Глава 16

Нам не пришлось гостить в замке Вантурилор долго. На следующий день, едва переночевав, мы снова тронулись в путь. Оставили Донату на попечение давнего знакомого Альдора, унбара Стелиана Манта, мужчины на вид надежного и даже слегка мрачного. Оставили под присмотром его жены Даны — женщины высокой и гордой, удивительно подходящей своему мужу, как будто они были высечены из двух кусков одной скалы.

Альдор сомневался, стоит ли это делать — заметно. Похоже, все передряги, что с нами случались, и его заставляли даже к друзьям присматриваться гораздо пристальнее обычного.

Теперь наш путь лежал в земли Шандора де ла Фиера, который, возможно, уже знал о том, что мы сбежали из лагеря Венцеля и теперь наверняка решаем, как будем вызволять Маркуша. Чем дольше мы ехали, чем ближе становилось имение дяди Альдора — тем большая тревога сжимала сердце. Мы торопились так, как только могли. Меняли лошадей так часто, как получалось в городках, что попадались нам по дороге. Каменистые холмы сменились и вовсе высокими пиками скал вдалеке. Тропы безумными вывертами и изгибами побежали по ухабам, то поднимаясь на пригорки, то падая вдоль обрывов в низины. Несмотря на суровые виды, на душе становилось чуть спокойнее — это Некларские горы, а значит, скоро мы выберемся к Анделналту. Правда, останавливаться там не станем: за ним наверняка следят. Лишь отправим посыльного, чтобы тот передал, что нам нужна помощь стражи. А там проедем в стороне от него — а дальше за границу провинции к густым лесам Валиа Верде, в глубине которой и стоял замок Шандора.

Признаться, я плохо представляла себе, как долго нам еще ехать. Уже перестала обращать внимание на постоялые дворы, где мы останавливались каждый раз с опаской: не подкарауливают ли нас там люди принца или посленники вантулуйской стороны — с одинаковыми, в общем-то, намерениями. Но до того самого момента, как мы въехали во владения де ла Фиеров, в провинцию Велеаранд, все оставалось спокойным, как будто наш след и правда потеряли. Пожалуй, отыскать пятерых всадников посреди холмистой долины и в окружении бесчисленных обрывов, ущелий и диких троп — не такая уж простая задача. Тем меньше мне хотелось снова оказаться на виду. Но и в Анделналт заглянуть хоть одним глазком хотелось невыносимо. Увидеть Рэзвана и даже Андру. Но чем скорее мы разрешим то, что назрело, словно язва в душе, тем раньше, возможно, сумеем вернуться домой.

Из Анделналта Рэзван по просьбе Альдора и правда выслал вслед за нами семерых стражников. Мы встретились с ними в одной из деревенек, что лежали дальше по дороге из Сингурула в Валиа Верде. С такой солидной охраной нам стало немного спокойнее. Но теперь нас проще было заметить. Только Альдора это уже, похоже, не волновало: чем дальше, тем решительнее он был настроен, тем суровее становилось его лицо, словно он разогревался собственной злобой на дядю.

Мы меняли постоялые дворы так быстро, как могли. Нигде не задерживались дольше, чем на ночевку. Один раз пришлось даже провести время до утра просто в лесочке — укрываясь от ветра — под навесами из мужских плащей. Благо погода после дождливой недели смилостивилась к нам, и горячее солнце вновь нагрело воздух так, что ночная прохлада не донимала слишком уж сильно. Тем более под теплым боком Альдора.

Я и до того старалась не смущаться стражников, которые неустанно следовали за нами. Когда муж обнимал меня, не находя уже в себе сил сдержаться. Когда урывками целовал меня на коротких привалах — все мужчины тут же находили, куда упереть взгляды: только не в нас. А на той единственной ночевке под открытым небом Альдор и вовсе, не принимая никаких возражений, улегся вместе со мной. И рукой своей большой, тяжелой обнял меня, и телом всем прижался так, словно зима вокруг и метель, и ему непременно нужно меня согреть. И какого труда мне стоило сохранить неподвижность и невозмутимость, когда он начал целовать мне шею сзади. И открытую часть спины. А после даже коротко и удивительно волнующе сжал мою грудь ладонью. Я не удержалась, всхлипнула тихо, и муж успел убрать руку до того, как острый взгляд дозорного обратился к нам.

Но мы еще не успели добраться до имения Шандора, как нам навстречу начали попадаться повозки, груженые как будто в спешке собранным скарбом, люди, что сидели в телегах или шли пешком, ведя запряженнных лошадей в поводу. Все это казалось настолько неправильным, странным, что Альдор все же отправил стражника вперед, навстречу очередному обозу, спросить, что случилось.

Тот выслушал старика, который взялся все ему разъяснять, и пока мы приближались, уже вернулся. На лбу его поблескивал пот, а в глазах читалась явная растерянность.

— Что там? — почти рявкнул Альдор.

— Говорят, вантулуйцы напали. Кого убили, кому сбежать удалось. Но они встали лагерем под городком Парау и пока дальше не двигаются, но...

