Глава 20

Свят

Сжимаю руку в кулак. Треснувшая на костяшках кожа натягивается, причиняя дискомфорт.

Разминая плечи, встаю, машу руками, прыгая с ноги на ногу, прописываю удары невидимому сопернику, чтобы размяться и взбодриться.

— Старлей, сколько времени? — кричу менту.

— Половина девятого.

Качаю головой и продолжаю упражняться. Весь день насмарку.

Отчего никто не спешит вытащить меня отсюда, я понимаю: Жданов мог это сделать пять, шесть, семь часов назад, но не сделал. Думаю, сижу я тут в профилактических целях. А может быть, потому, что Вита попросила держать меня подальше.

Я сохраняю эмоции под контролем и ум хладнокровным, принимая происходящее как данность. Знаю, куда поеду, как только меня выпустят отсюда. А произойдет это в течение часа, максимум двух, на ночь не оставят.

Отпустило ли меня?

Черта с два.

Мой разум отказывается принять тот факт, что моя жена, моя женщина, пошла на свидание с другим мужиком. Мысли о том, что это могло быть далеко не первое свидание у Виты за четыре года, я рублю на корню, потому что иначе слечу с катушек окончательно.

А ведь она не рассчитывала на то, что мы когда-нибудь еще увидимся. Сбежав,сожгла все мосты, а значит, ничто не удерживало ее от новых любовных приключений.

— Ну пиздец, — останавливаюсь и насилу усаживаю себя на лавку, трясу головой, выравнивая сбившееся дыхание.

— Исаев, на выход, — лязгает дверь. Я неспешно поднимаюсь, иду на выход.

— Не превышение ли это должностных полномочий, старлей? — спрашиваю холодно.

— Я ведь подневольный, ты ж понимаешь, — разводит руками. — Мне начальник сказал, придержи — я исполняю. Остальные вопросы к Жданову — какого лешего он вместо того, чтобы вытащить вас с Лехой, просит подержать тут.

— Понял, — киваю полицейскому. — Вещи мои где?

— Пойдем, — ведет рукой, и я иду за ним.

Мне отдают пакет, в котором часы, телефон, ключи от тачки и обручальное кольцо.

Машинально надеваю кольцо, подмечая зарубки на металле, которые появились со временем, потому что кольцо это я не снимаю добровольно.

Интересно, где кольцо Виты? Она не оставила его, сбегая от меня.

Выкинула? Продала? Переплавила?

— Больше не держим, выход там, — кивает полицейский.

Насчет Лехи я не спрашиваю, либо его выпустили раньше, либо выпустят после меня.

Выхожу на улицу, разблокирую телефон и смотрю на череду пропущенных звонков и сообщений. И ни одного от Виты.

Вот что за сучка, а? Не верю, что ей похер. Просто, блять, отказываюсь верить, и все.

Вызываю такси. Пока жду его, звоню своему шефу.

— Что за дичь у тебя происходит, Свят? — наши отношения давно перешли в разряд дружеских, поэтому смысла врать нет.

— Пришлось кое-что донести человеку Жданова, с первого раза он не понял.

— Это все из-за твоей жены, да? — слышу тяжелый вздох. — Слушай, я не хочу лезть тебе в душу, но ты слетел с катушек, как уехал в Ростов. Дела просели, ты уже второй раз из эфира на продолжительное время пропадаешь.

Сжимаю зубы с такой силой, что того и гляди в крошку превратятся.

— Я предлагаю тебе сейчас очень хорошо подумать над тем, что ты хочешь сказать, Артем. Я не оставлю свою жену, но дела поправлю, это мой проеб.

Абросимов тяжело вздыхает.

— Ты уверен, что так будет лучше?

Я уверен, что четыре года без Виты не жил. Как уверен и в том, что все еще можно исправить. Я не придумал себе ее взгляды, ее реакцию на меня. Как бы она ни старалась показать мне, что ничего не чувствует, чувства есть, и они полыхают ярким пламенем. До тех пор пока я не укрощу этот огонь и не верну свою жену, я не уеду в Москву.

— Я верну жену, Артем, и если ты мой друг, то не будешь задавать вопросов о том, уверен ли я, что это хорошая затея.

— Блять, Свят, ты в ментовке целый день из-за нее просидел! — вспыхивает.

— И посижу еще, если надо будет. Все, мне пора, Артем.

Отключаюсь и сажусь в такси. Еду к Вите. Есть вероятность, что она не дома, но хер меня теперь кто остановит.

Расплачиваюсь, выхожу из машины и поднимаю глаза на знакомые окна. Свет в них не горит.

Поднимаюсь на нужный этаж, звоню, но за дверью тишина и открывать мне никто не спешит. Недолго думая, я вскрываю замок и вхожу в темную квартиру.

Запах духов Виты ударяет мне в нос, и меня накрывает дежавю от ощущения, что я вернулся домой, хотя и был в этой квартире всего лишь раз — в тот день, когда впервые за четыре прошедших года увидел Виту на мероприятии Жданова.

Тогда я провел тут не более получаса, чтобы понять, чем сейчас живет Вита, а если точнее, живет ли с кем-то. Удовлетворенный отсутствием каких-либо следов мужика в этом доме, я уехал.

А сейчас включаю свет и иду из комнаты в комнату. Тут и там разбросаны вещи Виты, и мои губы трогает идиотская улыбка при воспоминаниях о прошлом, в котором было все то же самое.

Я выключаю свет, захожу в гостиную и сажусь на диван. Откидываюсь на спинку, раскинув руки, и прикрываю глаза — как верный пес, жду свою хозяйку.

Долго ждать не приходится. Вскоре дверь в квартиру открывается, и Вита, вздохнув, включает свет, а после замирает.

С закрытыми глазами я буквально вижу ее, как она на носочках пробирается в комнату, шарит пальцами по стене в поисках выключателя, щелкает им.

— Да чтоб тебя, Исаев! — говорит громко и хватается за сердце.

Я улыбаюсь, рассматривая жену. Красивая, зараза.

А еще пьяненькая.

Поднимаюсь, подхожу к ней вплотную, а Вита вжимается в стену и смотрит на меня блестящими и, мать ее, обезоруживающими глазами.

— Как ты попал в мою квартиру? — спрашивает дрожащим голосом и облизывает губы.

— Главное не как, а зачем, — говорю тихо и заправляю прядь волос ей за ухо.

— Зачем? — послушно повторяет едва слышно.

Улыбаюсь жене:

— Думал, приеду — выпорю за то, что с другим на свидание пошла, а сейчас смотрю на тебя и понимаю, что у меня есть идея получше.

Кладу руку на шею Вите, наклоняюсь, целуя, а она… даже не думает сопротивляться.