Глава 53. Полина

— Мы едем в больницу, — заявляю безапелляционно, помогая Киру добраться до скамейки. Он опирается на мое плечо, у него закрыты глаза, а губы выглядят какими-то слишком белыми.

— Мы никуда не едем, Плакса. Я сейчас посижу и оклемаюсь.

Кир растирает виски, морщит лоб. Я вижу, что у него не просто на пару секунд потемнело перед глазами — он явно испытывает боль сейчас, и я боюсь, что это не просто пятиминутный внезапный спазм.

— Тебе совсем на всех наплевать, да? На Илюшу, на Вику, на маму, на меня… — последнее я добавляю едва слышно. Не знаю, имею ли право включать в этот список себя.

— Полин, — тяжело выдыхает, ловит мою руку и притягивает ладонь к своей голове. Я осторожно начинаю перебирать его волосы, массирую затылок, возвышаясь над Киром, позволяя ему уткнуться лбом в мой живот.

— Ничего не хочу слышать. Ты можешь сидеть? Я позову Андрея, мне самой не дотащить тебя до выхода из этого чертового места.

— Если я попал в ад, то мне досталась самая сексуальная дьяволица, — он шутит, а я сжимаю зубы и заодно ладони в кулаки, чтобы самой же не добавить ему сверху.

Я сделаю это чуть позже, когда Кир придет в себя.

Он обязательно это сделает.

Андрея я нахожу флиртующим с какой-то девушкой возле барной стойки. Без объяснений тяну его в сторону раздевалки, бросая быстрое «извините» удивленной брюнетке в пиджаке на голое тело. Видимо, этим она его и зацепила.

— Да что случилось? Ты отвлекла меня от горячей девчонки, между прочим. Надеюсь, у тебя действительно что-то важное, — он бурчит, пока я еще сильнее впиваюсь пальцами в его руку, увеличивая скорость наших шагов.

— Кир, там… Ему плохо, он едва не упал в обморок.

— Твою-то мать.

Мы меняемся местами, Андрей обгоняет меня и чуть ли не в два шага добирается до нужной двери, пока я быстро перебираю ногами за ним, игнорируя все странные взгляды в мою сторону.

Как оказалось, они приехали сюда на машине Кира. До больницы мы добираемся за пятнадцать минут, нарушая все правила, зарабатывая точно не меньше пяти штрафов на светофорах с камерами.

По пути Кир набирает знакомого врача и передает трубку мне, чтобы я кратко обрисовала ситуацию, потому что ему самому слишком сложно сосредоточиться на разговоре из-за усилившейся пульсации в голове.

— А ты куда собралась? — Андрей перехватывает меня рукой поперек живота, когда я хочу зайти в приемный кабинет вместе с Киром. — Сиди здесь, они там сами разберутся.

— Ты предлагаешь мне протирать лавочку, когда там человек, которого я…

Я не договариваю. Из горла вырывается всхлип, который мне не удается подавить. Меня трясет от холода и паники, Андрей стягивает с себя кофту и набрасывает на мои плечи, хмуря при этом брови и качая головой.

— Какого черта ты тогда отшила его тогда, если любишь? У вас, баб, вместо мозгов вообще что в головах? Каша?

— У меня были причины, — мой голос звучит приглушенно, дрожащими руками я натягиваю на себя толстовку, но даже она не спасает от ледяных острых ножей, прикосновения которых я буквально чувствую кожей.

— Хрень собачья, принцесса. Ты вообще понимаешь, что он тогда сдохнуть был готов? На ноги встал, ему все врачи в один голос твердили — на ринг дорога закрыта, но он все равно выходил. Прокатывало несколько раз подряд, вообще без последствий. Только это равно ничего не значит, каждый раз был шанс больше никогда не встать.

Бросаю на него затравленный взгляд.

Я знаю, что очень виновата перед Киром.

Знаю, что отняла у него мечту, заставила перекроить жизнь, а потом вернулась и вновь сделала то же самое.

— Не бери в голову, — Андрей успокаивает меня виновато, когда я стираю рукавами мокрые дорожки с лица и облизываю губы, чувствуя соль на кончике языка. — Слушай, я не собирался доводить тебя до слез.

— Извинения принимаются.

Мы молчим.

Я пытаюсь думать о чем-то отстраненном.

Не стоит, наверное, пока говорить Андрею о возвращении Ады. Не знаю, что у них тогда произошло, но сначала нужно получить у Адель разрешение вообще хоть как-то затрагивать эту тему.

Едва не падаю, резко подорвавшись с места, когда дверь открывается и к нам выходит немолодой мужчина в белом халате. У меня не получается по выражению на его лице угадать, что конкретно он собирается нам сообщить, так что я просто жду, пока он заговорит.

Жду и в кровь прикусываю внутреннюю сторону щеки, чтобы криком не потребовать у него хоть каких-то объяснений в эту же секунду.

— Я снял приступ, сейчас он стабилен. Капельницу еще поставим, утром надо бы будет снимок сделать…

— А почему сейчас нельзя? — перебиваю его, расцарапываю себе запястье. Снимок это ведь очень важно, да?

— Потому что у нас сломалось оборудование, а в другую больницу его сейчас лучше не везти. Отдохнуть надо ему, отлежаться. В любом случае, если последствия и есть, то они не смертельно острые. Будем наблюдать.

Дверь опять открывается, я вижу Кира, который держится за дверной косяк и смотрит в мои глаза.

— Я же просил тебя подождать медсестру с коляской, — незнакомый мне мужчина неодобрительно качает головой, увидев Кира на ногах.

— Я в нее больше не сяду, — он жестко отрезает, и я вздрагиваю от этого ледяного тона. — Куда мне?

— Прямо по коридору, — кивает в нужную сторону. — Двести семнадцатая, вроде слева должна быть.

На входе в палату Кир оборачивается ко мне и преграждает мне путь дальше.

— Ты едешь домой.

— Нет, — я пытаюсь выглядеть уверенно, но Кир давит на меня своей энергетикой. — Пожалуйста, можно я останусь? Я не буду тебе мешать, просто посижу где-нибудь в углу. Я буду тихой, правда…

Не могу.

Не смогу, если он сейчас выгонит меня.

— Андрюх, отвезешь ее? — он говорит это так, будто меня здесь нет. Кир хочет избавиться от моего общества, а я продолжаю навязываться. — Тачку потом заберу от тебя.

— Доставлю в лучшем виде.

Они ударяют ладонями, а я едва могу держаться на ногах.

Потому что Кир даже не смотрит на меня, перед тем как закрыть дверь в палату.