Альдор посмотрел на меня с таким ужасом в глубине наполненных огнем глаз, что я даже слегка качнулась назад.

— Они хотят забрать Маркуша, — поговорил он сипло. — Имение дяди совсем не далеко, как раз в паре десятков лангов от Парау. Вряд ли этот городишко важен для них. К тому же, если до этого они шли скрытно, а теперь вдруг заявили о себе, значит. Туда и идут.

— А замок Верде хорошо укреплен? — спокойным тоном я постаралась хоть немного унять тревогу мужа.

— Это не Анделналт, который выдержит даже стенобитные орудия, — резковато воскликнул тот. — Верде не строился, как серьезное укрепление. За ним только несколько небольших деревень и городков. А дальше только озеро и горы.

За широкой стеной гор лежали земли небольшого независимого княжества, которое больше было привязано к королевству Вискол. Северному, населенному едва не варварами: так о них часто говорили и простые люди, и знать.

— Но сколько-то он продержится, — вновь возразила я с надеждой. — А мы пока...

Альдор проследил, как мимо нас, спешившихся у обочины, проезжают повозки, тихо поскрипывая колесами, проходят люди, косясь в нашу сторону. Он о чем-то размышлял, не торопясь рассказывать мне. Но его лицо, напряженное и посеревшее, вдруг слегка разгладилось, словно за первой вспышкой гнева пришло постепенное успокоение — вместе с разумными мыслями.

— Им для начала придется пройти через переправу Трэсир, — вновь заговорил он, когда вереница телег отдалилась от нас достаточно. — Замок там не слишком большой, но расположение его удобное для обороны. К нему сложно подступиться. Если вдруг отец Эрики не пожелает сразу же сдать его. А так может случиться, потому что он храбрецом никогда не был.

— Значит, время все же есть... — я коснулась локтя Альдора. — Добраться быстрее ло Верде и забрать Маркуша.

— Они все выжгут, — возразил Альдор. — Всю долину и Верде, когда не обнаружат там Маркуша. Их нужно остановить.

— Мы не сможем их остановить! — мысли мужа показались мне безумными.

— Мы нет. А люди Венцеля — да. Нам нужно посмотреть ближе. Подобраться к лагерю Вантулуи и хотя бы примерно оценить силы. А там… — он вздохнул, — будем решать.

Нам пришлось сойти с дороги и расположиться тесной стоянкой посреди деревьев так, чтобы нас не было видно случайным путникам. Подбираться к вантулуйскому лагерю ближе было рискованно — наверняка вокруг него полно дозорных. Я оставалась здесь вместе с почти десятком стражников: разведчик из меня никудышный. Альдор же с еще двумя мужчинами — Йоаном и Фаби — отправился в ту сторону, куда указал разговорчивый горожанин. Осталось только ждать. Разводить костер не стали: перекусили хлебом с вяленой кабанятиной и запили водой. Я то и дело вглядывалась между деревьями, вздрагивая от каждой промелькнувшей впереди тени. Но это пока оказывались только пляски бликов и теней на листьях и траве.

Альдор со спутником появились лишь к вечеру. Хмурые и озадаченные. Похоже, многое они успели обсудить по дороге, и теперь обрисовали нам ситуацию кратко: лишь необходимое. Вантулуйцев было много. Что не давало Альдору надежды на то, что трусливый хозяин Трэсира, вдруг решит их не пропускать. К тому же Альдор почувствовал уже знакомые потоки огненного Хранителя.

— Похоже, они подготовились серьезно.

— Что же, этот маг сможет сжечь замок? — порядком встревоженная рассказом мужчин, я обвела их всех взглядом.

— Если его не остановить, сможет, — веско убедил меня Альдор. — Но, скорей всего, они захотят закрепиться в Трэсире: очень удобно. Единственная способная быстро пропустить целое войско переправа на всей северной части реки Етель. А оттуда можно захватить весь север королевства. Дальше они двинутся к Верде. И даже горящей стены или башни будет достаточно, чтобы дядюшка быстро открыл ворота. Ему слишком дорога собственная жизнь. И вряд ли он променяет ее на жизнь Маркуша. Скорее захочет от него избавиться.

— И что же нам делать? — я совсем уж повисла на руке Альдора, чувствуя, как меня покидает последняя уверенность в то, что все закончится благополучно.

— Мы поедем к Касиану Фарагоне. И предложим ему свою помощь в обороне. Чтобы не пустить вантулуйцев дальше через реку. А тебя, Йоан, мы отправим гонцом к принцу Венцелю с письмом. И просьбой прислать войско к Трэсиру.

— Думаешь, он согласится? — невольно вспомнилось, при каких обстоятельствах я покидала лагерь принца. — После того, как мы сбежали?

— Если он не хочет потерять нас, Маркуша, а за тем и все королевство, то ему придется прислушаться, — хмуро проворчал Альдор.

Неужели он еще верил в то, что с Венцелем можно пойти на честный союз? Что тот позабудет обо всех обидах и неприязни, о желании сделать наперекор, ради того, чтобы всем стало лучше.

