Глава 23

Гренн оказался парнем понятливым – что задница у него не просто подгорает, а пылает факелом, уяснил еще во время их прошлого разговора. И с примерным «планом эвакуации», что Майя успела ему тогда набросать, согласился сразу. А теперь поджидал эвакуаторов едва не приплясывая в дверях от нетерпения и тревоги. В общем, тратить время на уговоры не понадобилось, по коридору парень рванул чуть ли не быстрее спасителей. Василию Антоновичу пришлось ловить его за шкирку, тут же подхватив под руку – чтобы для посторонних все смотрелось пусть и торопливой, но дружеской прогулкой, а не побегом пациента от каких-то подозрительных мужиков. Впрочем, присутствие рядом Мур в халате здешнего персонала, добавляло происходящему нужного правдоподобия… Майя, уже натянувшая чужие штаны и куртку прямо поверх пижамы, проводила всю компанию взглядом до поворота, выждала еще минуту, и лишь потом метнулась к окну, так и оставив входную дверь нараспашку. На секунду застыла перед подоконником и… метнулась обратно – к стулу возле кровати. Все-таки кто бы тут что ни говорил, а чуток драмы в их деле не помешает. Звон со смаком вынесенного стекла всполошил если не всё их больничное крыло, то уж половину точно. После секунды оглушенной тишины в коридоре разом захлопали двери и заметались от стены к стене растерянные восклицания с такими же растерянными вопросами. Но когда их перекрыли крайне деловитые крики «сюда», «быстрей» и «он там», Майя, как раз успевшая высадить остатки острых осколков из рамы и поудобнее подтянуть великоватые ей штаны, перевалилась через подоконник и… едва не угодила прямиком на Второго. Верней, на кошку. – Какого черта! – Команду уходить на внедорожнике вместе с Доньевым и остальными она ему дала, а вот за исполнением в суматохе не проследила, потому и шок от внезапной встречи оказался тем еще: – Что ты здесь делаешь?!! Вместо ответа тот развернулся и бросился к мотоциклу, проскакав пяток метров до него в три прыжка. А взлетев на заднее сиденье, оглянулся с настолько недовольной мордой, что Майя опомнилась и рванула следом, на ходу вытаскивая заранее прихваченные гоглы. Дополненная реальность сейчас была, разумеется, ни к чему, но прикрыть глаза от встречного ветра не помешает. Как и встроенная в эти очки связь с мофоном – говорить человеческим голосом кошка, увы, не умеет, в роли посредника требовался прибор. – Черт!!! – повторилась Майя, все так же на бегу вытягивая из гнезда бусину микрофона и включая этим связь. – Второй, почему ты до сих пор отсюда не убрался? – Вот сейчас и уберемся, – вцепился тот всеми имплантами в заднее сиденье, и Майя некстати подумала, что обивку там теперь придется менять, к бабке не ходи. – А с Доньевым ты мою поездку как себе представляла? Мне нужно было подойти к нему и отрапортоваться по всей форме, чтобы получить согласие на эвакуацию? – Я думала, ты там где-нибудь спрячешься. – Шлем, прицепленный на руль, отстегнулся, к счастью, быстро, и еще быстрей оказался у нее на голове, надежно прикрыв заранее стянутые волосы. – От этих двоих спрячусь? Не факт, что удалось бы. В любом случае так лучше. – Лучше?! – взвыла Майя одновременно с мотором, который запустился стоило лишь наподдать по педали и крутануть ручку газа – вот уж кто здесь был послушной лапочкой, не в пример некоторым. – Да ты представляешь, как сейчас выглядишь со стороны? А как будешь выглядеть на скорости?! – Стартуй, давай, не до капризов! Ну да, время на капризы кончилось – из разбитого окна уже кто-то выглядывал и одновременно затряслась открываемая рама прямо у них над головой – из ее собственной палаты. Ну хоть не выбили, и то мед. А значит, как она и предполагала, лишнего шума там все-таки не хотят. Еще одно подтверждение, что господин Юханн, даже решившись играть всерьез и не оглядываясь на маскировку, не растерял пока привычной осторожности. Впрочем, Второй как