не нравилось быть леди, это было скучно. Да у неё и не получалось ею быть. К сожалению, вышивка, музицирование и танцы ее раздражали. Там, на земле, она лучше бы сделала генеральную уборку в комнате, починила бы утюг какой или чайник, припаяла бы оторвавшийся проводок. Или погоняла бы на велике. В шортах и майке, а не в куче слоев ненужной одежды. Там, на земле, ещё она мечтала выучиться на программиста и открыть свою клининговую маленькую фирму. Два желания не были связаны между собой. Только деятельная и мечтательная Катя их связывала.

Катя вздохнула. Да, она была дитя другого мира и времени, здесь она не находила себе места, но она чувствовала, что время уходит, и хотела ещё немного насладиться ролью сестры и дочери. Это чувство нужности просто потому, что ты есть, ни с чем нельзя было сравнить.

Миледи Червинг, несмотря на то, что была женщиной, скупой на эмоции к детям, легкомысленной и несколько ограниченной, любила Катю просто потому, что она ее дочь, пусть и непутевая. Как родители любят своих детей. Миледи, конечно, часто придиралась к Кате, но та уже поняла, что только для ее же пользы. Герцогиня переживала, что дочь уродилась некрасивой и тихой, и пыталась растормошить ту, вселить в неё уверенность, только подход не могла найти, и настоящая Кэтрин Червинг с каждым днём все больше закрывалась и уходила в себя, пока… пока не случилась трагедия. После неё леди Элинор изменилась, поняв свои ошибки.

А белокурый ангелочек Ники. Очаровашка. Они уже с ним поговорили, тоже после выпада Артура, кто она и как могла попасть в тело его сестры. И это мальчик объяснил ей, что если она у себя в мире не умерла, то произошло переселение душ между телами. А, значит, можно не бояться, что настоящая Кэтрин умерла. А Катя призналась, что внутри неё словно таймер тикает, и она чувствует, что с каждым днём времени остаётся все меньше и меньше. Малявка сначала очень расстроился, что она не настоящая сестра, но Катя обрадовала его, что у него теперь две сестры и он может любить обеих, а Кэтрин уже скоро вернётся.

С кашей в голове от мыслей Катя перелезла на дерево и по толстым ветвям осторожно добралась до окон Артура. Ей немного не хватало, чтобы постучать в закрытое окно. Она сорвала ветку и стала ее тыкать в стекло. Тык-тык, тык- тык.

— Кто в теремочке живёт, кто в невысоком живет… — бормотала она.

Окно распахнулось, и в нем появился настороженный хозяин комнаты.

— Мышка-норушка, — широко улыбнулась девушка.

— Мышка в ночнушке, хотела ты сказать, — он странно смотрел на неё, и Катя даже смутилась. — И почему я даже не удивлён? — взгляд его стал серьезным. — Когда послышался стук, я так и понял, что это ты.

— Ну, а кто это ещё мог быть? — искренне удивилась девушка. — Я, конечно.

— Ах, да, что я в самом деле, — в своей язвительной манере заметил Артур. — Обычно леди так и ходят в гости: ночью, в ночной рубашке, по дереву залезают в комнату к мужчине.

— Ты уже понял, что я не леди, — вздохнула Катя, понимая, что парень прав.

— Ты хочешь, чтобы это поняли и другие? — Артур буквально сверлил ее недовольным взглядом.

— Нет. Поэтому и пришла поговорить. Пустишь? Пожалуйста.

Некоторое время лорд с сомнением рассматривал девушку, колеблясь. И ещё он не мог понять, что с ней не так. Она была другая. Она и не она. Волосы распустила? Или что? Или просто в ночнушке, которая меняла ее. Он так и не понял, но умоляющий взгляд подействовал на него.

Артур перегнулся через подоконник и помог ночной гостье забраться к нему в комнату.

— Что ты сделала с собой? — не мог понять он, все ещё внимательно разглядывая девушку.

Кэтрин закатила глаза и, как всегда, язвительно пробормотала что-то совершенно непонятное:

— Противогаз надела.

— Что? — в изумлении уставился на неё Артур. — Противо… что?

— Я чёлку подстригла, — усмехнулась девушка. — Ещё покрасила брови и ресницы, — она охотно подставила ему под нос свою изменившуюся мордашку. — И… покрасила волосы. Видишь? Теперь они не бесцветные!

— Что ты сделала? — Артур не верил своим глазам и ушам. — Леди не носят челку и не красят волосы, ресницы и брови. Это дурной тон! Скандал!

— А мне все равно! — храбро заявила Катя. — Ты сам сказал вчера, что леди быть скучно.

— Но я не это имел в виду!

— Что имел, то теперь и в виду! — заявила нахалка. — Я сказала миледи, что это ты мне посоветовал.

Вот мымра! Молодой человек не верил своим ушам. Он ни разу в жизни не слышал, чтобы леди красили себе что-нибудь.

— Ты видел мой лоб? Это же уродство! Он о-очень большой! А мне надоело быть уродиной! Уж лучше скандал, чем то, что было у меня.

Артур расхохотался, не сдержав изумления,

— Кэтрин! Ты не уродина, — теперь он более внимательно разглядывал девушку и неожиданно даже для себя согласился: — А ты права, с чёлкой тебе определенно лучше, и с каштановыми волосами тоже. Только… Тебя уже видела миледи? А отец?

По неожиданно смущенному взгляду понял, что нет.

— Ну, ты и наворотила дел, — задумчиво протянул парень.

