Глава 19

Октябрь следующего года… Подняв голову, встречаю ледяной взгляд. Спотыкаюсь о собственные ноги и лечу вперед. – Осторожно! – восклицает кто-то и ловит меня крепкими руками. Поднимаю голову. Никита Слободян. – Не ушиблась? – спрашивает, все еще крепко удерживая меня. Я качаю головой. – Ась, точно все нормально? – Угу, нормально, – отвечаю растерянно. – Задумалась просто. – Ясно. Рад тебя видеть, – улыбается он, отпуская меня. – Никит, прости, тороплюсь к куратору. – Поправляю сумку на плече и буквально бегу прочь, но в последний момент вспоминаю о вежливости и оборачиваюсь. – Спасибо! – Всегда рад спасти красивую принцессу, – подмигивает он. Развернувшись, пробираюсь сквозь толпу в универе. По привычке стараюсь никого не задеть, чтобы не огрести последствий. Выискиваю голубые глаза, которые взглядом, словно ледяным айсбергом, врезались в меня пару минут назад. Марк Келлер… Мой ночной кошмар. Мой самый горячий эротический сон. И мое проклятие. Почему, черт возьми, он посмотрел на меня так?! Это я имею право злиться и смотреть на него, как на пустое место! А он точно не может! – Осторожнее, – гнусаво растягивает какая-то очередная папочкина принцесса, когда я натыкаюсь на нее. Наследница отеля, алмазных копей или сети заправок. – Простите, – бубню и тороплюсь к группке девчонок. – Ты видела? – Лиля хватает меня за руку и оттаскивает в сторону от остальных девчонок. – Келлер вернулся. – Видела, – цежу сквозь зубы. – Он на меня так посмотрел, как будто это не он, а я исчезла почти на год! Он… ну… один? Ты его одного видела? – Нет, – качает она головой, а у меня цепенеет все внутри. Значит, нашел замену, да? – Со своими друзьями. Я медленно выдыхаю. На что вообще рассчитываю – непонятно. Сама же злюсь на него! Поступил, как последняя сволочь! А все равно сердце заходится от одной мысли о том, что он уже заменил меня кем-то. Первые две пары проходят как в тумане. Я опять хочу увидеть Марка, только поближе. Дурные бабочки в животе беснуются от одной этой мысли. Но головой-то я понимаю, что мы не бросимся друг к другу в объятия. Уж точно не я. Потому что Келлер поступил, как подонок, просто исчезнув. Больше в этот день я его не встречаю. Зато вижу на следующий. Тороплюсь через парковку, но замедляюсь, когда замечаю стоящих у машины парней. Среди них Марк. А рядом с ним его друзья. Те, которые тоже практически пропали с радаров в прошлом учебном году, и мне не у кого было спросить, что произошло с моим парнем и почему он так внезапно исчез. Один из них кивает в мою сторону, и они все поворачиваются, чтобы посмотреть. Совершенно не скрываясь и не пряча насмешливых взглядов. Марк что-то говорит им, и они все дружно смеются. Внутри меня все обрывается. Что он им сказал? Почему он надо мной смеется? За что, черт побери, пытается наказать?! В прошлом году просто пропал после ласкового пожелания сладких снов с его участием. А на утро я уже была заблокирована в его соцсетях, а на мои сообщения он больше не отвечал. И теперь он смеет смотреть на меня так? Настоящий подонок! Отвернувшись от них, прибавляю шагу, торопясь в университет. Когда сижу на парах, мне в мессенджер прилетает сообщение от неизвестного контакта. На нем интимная фотография практически полуголой девушки. Она на кровати, а рядом с ней на ночном столике лежит… тот самый браслет, который я подарила Марку. Мои внутренности сковывает холодом, а на глаза тут же набегают слезы. “Нужны еще какие-то доказательства?” – гласит подпись под фото. – “Он был со мной еще до того, как заблокировал тебя”. Блокирую телефон и опускаю голову, стараясь дышать и спрятаться за завесой волос. Как же все болит внутри! Получается, он был с ней еще до того, как исчез? Одной рукой писал мне нежности, второй обнимал какую-то девку? Ох, как же хочется потребовать у него объяснений, но я не стану. Ни за что не подойду к нему! Не хочу его больше ни видеть, ни слышать! Сволочь! Сколько же раз меня в разных формах предупреждали, чтобы я не связывалась с ним! Но я была так влюблена, что света белого не видела. А теперь ненавижу. Люто! До дрожи! Хочется выцарапать ему глаза. Отхлестать по щекам мокрой тряпкой. После занятий прихожу в студию. Меня до сих пор трясет от того, что я сегодня видела. Спрятавшись в уборной, еще раз открыла фотографию и дала волю чувствам. Прорыдалась, чтобы боль внутри хоть немного ослабла. Это, правда, не сильно помогло. Но хотя бы позволило мне начать дышать. В студии аншлаг. Обычно такое тут творится, если ждут кого-то из моделей. На прошлом занятии меня не было, так что я не в курсе, кто это будет. – Ася! – зовет меня Мария Павловна, когда я сбрасываю вещи возле мольберта. – Скорее иди сюда. Тороплюсь к столу преподавательницы, которая вскакивает со своего места и только что не пританцовывает от нетерпения. – Добрый день, Мария Павловна, – здороваюсь, подойдя ближе. Она тут же хватает меня за локоть и оттаскивает к большому окну за кадками с раскидистыми кустами. Останавливается и впивается в меня взглядом горящих глаз. Я уже привыкла к эксцентричности моего преподавателя, так что просто жду, пока она озвучит то, что собиралась. – Ася, – шипит. – Ась, такой шанс! – О чем вы? – хмурюсь. – Под патронатом Фонда нашего губернатора открывается конкурс для художников города. От каждого учебного заведения можно выдвинуть одного кандидата. Очень крупное мероприятие. Будут освещать СМИ! – она таращит на меня глаза. – Работы победителей на три месяца выставят в центральной галерее города! – В “Арт лаборатории”? – спрашиваю, и мои брови почти достигают линии волос, когда преподавательница с улыбкой кивает. Хватает меня за руки и трясет. Пытается тихонько пищать, но выходит какой-то скрип. – Представляешь, да? Я в шоке! Так, держи, – Мария Павловна передает мне рекламу этого мероприятия, а я смотрю на фотографии, как завороженная. – Я выбрала тебя. Поднимаю взгляд и, не дыша, смотрю на Марию Павловну. Она энергично кивает. – Меня? – спрашиваю внезапно севшим голосом. – Это огромный шанс, Ася, не упусти, поняла? Три месяца в “Лаборатории”, понимаешь? Тебя заметят! Обязательно заметят, потому что ты невероятно талантлива! Давай, напиши что-то из ряда вон. Как будто последний раз в жизни! А теперь пойдем. Она разворачивает меня и подталкивает возвращаться к моему месту. Я бреду туда, словно на деревянных ногах. Как последний раз в жизни, да? А что, блин, нарисовать?! Я останавливаюсь у своего мольберта, сжимая в руках сложенный вдвое листок рекламы. В этот момент дверь в студию открывается, и на пороге появляется… – Вот черт, – шепчу я, встречаясь с ледяным взглядом.