ГЛАВА 11

С вершины, на которой мы оказались, выйдя из пещеры, открывался вид на весь Доку-Ичи. Внизу под нами шла огромная дорога из темно-желтого камня, по которой ездили настолько часто, что в ней остались две глубоких колеи. Из-под края выступа, на котором мы стояли, показалась повозка, доверху нагруженная товарами. Колесо наехало на кочку, и один из свертков упал на землю. Тут же из-за ярких лавок, показались детишки, которые точно мухи налетели на сверток и быстро скрылись со своей добычей, радостно улюлюканья. Извозчик только сплюнул им вслед и от досады ударил лошадку кнутом. Та фыркнула и перешла на рысь, увозя повозку дальше по улице, мимо открытых лавок с разными товарами на большую площадь. Извозчик завернул на большую дорогу и проехал мимо водопада, который струился по выступающим из скалы камням, беря начало где-то на несколько уровней выше.

Мой взгляд переместился назад на площадь. В ее центре был проем, в котором виднелась ведущая вниз лестница. По ней как раз бежала какая-то женщина, а подол ее ярко-красного платья развевался на ветру.

— Здесь так красиво! — восторженно воскликнул Тельви. — Идемте вниз?

Я посмотрела на мальчика и взъерошила ему волосы. Мои губы разомкнулись, готовые высказать «да», но внезапно меня настигло странное чувство. Будто бы я должна пойти без них. Будто бы это только мое дело, и посторонние в нем не только не помогут, но и навредят. Ощущение было настолько сильным, что я просто не могла его игнорировать.

— Пойдите погуляйте с Алешем, — сказала я ребенку и бросила быстрый взгляд на мужчину, который, казалось, не выказывал никакого интереса к нашему разговору и просто смотрел вниз.

— С вами ничего не случится, если вы пойдете одна? — обеспокоенно глядя на меня своими чистыми глазами спросил Тельви.

— Нет, — я снова обратила на него свое внимание. — Нет. Не случится. Повеселитесь. Так… Я пойду?

Алеш махнул рукой из серии: «Вали куда хочешь, только оставь в покое». Я всучила поводья опешившему от такой чести Тельви и развернулась.

Придерживаясь скалы, я осторожно спустилась по крутым и неровным ступенькам и оказалась на главной улице.

— Посторонись! — услышала окрик, и едва успела отойти в сторону, как мимо меня на огромной скорости пронесся какой-то лихой всадник с мечом наготове и свернул в переулок.

— Осторожно, юная леди, — медленно и вкрадчиво произнес мужской голос у меня над головой. Я резко обернулась и встретилась со взглядом черных, как сама ночь, глаз. Моргнула, утешая себя, что это мне только почудилось, что это была просто игра света. Но чем дольше я присматривалась, тем больше понимала, его глаза, действительно, есть сама тьма.

— Кто вы такой? — выпалила я.

— Я? — казалось, он был даже немного удивлен. Его брови дернулись. — Я просто обитатель Доку-Ичи, города чудес.

У меня по спине пробежался холодок. На мгновение мне показалось, что на меня смотрят по меньшей мере сотня человек. Затылок просто буравили взглядами. Но когда я обернулась, это ощущение пропало.

— Города чудес, да? — перепросила я. — А вы не знаете, можно ли здесь приобрести эсшат?

Мужчина переменился в лице. Я будто вылила на него ведро кислоты, он едва ли не зашипел от боли.

— Я не хочу иметь с этим ничего общего, — свистяще произнес он и скрылся за ближайшим поворотом.

Мне оставалось лишь удивленно похлопать глазами, и принять к сведению его реакцию. Я пошла наугад и вскоре приблизилась к одной из открытых лавочек. На прилавке у торговца лежали высушенные человеческие пальцы, кольца с когтями вместо камней и различные ожерелья с кроваво-красными каплями в самой середине.

— Что-то интересует? — широко, но как-то хищно улыбнулся торговец, и я отметила, что его глаза также были абсолютно черными. Что же тут у них такое? Кто они?

— Что это? — спросила я, указывая на высушенный палец.

— Амулет на удачу.

Да… Удачей от него веяло в последнюю очередь.

— И сколько же он стоит?

— Отдам бесплатно, — улыбнулся он еще шире.

