18

Стены дрогнули.

Это был не просто звук. Это был физический удар, прокатившийся по камню, заставивший вибрировать пол под босыми ногами. Вой сотен глоток, полный голода и торжества, обрушился на замок, как цунами. Протяжный, нечеловеческий, леденящий кровь.

Защита пала. И они это почувствовали. Почувствовали мгновенно, как акулы чуют каплю крови за милю.

Валиан отреагировал быстрее, чем я успела вдохнуть.

Вспышка ненависти в его глазах погасла так же резко, как свет в кристалле под моей рукой. В золотой радужке застыл холодный, колючий лёд. Ни тени сомнения, ни капли страха — эмоции были отсечены, как ненужная конечность. Передо мной больше не было обманутого мужчины, готового к расправе. Остался лишь Генерал — живое оружие, переключившееся в режим войны.

— Тревога!

Его голос, усиленный магией, раскатился громом по всему замку, перекрывая вой снаружи. Стены содрогнулись от этого звука. Где-то далеко взвыли сирены, зазвонили колокола.

— Гвардия, к бою! Защищать периметр! Все маги — на стены!

Он рванул к двери, на ходу призывая огонь. Пламя охватило его руки до локтей, гудя и потрескивая.

Но у порога он замер. Обернулся.

Я стояла у потухшего кристалла, кутаясь в одеяло, босая, растрёпанная. Чувствуя себя так, словно собственными руками впустила чуму в город. Потому что так оно и было.

— Ты идёшь со мной.

Это был приказ, не терпящий возражений. В его голосе не было ни ненависти, ни злости. Только сталь.

В два прыжка он вернулся, схватил меня за локоть железной хваткой и потащил за собой. Его пальцы впились в кожу так, что завтра останутся синяки. Если будет завтра.

— Мне нужно одется!

— Нет времени!

— Тогда оставь меня здесь! — упиралась я.

Валиан повернулся к шкафу, резким двежением раскрыл его и достал брошенную мной сорочку. Он швырнул ее мне в лицо, а я перехватила и быстро приинялась натягивать ее, чувствуя кожей, как жадно по мне скользит взгляд дракона.

Как только закончила, он схватил меня за руку и потащил к двери. Мы вылетели в коридор.

Замок превратился в растревоженный улей. Мимо пробегали солдаты, застёгивая на ходу ремни и перевязи. Кто-то нёсся босиком, в одном исподнем. Кто-то кричал приказы. Где-то внизу уже слышался грохот магии, звон стали и крики. Первые твари прорвались во двор.

Валиан тащил меня сквозь этот хаос, не сбавляя шага. Он шёл быстро, широко, и мне приходилось почти бежать, чтобы не упасть. Большая сорочка сползала с плеч, путалась в ногах. Босые ступни скользили по ледяному камню.

На лестнице мы столкнулись с первыми вампирами.

Они карабкались по стене, как пауки, игнорируя законы физики. Бледные лица, горящие красным глаза, оскаленные клыки. Они шипели и скалились, увидев нас. Предвкушали добычу.

— Сзади! — крикнула я, увидев тень, метнувшуюся к генералу из бокового прохода.

Валиан даже не обернулся.

Он просто выбросил свободную руку назад. Струя белого пламени испепелила тварь в полёте. От неё остался только пепел, медленно оседающий на камни.

— Не отставай!

Мы спустились в главный холл.

Здесь шёл бой. Настоящая мясорубка.

Огромные витражные окна были разбиты, осколки цветного стекла хрустели под ногами. Сквозь пустые проёмы внутрь лезли упыри — низшие вампиры, безмозглые твари, созданные только для того, чтобы убивать и жрать. Они напоминали людей лишь отдалённо: серая кожа, вытянутые конечности, пасти, полные игольчатых зубов.

Солдаты держали оборону. швыряли огненные шары. Но тварей было слишком много. Их теснили. Шаг за шагом, метр за метром.

Запах крови ударил в ноздри. Густой, сладковатый, тошнотворный. Запах бойни.

Прямо перед нами упал молодой лейтенант.

Упырь разодрал ему бедро, вырвав кусок мяса вместе со штаниной. Кровь хлестала фонтаном, заливая камни. Артериальное кровотечение. Бедренная артерия. Без помощи он истечёт кровью за три минуты.

Валиан снёс голову твари режущим ударом огненного хлыста и шагнул было дальше, переступая через раненого. Для него это была боевая единица, вышедшая из строя. Потеря, которую нужно списать и забыть.

Но я не могла.

