ГЛАВА 21. ДОМ

Балансируя на плечах у вампирши, Кассея пыталась дотянуться до резной фигурки горгульи и засунуть ей в лапы кристалл, дабы люстра, наконец, зажглась десятками огней, осветив каминный зал, а не болталась под потолком, выполняя исключительно функцию пылесборника. И все бы у нее получилось, если бы одна бесстыжая рыжая кисточка опять не прошлась ей по лицу:

– Кики! Ты издеваешься? Я на год вперед твоей шерсти наглоталась!

Добраться до потолка им удалось коллективным трудом. Амина стояла на верхней ступеньке деревянной лестницы и была основой их акробатического ансамбля, от чего у Кассеи по коже бегали мурашки. Такое тщедушное тельце, а ее немалый вес даже не заставил маленький носик поморщиться. Вампирша, как ни в чем не бывало, вела с ней светскую беседу, несмотря на груз на своих плечах.

Венчала конструкцию нечисть. Кики, вцепившись острыми когтями в ее свитер, отвечал за самые труднодоступные места, куда ее рука уже попросту не доставала, но с равновесием у фамильяра оказалось туго, а потому он то и дело использовал в качестве опоры хвост. Заехал ей в глаз, заставив прослезиться, пару раз целился в рот, но в целом… Не свалился и ладно.

– Фу! – Кики поежился, едва не выронив тряпку прямо на голову своей госпожи. – Там Гектор! Я туда не полезу, предупреждаю сразу!

Под сдавленный смешок Амины она уставилась на балку, ставшую причиной бурного негодования беса:

– Какой еще Гектор? Не говорите мне, что вы дали имя пауку.

Хотя, справедливости ради, пауком это назвать было сложно. При желании эта гадость могла бы слопать и кота. Ей как – то вдруг тоже захотелось сказать брезгливое «фу» и отодвинуться подальше.

– Не мы, – подала голос вампирша. – Гектор и Крессида шли вместе с домом. Шан’лире случайно привязал своих дражайших питомцев к артефакту. Я поклялась, что мы их не тронем. Будем кормить, холить и лелеять до тех пор, пока он не найдет способ их отсюда вызволить. Такой особняк стоит семь миллионов крон, а мы с Кики сторговали цену до двух. За два и приличную избу в браслете – то не купишь, а тут такая роскошь.

Кассея себя пересилила. Запихнув – таки кристалл в лапы горгульи, аккуратно собрала паутину и смахнула с балки пыль, стараясь не делать резких движений. Нападать на нее Гектор не спешил.

– Крессида тоже паук? Или что – то пострашнее?

– Паук, – Амина с чувством размяла затекшую шею. – Но она робкая, днем не показывается, зато ночью трудится в поте лица. Вчера оплела мне котел, испортив зелье. Долго еще? Я бы перекусила, что ли.

Кики издал полный облегчения вздох:

– Хвала богам! Принцесса, будешь колбасу?

– У вас есть колбаса?

Позволив нечисти сползти по спине, Кассея нашла ногой ступеньку и слезла с вампирши. Потолок сиял чистотой и радовал глаз. Жаль только, что за целый день им удалось привести в порядок лишь первый этаж.

– Есть, – потупив взгляд, призналась Фариарди, чья черная макушка побелела от пыли. – Я не знала, что ты любишь, и на рынке взяла всего понемногу. Хлеб, сыр, колбасу, оливки, овощи, вяленую рыбу. То, что не нужно готовить. Если ты голодна и не торопишься, можем поужинать у камина… Или покажу тебе бассейн. Он маленький, но на двоих места хватит. Я тут недавно разжилась артефактом, который выпускает в воду пузырьки. Как в дорогих термах.

Ее никто не держал, но почему – то хотелось остаться.

– А давай! Я обеими руками за.

Хорошенькое личико Амины засветилось, словно огоньки на новогодней елке:

– Ладно. Тогда я подготовлю все для купания, а ты займись перекусом. Кики проводит тебя в кладовую. Бери, что понравится.

Горе – похитительница растворилась в тумане, излучая до того искренний, неподдельный восторг, что Кассея окончательно растаяла.