Моя настороженность усилилась троекратно.

— Ладно, в чем подвох?

— О каком подвохе речь, Слепая?

Так… И откуда он знает о том, кто я?

Сведя брови, я хмуро посмотрела в хищные глаза торговца.

— Что вам известно о Слепых?

— Знаю, что тебе, Слепая, нужно пойти к Альтвару.

— Кто это?

— Наш консул. Ему подчиняется все в Доку-Ичи.

— И зачем же мне к нему? — нахмурилась я.

— За ответами. Консул приготовил тебе великий дар, Слепая. Он согласился дать тебе ответы, не требуя платы. Альтвар давно ждет тебя.

Да что же у них у всех за заскок на цене вопроса? Алеш тут что ли плохого понахватался?

— Хорошо… Я пойду к нему, — буркнула я. — Знаешь ли ты что-то об эсшате?

— Иди к Альтвару. Никто здесь не поможет тебе получить то, что ты хочешь без его ведома.

— Почему какой-то мужчина убежал, когда я спросила об эсшате?

— Потому что ты не ведаешь, о чем спрашиваешь. Если бы его спросил о том не Слепой, он бы убил его. А теперь ступай. Я, итак, наговорил больше, чем нужно.

Торговец снова хищно улыбнулся и обратился к другому покупателю. Мне же оставалось только отойти. По идее, мне нужно было спросить о том, где находится Альтвар, но я почему-то знала, куда мне идти. Я знала, что мне нужно идти в цитадель.

***

Они оказались в городе, когда солнце вошло в глазницы. Их было трое: тьма, свет и Слепая. Признаюсь, до сего мига мне не доводилось видеть столь удивительной компании. Я с затаенным интересом наблюдал, как все взоры города обращаются к троим новопришедшим. Некоторые с восторгом взирали на Слепую.

Приход Слепых в Доку-Ичи всегда знаменовал большие перемены, и нам не терпелось увидеть, что же принесет с собой эта дева.

Но большинство из нас, жадно облизываясь и роняя на камни ядовитые слюни, смотрели на тьму и свет, которые вскоре остались совсем одни, без защиты Слепой.

Свет был совсем молод и явно не вошел в полную силу. И совсем другим был тьма… Он был словно выдержанное в бочках вино – крепкий, ароматный, пьянящий. От него так и веяло болью, от него веяло смертью, от него веяло… тьмой.

Я пристально наблюдал за ним, пока он вел свет куда-то по улице. Я не знал, было ли у него место, куда бы он хотел бы попасть, или он просто тянул время, ожидая возвращения Слепой. Но шел он уверенно, петляя по переулкам Доку-Ичи. Это могло говорить о двух вещах, либо тьма был здесь не первый раз, либо он был хорошо знаком с другой стороной Доку-Ичи, с его правильной стороной.

Все твари притаились по углам, выжидая подходящего момента, выжидая желанного момента. И наконец, одна решилась действовать. Сидя в тени, я приготовился наблюдать интересное зрелище.

Дорогу путникам преградила дряхлая старушка, что тащила на себе вязанку дров. Она охала и стонала при каждом шаге. Только самое черствое сердце могло остаться равнодушным к этому существу, которое было воплощением самого страдания.

Я впился в лицо тьме, боясь, что он меня разочарует, но он не разочаровал. Его губы презрительно скривились, и он сделал шаг в сторону, чтобы быть как можно дальше от твари. Но свет… Свет поступил так, как и требовалось от света. Он бросился к ней с горящими добротой глазами, предлагая свою помощь.

Настоящий деликатес.

— Тельви, отойди, — скривил губы тьма.

— Я только помогу и тут же вернусь. Не беспокойтесь, — свет широко улыбнулся, озаряя этой улыбкой темный переулок.

Твари в углах зашипели от того, что упустили такую добычу, старуха облизнулась. Тьма посмотрел на нее, затем на своего спутника и молча сложил руки на груди, как от него и ожидалось.

Да, обитателям Доку-Ичи давно так не везло, истинный свет и истинная тьма… Что могло быть лучше? Не будь я наблюдателем, пожалуй, также не отказался полакомиться их сущностями.

