Глава 16

Разлом мне нравился. Была в этом месте некая эстетика древности, и эхо прошедших столетий и гремевших тут битв даже спустя сотни лет будили в душе странные чувства. Я вот и близко не героическая, но начинало хотеться совершить нечто запоминающееся.

Кто-то из преподавателей даже говорил, что в этом месте сама земля пропиталась энергией великих магов прошлого. Потому их потомков и тянет тоже совершить что-то весомое и достойное.

И если боевики наши хотели прославиться на границах, а потому им это вдохновение было кстати, то вот на стихийников действовало странновато!

Аластера вот почему-то на опасной нечисти замыкает.

– Дождь начинается? – вдруг раздался недоуменный голос лепрекона, который остановился под стеной здания, с остатками балюстрад и балконов, и вытянул ладонь вперед. – Странно, вроде еще недавно небо было голубым. А сейчас…

Я медленно подняла глаза. А неба над нами не было, хверс его подери!

Зато была развалившаяся на остатках балконных перил виверна – местная разновидность, – раззявившая пасть. Оттуда-то и капала вниз жидкая, как вода, слюна.

Время словно замерло. И мы замерли. Потому что виверны – такие твари, которые реагируют на резкие движения.

– Ага, не дождь, – тихо проговорил Ал. – Не люблю слякоть. Тем более такую сюрреалистичную.

Виверна развернула пасть шире и зевнула, издавая звук, от которого по коже пробежали мурашки. Слюна твари перестала капать и начала неуклонно загустевать, что свидетельствовало об ужасном: совсем скоро нечисть атакует. Зоологи обосновывали эту физиологическую перемену изменением выработки какого-то гормона, но эта мысль как мелькнула, так и улетела, не оставив подробностей.

В любом случае все мы осознавали, что времени осталось совсем немного.

– Три… – начал Кэм и сцепил пальцы, готовя сложное заклинание, которому требовалась не только словесная форма, но и жесты.

– Два… – подхватила я, наращивая магические потоки и создавая защитный щит.

– Один! – выдохнул Ал и отскочил в сторону.

Одновременно с этим между лепреконом и тварью выросла трехметровая пленка щита, а в нечисть полетело заклятие Кэма – и впечаталось прямо между четырьмя рядами страшенных зубов. Виверна взвыла так, что у меня уши заложило от этого звука. Ее глаза, яркие как угли, сверкали злобой, и, кажется, она искала способ обойти нашу защитку. Изгибая длинную шею, виверна отпрыгнула в сторону и зашипела, когда между ней и нами появился еще один барьер.

Хвост у нее тоже был длинный, похожий на хлыст, и им она с оттяжкой ударила по преграде. Я почувствовала, как щит запульсировал, отразив часть силы удара, но боль в руках свидетельствовала о том, что это лишь начало.

– Отвлеките ее! – крикнула, удваивая защиту и надеясь, что она выдержит еще одну атаку. А сама сосредоточилась на полуразрушенном балконе, где эта тварь и лежала не так давно. А сейчас она под ним стояла…

Воздух – странный предмет. Вроде бы есть, а вроде бы нет.

Конечно, если бы я была огневичкой, водницей, да кем угодно вообще – у меня бы данный фокус получился лучше. Но мы имеем то, что имеем. Например, выветривание. Ветер с годами точит даже скалы. А тут всего лишь старый связующий булыжники раствор…

Все получилось, раздался треск, и на змееобразную пакость рухнула примерно тонна каменной породы. В воздухе повисли пыль, взвесь и тишина.

Но мы все прекрасно помнили, что виверны – одни из самых живучих тварин, а потому, не сговариваясь развернулись и бросились прочь от места нашей приятной встречи.

Проверять, совсем она сдохла или нет, – не было никакого желания!

Остановились мы лишь спустя минут десять.

– Вот это, конечно жесть, – прерывисто выдохнул Кэм. – Разве тут должны быть виверны? Они же гнездятся на другом краю Нижней чаши, если верить карте.

