Глава 39

– Какого черта ты тут делаешь? – цежу и прикусываю язык. Вот какое мне дело, чего он тут ошивается? Может, нашел в общаге новую жертву? От этой мысли внутренности болезненно покалывает, а я изо всех сил стараюсь проигнорировать это ощущение. – Хоть кто-то же должен убедиться, что ты в целости и сохранности добралась до общаги, – совершенно без улыбки отвечает Марк. – Тебе какое дело? – Значит есть, раз я тут. – Проследил? Проваливай! – Не надо так со мной разговаривать, Ася, – снова тот же зловещий тон, и я вспоминаю то, что говорили о Марке, когда мы еще не были вместе. Жестокий. Циничный. Без тормозов. А я, начав встречаться с ним, ничего такого в нем не замечала. Со мной он был нежным и смешливым. Иногда вел себя хамовато, но никогда – со мной. Наоборот, для него я всегда была малышкой, которую он при каждом удобном случае носил на руках. Наверное, именно это заставило меня забыть о репутации Келлера. Теперь мы не вместе, и у него нет поводов относиться ко мне по-особенному. – Я бы вообще с тобой никак не разговаривала, – выдаю и вижу, как он темной, мрачной тенью надвигается на меня. – Не подходи, – предупреждаю. – А то что? – уточняет он, а я сглатываю. Мне кажется, даже поджилки начинают трястись. Я ведь не знаю, как он поведет себя теперь, когда мы не встречаемся. – Что ты опять от меня хочешь? – Того же, что и раньше, – спокойно отвечает Марк. – Раньше? О чем ты? – Хочу снова быть вместе. – Ты… ты кукухой поехал? – выдаю хрипло, а Келлер останавливается от меня в полушаге. Вылетающий из его рта пар овевает мое лицо. – Мы не можем быть вместе! Не после всего того, что ты натворил! Ты… ты уничтожил меня, Марк. Растоптал. Унизил. Оскорбил, как только мог. И после этого ты надеешься, что я буду с тобой? Да я скорее сдохну, чем позволю тебе ко мне прикоснуться! Он так внезапно хватает и впечатывает меня в свое тело, что я даже моргнуть не успеваю. Схватив второй рукой за затылок, накрывает мои губы своими. Я мычу. Упершись руками в его широкую грудь, пытаюсь оттолкнуть, но Марк как скала, не сдвинуть с места. Пытаюсь крутить головой, но мой затылок надежно зафиксирован его лапой. Единственное, что мне остается, – это сжать губы, не давая углубить поцелуй. А он, как на зло, проводит по ним языком и снова целует. Нежно. Так нежно, что внутри открываются все едва зажившие раны. Они начинают кровоточить. Я всхлипываю, и Марк резко отрывается от меня. – Что такое, Ась? – спрашивает. Не сдержавшись, снова всхлипываю, и из глаз вырываются слезы. Ну вот зачем он расковырял то, что только начало заживать?! – Не трогай, – произношу, еще раз всхлипнув. – Никогда, слышишь?! Больше никогда меня не трогай! Оттолкнув его, срываюсь с места и до общежития несусь без остановки. Меня разрывает изнутри. Опять раскурочил все! Опять поставил клеймо своими чертовыми губами! Опять его вкус и запах отравляют мой организм, и я не могу ничего поделать с болью от осознания, что все это больше не принадлежит мне. А принадлежало ли? Не похоже, чтобы Келлер с радостью отдался какой-то девушке без остатка. Монстр! Ублюдок! Опять играет в свои больные игры! А мое сердце не железное. Оно уже не выдерживает такие нагрузки. Как, черт побери, один вечер смог подарить мне такие эмоциональные качели?! Все было прекрасно. Я была наполнена радостью, пока передо мной не появился Келлер. Он все испортил! – Ты все испортил! – кричу, обернувшись. На том месте, где он стоял, теперь пусто. Но я все равно кричу. – Испортил, чтоб тебя черти драли! В общежитие возвращаюсь в таком настроении, что хочется опять под плед на несколько дней. Не видеть людей, не слышать их. Или вообще закрыться в студии и творить круглосуточно, забив на все. – Ась, что случилось? – Лиля вскакивает со своей кровати, когда я появляюсь в комнате. – Келлер случился, – всхлипываю. Истерика уже прошла, но редкие слезы еще скапливаются в глазах и повисают на ресницах крупными каплями. – Что он опять сделал? Я стреляю в Лилю злым взглядом. – А ты сама у него спроси, вы же кенты. – Ась, да мы… – Все! – выдаю резко. – Не хочу слушать! Схватив свои принадлежности для душа, вылетаю из комнаты. Слышу, что в душе кто-то моется, поэтому сажусь в коридоре прямо на пол и, уткнувшись затылком в стену, закрываю глаза. Внутренности переворачиваются, когда вспоминаю поцелуй Марка. Как я по этому скучала! Как хотела, чтобы он снова касался меня своими горячими, мягкими губами… Но теперь не хочу. Ничего не хочу от него. Даже не извинился! Не пришел и не сказал “Ася, я был дебилом. Прости”. Нет! Он подослал свою шлюховатую подружку и посчитал, что этого достаточно. А мне недостаточно! Мне всегда будет мало! Ни одно его извинение не перекроет всего кошмара, который я пережила по вине этого морального урода. – Ась, а ты чего тут? Второй душ свободен, – говорит Таня, еще одна наша соседка, выходя из ванной. Я даже не заметила, как она выключила воду. – Ой, мне показалось, что вас там двое. – Заходи, – кивает она на дверь и уходит в свою комнату. Я стою под душем непростительно долго. Может, кто-то из девчонок ждет, пока я выйду, но я просто не могу выбраться из-под горячей воды. После душа долго занимаюсь домашкой, скорее чтобы отвлечься и не думать о сегодняшнем безумном вечере. Я настолько эмоционально выжата, что у меня не хватает энергии на то, чтобы снова проживать пережитое за сегодня. В какой-то момент я поднимаю голову и смотрю на Лилю, листающую ленту соцсетей перед сном. – Лиль, а у тебя есть номер Слободяна? Она хмурится, переведя на меня взгляд. – А тебе зачем? – Ладно, забудь. – Если хочешь позлить Марка, хотя бы не подставляй никого другого. – Пф. Я еще буду спрашивать, с кем мне дружить. – Дружить? – усмехается Лиля. – Со Слободяном? Да этот придурок подрачивает на тебя. А она дружить собралась. – Я не просила оценку его отношения ко мне, – выдаю сухо. Лиля вздыхает. – Номера нет, но есть страница в соцсетях. Она что-то клацает в телефоне, и мне приходит от нее сообщение в соцсетях со ссылкой на его аккаунт. – Спасибо. – Ага, – отвечает Лиля и снова утыкается в свой телефон. Я же открываю страничку Никиты и пишу сообщение: “Привет. Я согласна пойти с тобой в клуб в пятницу” Отправляю, пока не передумала. Инстинкты подсказывают, что я дергаю тигра за усы. Но я игнорирую вой сирены в голове. Потому что хочу, чтобы Марк глотнул свою собственную горькую пилюлю.