Тем временем свет подошел к старухе и перекинул через плечо вязанку дров, сгибаясь под ее тяжестью. Тварь, разливаясь в благодарностях, взяла его руку и крепко сжала. Мальчик снова улыбнулся. А потом вдруг испуганно вскрикнул, когда рот твари распахнулся на пол-лица, обнажая ряд острых зубов. Но уже в следующее мгновение, старушке не повезло, потоки первозданной сути, потоки истинной тьмы обвили ее стан и подняли в воздух. Ей бы пить их, ей бы наслаждаться этой энергией, но она только верещала и корчилась от боли. А тьма лишь усмехнулся.

— Ты не на того охотишься.

Тело ее стало иссыхать, и вот ее мумия с раскрытым в ужасе ртом упала на землю. Остальные твари попрятались по углам. Они перешептывались и осторожно поглядывали на тьму. Этот колдун был невероятно могущественным. И если силу даровал ему Великий, тьма должен был продать за нее весь мир.

— Тельви, идем.

Свет все еще смотрел на мумию, а по его щекам текли слезы. Тьма фыркнул и, подойдя к нему, быстро стер их ладонью.

— Оно хотело тебя сожрать.

— Ей было так больно перед смертью, — прошептал Свет.

Отвращение на лице Тьмы весьма меня позабавило.

— Не будь таким добрым, Тельви. Это твое всепрощение выводит меня из себя. Лучше кричи, лучше обижайся, лучше мсти… — голос его резко оборвался.

— Я не могу, господин Алеш. И даже не буду пытаться, ведь прощение – это путь к спасению, — мальчишка улыбнулся и взял мужчину за руку. Тот прикрыл глаза и сжал зубы.

— Да, — процедил он. — Определенно. Тогда я буду делать всю грязную работу за тебя.

***

Мне пришлось спуститься на несколько уровней вниз. Камни осыпалась под ногами, я боялась отвести руку от шершавой поверхности стены, искренне веря в то, что упаду, если поступлю так. Чем ближе я приближалась к цитадели, тем меньше становилось вокруг людей. Пестрые лавочки давно были оставлены за спиной, но и просто снующий по своим делам народ оказался далек от того места, куда я шла.

Паутина висела в углах и на прорубленном в горной породе окне. Если выглянуть из него, наверху можно было заметить бьющую водопадом воду. На лицо мне упало несколько брызг, и я почему-то улыбнулась.

Меж тем неухоженная тропа вела вперед, и мне пришлось, слегка нагнуться, чтобы пройти в следующую арку.

Неужели консул, правитель Доку-Ичи, мог жить в подобном месте? Постепенно ко мне в душу стали закрадываться сомнения о правильности направления моего внутреннего компаса. Но вынырнув из череды горных пещер, я оказалась в центре ущелья, скрытого от посторонних глаз.

Впереди и правда была цитадель. По крайне мере только так можно было назвать величественное сооружение, представшее моим глазам. Расположившееся меж двух бегущих водопадов монументальное строение размером с десятиэтажную, сложенное из неровных камней, захватывало дух.

Раскинув руки для равновесия, я пошла по узкой тропинке, даже не желая смотреть, куда я упаду, если вдруг оступлюсь.

Этот Альтвар мог быть и погостеприимнее. Ладно, живет в цитадели – допустим, но подход к ней можно же было оформить как-то побезопаснее. В конце концов, существовала вероятность просто не дойти до Альтвара. Хотя возможно, на это и был расчет.

Я уперлась руками в массивную кованную дверь, и та с жутким скрипом начала медленно отворяться. Мне пришлось навалиться всем телом, прежде чем возник проем, в который я смогла протиснуться. Да… Смотрю сюда уже лет сто никто не наведывался.

И спрашивается… Если Великому так уж нужен был этот эсшат, давно бы мог отправить кого-нибудь другого. Не думаю, что у него мало людей, обязанных ему. Да и те же колдуны вполне могли наведаться в Доку-Ичи. С другой стороны, вспоминая особенное отношение к Слепым в этом городе, можно предположить, что никто кроме Слепого не смог бы достать эсшат.

Внутри было темно и сыро. Свет проникал лишь из прорубленного окна под самым потолком, но он не мог светить и половины помещения.

Прищурившись, я пыталась различить в темноте хоть что-то.