Я вырвала руку из хватки генерала. Рывок был таким резким, что он не успел среагировать.

— Ты куда?! — рявкнул он.

Я рухнула на колени рядом с парнем. Он был молодой, может, лет двадцать. Светлые волосы, веснушки на носу. Сейчас его лицо было белым, как мел. Глаза закатывались.

— Мне нужен жгут! — заорала я, зажимая артерию кулаками. Кровь била между пальцами, горячая и липкая. — Ремень! Пояс! Что угодно! Быстро!

Лейтенант белел на глазах. Губы посинели. Пульс под моими пальцами слабел с каждой секундой.

— Держись, миленький, — шептала я, наваливаясь всем весом на рану. — Не смей умирать. Слышишь меня? Не смей.

Кто-то из солдат, пробегавших мимо, швырнул мне свой ремень. Я поймала его окровавленной рукой и принялась затягивать жгут выше раны. Туго. Ещё туже. Пока кровотечение не остановится.

Валиан замер надо мной.

Огненный хлыст в его руке дрогнул, едва не пропустив удар когтистой лапы. Он испепелил тварь коротким выбросом пламени, но я чувствовала его взгляд. Тяжёлый. Ошарашенный. Непонимающий.

— Ты спасаешь…

Его голос прозвучал хрипло, почти неверяще.

— Почему? Ты же впустила убийц!

Я затянула последний узел на жгуте и подняла на него взгляд. Мои руки были по локоть в крови. Чужой крови. Крови человека, которого я пыталась спасти.

— Я врач! — крикнула я ему в лицо. — Я лечу, а не убиваю! Это то, что я делаю! То, что я есть!

Он смотрел на меня так, будто видел инопланетянина. Будто я сказала что-то настолько абсурдное, что его мозг отказывался это обрабатывать.

— Его нужно отнести в безопасное место, — я кивнула на лейтенанта. — Он выживет, если не допустить заражения.

Секунда. Две. Валиан принял решение.

— Санодес! — окликнул он пробегавшего мимо солдата.

Тот мгновенно остановился, вытянувшись по стойке смирно даже посреди хаоса.

— Милорд!

— Бери лейтенанта и тащи к северным воротам. Там каменная часовня. Стены толстые, окна узкие. Укройтесь там. Собери всех раненых, кого найдёшь по дороге.

— Да, милорд!

Солдат подхватил лейтенанта на руки и исчез в дыму.

Валиан снова схватил меня. На этот раз за талию, почти подняв в воздух, и мы побежали.

* * *

Мы петляли по коридорам, отбиваясь от теней.

Вампиры были повсюду. Они просачивались сквозь окна, лезли из подвалов, появлялись из темноты, как монстры из самых страшных кошмаров. Валиан был страшен в бою. Он был живым воплощением огня: белое пламя срывалось с его рук, сжигая всё на своём пути. Он двигался быстро, смертоносно, не тратя ни одного движения впустую.

Но вампиров было слишком много.

Нас загнали в тупик.

Восточное крыло. Галерея предков. Длинный коридор, увешанный портретами суровых мужчин и бледных женщин. Все они смотрели на нас мёртвыми нарисованными глазами.

Впереди — глухая стена.

Сзади — орда.

Они заполнили коридор от стены до стены. Упыри, низшие вампиры, тени. Их было не меньше тридцати. Красные глаза светились в темноте, как угли. Они не нападали. Ждали чего-то. Кого-то.

А потом орда расступилась.

Из темноты, медленно хлопая в ладоши, вышел Эдриан.

Он выглядел безупречно. Ни капли крови на белоснежной рубашке. Ни пылинки на чёрном сюртуке. Волосы идеально уложены. Улыбка играла на бледных губах.

Только ногти на его руках изменились. Удлинились, превратившись в бритвенно-острые когти, отливающие чёрным.

— Браво, — сказал он, продолжая аплодировать. — Какая драма. Какая страсть. Какой накал эмоций. Я почти прослезился.

Он остановился в нескольких шагах от нас и перевёл взгляд на меня. Болотные глаза скользнули по моему лицу, по окровавленным рукам, по пропитанной ею же сорочке.

— Ты немного поторопилась, милая. Я рассчитывал, что провозишься пару дней. Не успел собрать достаточно сил.

Он развёл руками с притворным сожалением.

— Но результат мне нравится. Щит пал. Замок мой. И ты здесь, как и обещала.

Валиан задвинул меня себе за спину. Его тело было напряжено, как взведённая пружина. Огонь на руках разгорелся ярче.

— Ты, — прорычал он. — Грейхолдская крыса. Я знал, что от тебя воняет гнилью.

