Глава 12

Как я и думала утром, вся Академия целый день стояла на ушах. Все желали встретиться или хотя бы краем глаза увидеть нового ректора. А поскольку практически никому, кроме деканов факультетов и нескольких преподавателей, это сделать так и не удалось, то описания внешности мужчины у всех разнились. Но в каждом повествовании он был красив, как Бог.

Радует, что за те несколько дней, которые прошли с момента его появления, ажиотаж медленно, но начал спадать. Девушки устали рано с зарей вставать, чтобы принарядиться и накраситься, да и лекции, задания никто не отменял.

В общем, спустя восемь дней практически всё нормализовалось. И я была счастлива этому, как и тому, что мужчина так и не нашел времени со мной встретиться, несмотря на то, что ответ на вопрос знать было интересно. Вспомнить, где я могла его видеть, хотелось. Но зато я забыла про него, скинула полностью наваждение от его улыбки и вновь занялась, причем с удвоенной силой, артефактом. Тем более у меня снова получилось довольно прилично продвинуться вперед. Количество маны, которое он теперь мог вместить, превышало в пару раз мой дневной запас. А это очень и очень много. Теперь мне нужно было решить другие проблемы: как увеличить этот объем ещё примерно настолько же и каким образом пополнять его без рунного круга, в которое мне пока его приходилось помещать, дабы напитать энергией. Каменюку весом не меньше тонны, сплошь исписанную рунами, я не могла просто положить себе в заплечный мешок и отправиться с ней в путешествие «налегке».

Ну и нет-нет, но иногда я вспоминала про Пушистика. О его красных глазках, которые напоминали цвет глаз Сайшоэра, и это добавляло мне стимула стараться ещё больше.

До конца учебного года остался всего один семестр, этот-то уже совсем скоро закончится. А там и экзамены выпускные, практика и дипломная работа. Хорошо, что как раз по поводу диплома мне не надо беспокоиться. У меня ещё до поступления сюда было готово убойное заклинание из школы Тьмы, которое обеспечит мне высший бал. Главное, не перенервничать на сдаче диплома и не использовать его в полную силу. Иначе разнесу тут все. И к тёмным мне путь будет навсегда заказан.

Кстати, ещё по поводу Самаэйра. На публике он за эти дни ни разу не появился, было только собрание деканов и некоторых преподавателей в первый день, которое он провел прямо в своем кабинете. И всё. Тишина. Будто он вообще не выходит из кабинета. И это было очень похоже на правду, поскольку не один десяток дам разных возрастов курсировали постоянно по преподавательскому этажу в надежде увидеть ректора хоть краем глаза. Но лично я больше склонялась к идее, что он из своего кабинета телепортировался куда ему надо, в свой дом к примеру. И ректор Геонор частенько так поступал, но тот использовал артефакт. Однако, поскольку предмет требовал перезарядки, причем довольно длительной, после каждой телепортации даже на небольшие расстояния, то и своими ногами Геонору приходилось довольно много ходить по Академии и территории вокруг. А вот Самаэйру артефакт не требовался. Напрашивался вопрос — неужели он так и будет ото всех скрываться? Все так жаждали, что новый ректор соберет всех в зале и официально представится, однако Самаэйр даже не разослал всем приветственные вестники. А ещё и официальное празднование всеми любимого праздника смены года теперь было под вопросом. Обычно к нему мы начинали готовиться ровно за месяц. И был бы Геонор сейчас — он бы всех уже собрал, известил о предстоящих планах, и все дружно стали подготавливаться. Но пока стояла гробовая тишина. Кое-кто из самых нервных уже начал ходить и чуть ли не орать в голосину: «Ничего не будет!», — и почему-то: «Мы все умрем!». Как потом выяснилось, у одного первокурсника факультета Некромантии от количества занятий, заданий и, соответственно, банальной усталости «снесло крышу» и, после посещения тренировочного кладбища, увидев сотни мертвяков, которых вызвали разом все курсы, окончательно разжижились мозги. И, пока один из преподавателей его не обнаружил бегающим по темным, дальним коридорам главного здания, очередное безумие было подхвачено адептами и, как зараза, стремительно разнеслось и охватило Академию.

В общем, дамы ходили и вздыхали по загадочному красавчику. А парни негодующе орали: «Всё пропало! Праздника не будет! На кол ректора!..» — и это были ещё самые мягкие их высказывания. И с каждым днем напряжение нарастало, а поскольку никого за эти реплики не наказывали, народ расходился всё сильнее: лозунги становились разнообразнее и кровожаднее… Короче говоря, попахивало уже небольшим восстанием. Но мне были не интересны ни истерики дам, ни бунт парней. У меня были свои заботы и планы. А уж если нового ректора разорвут обезумевшие фанатки или парни — так это только его проблемы. Сам согласился занять кресло руководителя Академии.

Широко зевнув, я подложила руку под щеку и, переведя взгляд, уставилась ничего не видящим и затуманенным от усталости взором в окно, за которым царил густой мрак.

Давным-давно перевалило за полночь, на часах было начало третьего, и я всерьез задумалась, а не забыть ли мне сегодня про сон? Всё равно не высплюсь, ведь в начале шестого я должна быть у озера и вовсю заниматься – больше я тренировки не пропускала. Но и в состоянии «вареного овоща» от занятий нет никого прока, да и артефакт в полусонном состоянии я скорее испорчу, чем исправлю. Выход один. Сварить себе тонизирующее зелье.

Посидев ещё пару минут, уже ни о чем не думая, я окончательно решила, что зелье – это самое лучшее решение, тем более я не так и часто им злоупотребляю, поэтому, отчаянно зевая, я убрала в личный сейф артефакт, прибрала за собой и побрела по темным, тихим коридорам Академии в сторону алхимического корпуса.