– Да, странно, – кивнул Ал, как ни странно выглядевший вполне себе спокойным для того, над кем не так давно капала слюной одна из самых страшных тварюг. На нее только пятикурсники ходят!

– А зубищи какие у нее, вы видели? – поежилась я. – Четыре ряда! Четыре!

– Да, роскошный прикус, – кивнул лепрекон. – Интересно, а она много ест?..

– Алс, нет!

– Да я что, я же ничего!

– Знаем мы твое «ничего»! – буркнула я.

– Ты полностью предсказуем! – поддержал меня дракон. – Сначала «сколько ест», потом «какой красивый прикус», а затем мы, как придурки, сопровождаем тебя на ловлю сверхопасной нечисти ради того, чтобы ты не убился!

– Ну и не сопровождали бы, – надулся друг.

– Да я-то ладно! Но ты же подвергаешь опасности нашу Эль! – Кэмрен вдруг внезапно оказался со мной рядом и, приобняв, спросил: – Сильно испугалась? Все хорошо, я не дам тебя в обиду, моя девочка!

Да ради Аминтора! Я-то думала, что его попустило, раз сегодня вел себя нормально.

– Я в порядке, – кивнула в ответ и деликатно высвободилась из хватки приятеля, у которого, как выяснилось, по-прежнему подтекала чешуйчатая крышечка. – И нам пора двигаться дальше. Осталось совсем недалеко.

Всего-то миновать развалины Западной башни. Куда тоже осмеливались ходить только выпускники.

Некоторое время я сожалела, что лежка кондрагов не находится под островом некромантов – там поблизости Кривая башня, которую преподы используют как полигон для третьекурсников. Тоже местечко не сладкое, но куда лучше этого.

Западная башня, точнее, то, что от нее осталось, торчит ровненько под территорией целителей. И вся местность вокруг – самая опасная во всем Разломе, словно для контраста с островом тех, кто учится лечить. Бездонные болота, самые жуткие твари, и меньше всего построек. Говорят, до взрыва здесь тоже был полигон, на котором Элиос Драк не то изучал магических животных, не то разводил их… В общем, некоторые его зверюшки трансформировались так, что прочая нечисть и когтя их не стоила.

Или вот жили бы саблезубые мишки около бывшей житницы, которая отлично сохранилась и использовалась теперь студентами для боев без правил. Между прочим, при полном попустительстве профессоров! Тут и сами дрались, и нечисть стравливали, и тотализатор на все эти развлечения вовсю работал. Я это здание видела только издалека: добраться до него можно было только через ядовитое болото – то есть четко зная, как идти. Народ младше третьего курса туда редко пускали. А я, хоть и не любительница драк, все же посмотрела бы разок на бои… Тем более без правил, интересно же!

Мне и в Разломе было всегда интересно было, несмотря на постоянный выброс адреналина. Ну жутко здесь! Любой невинный кустик в любой момент может обернуться плотоядным чудищем! Но так любопытно, каким именно… Да и наоборот бывает – взять хотя бы моего свежеобретенного питомца! Ведь бактеры на самом деле гадостные твари, а у меня в комнате сейчас обитает милейшее пушистое создание…

А еще Разлом удивительно… не то чтобы эстетичен, нет! Но завораживает своими видами, своими контрастами – когда посреди тошнотворной на вид растительности или вонючих ручьев вдруг растут потрясающей красоты цветы или стоит вот такая башня!

Развалины Западной башни живописно раскинулись на холме. Покрытые разноцветным лишайником причудливые обломки стен, бойницы которых всегда излучали нежный розовый свет – будто внутри были комнаты кукольного домика. Валуны, окружавшие холм так, словно их тщательно расставили некие великаны, собираясь играть в свою неведомую великанскую игру. И великолепно сохранившаяся в середине винтовая лестница, уходящая в небо. Она увенчивалась длиннющим острым шпилем – казалось, он втыкается в целительский остров…

Казалось, что эти останки хранят в себе истории о славных временах. И не мне одной так казалось.

