Глава 19

Настя

— Как ты меня нашла? – пытаясь продышаться спросила я Машку.

- По дикому рыку,- честно ответила подруга. – Честно говоря, я не очень понимаю почему ты облюбовала кусты за моим домом, для призыва жаберного мужика по имени Ихтиандр. Но тебя сейчас очень трудно разобрать.

- Это было ужасно. Маш, Машка. Мне так плохо, - прорыдала, больше не пытаясь сдержаться. Всю дорогу пока шла до дома, крепилась, а теперь обида выплескивается из меня лавиной.- Их трое. А меня обозвали шлюхой. И малышей такими нехорошими словами... А я даже не защитила их. Я буду плохой матерью. И этот гад Золотов, сказал что ДНК тест хочет делать. А я читала, что это очень вредно для плода. Плодов. Черт, чувствую себя плодоносящей грушей. Хрен ему. Никому не позволю подвергать опасности моих детей. Порешу. Пусть приблизится только.

- Подожди, кого трое? – переспросила моя нянька, вытирая мне нос бумажным носовым платком. Выглядела я сейчас, конечно, феерически. Если учесть еще куртку, в которой я похожа на цыпу – переростка, и потрескавшиеся капилляры в глазах, после моих экзерсисов в кустах – так вообще.

- Ты чего, меня не слушаешь? – взвилась я, вспыхнула, словно порох. В последнее время я просто с ума схожу от перепадов настроения. Сейчас вот и Машулю готова была сожрать, если бы она хотя бы пахла чесночными гренками и гудроном. Тогда бы точно проглотила.

- Так ты не говоришь ничего,- беззлобно ответила Машка. – Набор слов, из которого я поняла только одно – папаша новоявленный не совсем козел. Точнее, козел конечно, но еще не конченный. Ну и то, что тебя оскорбили. Жаль меня там не было. Все сестры бы по серьгам получили. а после драки махать кулаками, говняное дело.

- Чего это ты его обзываешь? – прищурилась я, совсем забыв, что всего минуту назад Глеб Егорович был близок к смерти от моих рук. – Он, между прочим, меня защищал. И так пах. Маш, я очень хочу его. Так хочу. А он, козел. И скоро женится. Ну зачем я ему, да еще с тремя прицепами? Если бы у него хоть сомнение возникло, он пошел бы за мной. А этот гад просто вслед мне смотрел. Он не поверил мне.

- Ты бредишь. Пойдем домой. Двойня – это прекрасно. Пойдем, полежишь немного, в себя придешь. А я тебе бульона сварю креветочного.

- С яйцом и чили? – заинтересованно всхлипнула я, вдруг поняв. Что до дрожи хочу креветочного бульона. Машка его готовит восхитительно. Сначала сушит панцири и головы морских гадов в духовке, потом обжаривает на сливочном масле, и варит двадцать минут со специями, петрушкой и укропом. У меня выделилась слюна, как у собаки Павлова. Да я не то что пойду, побегу. Тем более, что мои захватчики требуют подпитки. Иначе чем я буду потом в унитаз рычать? Непорядок. Есть надо за троих теперь.

- А тебе можно острое? – в голосе подруги зазвучали подозрительные нотки.

- Маш, я ношу в своей утробе троих детей от бесплодного мужика. Мне все можно,- уверенно кивнула я. – И я не брежу. Одна зигота разделилась на двое. Так что придется тебе быть крестной тройняшек. Ты же не против?

Такого лица у Маруси я не видала никогда. Даже побоялась, как бы ее не расшиб удар. Брезгливая Машка промокнула лоб бумажным платком, которым перед этим вытирала мои губы измазанные остатками переваренного завтрака, и упала прямо на подмерзшую траву. И это за домом, где хозяева выгуливают своих питомцев. Шлепнулась на задницу, уставившись на меня вытаращенными глазами, и заржала, как полковая лошадь. Смеялась она так заливисто, что я тоже повалилась рядом, заходясь в истерическом хохоте.

- Ты не баба, а шкатулка с сюрпризом,- выдохнула она, отсмеявшись.- вставай, давай, не хватало еще тебе простыть.

- Скорее уж ящик Пандоры, хмыкнула я.

- Я отменила поездку. Буду шефствовать над тобой. Насть, Катя звонила, очень беспокоится о тебе. Сонечка на поправку пошла. Уже гулять выходила на улицу. Я ей сказала, что ты в Норильске никель кончился и ты скоро приедешь.

Я втянула воздух сквозь уголки губ, как приснопамятный «Доцент», поборов желание тюкнуть по башке слишком активную Кошкину чем нибудь потяжелее. Ну да, такая вот фамилия у Машки, ничего не поделаешь. А что, меня бы оправдали, я тройней беременна, тут у любого кукушка слетит.

- Бульон. А я еще гренок чесночных нажарю,- голосом змея искусителя напомнила Маруся, явно просчитав мои планы в отношении покушения на ее жизнь,- А еще у меня пу – эр есть.