Но сейчас, несмотря на все сомнения, я готова была остаться рядом с мужем. Что бы ни случилось. И что бы ни происходило дальше — вызволить Маркуша. И остановить опасность, что надвигается на долину Валиа Верде. А для того нам понадобятся все наши силы.

Йоану дали провизию в дорогу. Оказалось, если ехать нужными тропами, к лагерю Венцеля можно добраться меньше чем за два дня. А если еще обратно? Если с тяжело вооруженными воинами — это все пять или шесть. Была ли у нас неделя на то, чтобы ждать призрачной помощи Венцеля? Как долго будут стоять войска Вантулуи вблизи переправы через глубокую, широкую реку, которая охраняла подходы к замку Верде надежнее целого войска?

Пока обсуждали все, что удалось узнать, наступил вечер. Отдых требовался нам всем. А на другой день мы собирались еще затемно выезжать в Трэсир. Как только посыльный отбыл к Венцелю, мы расположились чуть основательнее. Альдор разжег магический огонь, который не давал дыма, и на нем нам удалось сварить нечто похожее на суп. Все поели и начали решать, кто первый будет в дозоре.

Я ворочалась долго на своей лежанке. Альдор, которому стражники уступили право приглядывать за нашим небольшим лагерем первую часть ночи, то и дело обращал взгляд ко мне. Но больше смотрел в огонь и думал о чем-то. И казалось, я слышу его мысли: о брате, который может попасть в лапы вантулуйцев. О том, что скажет Венцель и согласится ли перекинуть часть войска с юго-востока на северо-запад. Вдоль границы с Вантулуи до сих пор сохранялось раскаленное напряжение и многие силы по-прежнему нужны там.

Перед рассветом мужчины снова отправились в сторону лагеря неприятеля и вернулись скоро, узнав, что те, похоже, еще не собираются двигаться дальше. Нам же пришлось спешно отправляться в путь, чтобы обогнать неповоротливое чудовище вантулуйского войска. Правда, пришлось добираться до Трэсира окольными дорогами, но все равно мы оставили его далеко позади. За негустым осиновым лесом развернулась широкая долина реки. Дорога убегала в низину, почти терялась за пыльной дымкой, которую гонял по земле ветер. И там, дальше, над блестящей водной лентой возвышался высокий замок, который, словно увесистый засов, перемыкал русло широким мостом.

Когда мы подобрались ближе, стал слышен нескончаемый шум, похожий на плеск. Ровный, как дыхание.

— Что это? — я вытянула голову, пытаясь разглядеть лучше.

— Это колеса мельниц, — рассеянно ответил Альдор. — Они помогают поднимать ворота, когда нужно. И для перемолки зерна тоже используются. Раздувают печи в кузне...

— Как... необычно. Никогда о таком не слышала, — я покачала головой.

— Трэсир и правда во многом необычный замок. И будем надеяться, что его хозяин не струсит на этот раз. И позволит нам попытаться остановить войско Вантулуи. Или хотя бы задержать.

Мы поехали дальше, а замок все рос и рос вместе с тем, как становились ближе к нему. Все громче звучал скрип, почти скрежет колес, и я наконец увидела их — самый край. Лопасти, которые цеплялись за текущую воду, огромные блестящие ободы. Поразительно, что кто-то додумался устроить под замком такое и тем получать пользу от расположения. Но невольное восхищение изобретательностью первых владельцев замка, померкло, когда мы подъехали к самым воротам, закованным в тяжеловесный барбакан. Он смыкался над въездом на мост, словно огромные ладони. По бокам от него высились две массивные приземистые башни с редкими темными оконцами.

— Кто такие? — спросили сверху.

В бойницу высунулась голова стражника.

— Передайте хозяину, что приехал Альдор де ла Фиер. И мне нужно с ним поговорить. Срочно.

Голова пропала, и стало тихо. Только иногда слышались едва различимые шаги стражи наверху и неразборчивый гул голосов. Время потянулось, нагревая и нагревая нас, словно на сковороде, нарастающим нетерпением. Но, наконец, щелкнув, заскрипел огромный механизм ворот. Они открылись, и вслед за мужем я с легкой опаской въехала в темную арку барбакана, огляделась, задрав голову — стражники смотрели на нас сверху молча и так въедливо, будто десяток мужчин и женщина впрямь могли стать большой опасностью для целого замка. Дальше мы проехали через открытую часть моста и дальше — в замок, миновав еще одни ворота. Трэсир и правда выглядел почти неприступным — что давало надежду на то, что выстоять напор вантулуйцев нам все же удастся достаточно долго.

Во дворе у нас приняли лошадей. Молчаливый, чуть сгорбленный мажордом повел нас внутрь, даже не оборачиваясь, ничего не расспрашивая и ничего не поясняя. Удивительно неприятный — первый раз попался такой неприветливый управляющий.

Оказывается, хозяин уже ждал нас в вытянутом мрачном зале с рядом тяжелых кованых люстр под потолком, в которых едва ли через одну горели свечи. Сам же Касиан сидел у дальнего конца громоздкого стола, явно предназначенного для знатных пиров. Нахохленный и чуть встрепанный, как огромный филин. Темные круги под глазами и чуть длинноватый, с горбинкой, нос только увеличивали сходство со старой птицей, недовольной тем, что кто-то посторонний забрался в его дупло.