– У меня от нее мурашки по коже, – тихо сказал Кэм, когда мы поднимались по склону, огибая заросшие мерцающим мхом валуны. Обходить саму башню было много опаснее. – Я много читал о Разломе, и вот есть легенда, что призраки павших воинов, поглощенные горем и ненавистью, до сих пор странствуют по коридорам Западной башни.

– А тут какая-то битва была? – удивилась я.

– Ну да, но еще за тысячу лет до того взрыва. А в темных подвалах с той поры притаились сущности, питающиеся страхом и отчаянием…

– Это долго они уже голодают, – самым жизнеутверждающим тоном прикинул Аластер. – Даже жалко бедолаг!

– Слушай, а ты вообще бояться умеешь? – с самым живым интересом спросила я лепрекона. – Мне правда любопытно!

– Иногда, – подмигнул мне Алс. – И не за себя.

– Жалко ему… – проворчал дракон. – Живых вон жалей! Виверна бедненькая тоже наверняка голодная была. А тут еще и обед из трех блюд мало того, что сбежал, так еще и напоследок гранитной тяжестью бытия придавил.

Я с ужасом заметила, что Аластер явно задумался над этой мыслью, а потому воспользовалась уже сработавшим приемом – обогнала друзей и прибавила шагу.

Почему-то на фоне возможного увлечения виверной гипотетический кондраг, до которого осталось рукой подать, уже казался милым и в целом даже безобидным! И класс опасности у него не самый высокий, даром что размеры внушительные! К тому же эти мишки очень чувствительны к магии, и гипотетически Ал даже в одиночку может выйти из этого путешествия победителем. Проблема в том, что кондраг ему нужен не дохлый, а живенький и прирученный…

Башню мы миновали без происшествий.

Оные начались, когда мы из нее вышли!

После спуска по разрушенным ступеням оказались на утоптанной площадке. Почти сразу раздался шелест крыльев, и когда я запрокинула голову, то замерла, не в силах поверить своим глазам. Потому что над нами распахнула огненные крылья птица форрух!

Ее перья разрывали воздух, оставляя за собой пылающие следы. Настолько яркие, что они могли бы соперничать с солнцем.

Мелькнула мысль, что пламя, которое изрыгает форрух, необычное. Это скорее плазма, чем огонь. И очень долго не затухает… даже если залить водой.

Кстати, знаю я это чисто теоретически. Мы форрухов проходили на нечистеведении, но вот в Разломе они водятся строго в определенном ареале и за пределы обитания не выходят.

Хотя это сейчас неважно… Важно то, что если эта птичка сейчас плюнет в нас, а она явно собирается это сделать, судя по клекотанию в горле, то все. Для меня точно все закончится. Это будет моя вторая и последняя смерть.

Потому что возрождаться я буду в тех же условиях, что и умерла. В огне. И сколько мне отмерено умирать раз за разом? Не бесконечно… На меня накатило оцепенение. Как балкон на виверну, да…

Я завороженно смотрела, как бесконечно прекрасная тварь открывает клюв и в ее горле зарождается белый огонь. Но плюнуть она не успела. Откуда-то вдруг появился огромный серебристо-синий дракон – будто его ветром принесло! И он впечатал птицу в обломок башенной стены.

Рядом с нами – тоже непонятно откуда! – выросла тонкая фигура моей тети, и она рявкнула:

– Легли!

Мы послушно попадали. Над головами тотчас появилась кружевная вязь защиты. А сверху вновь раздался шум крыльев, и на площадку приземлился второй дракон. Я смотрела на него из-под упавших на лоб волос, стараясь не шевелиться и даже не дышать.

Сложно сказать, что страшнее – тетя или форрух. Но точно не дракон. Или форрух – или тетя…

Дракон – этот оказался изумрудного окраса – немного постоял, глядя на облако пыли перед остовом башни. Из облака слышались клекот и рык, вылетали искры, а также светящиеся перья. Но изумрудного это как-то мало заинтересовало. Он отвернулся и уселся на чешуйчатый хвост. Покрутил башкой и обернулся полуголым, смутно знакомым мужиком. Покосился на нас – неподвижных и тихих-тихих – и подошел к леди Вионе.