обычно прав – размышления лучше сворачивать, пора отпускать тормоза… С места Майя сорвалась даже раньше, чем первый из преследователей успел перемахнуть подоконник. И с таким рыком, что какие пожелания им с кисой отматюкали вслед, оставалось лишь догадываться. Ну и газу не забывать поддавать. Особенно когда закончилась извилистая дорожка узкого больничного парка, больше смахивающего на палисадник, а распахнутые ворота в него остались позади. Мотор выл на пределе, меняя тональность, но не меняя уровня громкости, и заодно распугивал с дороги тех, кто мог подвернуться под колесо – совсем не лишнее на той скорости, с которой они сейчас неслись. С заднего сиденья тоже периодически подвывало, но уже кошачьим мявом. И чувствовалась в этом вое совсем не паника, а скорее азартный восторг, вгонявший случайных свидетелей в ступор. Ну чистый же сюр! Почти ведьма, почти кот и… почти метла. Красненькая и до предела навороченная. Да, похоже, здешний кампус этот их побег забудет нескоро. Единственное, что у Майи до сих пор не укладывалось в голове – как все те серьезные люди, которых она умудрилась втравить в свою авантюру, вообще на нее согласились? От неожиданности? Не хватило времени задуматься? Или не такие уж они на самом деле серьезные? И тоже не прочь иногда… отпустить тормоза? Выписав вокруг здания больницы двойную петлю – чтоб дать погоне время вернуться к машине и наверняка прихватить их за собой, Майя убедилась, что развалюхи-внедорожника на стоянке уже нет, а значит «серьезные люди» успели отсюда убраться, и бросила своего монстра в разворот к выезду из университетского городка. – Второй, ты там как? Способен еще выстроить маршрут? Или только орать дурниной? – Ты даже не представляешь, на что я сейчас способен… Осторожно! Из неприметного переулка навстречу вдруг выскочила машина, заставив их вильнуть в сторону, почти положив мотоцикл на бок, и едва не влететь в неудачно подвернувшийся забор. Впрочем, водитель авто испугался чудом не случившейся аварии даже больше Майи. А когда крен удалось выровнять и снова набрать скорость, мысли приняли уже слегка другой оборот. Не слишком ли быстро она сейчас улепетывает? Ведь хвост погони ей требуется увести за собой, а не стряхнуть. Так что да, газ, пожалуй, стоит сбросить. Встречные заборы, опять же, целее будут, как и нервы встречных водителей… Пару минут спустя выяснилось, что волновалась она зря – отставать преследователи и не думали. Наоборот, надежно прицепившись за ней прямо от больницы, потихоньку, но неуклонно начали сокращать отрыв, в который Майя ушла на первых минутах. Черт, да что же это за машина у них там такая?! И кто они вообще? Но откуда Юханн добыл себе эту группу поддержки, оставалось только догадываться. Не вызывал сомнений лишь факт, что загадочные дела, из-за которых свею пришлось временно бросить на самотек ситуацию в больнице, как раз с ними и были связаны. И, пожалуй, с Майей. Не зря ж ее так настойчиво пытались изолировать в палате? И если бы не подоспевший вовремя Доньев, кто знает, чем бы все закончилось и для нее тоже, а не только для Гренна. В общем, еще раз спасибо растяпам за удачно забытый в трюме внедорожник, и Сергею Владимировичу, что не побрезговал на нем прокатиться. Начни он терять время и решать вопрос с транспортом здесь – крышка бы им с Гренном обоим, счет шел на минуты… – Тут направо, – ожил встроенный в гоглы наушник. – Да, тут! Прямо на перекрестке. И не тормози, догоняют же… – Кто-то, помнится, обзывал нас адреналинозависимыми, – послушно заложила она разворот. – На себя бы сейчас глянул… – Газу поддай! Воспоминаниям потом будешь предаваться. Ну она и поддала, не сумев сдержать невольный смешок – почему нет? Потеряться их преследователям все равно больше не грозило. Вот только продолжать думать это ей не мешало, скорее наоборот. Мысли вдруг стали на диво острыми и логичными, словно гонка