Логику Альтвара было трудно понять. Если он ждал меня мог бы хоть факел какой-нибудь, на худой конец, в стену воткнуть. И это я уже просто делаю скидку на подход к цитадели.

Меня ослепила неожиданная вспышка, я зажмурилась и закрыла лицо руками. Глаза жгло. Сморгнув, ощутила влагу на ресницах. Щурясь, я осторожно убрала ладони. Мое изумление было трудно описать словами.

Цитадель полностью изменилась!

Мраморный витраж на полу образовывал непонятный узор, в центре которого была выложена надпись: «Не вижу свет, но вижу истину».

Это точно было как-то связано со Слепыми.

Комната была погружена в голубовато-синий свет, происхождение которого я смогла различить лишь спустя время. Это светились колоны, которых было ровно тринадцать по всей окружности ротонды. Купол был расписан узорами, в завитках которых можно было различить закрытые глаза.

За одной из колонн я обнаружила проход.

Лестница все не кончалась. Казалось, я миновала не меньше тысячи ступеней, пока наконец не увидела впереди площадку с аркой, по краю которой было написано: «Плата есть страж равновесия».

Опять!

Как-то мне уже не очень хотелось идти дальше. Чем там мне придется платить? А ведь мне обещали, что ничего с меня возьмут. Хоть вроде бы речь шла о вопросах…

Ха-ха.

Очень иронично. Мы не будем спрашивать с тебя за ответы, потому что ты расплатишься с лихвой, пока дойдешь!

Хотелось спуститься вниз и поискать другие проходы. Здесь стало очень неуютно. Буквы над аркой будто начинали сиять ярче и становиться все больше. Тряхнула головой, чтобы развеять наваждение и все же шагнула в проем арки.

Это место пахло старыми книгами, сгоревшими свечами и чернилами. Звуки моих шагов эхом отражались от стен.

Пока я задирала голову, стремясь охватить взглядом многоэтажные стеллажи книг, под ногами что-то зашуршало. Нагнувшись, я подняла листок с пола.

Заметки были написаны резким, размашистым почерком. Казалось, автор создал их, пока думал или читал что-то, потому что буквы были написаны не в одну линию.

Повертев листок в руке, я, наконец, смогла разобрать, что там было написано.

«Цикл. Демон. Род?».

Демон? Я прищурилась и, смяв листочек, сунула его себе в карман.

Ряды книг привели меня к огромному письменному столу. Листки небрежно были раскиданы по полу, горы раскрытых книг возвышались за креслом. Стол был измазан в чернилах и воске, вылившимся из кованного подсвечника.

Край одного из листков оказался в плену этого хаоса. Я выдернула его и поднесла к свету, льющимся из витражного окна у противоположной стены.

«Королевство Бьери. Королевство Анхаль. Королевство Отрид. Герцогство Эйгия. Пометка: найти хроники за тысяча тринадцатый год».

Внизу была приписка: «Кто следующий?».

Цикл, королевства… При чем тут демон? И что было с этими государствами?

— Вижу, ты все же дошла.

Все еще сжимая в руках листочек, я обернулась на голос.

— Вы Альтвар?

Старик кивнул и провел рукой по своей белой бороде. Прихрамывая, он направился ко мне, на ходу потуже запахивая полы своего халата. Доковыляв до кресла, он опустился в него и облегченно выдохнул, прикрыв глаза.

— Старость худшее из человеческих наказаний и в то же время его награда.

Я отметила, что морщины на его лбу стали глубже, когда они приподнял брови и посмотрел на меня.

— Не всех судьба ведет в Доку-Ичи так скоро.

— Вы знаете зачем я здесь?

— Нет, — из его груди вырвался каркающий смех, и его влажные глаза встретились с моим. — Я – не провидец.

— Торговец сказал мне, что вы ждали меня.

— Эти твари любят нагнать волнения, — Альтвар покачал головой и крякнул. — Посмел же паршивец тебя отведать.

Я вздернула брови.

— Отведать?

— Твари, — махнул он рукой.

Очень странно, что консул называет обитателей своего города тварями. С другой стороны, с представителями высшего эшелона власти я никогда не общалась, возможно это у них так заведено…

Я хмыкнула про себя.

