Глава 42

Марк Адская ночь наконец закончилась. А я так и не смог уснуть. Все время просидел в кресле, пялясь на силуэт Аси, которая забылась тревожным сном. То сопела тихонько, потом вскрикивала, втягивала в себя воздух, будто до этого задерживала дыхание. Успокаивалась только когда я подходил, накрывал ее руку или гладил щеку. Шептал слова успокоения. Тогда она еще раз вздыхала и снова вырубалась. Комната сразу наполнилась ею. Не ароматом, нет. Я мыл Асю своим гелем для душа. Просто ею. Как будто даже посветлело в моей берлоге. Только вот повод появиться в ней у Аси был такой себе… Откровенно говоря, я бы предпочел, чтобы эту ночь она спала в общаге, чем у меня после пережитого. Вспоминаю, как ебашил Слободяна, не видя даже его гребаной морды. Перед глазами стояла красная пелена. Я бы убил его, реально. Просто выбил бы дух из этого урода, если бы не Сенсей, который оттащил меня от него и сказал: – Ася нуждается в тебе больше, чем он. Вези домой, вызывай врача. С ним мы сами. Они с Тимохой и охраной уволокли мудака куда-то на задворки клуба, а я поднял свою малышку на руки и отнес в свою тачку. Гнал по гололеду, как дурной. Толком дороги перед собой не видел. Набирал нашего семейного врача, сбивчиво объяснял, что случилось, и какая помощь мне нужна в час ночи, а сам поглядывал на Асю и молча молился, чтобы она не умерла. Ася медленно выходит из спальни. Идет, слегка пошатываясь. Опять она в моей футболке. Как раньше. Как будто всего этого дерьма с нами не случилось. Как будто я не облажался. Она растерянная, напуганная и видно, что мучится от боли. Но врач сказал не давать таблетки на пустой желудок. Ася замирает на входе в гостиную, а я киваю ей на обеденный стол. Ставлю перед ней тарелку с омлетом из белков, тосты со сливочным сыром, рыбой и авокадо. Жирненько, но ей именно это сейчас и нужно. Добавляю ко всему этому чай с корицей и лимоном. Усаживаюсь напротив и делаю пару глотков кофе. Ася сглатывает, глядя на тарелку. – Точно! Овощи забыл, – вспоминаю и ставлю перед нами салатницу. – Ты расскажешь, что произошло? – тихо спрашивает она. – Совсем ничего не помнишь? – Так, обрывки, – отвечает. – Ешь, – киваю на тарелку, и Ася, взяв вилку, приступает к еде. Смотрю на нее и хочется еще раз отпиздить Слободяна. Бледная, хрупкая. Трясется вся. – Ась, тебе холодно? – Немного. – Посиди. Взяв в ванной свой махровый халат, возвращаюсь на кухню. Натягиваю его на Асю, и она буквально утопает в нем. Не сдержавшись, провожу пальцами по ее шее, и она вздрагивает. Мы возвращаемся за стол. – Расскажи, – снова просит она. – Слободян мудила, – выдаю самое главное. – Делает зарубки. В смысле, есть, короче, чат, – поясняю. – В нем одни пацаны. Универский. Не все там есть, но многие. И там пацаны как бы… хвалятся своими сексуальными победами. Обсуждают девчонок, если не один с ней переспал. Короче, не самое красивое место. – Ты там тоже есть? – спрашивает, хмуро глядя на меня. – Есть. Но тебя никогда ни с кем не обсуждал, – добавляю, чтобы не думала херни. – Я вообще в этом чате не пишу уже давно. Курса со второго, наверное. Тогда это казалось игрой, потом стало похер. – Дальше, – цедит Ася, кажется, не до конца мне поверив. Зря. О ней я даже друзьям не рассказывал. Они знали только факты. Мы гуляли. Я был у Аси. Ася ночевала у меня. Все, никаких подробностей, хоть Тимоха первое время пытался стебать меня и выспрашивал подробности. Но даже он слился, когда понял, что у меня с этой девочкой серьезно. – Я в этот чат уже, наверное, с неделю не заходил. – А так любил почитывать про чужие подвиги? – кривится Ася. – Нет, – отрезаю и сжимаю челюсти до хруста зубов. – Заходил, чтобы проверить, что никакой пидрила про тебя гадости не пишет. – Прямо рыцарь в сияющих доспехах, – хмыкает она. – Не рыцарь. Но ты… Короче, проверял. Там ничего не было. А вчера днем появилось сообщение от Слободяна, что ночью он тебя по-любому завалит. Я увидел это сообщение слишком поздно, чтобы предотвратить. И то. Даже не я увидел, а Тимоха сказал. Выяснил, что ты пошла со Слободяном в клуб. Приехал. Вовремя, – цежу, сжимая вилку, когда перед глазами встает мертвенно бледная Ася, которая еле держится на ногах. В объятиях этого урода! И его рука на ее попке! Сука, как не сдохнуть от желания убивать?! – Ну и все. Забрал тебя к себе. Ты проблевалась, я тебя помыл, переодел, вызвал врача. Он поставил тебе две капельницы, ты уснула. Проснулась. Все. – Ясно, – шепчет Ася, уткнувшись взглядом в тарелку и ковыряя яичницу. – Врач сказал, чтобы ты все это съела. Выпила чай. Через пару часов он приедет поставить тебе еще одну капельницу, чтобы вывести из организма эту гадость. – Слушай, как меня так повело? Я даже одного бокала не выпила. – Ась, тебе подсыпали порошок в коктейль. – Какой еще порошок? – спрашивает и бледнеет еще сильнее, если это вообще возможно. – Такой… ну, его называют наркотиком для изнасилований. – Никита хотел меня… – ее глаза округляются, а я киваю и снова сжимаю челюсти. – О, господи, – выдыхает и прячет лицо в ладонях. – Я думала, он хороший парень. – Все, кого он трахнул, так поначалу думали. Удивительно, что Лиля тебя о нем не предупредила. – Она что-то упоминала вскользь, что лучше… гм… Келлер, чем Слободян. Но я тогда… в общем, на Никиту я вообще не смотрела тогда как на парня. Вчера тоже что-то говорила, но я была зла, так что… – А сейчас посмотрела на него как на парня? – цежу, впиваясь в ее лицо взглядом. Как же меня, блядь, пенит, что она вообще может на кого-то смотреть, в то время как для меня вообще перестали существовать другие девушки! Нет их для меня! Ни одной! Помешался совсем на своей художнице… – Хочешь это обсудить? – со злостью выдает Ася. – Да, – киваю. – Давай обсудим. Поговорим наконец. Она откладывает вилку и мечет в меня молнии. – Скажи уже все, что думаешь, – подначиваю ее. – И расставим наконец все точки над “i”.