— Лорд Эдриан Эскело, если позволите, — вампир сделал изящный поклон, не сводя с генерала насмешливых глаз. — Глава теневого двора. К вашим услугам.

— Ты труп, — Валиан шагнул вперёд. — Живой или мёртвый — всё равно труп.

— Ну что ж, — Эдриан склонил голову набок. — Попробуй.

Вампир бросился без предупреждения.

Он двигался так быстро, что я едва успела уловить смазанный силуэт. Одно мгновение он стоял в трёх метрах, в следующее — его когти уже летели к горлу Валиана.

Генерал успел поставить щит. Огненная стена вспыхнула между ними, отбросив вампира назад. Эдриан приземлился на ноги, как кошка, и снова атаковал.

Это был не бой.

Это была казнь.

Валиан был силён. Но он устал. Потратил слишком много магии на защиту замка, на бой в холле, на меня. Его движения замедлились. Огонь горел тусклее.

Эдриан был свеж и быстр, как ртуть. Он танцевал вокруг генерала, уклоняясь от ударов, наносил короткие режущие атаки, отступал, атаковал снова. Играл с добычей.

Они сошлись в центре галереи. Скрежет когтей о магические щиты, вспышки огня, шипение горящей плоти. Портреты на стенах качались от ударов.

Я вжалась в стену, ища глазами хоть какое-то оружие. Тяжёлый канделябр? Обломок каменной вазы? Что угодно.

Рык.

Я увидела, как Эдриан нырнул под огненный хлыст Валиана. Движение было текучим, неуловимым. Удар был подлым, точным и быстрым.

Когти вампира вошли генералу в бок. Прямо под рёбра. По самое запястье.

Валиан зарычал, оседая на одно колено. Эдриан выдернул руку, и за ней потянулись нити чёрной крови. Генерал схватился за рану. Сквозь его пальцы сочилась тёмная, дымящаяся жидкость.

Яд. Вампирский яд, который блокирует магию и убивает драконью кровь. Я уже видела такое однажды. Тогда раненым занималась Марта и она не смогла его спасти, потому что антидота или каких-то лекарств для выведения яда, у нее не было.

— Нет!

Я рванулась к нему, но замерла на полушаге. Окровавленные когти Эдриана теперь указывали на меня. Капли чёрной крови падали с них на камни.

— Стоять, — ласково сказал вампир. — Шаг — и я вырву ему сердце.

Валиан тяжело дышал, пытаясь подняться. Его руки дрожали. Огонь в ладонях угас, оставив только тлеющие искры. Яд работал быстро, парализуя магические каналы, отравляя кровь.

— Добивай, — прохрипел генерал, поднимая голову. Он смотрел вампиру прямо в глаза. Без страха. Без мольбы. — Не тяни.

— О, успеется, — Эдриан небрежно махнул рукой. — Смерть — это скучно. У нас есть дела поважнее.

Он перешагнул через поверженного генерала, как через лужу, и подошёл ко мне. Протянул окровавленную руку.

— Идём, Элара.

— Куда? — я смотрела на Валиана. Он был бледен, губы посинели, кожа приобрела сероватый оттенок. Ему нужна была помощь. Срочно.

— К алтарю, конечно, — Эдриан улыбнулся. — В крипту. Туда, где всё началось полгода назад. И где всё закончится сегодня.

Я замотала головой.

— Нет. Я не пойду. Ты обещал! Я сняла защиту! Мы договаривались!

— Я обещал не трогать твоих друзей, если ты будешь послушной девочкой, — жёстко перебил вампир. — А ты сейчас капризничаешь. Это нехорошо, Энн. Это очень нехорошо.

Он щёлкнул пальцами.

В воздухе возникла иллюзия. Мансарда Марты. Знакомые стены, увешанные пучками сухих трав. Узкая кровать с лоскутным одеялом. И тень на подоконнике. Тварь с горящими глазами, скребущая когтями по стеклу.

— Выбирай, Энн.

Эдриан пнул Валиана носком сапога. Генерал дёрнулся, сдавленно застонав.

— Жизнь этого, который тебя ненавидит и мечтает казнить. Или жизнь старухи, которая тебя спасла.

Я посмотрела на Валиана.

Он лежал на боку, прижимая руку к ране. Чёрная кровь просачивалась сквозь пальцы, растекаясь лужей по камням. Но в его глазах, устремлённых на меня, я видела не мольбу. Не страх. Не просьбу о помощи.

Я видела ярость.