— Я только доставила себе радостные моменты, — заявила девушка. — Кому станет хуже от того, что я стану симпатичней? Никому. Так почему я должна ходить уродиной, если моя более привлекательная внешность будет доставлять радость не только мне, но и другим? Вот тебе я такая нравлюсь больше?

Артур внимательно ещё раз оглядел худенькую тоненькую фигурку Кэтрин и решил, что такой она ему определенно нравится больше. Хотя писаной красавицей она не стала, но и некрасивой или незаметной ее сейчас тоже не назовёшь.

Артур ничего не ответил, но внимательная Катя итак все поняла и разулыбалась.

— Опусти.

— Что опустить? — растерялся лорд.

— Свои брови. Ты так высоко их поднял от удивления, пока меня рассматривал, что они зацепились за волосы и застряли.

Артур, не сдержавшись, рассмеялся. Вот же девчонка дурная. Но как же с ней весело! И младший лорд Ники в последнее время очень довольный и счастливый, перестал капризничать и ныть, начал заботиться о других. И ведь это заслуга самозванки, а не учителей. Пусть пока живет, не будет он ничего говорить отцу.

— Что за разговор у тебя?

— Я не леди Кэтрин Мэнсор, но я ни в чем не виновата.

А дальше Катя рассказала все-все о себе, ничего не утаивая.

Артур не удивился признанию, он уже все понял и до него. Единственно, когда Катя стала говорить, он отправил в неё заклятие правды, чего та даже не почувствовала, и теперь с уверенностью, что она его не обманывает, мог все выслушать. История девушки удивила его и… растрогала, хотя он не подал виду.

Гостья из другого мира замолчала, она выглядела взволнованной и обеспокоенной, глаза блестели и с напряжением смотрели на него.

— Хорошо. Я буду молчать. В обмен на поцелуй, — выдал Артур.

Карие глаза девушки распахнулись в таком изумлении, что Артур рассмеялся.

— Я никогда не целовался с девушкой из другого мира, — объяснил он своё желание.

— А я вообще никогда не целовалась, — растерялась Катя. — Зачем тебе это? Я же некрасивая.

— Я уже сказал, — пожал плечами лорд, насмешливо наблюдая за девчонкой.

Он не собирался ее обижать, но подразнить, да и поцеловать тоже вдруг очень захотелось. Как попробовать вкуснейшее экзотическое пирожное, которое перед носом, а ты его никогда не пробовал.

Катя нахмурилась и недовольно стала рассматривать нахала, как потенциального партнера по поцелую.

Она, действительно, никогда не целовалась. В отличие от своих подружек она не торопилась взрослеть, ей нравилось ощущать себя ребёнком. Каждый день она ждала, что именно сегодня появится та, которая захочет стать ей мамой и заберёт к себе. Взрослых никто не забирает. Но проходил день за днём и год за годом, а за ней никто не приходил. Детство заканчивалось. В четырнадцать лет она уже и паспорт получила. Через два года ей станет восемнадцать и… тогда во всем мире она станет никому не нужна.

Катя постаралась сразу отбросить грустные мысли. Она всегда-всегда будет нужна Ольге Николаевне, маленькой женщине с огромным сердцем, в котором находилось место для каждого ребёнка из их детского дома.

— Ну, так что? — Артур продолжал стоять, опираясь на подоконник, и со смешинками в глазах рассматривал нахмуренную Катю, но он думал, что она стесняется и смущается, даже не подозревая, почему девушка не хотела целоваться.

— Там, у меня на земле, мне исполнилось шестнадцать и я, правда, никогда еще не целовалась. Ты можешь сделать так, чтобы я навсегда не почувствовала отвращение к этому занятию? — огорошила Катя. — В общем, постарайся доставить мне удовольствие.

Смех Арчи заставил и ее улыбнуться. Она смущённо заулыбалась и подошла к нему ближе.

— Ну, хватит ржать, как конь, давай, делай девушку счастливой, — пошутила Катя и серьезно добавила: — И не слюнявь меня, хорошо? А то девчонки рассказывали, что иногда вы ужасно целуетесь. Пока все лицо в слюнях не измажете, не успокоитесь. И язык тоже очень глубоко не засовывай, чтоб меня не стошнило.

Так, вроде, обо всем предупредила, теперь можно и поцеловаться, но Артур согнулся пополам от хохота.

— Ну, чего такого смешного я сказала? — недоуменно захихикала Катя, вспоминая подружек, которые после первого опыта кривились и заявляли, что поцелуи — это фигня, надо, видимо, сразу переходить к главному. И ведь переходили, любопытные дурочки, и даже Ольга Николаевна не могла за всеми уследить.

— Давай в следующий раз, — еле успокоившись, предложил Артур. — Ты мне весь настрой сбила своими наставлениями. Я так не смогу… э-э… показать себя с лучшей стороны, — и хмыкнул.

— А ты точно никому ничего не расскажешь? — вздохнула Катя.

— Точно, — весело улыбнулся парень. — Иди сюда, помогу тебе перебраться, и иди уже спать. А поцелую тебя потом как-нибудь.

— Только помни, что это ты сам так решил, — Катя заглянула с серьезной мордашкой ему в лицо. — Я была не против поцелуя.

Еле сдерживая смех, лорд помог девушке забраться на подоконник и перебраться на дерево. Невольно затаил дыхание, пока следил, как худенькая маленькая фигурка ловко перебирается по веткам. И спокойно выдохнул только тогда, когда гостья из другого мира скрылась в комнате Кэтрин.

Как же он расскажет о ней, когда она такая наивная и очаровательная? И совершенно безобидная… пока сидит на своей половине замка. Потому что, если ее выпустить в Эллию, неизвестно, не перевернёт ли она его мир с ног на голову.