Глава 8. Непослушное обоняние

Лето в Куньем королевстве удалось. Солнце жарило так, что на улицу выходить не хотелось, не говоря уже о вылазках на природу. Однако они приехали, чтобы выбрать место для строительства, а не сидеть в комфортном номере. Поэтому, пройдясь по магазинам столицы и купив Дамиру пару новых костюмов из чёрного шёлка, поехали изучать заранее отобранные Амелией глухие уголки, подходящие для её задумки. Первую пару дней они ездили вдвоём, и лишь на третий к ним подключилась тётя Агния.

Она выглядела уставшей и чуточку более раздражительной, чем обычно. Почти везде их торопила, приговаривая, что вся эта затея — провал. Было жутко обидно, но Амели держалась и не хамила тётушке. В конце концов, они смогли найти подходящее место. Его одобрили все единогласно. Правда, не в том объёме, что хотелось бы. Для полной реализации задумки стоило бы прикупить хотя бы десять гектаров, но глава отрезала, что Амели хватит и пяти. Мол, если сможет положить нормальное начало и выйти хотя бы в ноль за первые десять лет, то тогда можно будет задуматься и о расширении.

— Хорошее место, — подтвердил Дамир, разглядывая карту, лежащую по центру их стола в ресторане. — Удачное расположение для гостиницы. В шаговой доступности находится железнодорожная станция. Тут не больше ста метров. Шоссе подальше, но главное, что оно вообще присутствует. То есть, альтернатива. А вот что мне не понравилось, так это настрой местных жителей.

— Классическая ситуация. Деревенские вечно цепляются за красоту своей нетронутой природы, — отмахнулась тётя Агния. — Но это легко решаемый вопрос. Как только до них дойдёт, сколько новых рабочих мест появится, так перестанут шум поднимать.

— Не уверен. Очень уж они агрессивно настроены. Необходимо подойти к вопросу безопасности более основательно. Стандартного пакета не хватит.

— А, может, они напуганы? — спросила Амели, отламывая десертной ложкой кусочек мороженого. — Подумали, что мы их землю отобрать хотим. Но это ведь не так! Мы покупаем государственную собственность. До деревни аж два километра. Но вообще меня тоже напугал их воинственный вид. Особенно того пузатого дядьки с вилами… он выглядел так, словно был не прочь нас на них насадить.

— Подозрительно, согласен. Завтра изучим…

— Прости, что перебиваю, — тётя тронула Дамира за руку чуть выше запястья. — Три дня — мой максимум. Необходимо возвращаться к работе, поэтому завтра без меня.

— Без проблем, всё равно уже определились с местом, — кивнул он и поднялся из-за стола. — Я отойду на минуту.

Проследив за ним взглядом до самой двери туалета в конце зала, Амели повернулась к щурящей глаза тётушке и едва не подавилась. Закашлялась, застучала кулаком себе по груди и, наконец, выдавила хриплое:

— Что?

— Ты молодец, — она улыбнулась и протянула ей стакан с водой, в которой плавали кубики льда. — Хорошо справляешься с работой помощницы, хоть всё ещё и дуешься на него. Я вполне удовлетворена увиденным. В твоём возрасте я и вполовину была не так сдержанна. Но недопонимание всё-таки стоило бы решить.

— Какое недопонимание?

— После которого ты у нас заделалась в гиперчистюлю.

— Не понимаю, о чём ты, — напряжённо отозвалась Амели, отодвигаясь и вжимаясь в спинку диванчика. Вот уж о чём ей сейчас хотелось вспоминать в последнюю очередь.

— В прошлом я уже пыталась с тобой поговорить, но ты замкнулась и не хотела меня услышать. Сейчас ты готова пойти на диалог? Я не собираюсь против воли ломиться к тебе в голову.

— Я не знаю…

— А кто знает? Амели, нельзя вечно убегать.

— Я не убегаю. Просто не вижу смысла говорить о всякой чепухе, вот и всё.

— Ладно, тогда всего лишь слушай. Я подниму с ним один разговор, а ты слушай и анализируй. Договорились?

— Может, не надо?..

— О чём болтаете? — к ним вернулся Дамир с закатанными по локоть рукавами и присел на диванчике рядом с Амели. От него тонко тянуло мылом.

— Вспоминаем былые времена, — ответила тётя Агния, глотнула воды и с громким хрустом разжевала кубик льда. — Помнишь благотворительный вечер, что проводила наша семья пятнадцать лет назад? Мы в тот раз снимали ресторан при концертном зале. Танцы, песни, аукцион картин известной художницы.

— Да, конечно, помню.

— Тот год, наверное, выдался для тебя особенно тяжёлым?

— Особенно тяжёлым? — протянул он с задумчивым видом, смотря перед собой в пустоту и постукивая пальцем по столу. А потом взгляд снова сфокусировался, и Дамир горько усмехнулся: — Ты права, тот год и правда был чертовски сложным.

— Почему? — тут же поинтересовалась Амели. Неужели он так тяжело пережил их первую размолвку? Но ведь сам же гадостей про неё наговорил за спиной.

— В бизнесе были проблемы: появились конкуренты, которые играли не по правилам. А ещё я проходил трансформацию из беты в альфу. Органы чувств шалили и вспышки агрессии чаще возникали. В тот период мне казалось, что всё шло шиворот-навыворот.

— Органы чувств шалили?..

— Да, обоняние я вообще контролировать был не в состоянии.

— Понимаю, — подхватила тётя и добавила, смотря при этом на неё: — Я тоже месяц сидела на подавляющих зельях, никак не могла самостоятельно адаптироваться к усилившимся запахам.

— Да, а там ещё эти танцы были, — мученически поморщился Дамир и резко повернул голову, впиваясь в Амели взглядом, в котором читалось понимание того, что раньше, похоже, ускользало от его внимания. — Так вот почему ты прячешь запах!..