12

Он помнил, как их познакомил, словно это было вчера.

Как мама смотрела на него со смесью боли и ужаса, когда Аля ушла:

— Сынок, и это твой выбор? Вот эта… — тогда она даже не находила слов, ещё боясь его задеть, обидеть, неверно понять. — Мало того что она бледная, тощая, ни кожи ни рожи, ещё девчонка совсем, только школу закончила. К тому же странная, как и её мамаша. Себе на уме. И это не только моё мнение. Я живу тут всю жизнь — и бабку её знала, и мать. Но она же ещё и, прости господи, дура набитая, эта твоя Алиенора. Ты с ума сошёл, Саш?»

Александр помнил, как привёл Алю снова, когда они собрались пожениться.

Как встал, взял Алю за руку и сказал спокойно и уверенно:

— Мам, это мой выбор. Нравится он тебе или нет, но она будет моей женой.

Что бы мама ни хотела ему ответить, тогда она промолчала. Впервые в жизни промолчала.

Помнил, как Алька плакала ночью, прижимаясь к нему всем телом: «Ты заступился. За меня. Снова. Меня никто и никогда не защищал, кроме тебя».

А ещё помнил, как Настя однажды спросила:

— А как полное имя твоей жены?

— Алиенора, — ответил он, передавая ей сигарету.

— Как Алиенора Аквитанская? — удивилась она.

— Возможно, но она вряд ли знает, кто это, — горько усмехнулся Александр.

— Неужели она не в курсе, что это имя матери Ричарда Львиное Сердце? Что Алиенора была не просто королевой — женщиной, которая правила, плела интриги, была замужем за двумя королями, участвовала в крестовом походе и даже сидела в заточении?

— Она знает, что это очень длинное и неудобное имя, которое приходится диктовать по буквам, чтобы его правильно написали. Робкой, болезненной девочке оно лишь добавляло неприятностей и насмешек, — ответил он тогда.

— Ладно, — тяжело выдохнул Завьялов сейчас, посмотрев на жену. — Извини.

— Не извиняйся, — мягко ответила Аля. — Ты заботишься обо мне. Я понимаю.

Она протянула к нему руку — бледные, тонкие пальцы с аккуратным маникюром. Ему потребовалась доля секунды, чтобы заставить себя её взять. Всего доля секунды, но пять лет назад он бы схватил эту руку не раздумывая.

Он сжал её ладонь.

И её пальцы сомкнулись вокруг его руки — цепко, как корни.