– А вы разве не будете ему помогать?! – поразилась она.

– Кому, птице?

– Своему коллеге!

– Нет, конечно, – невозмутимо пожал широкими плечами дракон. – Это же Сиер.

– А это форрух!

– И что? – ни капли не впечатлился дракон, но видя ошеломление тети Вив, повторил: – Леди, это же Эрдан Сиер. Поверьте, птичке повезет, если в ее хвосте останется хотя бы пара перьев.

Словно в подтверждение этих слов послышался странный то ли визг, то ли писк… а потом я получила уникальную возможность видеть как изрядно потрепанный форрух бегом устремился прочь от Западной башни. Лететь он явно не мог…

Тем временем из облака вылетел серебряно-синий дракон, изогнулся в странной позе – и на плоский валун опустился лорд ревизор. Тоже полуголый.

Он спрыгнул с камня и направился к нам. В одних брюках… с обнаженной широкой грудью, на которую не получалось не смотреть. Как и на кубики пресса… Ну невероятная просто фигура!.. У меня от такого зрелища что-то заворочалось внутри, но вряд ли бабочки – скорее пушистые синие белки…

Желая обезопасить себя от внезапного помутнения мозга, я решила вспомнить, что я приличная девушка, и отважно посмотрела в глаза ревизора. А там…

Безумно захотелось рвануть вслед за форрухом! Но так и не решилась даже шевельнуться. Только зажмурилась.

– Итак, что мы имеем, – медленно проговорил надо мной низкий бархатный голос. Низкий до дрожи (моей). – Эльза Тарт, Аластер Тикли и Кэмрен Нарвир. Мне даже лиц не нужно видеть, чтобы назвать ваши имена, господа студенты. Да и сомнений у меня не возникло, что в Разлом пробрались именно вы. Ни единого сомнения.

– Что вы вообще тут делаете?! – вырвался у меня не согласованный с мозгом вопрос.

– Прогуливаюсь, – спокойно ответил лорд Сиер, а второй дракон фыркнул, явно не сумев сдержать смешок.

После этого лежать было уже как-то глупо, и я села. Рядом заворочались мальчишки.

– Прогуливаюсь, дышу воздухом этого чудесного места, попутно разыскиваю трех… – Тут ревизор почему-то смолк, будто проглотив следующее слово. Но ему помог коллега, которого я уже вспомнила: это с ним тетя Вив прогуливалась под ручку в парке перед библиотекой. Точно он, длинноносый…

– Трех недоумков, – любезно подсказал коллега лорда Сиера.

– Благодарю, Гармен.

– С недавних пор, Эльза, в академии контролируются ВСЕ пути, – с нажимом сказала тетушка. – И, мгновенно узнав о несанкционированном спуске в Разлом, господин ревизор отправился разыскивать нарушителей.

Вот интересно, что же он сам не боится в одиночку по нашему Разлому шастать?! Настолько силен, что ли?!

– А как же вы нас нашли? – внезапно полюбопытствовал Аластер.

– А вот это совершенно не ваше дело, Тикли! – Декан повысила голос. – Достаточно того, что нашли вовремя!

– Лорд Сиер, не слишком хорошо ориентирующийся на этой территории, – заговорил второй дракон по имени Гармен, – счел нужным оповестить о происшествии вашего декана и указал место, с которого вы спустились.

– А поскольку спуститься с того места невозможно, я проверила, не была ли активирована система воздушных переходов, – каким-то деревянным голосом продолжила тетя.

Ой…

Я покраснела мгновенно и мучительно – щеки загорелись так, будто форрух меня все-таки опалил.

– Пришлось снимать щит, закрывающий Разлом от академии, и лететь к вам… своим ходом, – подхватил Гармен, – поскольку вы находились в крайне опасном месте.

– И мы пришли вовремя! – рявкнула леди Виона. – А если бы мы опоздали, ты бы уже была в чертогах Аминтора, глупая девчонка!

И воровка. Хотя этого тетя не произнесла…