— Проходите, — его голос гулко пронесся через зал. — Не думал когда-то увидеть вас здесь, унбар Альдор. Вы не жалуете наездами своего дядю.

— Я тоже не думал, что когда-то здесь окажусь, — хмыкнул тот в ответ.

Прошел вперед, и постепенно все люстры в зале загорелись ярче. Хозяин посмотрел на них с подозрением и явным неодобрением, зато вокруг стало гораздо светлее, и зал перестал походить на подземелье. Мы все расселись в кресла вдоль стола и замерли, ожидая следующего слова хозяина.

— Думаю, для вашего приезда есть весомая причина.

— Есть, — Альдор кивнул и положил сомкнутые в замок руки перед собой. — Весомее не придумаешь. Скоро у стен Трэсира будет вантулуйское войско. Они захотят пройти на ту сторону реки либо по-хорошему, либо силой. Но пускать их нельзя.

Касиан, мгновенно помрачнев еще больше, откинулся на спинку кресла.

— Мне ничего не докладывали.

— Значит, докладываю я. За вашими стенами, в имении Шандора де ла Фиера, мой брат. Думаю, хотя бы об этом вы знаете. И я никак не могу позволить вантулуйцам добраться до него. Вы же понимаете?

— Вы предлагаете мне подставиться под мечи и копья вантулуйского войска? — вновь заговорил он.

И тем только подтвердил все, что говорил о нем Альдор раньше. Как будто он не услышал и половины его слов. Не пытался даже понять в то, что тот пытается ему объяснить.

— Там не только мой брат, но и ваша дочь, кажется, — напомнил ему Альдор. — Хотя бы о ней вы можете позаботиться?

— Когда они будут здесь?

— Думаю, не позже, чем на рассвете.

— Если отправить весть в Верде, предупредить, чтобы они спрятались, уехали подальше? — хозяин даже подался вперед, пытаясь, видно, надавить на гостя. — Пусть вантулуйцы увидят, что там никого нет. И тогда потеряют интерес...

— Вы правда считаете, что они так просто сдадутся? — прервал его Альдор. — Что они постоят под воротами и повернут назад? А как же те люди, что живут в долине? О них вы не подумали? Разозленные вантулуйцы все выжгут. И это скажется на вашем благополучии тоже. Даже если вам удастся пропустить их дальше без потерь. Но и в этом я сомневаюсь.

— Потому что они посчитают, что вы обманули их, — добавила я. — Среди них есть маги. Может быть, даже те, которые чувствуют, где сейчас тот, за кем они охотятся. И, если они обнаружат, что его след ослаб, то сразу распознают обман.

Хозяин замка совсем уж опустил голову, глядя теперь на нас исподлобья. Особенно, кажется, раздражала его я. Как будто лезла не в свое дело.

— Нам нужно время. Чтобы войска принца Венцеля смогли добраться сюда, — явно отяжелевшим от раздражения тоном добавил Альдор. — Его лагерь не так далеко отсюда. Своего человека к нему я уже отправил.

— Если с ним что-то случится в дороге? Если Венцель промедлит? За это время вантулуйцы не оставят здесь камня на камне, — продолжил упрямиться Касиан.

Так уверенно и грубо, что и мне захотелось просто треснуть его чем-то тяжелым. Уже сейчас я готова была просто отправиться дальше, найти Маркуша и защитить его так, как смогу. И пусть здесь все сгорит в пламени вантулуйского мага. Но подпускать неприятеля так близко к мальчику тоже безумство.

— Если вы не согласитесь сами, то мне придется повернуть все не слишком хорошей и выгодной для вас стороной, — прибегнул Альдор к последнему аргументу. — Так что можете считать, что я спрашиваю вашего разрешения только из уважения к тому, что вы хозяин этого замка. Но, если придется…

— Вы с ума сошли?! — Фарагоне даже на месте подскочил. — Хотите, чтобы я вызвал стражу?

— Стража здесь не поможет, — невозмутимо возразил Альдор. — Вы прекрасно это знаете.

Свечи в люстрах загорелись ярче. Вспыхнул камин, и в зале стало ощутимо теплеть. На лбу Касиана тут же заблестели бисерины пота. Он дерганым жестом оттянул ворот, избегая смотреть на разгневанного Альдора, и задумался — надолго. Так, что я даже заподозрила, что он заснул прямо с открытыми глазами.

— Хорошо, — вдруг ожил хозяин. — Вы можете расположиться здесь. И можете рассчитывать на силы всей стражи, что сейчас находится в замке.

— Думаю, я сумею сдержать силы вантулуйцев лучше, чем это сделает десяток воинов. Но все равно спасибо. Любая помощь не будет лишней. Нам придется оборонять стены, если начнется штурм.