и встречный ветер выдули из головы лишние сомнения и несущественные детали, а картинка происходящего в Берлине вдруг сложилась удивительно четкой и цельной, вписав в себя, наконец, и господина Юханна. Вот не зря она подозревала, что свей совсем не так прост, как хочет казаться, и не спешила доверять его внезапной тяге к сотрудничеству. Ой не зря… Нет, сидит-то он здесь, конечно, из-за луддитов, тут особых сомнений не было, но лишь в последний… допустим, год. Или два. А чтобы настолько глубоко врасти в здешние реалии – ту же полицию, например, – времени явно ушло гораздо больше. Возможно, десятилетия. Но тогда эти ребята настолько серьезной проблемой еще не были. Точнее, для свеев не были. И выходит, что изначально цель у него здесь была совсем другой. Присматривать за университетом, скорее всего. Переманивать, скажем, перспективные кадры. Или следить, чтобы сюда не переманили кого-то от них самих. Или еще что-нибудь в том же роде. Но когда Юханна нагрузили заодно и проблемой поиска здешнего общества нелюбителей сильной механики, связь между излишне шустрой молодежью и заведением, которое курировал годами, он наверняка установил влет. Как и еще один момент – не помогай им кто-то из университетской верхушки… Причем самой-самой верхушки… Настолько масштабно те не развернулись бы никогда. Если уж Майя легко об этом догадалась, свей тем более не догадаться не мог. Вычислил ли он при этом и господина декана? Не факт. Сама она начала подозревать его только после прогулки в Муров бабочник и разговора с Петером, а окончательно прояснил все недавний допрос в палате у соседа. И тогда же ей поклялись, что у Юханна таких сведений до последнего времени не было и быть не могло. Но вот как раз тут Майю и угораздило ему невольно помочь, сдав Гренна. А плюсом еще и австрийцы помогли, «сдав» лабораторию при факультете господина Пашкелита. Дальше сложить два и два было исключительно делом техники, так что теперь он вычислил декана наверняка, а Гренн и прочие лишние свидетели стали совсем ни к чему. Их ему убирать сейчас срочно надо – чтоб не прихватили уже его самого и не начали задавать неудобные вопросы про странные для полицейского интересы к некоему здешнему университету. Для чего Юханн не только рискнул собственной тщательно выстроенной маскировкой, но и поднял всех, кто от него тут зависел. И кто сейчас упорно тащился у нее на хвосте, принимая за исчезнувшего из больницы системщика. Или уже не принимая? А зная точно, что гонят они на манер оленя именно Машу фон Гуттен? Сдается, обнаружив и ее отсутствие в палате, свей мог понять достаточно многое. Хотя про истинное положение дел догадался вряд ли – она и сама не взялась бы предсказать, насколько быстро и кардинально поменяет свое отношение к Гренну. Все, что для этого потребовалось: осознать, что тот, конечно, сволочь – завистливая и самовлюбленная, но при этом все же не убийца, к чему его так настойчиво толкали. А значит стоит той помощи, что от них сейчас получил. Получил, кстати, очень и очень вовремя – вытащили парня и правда в последний момент. Как и Мур – ниточка к ней от декана была слишком жирной, чтобы Юханн, прекрасно знакомый с делами университета, мог ее пропустить. И даже если никаких доказательств причастности госпожи Гриффитс к луддитам не найдется, в чем так уверен господин Пашкелит, пришибли бы ее все равно не раздумывая. Доказательства свею для этого не нужны, он ведь не суд. Достаточно будет простой уверенности в ее причастности. Или даже простых подозрений. И Майю пришибли бы тоже – не только как очередного лишнего свидетеля, но и как серьезную помеху свейскому концерну в целом, по возможности свалив это все на того же Гренна. И «случайно» убив его потом «на месте преступления» – приемчик, конечно, затертый, но почти всегда рабочий. Да, похоже именно таков и был сценарий развития событий в больнице, который