— Он сказал, мне что ты одаришь меня даром и ответить на мои вопросы, не требуя платы? Полагаю, это тоже неправда?

Мои слова насмешили его так, что он потом еще долго посмеивался и похлопывал узловатой рукой по подлокотнику кресла.

— Нет. Ответы – самая большая роскошь. Незнание блаженно поиском истины. Но если ты скажешь мне, зачем пришла, быть может, я скажу то, что станет полезным для тебя.

— Меня прислал Великий.

— Великий… — лицо старика омрачилось, он причмокнул. — За эсшатом, полагаю.

— Да, — медленно согласилась я, попутно убеждаясь в своих подозрениях.

Я была не впервой, кого послали сюда.

— Эсшат я тебе не отдам. Ступай.

И Альтвар, кряхтя, стал подниматься из кресла.

То есть вот так? И тебе не здрасте, ни до свиданья?

— Но я не могу уйти без него. Прежняя обладательница тела заключила контракт с колдуном, и плата за него – эсшат. Меня убьют, если я приду без него.

— Очень жаль, — произнес старик безразлично и, опираясь на стеллажи, побрел к выходу.

Эсшат буквально утекал у меня из рук. Я-то думала самым сложным будет дойти до него, а оказывается, его еще нужно постараться забрать. Нужно было немедленно придумать что-то.

Я прикусила щеку с внутренней стороны, пока взгляд лихорадочно метался меж хаоса книг и пергамента.

— Вы ведь долго уже пытаетесь найти истину, — вырвалось из меня.

Старик остановился, и я впилась в его спину взглядом.

— Циклы. Королевства. Связь с демоном. Уверены, что вам не нужна помощь?

Альтвар хмыкнул и медленно повернулся. Его глаза были хитро прищурены.

— В этой сделке, я отдаю больше, чем получаю. Да и можешь ли ты пообещать, что дашь то, что мне нужно?

— Вы - не провидец, а я не читаю мысли. Скажите, что вам нужно для начала.

— Мне нужно отыскать человека.

— Это не кажется сложным.

Альтвар хмыкнул.

— Который умер около пятисот лет назад.

Я чуть прищурилась. Возможно, это будет чуть сложнее.

— Если у меня будет доступ к родословным…

— И поговорить с ним.

Мой рот приоткрылся.

Он разыгрывал меня!

— Вы шутите! — нахмурилась я и потерла лоб.

— Отнюдь, — старик выдохнул и оперся о стеллаж. — Если тебе это по силам, продолжение разговора имеет смысл, если - нет…

— Я не пробовала.

— Как узнаешь, приходи. У меня нет времени с тобой возиться.

Как же мне не хватает интернета, где ты можешь задать вопрос и вскоре получить ответ! Кто бы только знал, как я скучаю по этому!

Ладно. Здесь хотя бы есть библиотека. Можно попытаться поискать что-то про некромантию или способности Слепых. Но сначала, нужно понять, закономерность расположения книг, или я здесь буду возиться до скончания времен.

***

Тьма приближался к самой затхлой части города, куда не все истинные обитатели Доку-Ичи были готовы сунуть свои пасти. Меня же посетило странное ощущение, словно тьму я здесь уже видел. Но сие могло как произойти, так и нет, ведь память моя недолга. Чтобы дольше удержать крупицы вечности в сознании, я пишу в дневники. У моей памяти есть срок, и он ужасающе мал. Лишь год ей отмерен. Но я научился вести учет каждому дню. В моем доме за семью замками лежит целая история, лежит целое сокровище. Изо дня в день я смотрю, наблюдаю.

Тьма приблизился к старым воротам, давно обросшими уже высохшей травой и отворил калитку, разрывая корни. Неприятный звук не вызвал в нем никакого отклика, и я невольно перебрался к нему поближе. Песок, потревоженный моими движениями, посыпался вниз, и тьма резко вскинул голову.

Мне пришлось затаиться.

— Господин Алеш, что мы здесь делаем? — спросил свет, во все глаза глядя на шевелящиеся неподалеку тени.

О да, исконные обитатели этого места давно не видели столь лакомых кусочков. Сейчас они примеряют свои силы, готовятся напасть. Они будут куда страшнее старушки, показавшейся тьме и свету. Они куда более изворотливы, и куда более голодны.