Это все конечно хорошо. Но я вдруг поняла, что я хочу только одного. Я хочу, чтобы не Машка брала надо мной шефство, а этот несносный «искромет». Мне хочется чтобы он прошел со мной весь путь. Чтобы носился со мной, как с писаной торбой, ходил на осмотры, баловал. Мне вдруг остро, почти до боли стало обидно, что этого никогда не будет.

- Маш, я ведь не смогу сделать малышей счастливыми одна,- ошарашенно прошептала я. – Безотцовщина – это так страшно.

Машка прижала меня к себе, молча погладила по голове и коротко вздохнула.

- Все будет хорошо. Мне почему – то кажется,  что одна ты не останешься. А ДНК анализ можно провести и после рождения малышей. Ты слишком наивна, Настя. Отвечать должны обе стороны.

- Я не хочу, чтобы он признал моих малышей по принуждению, - твердо прошептала я, и Машка меня, кажется, поняла.

Глеб

Да, Серега не подвел. Вот подлец, выполнил все пункты моего требования. Я вышел из машины и уставился, на продуваемое всеми ветрами. Серое здание. Ветер был такой силы, что даже сделать шаг в сторону богадельни оказалось проблематичным.

Внутри отвратительно воняло хлоркой, скисшей едой и запустением. Я прошел по коридору к двери, выкрашенной белой краской. Табличка «Лаборатория», распечатанная на принтере, в этой юдоли скорби была, наверное, самым современным изделием.

- Спермограмма. И мне нужна консультация с врачом,- не вдаваясь в подробности, коротко буркнул я, сидящей за допотопным столом бабе. Небесное создание издевательски хрюкнуло, подняло на меня оплывшие глаза и тряхнуло курчавой головой.

- Документы, полис и вообще, мы только местных обслуживаем,- хмыкнула мадам.

Мое инкогнито оказалось не так уж и дорого стоило. Двадцать баксов стали пропуском к райским чертогам, а точнее к задрипанной комнатушке, где мне предстояло собрать семенную жидкость в подозрительный одноразовый стаканчик. Я уже начал сомневаться в своих умственных способностях, и проклинать Серегу, за его педантичность. Вряд ли мой «зверь» в этих условиях будет работать. Он, бедолага, от холода весь сжался. Даже журнал был именно таким, какой я описал своему приятелю. Этот гаденыш все предусмотрел, не удивлюсь если он сам сгонял в это богом забытое место и привезти издание какого – то лохматого года, чтобы доставить мне пару неприятных минут. Шутник хренов. Кляня на все лады, слишком ретивого другана я расстегнул ширинку на брюках.

- Что ж, батенька,- пожевал губами побитый жизнь докторишка, спустя два часа моих скитаний. Я прищурил глаза, стараясь не дышать дешевым сивушным выхлопом, исходящим от эскулапа. – Я бы не стал ставить вам диагноза, который выявили у вас мои зарубежные коллеги.

Вот черт, коллеги. Да они бы на одном гектаре с этим пилюлькиным не присели. Один халат чего стоит-некогда белый, но сейчас покрытый странными желтыми пятнами. И мне очень не хочется знать, откуда они взялись на врачебном одеянии.

- Астенозооспермия спермограммой подтверждена, но, говоря нормальным языком, ваши живчики не совсем уж бесполезные. Я не стану углубляться в объяснения, просто некоторые из сперматозоидов имеют неправильную форму жгутика – это неприятно, но не смертельно.

- То есть, вы хотите сказать, что я могу произвести на свет ребенка?- спрашиваю Пилюлькина, с трудом сдерживая позывы тюкнуть его по башке, чтобы не строил таких умных рож, и говорил по-человечески. Навел туману, Сенека, блин.

- Ну, в теории... Я ине такое видал, вот не далее как вчера у меня баба родила с половиной яичника. Чудо? Самое настоящее. А в вашем случае это даже не чудо будет. Просто нужно совпасть с партнершей и все.

- А многоплодная беременность от меня возможна? – ошарашенно спрашиваю я. Черт, я всю жизнь думал, что вообще не способен иметь детей. Считал себя недоделанным. А мне просто была нужна она. Моя Настя, с которой мы совпали до безумия. И которую я обидел тем, что сразу ей не поверил. Я сука и мудак, но исправлю положение.

- Эка вы замахнулись,- ухмыляется докторишка.- Да двойня в вашем случае возможна.

- А тройня?

- А тройни я за всю свою жизнь не принимал. И вряд ли уже посчастливится, - потер переносицу усталый мужик. И выпил то он наверное, чтобы не сойти с ума от усталости и безысходности. Скорее всего. Да и по возрасту он чуть старше меня, если не обращать внимания на морщины под глазами от постоянного недосыпа, и седые виски – А хочешь рыбы копченой? У меня есть, да и по малой не грех за хорошие новости, - резко перешел он на ты.