она так лихо умудрилась перекроить. Интересно, а Петер все это тоже понял? И если да, то насколько случайно завалилась живая изгородь вокруг отельной парковки? Не за тем ли после падения вертелись вхолостую левые винты гелика, чтобы опрокинув его, дать Майе шанс вовремя обзавестись столь полезным транспортом? И сбежать от Юханна еще тогда? Ведь и на Андрея Самсова легко было многое свалить… Все эти выводы выстроились у нее в голове аж со свистом и как по писаному. Или это свистел в ушах ветер? Ладно, не суть. Главное, что мысли, сделав очередной круг, не зря вернулись к мотоциклу и дороге, по которой тот несся – пейзаж вокруг успел разительно измениться. Центр кампуса с его учебными и лабораторными корпусами сменился сначала общежитиями, а потом и вовсе кварталом маленьких уютных пансионов, летом наверняка утопающих в зелени. Но теперь закончились и они, в свою очередь сменившись чем-то явно нежилым и к студенческому городку отношения не имеющим. – Второй, где мы сейчас? – Промышленный район за воздушным портом. Поскольку господин Доньев направляется к главному входу, нам я проложил маршрут в объезд, к воротам с противоположной стороны. Как ты и просила. – Ясно. Только не слишком умно с другой точки зрения – очень уж тут безлюдно… – И? – не понял тот. Но объяснять ничего не пришлось – хлопки выстрелов за спиной раздались когда Майя, заложив поворот за угол очередного серого от пыли забора, вдруг оказалась на совсем уж пустынной улице, да еще и зажатой с обеих сторон глухими фасадами каких-то складов. Пригнувшись от неожиданности, она дала трем выпущенным одна за другой пулям пройти сильно выше, но утешало это слабо – пристреляться по ней вопрос времени. Причем не слишком долгого, если люди там опытные, а сомневаться в этом причин не было. Черт!!! Что ж теперь делать-то? Начать вилять от обочины к обочине, не давая им этого сделать? Но теряя в скорости и позволяя сократить расстояние до совсем критического? Или выжимать из мотора все возможное в надежде, что за следующим поворотом настолько пустынно уже не будет? А Юханн и присные с осторожностью попрощались не окончательно, и при свидетелях палить по ней все же не рискнут? Решение принял Второй: – Газуй на полную! Ворота на территорию порта прямо за этим кварталом. Нет, направо! Направо давай!!! А теперь газу!!! И Майя так вложилась в этот последний рывок, как наверное не вкладывалась ни во что и никогда в жизни. Заборы по обеим сторонам слились от скорости в смазанную серую ленту, шум в ушах стоял такой, словно она разгоняла самолет, сидя прямо на фюзеляже, а перспектива ровной как стрела улицы сошлась в точку, ставшую для нее самым настоящим светом в конце тоннеля… Только бы успеть проскочить его до того, как выстрелы начнут ложиться ближе и кучнее! Очередной унылый фасад из темного кирпича внезапно закончился, позволив разглядеть не только перекрытый лишь шлагбаумом въезд в порт, но и огромную тушу дирижабля за ними, вызывающе торчащую даже над высоченным забором с колючкой поверху. Ага! Так вот почему помощник выбрал им именно этот маршрут! – Нам туда? – зачем-то уточнила она, хотя надпись «Цесаревич» на боку гондолы не заметил бы разве что слепой. – И побыстрей! Створки ворот, к счастью, были распахнуты, а рейка символического шлагбаума за ними оказалась достаточно короткой, чтобы Майя пусть и впритир, но сумела вписать мотоцикл между ней и приземистым зданием пропускного пункта – ставили городулину явно рассчитывая на грузовики, а не на юркие двухколесные машины. Зато преследователи аккуратностью не страдали, с грохотом своротив эту чисто номинальную преграду бампером и ворвавшись на территорию следом. Увы, но надежды, что осторожность господина Юханна при появлении свидетелей проснется снова, не оправдались. Палить ей вслед продолжали даже невзирая на выскочившего из здания охранника. Впрочем, обратно этот