Мудрить с ужином она не стала. Порезала хрустящий хлеб, на тарелку выложила ломтики колбаски, маленькие помидорки и сыр. Сбоку насыпала соли и водрузила нехитрую трапезу на поднос. Туда же уместились два бокала и графин с кровью для вампирши. Бутылка вина не влезла, а потому пришлось топать к бассейну, зажав ее под мышкой. Нечисть ей помочь не соизволила. Семенила следом, волоча свой трофей. Толстенную скумбрию горячего копчения, украденную прямо со стола.

Амина сидела на траве, закутавшись в пушистую черную кофту, и не моргая смотрела вдаль. Думала о чем – то… Или о ком – то. Но их с котом заметила и натянула на лицо усталую улыбку:

– Подогреешь воду? Зачем тратить кристалл, если рядом огненный маг.

Девчонка расстаралась от души. Ароматические свечи, пена, лепестки роз. Запахи в воздухе витали сумасшедшие. Нотки ванили и сандала, корицы, гвоздики, мускатного ореха. Благо Кики удалился в кусты и не портил композицию рыбным флером.

Кассея пристроила поднос на мраморный бортик бассейна и опустила руку в воду, отпуская силу с поводка:

– Вкусно пахнет. Свечи – твой специалитет?

– Специалитет – громко сказано. Так, балуюсь в свободное время. Одними свечами на жизнь не заработаешь. Вот и вынуждена стряпать всякую дребедень вроде приворотов и «мужской силы». Эти всегда в цене, да и разлетаются, как горячие пирожки на ярмарке.

– Феанор как – то обмолвился, что ты мечтала открыть лавку в Килденгарде, – разговор об эльфе она решила не откладывать, но постаралась начать издалека. – Почему не откроешь сейчас? Не наймешь помощников? Я видела у тебя на столе бланк заказов. Дамские салоны, лечебницы, торговцы зельями. Тебе приходится доставлять товары самой. Это хлопотно и, должно быть, весьма утомительно.

– Кровопийцы не устают, – невесело усмехнулась Фариарди, стягивая платье. – И почти не спят. Думаю, для тебя это не секрет. А так я хотя бы чем – то занята. Пока приготовишь, пока остудишь. По колбам разольешь, привезешь по адресу… Считай и день прошел.

Наготы Кассея не стеснялась и без раздумий разделась следом, погрузившись в теплую воду. Скользнула взглядом по хрупкому девичьему телу и с удивлением отметила, что ошиблась. Грудь у вампирши имелась. Небольшая, но аккуратная.

– Выйдешь за Феанора замуж, забот прибавится.

– Не смешно, – активировав артефакт с пузырьками, Амина устроилась у бортика на противоположном конце бассейна. – Для принцессы у тебя скверное чувство юмора. Скорее он на Изе женится, чем на меня посмотрит, как на женщину. Сестрица моя в его вкусе. Как, собственно, и ты. Высокие… С этими вашими округлостями. Аж зависть берет.

– Округлости – не повод влюбиться. Тебе ли не знать, что их наличие не помогло Изабелле удержать Лиораэля.

Тихий обреченный вздох смешался с шелестом листвы:

– Они были счастливы. Недолго, но были. А от меня Феанор шарахался, как от больной сандрийским гриппом. На публике шутил и улыбался, спорил, дискутировал, не разрывая зрительный контакт. Но стоило нам остаться наедине, спасался бегством. Даже когда я пришла предупредить его о заговоре, он меня не слушал. Пытался выставить за дверь. Ребенка. Угловатого подростка. Влюбленную дурочку, над которой потешались все, кому не лень.

– Это над тобой – то потешались? – прошлое Кассея вспомнила с улыбкой на устах. Отпустила, наконец, сама того не ведая. – Над красавицей – ведьмой? На меня погляди. Я пять лет студентов развлекала в Сейгарде, преследуя Лиораэля. Проклятый монстр, павший жертвой обаяния неприступного ректора. До сих пор за спиной девицы шепчутся, наплевав на то, что я принцесса. И что же мне теперь повеситься с горя? Забудь, Амина. Ты прекрасна. Твои чувства не слабость.

Фариарди мученически застонала, хлопнув себя ладонью по лбу:

– Твое проклятье! Я и забыла, курица! Читала же в газете заметку! Боги, Кассея, мне так жаль, что тебе пришлось это пережить. Хочешь, порчу наведем на Винсента Деналя? Тихонечко. Я умею. И комар носа не подточит!

Пару недель назад она бы согласилась… Но сейчас. Не простила, нет. Перешагнула.