Хозяин только страдальчески закатил глаза, словно рассуждения Альдора доставляли ему мучения. Его наверное, можно было понять: он привык к спокойной жизни на отшибе, когда через эти ворота проезжают только торговые повозки и редкие путники. Но все же он принял решение — и это хоть немного успокаивало.

В тот же день началась подготовка к встрече войска Вантулуи. Из замка выехали разведчики — навстречу ему, а вернулись лишь к ночи. Доложили, что вантулуйцы снялись с места и движутся прямым путем в Трэсир, и правда намереваясь переправиться через реку здесь. Станут ли говорить, или сразу нападут — то покажет утро.

Половину этой напряженной, словно бы раскаленной приближающимся огнем ночи я провела в одиночестве, в неуютной, явно предназначенной для гостей комнате с единственным, вытянутым, словно щель, окном. Через него можно было разглядеть уходящую в даль широкую речную дорогу, в которой отражался дрожащей полосой совсем тоненький месяц.

Я ворочалась в слегка пахнущих залежалостью простынях и ждала, когда же Альдор хотя бы заглянет ко мне. Он с остальными мужчинами сейчас обсуждал, как придется отвечать на требования вантулуйцев пройти через мост. Какие силы будут использовать в первую очередь. И казалось, что про меня забыли, хоть это было и не так. Я прекрасно помнила о своих способностях, о словах Маркуша и Венцеля. Я способна на многое, но вот только беда в том, что меня никто тому не обучал. Не нашлось времени, чтобы лучше овладеть своими силами. Потренироваться, в конце-то концов.

С такими нерадостными мыслями я все же задремала. Почти ровно в тот миг, когда в дверь тихо постучали, и в комнату вошел Альдор.

Его я могла узнать даже с закрытыми глазами — по неизменной волне тепла, что касалась меня, словно бы успокаивая и отмечая. В очередной раз. Альдор пошуршал одеждой. Тихо стукнула обувь о пол. Тихий плеск уже остывшей воды в умывальнике — и муж медленно опустился на постель рядом со мной. Я затаила дыхание.

— Не спишь, Йоли? — Твердые пальцы прошлись по виску, убирая с него волосы.

— Как тут уснешь, — проворчала я, не открывая глаза. — Если они и правда нападут сразу. Если их огненный Хранитель решит все сжечь? Без попытки договориться?

— Значит, я остановлю его, — шепотом ответил Альдор. — Мы остановим.

— Я не знаю, как. Та женщина. Она наверняка знает, что делает. А я... Я не знаю.

Пришлось все же открыть глаза — и первое, что я увидела — явственно светящиеся в темноте радужки глаз мужа. Они словно угольками меня прижгли. Альдор взял мою руку в свою.

— Главное, чтобы ты чувствовала меня. И помогала мне. А если ты нащупаешь потоки другого мага — их будет легко найти — и сумеешь и спутать, то будет совсем хорошо. Я не хочу требовать от тебя слишком многого. Только то, что ты сумеешь сделать. И главное, что бы ни было — не лезь на рожон.

— Я буду там, где ты.

— Ты будешь там, где безопасно, — он приблизил лицо к моему.

Но я помотала головой. Как оставлю его и забьюсь в угол? Пусть даже оттуда сумею различить явственные и сильные потоки магии? Нет, я должна видеть Альдора. Должна видеть, что происходит. Я поймала лицо мужа в ладони и почти на ощупь нашла его губы. Де ла Фиер втянул носом воздух, мгновенно углубляя поцелуй. Но вспышка влечения, которая привычно кольнула разум, вновь опала под давлением его воли. Я всегда думала, что Альдор — чистый огонь. Что его ничто не может остановить, если он разгорится. Но, оказывается, он умел так держать в узде лишние, несвоевременные порывы, что только удивляться тому приходилось. Каждый раз после этого я вспоминала, как и раньше он управлял внутренним огнем, не давая ему вырываться на свободу — и все становилось понятным. Да, он огонь, но тверже льда, если нужно.

А вот я — вовсе нет. Потому когда муж разорвал наш поцелуй, я тут же потянулась за ним следом, требуя продолжить. Впилась ногтями в сильные плечи — и он тихо зашипел, а после рассмеялся.

— Нам нужно поспать, Йоли. Неизвестно, когда придется просыпаться.

Он как будто знал: вставать пришлось рано. Когда дозорные со стены доложили, что на берег вышло вантулуйское войско. Они располагались основательно, растягивали ряды и даже разбили небольшой — видно, только для командования — лагерь у самой кромки леса. Вперед выехал лишь отряд во главе с широкоплечим и высоким, одетым в темное рыцарем. Похоже, он командовал если не всеми воинами, то значительной их частью. Скоро они подобрались к самым воротам.

Мы видели это все собственными глазами, когда вышли на крытую площадку барбакана. Сюда же поднялся и Касиан Фарагоне. Встал, оперевшись ладонями на парапет и чуть свесился вниз.

— Что вам нужно? — гаркнул привычно громко, так, что его голос разнесся далеко вперед.

— Нам нужно пройти по мосту, — ответил воин, чуть приподнявшись в седле.