благоразумный малый заскочил еще быстрей… Майя, распластавшись по горячему красному корпусу, страшно переживала за Второго, угодившего прямиком на линию огня. Но это не помешало заметить, как на не успевший толком опуститься трап грузовой палубы гелика прыжком взлетает Доньевский внедорожник. И заложить вираж, пристраиваясь ему в хвост, хотя настил въезда, едва коснувшись земли, тут же снова пошел вверх. Скрежет тормозов позади дал понять, что погоня разобралась, наконец, в ситуации. Пальба стихла, зато послышался характерный скрип колес на крутом развороте и еще один удар по остаткам несчастного шлагбаума – убирались отсюда преследователи даже быстрей, чем явились. Но это было уже неважно. Майя тоже успела взлететь по накатанным доскам трапа и под визг дымящихся покрышек уперлась чуть ли не в зад второпях брошенной Доньевым машины. Уже пустой. А сам он, пропустив вперед пассажиров, как раз прикрывал за собой дверь куда-то на внутренние палубы – в сторону Майи перед этим был брошен единственный и не сказать чтобы сильно недовольный взгляд. – Второй, кошка цела? – стащила она шлем, а потом и гоглы, случайно зацепив при этом заколку, отчего стянутые раньше волосы рассыпались по плечам. – Цела, – облегчения в ответе скрыть даже не пытались. – Все целы, и у Сергея Владимировича тоже! – Ну и отлично, – слезать с мотоцикла Майя не спешила, продолжая поглаживать влажные от пота рукояти управления. – Слушай, а замечательные у нас из Берлина сувениры получились, правда? – Полезные, главное, – не стали с ней спорить. – Эй!!! На этом сюда нельзя! – два дежурных матроса, оказавшихся невольными свидетелями ралли, кинулись к ней все от той же угловой двери, за которой исчез Доньев, и честно попытались пресечь это непотребство не по уставу. – Что мы с твоим конягой делать будем? Майя покосилась на брошенную поперек прохода развалюху внедорожника и не скрываясь хмыкнула, наблюдая как один из подбежавших матросов потянулся было чесать затылок, но тут же спохватился и руку убрал. Ну да, что позволено Юпитеру, о том быкам даже мечтать не положено. – Оформляйте как багаж, – каблуком откинула она рогатину подножки, оперла на нее машину и начала слезать. – Прямо до конечного пункта назначения. – Картина, корзина, картонка?.. – честно попытался поддержать ее веселье второй из парней. – Почти. Только вместо собачонки у меня вот, – кивнула она себе за спину. Оба матроса вдруг отчетливо попятились, но оно и понятно. Второй сейчас больше напоминал фурию чем котика: шерсть дыбом, глаза горят, стальные когти имплантов продрали, кажется, не только кожу обивки, но и случайно подвернувшийся под них металл… А когда Майя походя подхватила ЭТО под брюхо и ссадила на пол, шарахнулись уже от нее самой. Ну да, здесь их, наверное, тоже не скоро забудут… – Кстати, оформлять можете прямо на старшего Зарвицкого, мы с ним сами потом разберемся. И скажите, где тут у вас… – Каюта господина генерала на второй палубе! – похоже, избавиться от их общества жаждали настолько, что отвечать начали не успев толком дослушать. – Это, конечно, замечательно, но спрашивала я не о том, – перебивать Майя тоже умела. – Сейчас мне нужен не Сергей Владимирович, а приличный системник. Говорили, у вас тут есть? – Я провожу. – Адъютант Доньева материализовался рядом словно черт из клубов дыма. Вернее, из клубов вонючей гари от жженой резины и бензина, продолжавшей слоями плавать по трюму. – А вы двое – в темпе задраивайте вход, сейчас будем поднимать аппарат. – В смысле, поднимать? – Майя, рванувшая было к двери на внутренние палубы, аж притормозила от растерянности. – А как же кабель порта? И сеть? – Никуда они не денутся. Поднимемся всего на пару-тройку метров, чтоб у какой-нибудь горячей головы не возникло вдруг искушения нас штурмовать. – Не возникнет, – успокоилась она. – Там уже сообразили, с кем имеют дело – что угодно ставлю.