- Я за рулем. У меня один вопрос – хочешь вести беременность моей жены? Будущей жены, поправился я, - она, правда еще не знает об этом.

- Что, в твоем городе некому, что ли? – ухмыльнулся доктор, доставая из стола стопку и рыбу, завернутую в газету. От запаха скумбрии у меня голова закружилась. Сто лет не ел этого вонючего деликатеса. Врач со смаком отрезал огромный кусок и вытер руки о полу замызганного халата. Ясно теперь откуда пятна. – Слушай, ты парень неплохой вроде, денежный. Прием вон оплатил. Я с этих денег хоть одну каталку куплю для отделения. Рожениц возить не на чем. Бегут до родовой, бедолаги, только что руками не держат детей своих, чтоб не вывалились на пол. На кой черт я тебе сдался?

- Мне нужен человек, которому я доверять смогу. Сделаешь все, как положено – получишь свою клинику. Большую. В центре мегаполиса. Обещаю.

- Эту отремонтируешь,- поморщился мужик, протягивая мне руку.- Наши бабы не хуже городских. Хотя, убей не понимаю, на хрена тебе это.

- Я никому не верю.- выдохнул я.

- Хреново так жить, - хмыкнул новый знакомец, опрокидывая стопку в рот,- не зря говорят – бедным быть плохо, а богатым страшно. Не понятно только, как ты с такой паранойей мне доверился. Меня Жора зовут, кстати. Рассказывай, что там у тебя.

-Потому что ты вместо того, чтобы пробухать деньги, о бабах чужих подумал,- усмехнулся я. – Устраивает такой ответ?

И я вывалил все незнакомому человеку, не заметив при этом, как сожрал половину вонючей рыбы и облизал жирные пальцы.

- Любовь чудеса и творит,- усмехнулся Жора, выслушав мой рассказ. – Ты это, какого хрена тут расселся? Мухой к ней лети. Насте твоей сейчас нервничать нельзя. Только спокойствие и полный релакс. Кольцо то купил, Ромео?

- Нет. Я даже не знаю какое. Для моей рыжухи кольцо должно быть заоблачным, необыкновенным. Понимаешь? Оно должно искрить, - осознание собственной тупости, часто приходит крайне неожиданно. Для меня оно стало откровением. Я то считал себя мачо и красавчиком, а на деле оказался тем еще тупорезом.

- Ты помнишь Ольге своей какое купил? – интересуется Жора.

- Да, шестикаратник, в платине,- удивленно бурчу, понимая, что Настена меня просто пошлет на три веселых буквы, если я приволоку ей подобную красотищу.

- Вот такое не покупай,- читает мои мысли доктор,- через неделю жду на осмотр. С собой иметь пеленку, презерватив и бахилы.

- Презерватив зачем? – я ошарашен, и почти готов набить рожу этому нахалу.

- Для УЗИ, дурак,- в голосе врача звучит беззлобный смех.

Уже в машине я достаю мобильник. Голос Сереги звучит настолько издевательски, что я мог бы его послать к черту. Сделать нищим и втоптать в грязь. Знает, подонок., что неприкосновенен сейчас, потому что с точностью до миллиметра, выполнил все мои требования.

- Я хотел тебя убить,- рычу я в трубку. – Но теперь мне нужно, чтобы через неделю клиника, в которую ты меня направил. сияла, как яйца у кота. Оборудование, ремонт, спецодежда. Мне по хрену, как ты это сделаешь. Но моя женщина не должна испытывать дискомфорта. И мои дети тоже. Усек?

- Какие дети Золотов. Ты бредишь? – Серега и вправду озадачен, я слышу.- А Ольга в курсе?

- Клал я на Ольгу из-под хвоста, - заводя мотор, спокойно отвечаю я.- Я женюсь, Серега. И если ты все сделаешь, как надо будешь шафером. А сейчас я еду делать предложение матери моих тройняшек. Что молчишь? Сделал я тебя? У меня будет тройня. Два малльчика и принцесса, я знаю. Я уже даже придумал, как мы жить будем. И где.

- Да, -радостно отвечает мой помощник – товарищ.- С тебя мальчишник.

Я завожу мотор, наконец – то чувствуя себя счастливым и свободным, может быть впервые в жизни.

Кольцо покупаю в маленькой лавке на окраине этого богом забытого городишки. Тонкое. Из белого золота, усыпанное россыпью мелких бриллиантов, с изумрудом в самом центре, в виде скрящейся звезды. Оно ей невероятно подходит. Понимаю сразу, едва увидев. Ну, держись, Рыжуха. Теперь я точно не отпущу тебя ни на одну минуту, на долю милисекунды. Потому что мы совпали. Я и не думал, что можно вот так просто найти свою любовь, валяющуюся на ступеньках. А говорят, что под ногами ничего ценного не валяется, нагло врут.