По богатству его доспеха было видно, что он и правда из старших рыцарей. На груди его сиял герб королевского дома Ванутулуи. И на знаменах, что тонкими спицами торчали вдалеке над головами воинов — тоже. И, похоже, этот знак вводил хозяина замка во вполне объяснимы трепет. Он ощутимо засомневался, как будто забыл о недавнем разговоре с Альдором. А муж крепче сжал мою руку в своей, так же, как и остальные, ожидая его ответа.

— Боюсь, мы не можем вас пропустить. Учитывая все обстоятельства вашего появления на этих землях, — наконец с видимым усилием выдавил из себя Касиан.

— Вы разорили Палау. И дальнейшая цель вашего пути нам тоже известна.

— Лучше бы вам согласиться, иначе мы вынуждены будем прорываться силой, — с явным напором предупредил посланник Вантулуи.

— Лучше бы вам повернуть назад, — удивительно твердо возразил хозяин. — Вам не перейти на ту сторону реки. И вы можете отправляться в обход на многие десятки лангов.

— Они не пойдут, — тихо проговорил Альдор. Для меня. — Время не на их стороне. Думаю, они уже догадываются, что скоро здесь будет войско Венцеля. И им нужно это укрепление.

Я покивала, уже сама прекрасно осознавая всю западню, в которой мы оказались. Но отряд двинулся обратно, его предводитель не сказал больше ни слова. Это ясно давало нам повод думать, что нападение будет. Вот только когда?

— Среди них есть тот, кто связан с Маркушем. Через те каналы, которые были в измененных камнях, — заговорила я по пути в нашу с Альдором комнату: он явно намеревался оставить меня там.

— Ты почувствовала? — муж даже приостановился.

— Да, — я оглянулась, опасаясь, что не вовремя кто-то появится. — И эти каналы не пустые. По ним перетекает магия.

— Ты хочешь сказать.

— Кто-то тянет силы из Маркуша. В этот самый миг. Похоже, для того сейчас уже подходящее расстояние. И этот поток усилится, если они подберутся ближе.

Альдор снова схватил меня за руку и потащил дальше. До самых покоев, где сразу накрепко запер дверь. Я замерла за его спиной, наблюдая, как резкими движениями он поворачивает в замке ключ. И, кажется, уловила запах его разгоряченной внутренним огнем кожи.

— Ты смоешь оборвать этот канал? — муж повернулся ко мне, сжимая ключ в ладони так крепко, что он мог и сломаться.

— Я могу его спутать. Пока. Но для этого мне нужно большее количество живых потоков.

— Тебе нужна битва?

— Я не знаю, — в груди отравляющей волной качнулось отчаяние. — Мне кажется, я ничего не умею.

Колени вдруг подкосились от слабости. Но Альдор поймал меня и крепко прижал к своей груди.

— Ты справишься, маленькая моя, — зашептал, погасив внутреннее гневное пламя. — Ты нужна Маркушу. Возможно, ему сейчас плохо, если из него тянут силы. И чем скорее это прекратится...

— Я сделаю все. Все, что нужно, Альдор.

Я повисла, вцепившись горстями в его рукава. Ища в нем поддержку и успокаиваясь с каждым мягким поглаживающим движением его рук.

— Ты останешься здесь, — Альдор оторвал меня от себя и взглянул строго. — Что бы ни было, не выйдешь. Первое нападение будет особенно яростным.

— А если все начнет гореть? — неуклюже попыталась пошутить я.

— Я не допущу, — он легонько встряхнул меня. — Не допущу, чтобы огонь коснулся тебя.

Утопив все мои скверные мысли и неуверенность в глубоком долгом поцелуе напоследок, он ушел. Оставил меня ожидать вестей, и хорошо, что хотя бы не запер. Но, конечно же, успокоиться я не могла. То и дело садилась, стараясь сосредоточиться, нащупывала явственный, хоть и не слишком сильный канал, которых существовать, кажется, никак не могло. Обычно светлые, яркие, словно лучи солнца, они тянулись из Колодцев, наполняя силами магов. А этот был темным, поглощающим. Не естественным, а созданным через искажение самой сущности. Она обжигала, эта нить. Ее не хотелось касаться, Но если не попробую

— Маркуша могут выпить до дна. До смерти ли — неизвестно, но при его здоровье. Даже думать страшно.

Наконец, найдя хоть немного успокоения в кресле у окна, я сумела отрезать от себя весь окружающий мир, кроме того, что состоял из нескончаемых потоков магии. И как я ни пыталась дотянуться до самой важной ленты потоков, как меня словно бы отшвыривало назад. Жгло руки, как будто я окунала их в кипяток, а сердце каждый раз заходилось бешеным стуком, обдавая меня горячими волнами.

Я выныривала из этого болота, чтобы отдышаться, и пыталась снова — запечатать, оборвать, но если и силы той, кто мешала мне, были и не больше моих, то пользовалась они ими гораздо более умело. К тому же мешали толстые стены замка. Они не слишком искажали потоки, но все же я видела через них, словно через дрожащее марево.

