Глава 5

К удивлению, Лика смогла сдержать свой пыл, и мой секрет, что я дочка высшего светлого, а не обычного эльфа, да ещё и который взбудоражил умы всего женского контингента Академии, и таинственной сереброволосой незнакомки, о которой ещё долго говорили и грезили адепты мужского пола всех возрастов, остался для всех тайной.

А ещё с того дня нападки Геонора на меня резко прекратились. Вообще. И уже целый месяц я наслаждалась спокойными, впервые за все годы обучения здесь, деньками, как самая обычная адептка Академии. Мне не прилетали вестники ранним утром и не шлепались на лоб; мне не приходилось часами сидеть в кабинете ректора и слушать его нудные нравоучения; и наказаний, естественно, тоже никаких не следовало. Поэтому времени свободного у меня тоже появилась масса, и его я посвятила дополнительным факультативам по артефакторики и работе над артефактами. Точнее, над одним, ради которого я и поступила именно в эту Академию. Я решила изобрести небольшой телепортационный артефакт. Пусть и не я первая ставила такие амбициозные цели, однако у остальных, крайне именитых специалистов до сих пор ничего не выходило, им пока удалось создать только маломощные, питаемые от силы самого хозяина, и способные переносить только на десятки километров. И они давно были в обиходе у многих, в том числе подобными пользовались и наши преподаватели и Геонор. Но у меня же было одно преимущество перед всеми другими артефакторами. Нет, не ум, хотя знаний у меня было более чем предостаточно, и я их постоянно пополняла, и, естественно, не опыт, коего у меня вообще было крайне мало. Непреодолимое желание сделать подобный артефакт и обещание себе — вот что двигало мною. Плюс теперь ещё и отчетливое понимание того, как это можно сделать — я помнила ощущения, что исходили от отца и мамы, и поняла — это главное составляющее. Все специалисты, насколько я знала, изучив их труды, всегда использовали природную магию при создании артефактов, и как я теперь понимала, это и была главная проблема. Подобная сила не может достичь той же концентрации, как Тьма. Пусть она и крайне необузданная сила, кажущаяся неукротимой и не поддающейся контролю, но именно она позволит мне достичь желаемого…

И у меня в последнюю неделю начало кое-что получаться. Я бы даже сказала, подвижки были просто колоссальными, но, пока не будет готов первый тестовый образец, забегать вперед и обнадеживать себя не хотелось.

В общем, между лекциями и практическими занятиями я всё время пропадала на факультете артефакторики. Видя мое рвение, декан Шаврэль уже потирал ручки, рассчитывая, что я продолжу обучение в Академии Темных и займусь научной работой под его руководством… Расстраивать мужчину не хотелось, ведь я рассчитывала, что моим планам суждено сбыться, и к моменту получения диплома я доделаю артефакт, а значит меня здесь ничего не будет удерживать. Поэтому я только загадочно улыбалась и утвердительно кивала головой на все его дифирамбы, которые он рассыпал, словно драгоценности, чтобы заманить меня к себе.

Вот и сегодня я допоздна засиделась в лаборатории артефакторики, в которой мне разрешали использовать все оборудование. А задержалась в очередной раз я потому, что испытания на измерителе выдали такие ошеломляющие результаты, что я не могла поверить своим глазам. И переделывала тест на нескольких приборах, с разными исходными данными и параметрами… Но каждый раз получалось, что артефакт аккумулирует такое количество маны, которое прежде никому и не снилось и… мой телепорт будет работать. Теперь нужно было придумать, как обуздать эту силу и точечно направлять на выполнение одной определенной функции. А с этим пока были проблемы — энергия, стоило ее только активировать, рассеивалась слишком сильно. И вместе с телепортацией могла запросто отправить заклинателя в полет или вовсе расщепить на атомы. В общем — главная теперь задача заключалась в стабилизации энергии, а уж как артефакт превратить в полностью автономный — об этом я подумаю чуть позже. В крайнем случае сделаю так, чтобы передавать ему мою схожую по структуре энергию. Правда, на это уйдет не один день, но и вряд ли у меня получится за сутки его найти…

Широко зевнув, я ненадолго замерла, протерла уставшие и слезящиеся глаза и медленно поплелась по тихим, мрачным коридорам Академии в свою комнату. Когда я завернула в холл нашего факультета, то внезапно увидела, как что-то круглое, словно шарик, и невероятно пушистое мелькнуло в свете Улии, робкие лучи которой просвечивали через высокие разноцветные витражные окна…

Всю усталость сразу как рукой сдуло, а я, затаив дыхание и стараясь не издавать лишних звуков, на цыпочках направилась в ту же сторону…

Шаг, ещё шаг, снова темное и пушистое промелькнуло между теней и смешалось с ними, будто растворившись.