Меж тем тьма приблизился к зданию и заглянул в окна. На лице его отразилась досада.

— Что привело тебя к дому моей хозяйки? — послышался зловещий шепот.

— Паунус, — без всякой радости произнес тьма и обернулся к вышедшей из тени твари. — Я полагаю, она умерла.

Тварь с ног до головы, обмотанная в лохмотья, вытянула когтистую руку. Яркие лепестки лежали на ссохшейся черной ладони.

— Ты и сам ведаешь, колдун, что жизнь наших господ быстротечна.

На глазах лепестки съеживались, темнели. Тварь махнула рукой, и на землю посыпался прах.

— Она должна была оставить мне одну вещь.

— Я не смел ничего трогать после нее, колдун. Но знай, что и тебе не позволю.

Красные глаза засветились меж лоскутов. Тьма прищурился.

— Тельви, отойди.

— Господин Алеш? — обеспокоенно переспросил свет, во все глаза глядя на своего спутника.

— Тельви…

Свет сделал несколько шагов назад, переводя обеспокоенный взгляд с тьмы на тварь.

— То, над чем работала твоя госпожа – мое.

Тварь стала медленно приближаться к дому своей госпожи, раскидывая когтистые руки, словно стремясь обхватить обветшалое здание. Тьма пристально следил за ней.

— Если и так, я не впущу тебя. И если ты убьешь меня, все в доме рухнет.

Тьма усмехнулся.

— Я предполагал нечто подобное.

Наклонившись, он достал из сапога сложенный листок и кинул его твари. Та резво поймала его, лоскуты зашевелились, грозясь опасть. Пока тварь разворачивала пергамент, тьма наблюдал за ней, скривив губы, и когда та вдруг зашипела и припала к земле, прижимая к себе пергамент, тьма фыркнул.

— Я достаточно заплатил за вход?

— Спасибо, — неистово прошептала тварь, приникая лбом к листку.

— Идем, Тельви.

Тьма и свет вошли в дом, и мне ничего не оставалось как последовать за ними по стенам, проникая меж песчинок и просветы, скользя по паутине и пыли. Сквозь мутное окно едва проникали лучи солнца. Свет замялся на пороге, пока тьма решительно шагнул в пространство комнаты. Он обошел огромный резной стол, заваленный стеклянными колбами, ценность которых даже сложно представить. Прошел он и мимо книг, которые были чрезвычайно ценны уже для меня. Возможно потом, я наведаюсь сюда и возьму пару томов, которые станут чудесными вещицами в моей сокровищнице.

Свет отмер и, боязливо осматриваясь, шагнул к полкам со странными на вид артефактами. Он осторожно поднял руку, намереваясь прикоснуться к одному из них.

— Не трогай, Тельви. Мы возьмем лишь то, за что заплатили, — предостерег его тьма и опустился на колени перед огромным сундуком. Замок упал, стоило лишь ладони тьмы прикоснуться к его поверхности.

Это могло значить лишь то, что вещь необходимая тьме действительно находится здесь, будь это иначе, сундук не распахнул бы перед ним недра своих сокровищ. Не касаясь других артефактов, тьма вынул короткий клинок. Он провел двумя пальцами по его острию и улыбнулся.

— Мерина выполнила все в точности, как я и просил. Жаль, что ее не стало.

Свет подошел ко тьме и посмотрел на свое отражение в металле клинка.

— Здесь много необычных вещей. Она была Слепой?

— Да.

Тьма поднялся и сунул клинок в ножны, которые до это висели на поясе пустыми.

— Но то существо сказало, что господа живут недолго, говорил ли он о всех Слепых?

Мужчина вздохнул и посмотрел на невинный свет, который глядел на тьму широко распахнутыми глазами.

— Ты задаешь много вопросов, Тельви.

— Вы можете не отвечать, я и так догадался, что это правда. Значит, и госпожа Вайлери обречена на недолгую жизнь?

Губы мальчика задрожали, и тьма поморщился.

— Наше жалкое существование может прерваться в любое мгновение. Не думай о том, сколько кому отмерено.

— Но госпожа Вайлери…

— Лучше позаботься о себе, Тельви. А теперь идем. Нам нужно еще многое сделать.