— Не смей… — прошептал он, еле разлепляя губы. — Не смей помогать ему, предательница.

Эдриан рассмеялся. Звук был сухим и коротким, как хруст ломаемой кости.

— Слышишь, Элара? — он небрежно кивнул на генерала. — Он даже перед лицом смерти продолжает тебя презирать. Какая восхитительная, какая упоительная слепота.

Вампир шагнул ближе к поверженному врагу, глядя на него с нескрываемым, хищным злорадством.

— Ты винишь её в падении замка, Валиан. Считаешь предательницей. Клеймишь изменницей.

Он присел на корточки рядом с генералом, наслаждаясь моментом.

— Но ирония в том, что ты проиграл эту войну не сегодня. И не из-за того, что она сняла защиту с крепости. Ты проиграл её полгода назад. Когда возложил её на алтарь.

— О чём ты… — Валиан сплюнул чёрную, дымящуюся от яда кровь на каменные плиты. Его взгляд мутнел, но он боролся, пытаясь сфокусироваться на враге.

— О, мой дорогой генерал.

Эдриан покачал головой с притворным сочувствием.

— Ты ведь правда думал, что убив жену, спасёшь империю? Правда верил в эту красивую сказку о жертвоприношении?

— Таков был ритуал… — прохрипел Валиан. — Смерть жены крови рода хранителей…

— Ложь.

Слово прозвучало сладко, как мёд. Как яд.

— Тебе скормили красивую сказку, Валиан. Советники императора, его жрецы, его маги… Все они давно сидят у меня в кармане. Все они служат моим хозяевам.

Эдриан наклонился ближе, почти касаясь губами уха генерала.

— Истинный ритуал хранителей гласит иное. «Кровь, отданная добровольно любящей хранительницей, дарует силу бога». Понимаешь? Добровольно. Любящей.

Он выпрямился, разводя руками.

— Если бы ты не был таким узколобым солдафоном, если бы смог завоевать её сердце, она бы сама дала тебе эту силу. Капля крови, отданная с любовью. И ты стал бы непобедим. Настоящим богом войны.

Валиан смотрел на него. Его лицо было неподвижным, но в глазах что-то дрогнуло. Что-то надломилось.

— Но ты… — Эдриан хмыкнул. — Ты просто зарезал её, как свинью на бойне. Как жертвенное животное. И это должно было нарушить ход вещей. Сломать печати. Открыть врата для моих хозяев из бездны.

Он склонил голову набок.

— Ты почти это сделал, генерал. Почти. Если бы она умерла, мы бы уже пировали на руинах твоей драгоценной империи. Твой кинжал должен был стать ключом к апокалипсису.

Пауза.

— Но она выжила.

Валиан повернул голову и посмотрел на меня. В его глазах было что-то новое. Что-то, чего я раньше не видела.

Его пальцы, судорожно сжимавшие рану, разжались и бессильно соскользнули на пол.

— Но ничего, — Эдриан беспечно махнул рукой. — Я люблю доделывать работу сам. Мы спустимся в крипту. Эта милая леди откроет мне проход. И я заберу то, что принадлежит мне по праву.

Он протянул мне руку. На этот раз настойчиво. Требовательно.

— Ну? Его жизнь тебе всё равно не спасти. Он труп, который ещё дышит. А вот Марта…

Иллюзия вспыхнула ярче. Тень на подоконнике подняла когтистую лапу.

— Решай, Энн. Время утекает.

Я посмотрела на Валиана. Он пытался подняться, но руки скользили по собственной крови. Его губы шевелились, но я не слышала слов.

Я посмотрела на иллюзию. Марта спала в своей кровати, не подозревая, что смерть сидит у неё на подоконнике.

Выбор без выбора.

— Я пойду, — глухо сказала я.

— Не смей, — прошипел Валиан. Он всё-таки приподнялся на локте, глядя на меня горящими глазами. — Не смей ему помогать. Лучше убей меня. Добей. Но не давай ему то, что он хочет.

Я обогнула его вытянутую руку. Стараясь не смотреть в его глаза. Стараясь не думать о том, что я снова его предаю. Что я предаю всех, кто спит в этом замке.

Но Марта…

— Веди, — бросила я вампиру.

— Умница.

Эдриан ухмыльнулся, обнажив клыки. Схватил меня за плечо ледяными пальцами и потащил к неприметной двери в стене, скрытой за пыльным гобеленом.

За дверью начиналась винтовая лестница.

Вниз.

В темноту.

В крипту, где полгода назад Элара де Крест умерла на алтаре.

И где сегодня, похоже, умру и я.