Размером с собаку среднего размера, но только все черненькое и такое мохнатенькое, что у меня загорелись глаза. Это было крайне необычное животное с длинным и чрезвычайно пушистым хвостом, которое хотелось обнять, прижать к себе, гладить по шелковистой шерстке и никогда не отпускать. Оно сильно напоминало хищную кошку ахамай из Запретного леса… А может это её котенок? Возможно ли, что кто-то из адептов во время очередной практики смог найти их нору и снова совершил самоубийственный шаг — забрался в неё и украл котенка? Смело… смело, но безумно. Даже я бы на такое не решилась. Но, получается, животное сбежало из комнаты какого-то адепта. Иначе как ещё объяснить появление в стенах Академии этого существа?

Ещё пару метров мне оставалось до вальяжно вышагивающего животного, которое, казалось, ниоткуда и не сбегало, настолько важный вид у него был, словно он шёл по своему дому.

Я протянула руки, чтобы успеть ухватить столь ценный меховой экземпляр, как животное вдруг резко замерло и, обернувшись, смерило меня долгим и настолько внимательным взглядом ярко-алых глаз, что он показался оценивающим. От неожиданности я тоже замерла.

Судя по круглой наглой морде и взгляду, это был кот. Вот прямо чувствовалась мужская порода в ярко блеснувших красных глазах. А этот меховой шикарный воротник вокруг головы, эта длинная, гладкая и блестящая шерсть, пушистый хвост… Я влюбилась в этот образчик кошачьей мужской красоты. Кот был просто прекрасен!

— Кис-кис, — нелепо пробормотала я, протягивая к нему дрожащие руки, завороженно продолжая разглядывать животное.

Кот же элегантно сел на попу, обвив хвост вокруг лапок, и, слегка склонив голову на бок, прищурился.

— Кис? — как-то презрительно отчетливо промурлыкал он, и его кругленькие ушки с кисточками забавно прижались к голове.

— Кис-кис! — я утвердительно замахала головой. — Как тебя зовут? Откуда ты сбежал, мой пушистик?

И в этот раз на мордочке кота промелькнуло недоуменное выражение. Никогда бы не подумала, что ахмай настолько умненькие! Конечно… опасные настолько, что встреча с ними один на один практически всегда заканчивалась смертью. Кто бы ещё рассказал об их уме, если выживших по пальцам можно пересчитать? Или всё же мне это во мраке холла показалось, что кот только что закатил глаза, причем с крайне пренебрежительным видом? Наверное, мне нужно хорошенько отдохнуть, а то видится уже всякое…

— Какой же ты хорошенький! — продолжила я ласковым голосом, сделав ещё крохотный шажок. — Ты не голодный? Хочешь, я тебя вкусненьким покормлю, у меня с ужина мясо осталось. А?

Мне оставалось до него сделать ещё всего один шаг, как в коридоре, ведущем к мужским комнатам, раздался грохот, потом громко загомонили парни, и мы с котом одновременно всполошились. Я, до этого идя на полусогнутых, сразу разогнулась и посмотрела в сторону коридора, а кот приподнял ушки и недовольно фыркнул.

— Что опять эти идиоты учудили? — пробормотав это, я снова вытянула руки к животному, но именно в этот момент в холле ярко разгорелись все магические лампы, больно ударив по глазам, а в центре появился злобный Геонор, сверкая глазищами из-под очков.

— Адептка Шор’эншэ! — узрев меня рядом с окнами, крикнул он недовольно, но уже через мгновение, сильно сжав кулаки и скрипнув зубами, более спокойным голосом добавил: — И что ты опять натворила?

— Я?! — от подобного поклепа у меня даже отвисла челюсть. — Натворила не я. Я, между прочим, с факультета артефакторики возвращаюсь! А натворили вон они, — я указала пальцем на выбегающих из коридора парней: всех в золе и то ли опилках, то ли ещё чем-то, и полуобугленной одежде. При этом они бежали не в ужасе, а хохотали… До того момента пока не узрели ректора, который томительно медленно повернулся в их сторону и весь затрясся от гнева.

— Я могу быть свободна? — отчеканила холодно.

— Нет! — мужчина снова посмотрел на меня, потом на кота, который недовольно покачивал хвостиком из стороны в сторону, попутно смерив Геонора ледяным взглядом. Какой всё же умненький! И ему этот гад не понравился с первого взгляда! Определенно точно ахмай наделены не только магией Тьмы, но и крайне развитым разумом.

— Иримэ, а ты что тут забыла? Спать тебя не пора? — громко воскликнул выбежавший следом за толпой Шэйн. Естественно, и без этого ушастого тут не обошлось. Я даже и не удивлена.