И в очередной раз отступившись, чтобы передохнуть и собраться, вдруг услышала далекий голос рога. Никогда еще не приходилось оказываться близко к войне. На моем недолгом веку еще не случалось ни одной стычки Вантулуйи с Чайдеаргиндом. И даже то, что заварилось на границе уже несколько недель назад, казалось скорее чем-то далеким и почти нереальным. Пока я не увидела ожоги Альдора.

А теперь опасность, огонь ненависти и жажды подступили к самым стенам замка Трэсир. Словно жидкая лава они подкатывали уже к ступням, задевая, заставляя пятиться, отстраняться от мысли, что это и правда происходит. После тяжелых попыток оборвать тянущийся к Маркушу канал, я не сразу полностью пришла в себя. Еще некоторое время прислушивалась к тому, что происходит снаружи, пытаясь различить хоть какие-то звуки начавшейся битвы. А после вдруг осознала со всей тяжестью, что вантулуйцы все же решили прорваться внутрь.

Я вышла из комнаты и торопливо зашагала по длинному узкому коридору. Было сумрачно вокруг, почти темно. Но не успела еще я добраться до наружной двери хода, как пламя вспыхнуло вдруг везде, где оно могло бы зародиться. Даже давно потушенные факелы, которые явно не зажигали уже больше месяца, загорелись ярко. Заплясали беспорядочные отсветы по стенам. Я обернулась, вздрогнув. Но в следующий миг все успокоилось и стало таким, как прежде. Словно кто-то выпил это пламя и направил куда-то еще.

Эта странная пляска огня селила в душе только больше тревог. Я помнила, как Альдор велел мне оставаться в комнате, но понимала: если не выйду, не увижу своими глазами, то ничего у меня не выйдет. Присматривать за мной было некому: все, кто мог защищать Трэсир, были на барбакане, стенах и башнях. И чем ближе я подбиралась к выходу во двор, тем явственнее ощущала нарастающую мощь, что сгустками и хлесткими плетьми металась вокруг меня. Касаясь, обжигая и улетучиваясь по воле хозяев.

Никогда еще я не чувствовала себя такой растерянной и словно бы размолотой на сотни частей. Во дворе царила суматоха. Стоял страшный гвалт, который, если вслушаться, разваливался на ор воинов, что пытались нахрапом взять ворота барбакана, лязга оружия и особого, самого страшного воя — воя огня. Он вспышками проносился где-то в вышине: того и гляди опустится на головы всех, кто защищал замок, сокрушительным, уничтожающим куполом. Но каждый раз он гас, растворялся. И тогда становились понятны эти странные вспышки в замке — Альдор просто перенаправлял чужую силу, дробил на малые осколки.

Я как будто была ему не нужна: он справлялся и сам. Но стоило только попытаться вникнуть в исходящие от него потоки чтобы понять: кто-то силится помешать ему. Я заторопилась вперед, к стене: Альдор пока оставался на надвратной башне замка. То и дело сталкиваясь с кем-то из обитателей замка и воинами, которые совсем не обращали на меня внимания, по узкой лестнице, словно по ниточкам в темноте, я двигалась туда, где сейчас был мой муж. Поднялась на самый верхний ярус надвратной башни и замерла, озираясь. Здесь как будто все тряслось от грохота ног по твердой земле. Содрогались от далекого ора даже камни в кладке. Я выбралась на битком забитую воинами площадку и тут же разглядела спину Альдора среди остальных. Он даже не в доспехе! Что же если. Хотя пока он здесь, до него трудно дотянуться.

Кто-то ударил по нему: незримо, но сильно. Завихрил потоки — и вслед за этим нарастающий гул огненной стены понесся издалека навстречу башне. И изо всех сил желая оградить мужа, я по горячему следу ухватилась за нити его магии, выравнивая, подтягивая новые отовсюду, где видела их, где ощущала их легкое сияние.

Альдор обернулся. Нахмурился гневно, но сейчас был не то момент, чтобы отвлекаться на меня. За его спиной растворился жарким маревом огромный сполох огня. Затемнил его фигуру так, что я видела лишь его глаза. Такие же яркие, обжигающе и как будто смотрящие на меня из какой-то недостижимой дали.

— Уходи! Я пока справляюсь сам! — рявкнул он, прежде чем отвернуться.

— Не уйду! — крикнула я, не уверенная, что он меня услышал.

Зато несколько воинов обернулись, явно недоумевая, откуда я тут вообще взялась.

Теперь я отчетливее ощущала тот особый канал, что тянулся от сильного Собирателя с такими похожими на мои способностями — и терялся в невидимой дали. Там, где был сейчас Маркуш. Не отпуская выровненные потоки Альдора, я попыталась вновь спутать изнаночный. И потеряла все.

Все вокруг, распаленные, злые воины, ор, лязг и грохот — все пропало за границами купола тишины, который накрыл меня, когда я снова нырнула в море чужих потоков. Меня как будто хищные птицы клевали, рвали на мелкие куски. И тут я только отчетливо поняла, что у Собирателей тоже есть свой предел. Так остро ощутила, что меня просто не хватает на эту борьбу — показалось, будто сердце сейчас остановится.

