Глава 9. 3

После визита кузена Дамир, по понятным причинам, больше не мог концентрироваться на работе. Да и время уже было позднее, поэтому они поехали поужинать в ресторане. В знакомом месте, на верхнем этаже небоскрёба. Ночью отсюда вид открывался не менее красивый, чем при закате вечером: темноту рассекали тысячи ярких огней от неоновых вывесок, уличных фонарей и фар машин, разъезжающих по бесконечной паутине дорог. Но её взгляд то и дело возвращался к тусклому отражению мужчины, сидящего напротив.

Возможно, это так тень падала, но он словно постарел на несколько десятков лет. А может, тёмные круги под глазами и опущенные уголки рта придавали ему лишних годов? В любом случае у неё сердце кровью обливалось. Амели не хотела видеть Дамира таким измученным, но ничем не могла помочь, кроме как перестать добавлять ему проблем. Вот только даже с этим у неё не совсем всё гладко складывалось…

— Думаешь о брате? — спросила она и допила очередной бокал, счёт которым давно потеряла. На душе было так паршиво. Казалось, лишь алкоголю под силу заглушить эту бескрайнюю тоску. — То, что он покупает акции компании кузена это очень плохо?

— Да, это довольно дерьмовые новости. Но не потому, что Яр задумал пакость. Он неглупый, хоть с виду и не скажешь. Слава его сильно недооценивает. Думает, что Яр собрался по-тупому развалить его компанию, но это всё равно что выстрелить себе в колено. Он же тогда почти все сбережения потеряет. Нет, явно что-то поинтереснее задумал. И параллельно хочет нервы потрепать нашему двоюродному братишке, с чем успешно, как видишь, справляется.

— А в чём тогда проблема?

— Яр не поделился со мной своими планами. Он мне больше не доверяет.

— Да, это неприятно… Может, попросить помощи у Люцы?

— С ней у нас тоже натянутые отношения, если ты не заметила, — горько усмехнулся он и открыл новую бутылку, чтобы капнуть им земляничной наливки в бокалы. — Да и она вся с головой в предсвадебных хлопотах, не хочу её грузить своими проблемами. Я всё-таки старший брат. Сам разберусь.

— Но даже старшему бывает нужна помощь! Хотя бы моральная…

— За моральной помощью это не к Бурым. Мы не умеем общаться. С трудом как-то сосуществуем под одной крышей, хотя кто мог — сбежал при первой возможности, как мои тёти, — Дамир сделал маленький глоток и отвернулся к окну, задумчиво смакуя напиток. Впервые на её памяти столь открыто пил. Раньше максимум губы мочил на всяких празднованиях, поэтому казалось, что он вообще не пьёт, как большинство чистокровный оборотней. Но теперь было понятно, что дело заключалось не в плохой устойчивости, а в поводе. — По факту в резиденции живёт всего две ветви семьи, но мы почти не пересекаемся. Несложно избегать друг друга в таком большом доме.

— Ну да, точно, я не видела никого из ветви твоего дяди. А ведь прожила в резиденции Бурых больше двух недель!

— Они не пользуются центральным входом и в южное крыло не заглядываю.

— Из-за меня?

— Нет, — хохотнул Дамир и скосил на неё потемневших глаза. — Ты у нас, конечно, персона важная, но не настолько. Они открыто презирают моих родителей, к Яру и Люцы тоже не особо любезно относятся. Со мной ещё более или менее считаются, но исключительно из-за «Медвежьей заботы».

— Как у вас всё ужасно сложно в семье, — вздохнула Амели, с грустью смотря на его  натянутую улыбку. Почему на плечи её дорогого Дамира так много всего взвалили? Да, они широкие и крепкие, но это несправедливо. Ему тоже может быть тяжело!

— Бывает обстановка и похуже.

— Тебе поэтому нравится наша семья?

— Да, наверное, я завидую тому, насколько Белополосые дружные и сплочённые, — натужная улыбка сменилась искренней, а черты лица заметно смягчились и обратно помолодели. — Ваша семья маленькая, но все друг о друге так сердечно заботятся. Даже просто находиться рядом приятно.

— Тогда, может, станешь её частью?.. — выдохнула она, в один глоток осушила бокал, после чего утонула в любимых глазах, смотрящих на неё с теплотой. Вот зачем? Зачем так ласково глядеть? Это сбивает с толку и заставляет говорить смущающие вещи. — Ты ведь можешь жениться на мне?

— Вот же милая глупышка. Мне приятно, что ты хочешь сделать меня счастливым за счёт своей семьи, но это не так работает. Даже если бы я женился на тебе, то это ты стала бы Бурой, а не я — Белополосым.

— Но мы же неправильные! Ты неправильный медведь, а я неправильная полукровка. Мы можем быть, кем захотим! — Амели сглотнула, насильно продавливая ком в горле, мешающий говорить, сжала в кулаках края белоснежной скатерти и прошептала: — Я очень хочу быть твоей семьёй… я могу ей стать?

Они смотрели друг другу в глаза. Долго и пристально. Но затем Дамир всё же первым отвёл взгляд, качнул головой, будто отгоняя лишние мысли, и с вернувшейся на губы натянутой улыбкой весело подметил:

— Кажется, кое-кто перебрал, — уже в следующую секунду усмешка сошла с его лица и он перегнулся через стол, пытаясь отобрать у неё бутылку, к горлышку которой Амели присосалась от стыда. — Эй, эй! Полегче.

Она укусила Дамира за палец, заставив одёрнуть с шипением руку, и таки влила в себя остатки, осевшие на дне желудка спасительным жаром. И этот жар медленно, но верно растекался по жилам, унося лишние тревоги из головы.

И что такого случится, если Амели ему признается?  Ну, любит она его, и что с того? С каких пор это стало зазорно? Сердцу ведь не прикажешь. Оно само выбирает, кого и как ему любить. Амели и без того долго с ним боролась. Всё перепробовала! Даже с другими парнями ходила на свидания… И что ей делать, если не существует никого лучше этого дрянного, неправильного медведя?!