14. Притяжение

Я вскидываю на него глаза, в которых плещется ужас пополам с просыпающимся пламенем.

Только не это! Только не сейчас!

— Сейрина, — повторяет Киар и в голосе его уже звучит твердая уверенность, а еще странное облегчение.

Хотя почему странное. Наверно, за брата радуется, что с того теперь обвинения в убийстве снимут. Я-то жива.

А вот, что со мной будет? Сжимаюсь под его пронизывающим тяжелым взглядом, и вздрагиваю, когда моей щеки касаются его пальцы не в перчатке.

— Сейрина… — третий раз произносит он и неожиданно нежно гладит меня по лицу.

А потом и вовсе совершает нечто невообразимое: подносит мою безвольную руку к своим губам и целует мое запястье.

Золотые нити узора сразу вспыхивают, наливаются жаром, по ним бежит новая дорожка огня. А у меня внутри вдруг что-то отзывается томительным тягучим спазмом.

Да у меня там горячий шелковый воск разливается по венам от одного прикосновения властных обжигающих губ.

Так вот как они убивают? Я же сейчас задохнусь просто!

И метка пульсирует зовущим подчиняющим жаром. А василиск повторяет действия своего брата. Он прикрывает глаза и тянет губами, слизывает с моей руки мой огонь, поднимаясь все выше и выше.

Я же в полной прострации смотрю на это сумасшествие и не могу ему сопротивляться. Мне не должно это приносить ни капли удовольствия, но мне нравится. Я сама от себя в шоке. Кайфую  от поцелуев еще одного  незнакомца и хочу, чтобы он продолжал эту сладкую пытку.

Мой же своевольный огонь ласково льнет к чужаку и позволяет ему насыщаться собой и целовать мое тело. И у меня будто все мыслительные процессы тормозятся, а речевые так вообще парализованы полностью. Лишь дышу  тяжело и с надрывом.

Не могу даже слово сказать. А вот василиск вполне себе может.

— Поверить не могу… — хрипло шепчет он, поглаживая подрагивающими пальцами мои ключицы. — Ты здесь, и ты моя…

В этот момент на его лице что-то меняется. Оно застывает, когда его пальцы соскальзывают на мое плечо, обнажая и его и злополучную лопатку. Ткань ползет вниз и взгляд Киара буквально каменеет.

Я знаю что он там видит, но понять не могу его реакции. Почему он так смотрит? Там что-то жуткое?

Пугаюсь от этого еще сильнее. В глазах внезапно темнеет,  и кружиться все стремительно начинает, как на карусели.

У всякого организма есть свой предел. Мой, очевидно, только что настал. Я просто провалилась в глубокий обморок, а когда очнулась, поняла, что меня куда-то несут.

В сильных мужских руках так иллюзорно спокойно и даже уютно, но я понимаю, что это всего лишь попытки моего уставшего тела обмануть само себя. Мне не безопасно рядом с василиском и уж точно не должно быть спокойно и хорошо, как сейчас.

—  Сейрина, ответь. Это важно. Как давно у тебя появилась первая метка? — требовательно смотрит на меня Киар.

Заметил, что я открыла глаза. Именно он сейчас быстро несет меня куда-то по темному коридору. А мне не хочется отвечать. Мое единственное желание сейчас свернуться в комочек и вот так уплыть в сладкие сны, под это приятное покачивание на его руках.

— Сейрина, — снова тормошит он меня, повышая голос. — Ты встречала еще кого-то из  василисков после пожара?

— Нет, — слабо отзываюсь я. — Только вас…

В голове сейчас такая каша, что я даже не удивляюсь своим странным мыслям. А думаю я о том, какой все же этот Киар красивый и мужественный. Сейчас его лицо так близко от моего, и я могу вволю его рассмотреть.

Мурашечный же просто мужчина, как любила говорить одна моя подруга еще на Земле.

Я раньше считала таким мужчиной своего мужа, вот только мурашки очень быстро прошли и больше почему-то не появлялись. А может это я виновата, что у нас все бытом затянуло. Андрей мне это часто ставил в упрек, что когда я доползала до кровати после напряженного сидения за отчетами его фирмы, мне уже было совсем не до романтики и даже не до простого интима.

Отчего же сейчас я так реагирую? Реагирую ведь и вполне однозначно. Низ живота потянуло знакомо и возбуждающе. Грудь потяжелела.

Наверно, это все гормоны моего  нового молодого тела. И я ведь даже не знаю девственно ли оно.

Боже, что за мысли снова у меня? Зачем я вообще сейчас про это подумала?

Мне нужно о спасении от этих монстров думать и срочно, а я…

— Потерпи немного.  Не закрывай глаза. Уже почти пришли… —  говорит Киар.

И столько непонятной мне тревоги в его голосе, что я снова теряюсь. Он так  переживает за меня? Почему? И куда мы пришли?

Я вяло оглядываюсь и понимаю, что мы находимся в господском крыле. В конце коридора вдруг слышится странный грохот, а потом — торопливый топот.

А мне даже трудно голову повернуть, чтобы посмотреть кто это.

— Что… что с ней? Куда ты ее несешь? Что ты сделал? — звенит угрозой голос младшего василиска.

Я отстраненно слушаю их рычание, а перед глазами все снова плывет.

— Ей совсем плохо. Отдай ее мне. Это ты виноват!

— Замолчи, — резко обрывает его старший. — Раз освободиться сам смог,  помогай. Я и так к тебе шел. Открой дверь.

Спустя пару секунд меня укладывают на что-то мягкое. Два хмурых мужских лица склоняются надо мной. А у меня совершенно нет сил хоть как-то сопротивляться им. И огонь куда-то снова пропал. Или это его старший весь выпил?

— Сейрина, посмотри на меня, — снова просит Киар.

Его пальцы снова гладят меня по щеке.

— Посмотри в глаза.

И столько силы в этих вроде бы простых словах, что я не могу не послушаться. Старательно фокусируюсь на его неожиданно ярких радужках, и мне внезапно становится легче. Меня приподнимают немного. Кажется это младший Тайрик бережно придерживает за плечи. А еще он снова жарко дышит в мои волосы, и снова покрывает короткими поцелуями мои плечи и основание шеи.

Просто сумасшествие какое-то. И я во всем этом кошмаре сама внезапно возбуждаюсь. Кожа горит и в груди грохочет, сбиваясь с ритма, мое недоверчивое сердце. Просто столько страсти я никогда и ни от кого еще не получала. Даже от мужа. В этом все дело скорее всего.

— Хорошо, а теперь не бойся. Мы просто осмотрим тебя…

С этими словами Киар окончательно рвет на мне мое платье одним стремительно-сильным движением, разворачивает и жадно впивается глазами в мою спину.

— Она не закончена… — произносит он странную фразу, пока его пальцы легко скользят по моей коже, повторяя узоры моего золотого  проклятия.

— Но эту надо сейчас закрепить, — слышу я уверенный голос младшего. — Она из нее силы пьет. Как вообще продержалась столько?

— Потом спросим.

Киар снова разворачивает меня лицом к себе и заглядывает в мои затуманенные глаза.

У меня натурально там все расплывается уже. Только его глаза почему-то все еще вижу очень четко. Залипаю на них…

— Тебе нужны силы, — мрачно говорит он и, наклонившись,  жадно целует прямо в губы.