Но и мой противник, та женщина-Собиратель, тоже была измотана. Она вмешивалась в силу Альдора все меньше. Ее воздействие становилось слабее. Не знаю, в какой миг я просто выпала из света, который беспорядочными бликами носился вокруг меня. Рухнула в темноту и очнулась уже в своей комнате.

Альдор лежал рядом, раскинувшись на постели прямо поверх одеяла. В одежде, которая пахла потом и пеплом. Темные растрепанные пряди волос прилипли к его лбу, и я, с трудом приподнявшись на локте, легким движением убрала их. Стараясь не потревожить. Но муж все равно проснулся.

— Я же говорил тебе не выходить... — проворчал вяло, без злости.

— Мы отбились?

— Пока да. Вантулуйцы отступили к своему лагерю. Оставили немного погибших под стенами, но уже забрали. И пока не ушли совсем. Значит, нападут снова. Они просто пробовали силы. Но забраться на барбакан им пока не удалось.

— А если они задержатся здесь слишком надолго? Они решат пойти в обход?

— Возможно. А возможно, они надеются нас продавить.

Альдор повернул ко мне голову, окинул медленным взглядом. Пожалуй, таким измочаленным я его еще ни разу не видела. Возможно, таким же он был после того, как попал в засаду у форта де Варф. Там он пострадал сильнее — гораздо. Но, наверное, к счастью, тогда я была далеко, иначе мое сердце разорвалось бы.

— Надо попросить наполнить ванну, — я с трудом отвела от него взгляд и встала, словно бы заново ощущая свое тело.

Каждый шаг давался с трудом, и кожу как будто резало невидимыми тупыми лезвиями. Сегодня я не рассчитала свои силы: в следующий раз нужно быть осторожнее — первый урок усвоен. А теперь нам обоим надо хоть немного отдохнуть. Хоть на миг выбросить все, что было сегодня, из мыслей.

Слегка напуганные и настороженные слуги и правда проворно наносили воды в большую овальную бадью, которая мало напоминала настоящую ванну, которые стояли в Анделналте. Скорее огромное деревянное ведро. Все это время Альдор не двигался с места, а я пыталась хоть как-то прийти в чувство. Хоть тело словно бы рассыпалось на части. Только когда все было готово, де ла Фиер встал и, на ходу снимая посеревшую за день рубашку, пошел к бадье. Я смотрела на него издалека, держась за выступ под окном, от которого веяло вечерней прохладой и дымом. Не могла отвести взгляда от его широких плеч и сильных рук в тонких бороздках еще оставшихся шрамов. От спины, по которой под кожей перекатывались упругие мышцы.

— Ты так и будешь стоять там? — окликнул меня Альдор, стаскивая штаны. — Погонишь слуг за водой еще раз? Они тоже устали.

Я сглотнула песочную сухость в горле и словно бы во сне двинулась к мужу, то и дело сжимая в кулаках юбку весьма мятого платья. Остановилась рядом и, чуть замешкавшись, сняла его и сорочку. И старалась — изо всех сил! — не слишком рьяно оглядывать обнаженного мужа, но все равно то и дело цеплялась за него взглядом, отмечая каждую деталь, но тут же отворачивалась. А после смотрела вновь. Просто Альдор был настолько великолепен, что я боялась ослепнуть.

Он подал мне руку, помогая перешагнуть через борт ванны. А после, когда я села, опустился между моих разведенных в стороны ног и прижался спиной, опустил на грудь голову.

— Всю жизнь так лежал бы, — вздохнул протяжно.

Его руки были горячее воды, которая окутывала нас легким паром. Ладони скользили по моим икрам и коленям — вверх, вниз. И от этих размеренных движений я словно бы погружалась в полусон.

Но все же пыталась зацепиться за реальность, настолько она была пленительна: сильная грудь Альдора под моими руками, его блестящие от воды плечи и шея с острым бугорком кадыка. Темные тонкие пряди разметались по моей груди замысловатыми завитками, с них стекали мокрые дорожки и тут же растворялись на границе воды.

Альдор лежал, прикрыв веки, дышал спокойно и глубоко. По его губам то и дело пробегала улыбка, и я ловила ее, словно верткую птицу, запоминала и повторяла те же движения руками, которые ее вызывали. Трогала кончиками пальцев скулы, уголки рта, борясь с желанием провести по его твердой линии подушечкой.

Мы засиделись в ванной до того, пока вода в ней не стала совсем прохладной. Выбрались, совсем разморенные, словно нас там сварили до мягкости. Я даже не запомнила, что нам принесли на ужин. Едва доползла до постели и тут же рухнула в сон, лишь рука мужа крепко обхватила меня.

А утром первой нас встретила весть о том, что с другой стороны реки к замку подъехал солидный отряд воинов — по виду, из Верде, куда Альдор и Касиан выслали нарочного, чтобы предупредить об опасности и запросить посильной помощи мечами и стрелами. Похоже, Шандор ле ла Фиер откликнулся с готовностью. Но совершенно неожиданно во главе отряда оказался Маркуш де ла Фиер.