Нравилось мне такое позднее время: так тихо и спокойно, как и в предрассветные часы, никто не кричит, никуда не бежит. И очень хорошо, что право разгуливать в ночи по Академии есть у столь малого числа адептов — я такую возможность получила только в прошлом году от декана факультета Артефакторики, когда показала свои наработки, и он сам отстоял у Геонора мой пропуск, буквально костьми тогда лег. Естественно, не просто так он это сделал, он ведь рассчитывал, что после получения диплома я займусь именно Артефакторикой, раз у меня такой талант и рвение к этому искусству. И всё это, действительно, было. Вот только я преследовала сугубо свои цели, точнее одну-единственную — найти Сая.

Спустившись на один этаж, я наконец добралась до лаборатории в Алхимическом крыле и ненадолго остановилась перед дверью.

Входить мне в этот корпус без спроса не разрешалось. Однако никто из преподавателей никогда не закрывал сюда двери, поскольку все запрещенные реагенты и травы хранились под замком в другой комнате. Здесь же была практическая лаборатория: в шкафчиках стояли сотни колб различных форм и размеров, воронки, цилиндры, тигели и много чего другого, в целом всё, что понадобилось бы в работе для изготовления зелья. Ну и самые простейшие травы. А именно из них и готовилось тонизирующее средство.

Осмотревшись по сторонам, никого не увидев и не почувствовав, я быстро юркнула в лабораторию.

Включив только один магический светильник над столом в самом дальнем углу, где не было окон, по пути к своему рабочему месту достала нужные колбочки, склянки с уже истолченными в порошок травками.

Действовала споро и без раздумий, отточенными движениями — я могла и с закрытыми глазами сварить это зелье, что фактически я сейчас и делала. Сев на стульчик, отчаянно зевая и постоянно клюя носом, отмерила нужное количество трав, разогрела воду в большой колбе с широким горлышком и по порядку засыпала ингредиенты, попутно иногда меняя температуру и добавляя обычный реагент или магический. Одним глазом следила за цветом жидкости, а второй глаз да и остальная часть меня, в том числе и мозг, впали в сонную кому.

— М-м… Пахнет просто отвратительно, — до боли знакомый и на редкость доброжелательный голос, что почему-то вызвало легкое раздражение, раздался совсем рядом, — неужели готовишь яд? Кого травить собралась? Надеюсь, что не меня. А то меня и расчленить уже собираются, и на костре сжечь, и умертвием сделать из-за того, что думают, что я праздник не собираюсь устраивать…

— А как же скинуть вас со скалы? — лениво помешивая зелье, сонно протянула я. Появление ректора не испугало меня по одной причине: в этот раз я пару мгновений назад почувствовала колебания магии Огня в воздухе. Такие же я ощущала перед его появление около озера. — Не забудем и про самый мой любимый способ — отдать драконам, чтобы они вас сожрали.

— То есть ты тоже ратуешь за то, чтобы меня сожрали огромные рептилии? — притворно испугался Самайэр и поступил довольно нагло: сел на стол совсем рядом с моими склянками и колбочками. Недовольно поджала губы из-за того, что тигель, в котором готовилось моё зелье, опасно пошатнулся. Я мазнула по фигуре мужчины взглядом, однако на его лицо не рискнула смотреть, боясь снова там увидеть ту улыбку, что напоминала о моем любимом.

— Если бы драконы употребляли в пищу всё, что видят, то на Западном давно бы никто не жил кроме них. И, вообще, вопреки расхожим мнениям драконы крайне мудрые создания, ну, по крайней мере, им хватает мозгов не жрать всякую гадость. Так что идея мне нравится, но найти дракона, тем более у нас, на Восточном, который бы согласился вами закусить — крайне маловероятная затея. Можете не переживать по этому поводу.

— Переживать? — мужчина вдруг расхохотался. Озорно, по-мальчишечьи. — Чтобы заставить меня переживать, должен, наверное, перевернуться этот мир.

— Кстати, — выпалила я. Его смех, из-за которого моё сердце заколотилось с бешенной скоростью, вызвал во мне очередную вспышку гнева… к себе. Потому что я всё-таки невольно посмотрела на мужчину, и сердце сначала замерло, а потом начало стучать с таким грохотом в груди, что я ощущала его биение по ребрам. Поэтому мой тон получился недовольно-презрительным, — а Вам в голову не приходило, что лучше было бы, пока ещё не поздно, прекратить эти недовольства да поговорить с адептами, объяснить им всё. Конечно, не мне вам указывать что и как делать, да и вы сами, полагаю, умный человек, но адепты, пусть и бόльшей частью молодежь, которые кажутся всем магистрами лишь глупыми детьми, поголовно обладают магическим даром и могут натворить дел. Так что сейчас, возможно, это и выглядит для вас со стороны смешно — их лозунги и угрозы, вот только в итоге вряд ли всё это закончится хорошо…

— Поговорить? — отсмеявшись, Самаэйр, прищурившись, посмотрел на меня, причем взгляд его был абсолютно серьезным в этот момент. — Естественно, я поговорю. И не так просто сейчас я сквозь пальцы смотрю на всю эту вакханалию и не вмешиваюсь сам, и не позволяю этого делать деканам и всему преподавательскому составу. Мне нужно оценить масштабы сложившейся трагедии, найти слабые места и дать почувствовать адептам, что им всё дозволено. Чтобы они расслабились и показали своё истинное «Я» и царимые настроения в пусть и небольшом обществе бунтарей. Так я лучше их узнаю и услышу, что они хотят на самом деле, тогда и руководить, направлять их в нужное мне русло будет намного проще.