— Тебя забыла спросить, — огрызнулась я, и в этот момент мой пушистик поднялся и прильнул к моим ногам, после чего, встав на задние лапки, обнял меня передними за правую ногу.

— Иррримээээ! — пронзительно мяукнул кот, и я обомлела от восторга, забыв сразу обо всем: и что ректор на меня недовольно смотрит, и что творится в Академии, как обычно, непонятно что.

— Ты… ты назвал меня по имени? — я подхватила пухленького, мягонького красавчика и, не без труда подняв его, прижала к своей груди. — Ты ж мой умненький!

— Это твой? — Геонор едва не зашипел от ярости, указывая на кота.

— Да! — выдохнула и ещё сильнее стиснула пушистика в объятиях, он же блаженно положил голову мне на плечо и обнял меня лапками за шею.

— Разрешение ты… — не иначе как от яда, который скопился за этот месяц, и что мужчина на меня не «выплевывал», он вдруг поперхнулся. — Ты не получала?

— Не успела, — я не отпиралась и не выказывала недовольство. И мне было всё равно, если меня накажут. И лекцию прочитают и чистить клетки отправят. Ради этого мехового красавчика я готова была пойти на всё, лишь бы он остался у меня.

— Ладно. Завтра на стол мне заявление на эту… скотину! — выплюнул ректор. — И чтобы он постоянно был в клетке! Не хватало ещё, чтобы и этот кого-то покусал!

Рявкнув это, Геонор обернулся к провинившимся парням, которые не посмели сбежать: все равно это было бесполезно. Магический след от их проказ уже витал по Академии, и ректор бы их сам легко вычислил, но за побег начислил бы ещё больше штрафных часов, а само наказание было бы в разы суровее.

— С-с-с-с… — зашипел, извернувшись в сторону мужчины, мой кот.

— Не волнуйся, мой хороший, — почесала аккуратно я его между ушек и ласково зашептала: — Этот ректор… сам такой. Как тебя называл. Ты у меня вон какой умненький…

— В клетке, адептка Шор’эшнэ! — опять подал голос Геонор, и я вздохнула.

— Я поняла это и с первого раза.

— С-с-с-с… — продолжал негодовать пушистый зверь.

— И утихомирь его, иначе отправлю в зверинец! — на этом мужчина окончательно переключил свое внимание на парней, а я, передвигаясь по стенке, стремительной тенью проскользнула в коридор и поспешила в свою комнату.

С ноги открыла дверь, до смерти напугав Малику, вовсю спящую, однако от грохота, который я создала, подпрыгнувшую на кровати. Ногой же закрыв дверь, создав ещё больше шума, я, прижимая свое сокровище, продолжающее недовольно шипеть, заметалась по комнате, бормоча:

— Посадить в клетку! Вот ведь удумал! Он ведь такой умненький, как я его в клетку-то? Но ведь проверит, гад такой. Точно проверит. И накажет. И его точно не остановит то, кто мои родители, поскольку он абсолютно прав… Но как я могу его в клетку? — я вытянула руки, на которых как меховая сосиска повис пушистик, сверкая злобно своими красными глазками. И снова прижала к себе. — Не могу! А он его ещё и в зверинец… Нет-нет…

— Иримэ! — взвыла Лика после моего очередного круга. — Посади ты его в клетку и ложись спать! Вдруг он заразный какой или ядовитый?

Когда она это произнесла, кот расшипелся ещё сильнее и громче. И сделал очередную попытку вырваться из моих объятий, но я со своим сокровищем не могла расстаться.

И, увидев клетку с прогрызенными в одном месте прутьями, оставшуюся от предыдущего «жильца», которую я до сих пор так и не удосужилась выкинуть, замерла. Она довольно большая. Денек посидит там мой котик, я за это время оформлю на него документы, Геонор успокоится, и всё будет хорошо.

— Посиди тут, мой хорошенький, немного, — аккуратно впихнув вырывающееся животное, которое сейчас боролось, словно за свою жизнь, а не свободу, и готово было стоять на смерть, я с трудом закрыла дверцу. — Извини, мой пушистенький. Это всего на день! Даже меньше! Обещаю! Это ради твоей же безопасности, в зверинце тебя сожрут и не заметят. Ты не видел тех монстров, что там живут.

Успокаивала я животное как могла. В ответ мне донеслось злобное шипение, напоминающее изощренные ругательства, а взгляд ярко-красных глазок с вытянутыми зрачками не предвещал ничего хорошего. Но что я могла поделать? Этот кот затронул что-то в моем сердце, и ни отпустить, ни рисковать его жизнью я не могла. А вернуть его доверие будет проще, чем мне сейчас с ним расстаться или потом пытаться вылечить от смертельных ран, нанесенных ему тварями из зверинца Академии…