ГЛАВА 34

— Они мне не поверили.

В допросной было пусто. Просто комната два на четыре с двумя стульями, без окон. Нас с Адрианом закрыли. Не заперли, а именно закрыли, попросив подождать. Выворачивать душу наизнанку и делиться всем я не собиралась, где-то на задворках крутилась мысль, что нас не просто так сюда посадили. И хотя ничего подозрительного я не нашла, лишняя осторожность не помешала бы.

Покосилась на Адриана. Расстегнул ворот мундира, распустил волосы. Скрестив руки на груди, прижался затылком к стене и делал вид, что дремал. Но по едва подрагивающим уголкам губ я понимала, что ничего он не спит.

До боли хотелось взять его за руку, сжать теплую ладонь и успокоиться. На меня нахлынуло все разом, осознание и понимание. Паническая атака маячила на горизонте, но я упорно отгоняла ее и держала себя в руках. Только ногой немного нервно постукивала.

— Ты рассказала им всю правду, скоро нас отпустят, — Адриан еле слышно пробормотал. — Просто сиди и жди.

— А Лютер? Натан?

— Их еще не допросили.

Вот же! Мы ведь даже не обсудили детали, посыпаться можно было легко. Пускай ловушка, пуская продуманная, пускай эти трое в сговоре, но ведь я не знала, о чем они там между собой болтали. Одна деталь, один прокол и нам всем конец.

— Просто выдохни и успокойся.

Легко было сказать! Выдохни. Успокойся.

Похоже, в моей жизни это уже было нормой — балансировать на грани, вечно ходить рука об руку со смертью. Я выбрала Натана, Лютера и Адриана, доверившись интуиции, она меня не подвела.

— Адриан, я ведь так не поблагодарила тебя. Хотя ругаться тоже стоило бы…

— Вот уж точно! Вредная вздорная девчонка, — Адриан едва сдержался от улыбки, но лицо у него будто светилось от довольства. — Наказать бы тебя. Но ты так отчаянно хотела… — мужчина вовремя успел прикусить язык. — В общем, отчаянная ты голова.

Я широко улыбнулась и покосилась на Адриана. Мы переглядывались, будто понимали все без слов.

— Только не зазнавайся.

— Не буду…

Нас прервал звук открываемых дверей. Мы с Адрианом одновременно подняли голову и посмотрели на вошедшего мужчину:

— Курсант Сорель, командор Дюваль — вы свободны.

Выдохнула и встала. Одернула китель и вышла из тесной комнаты первой, она на меня плохо действовала, словно клаустрофобия появлялась. Адриан выходить не спешил. Себе он уделил больше времени. Мундир поправлял, волосы. Я же едва не бежала в сторону лифта, не оглядываясь. Нажала кнопку вызова, но я не дождалась, когда он приедет, потому что меня кое-кто за локоть дернул. Адриан. Догнал и уверенно стиснул мою руку.

— Так отчаянно кинулась меня спасать? Правда думала, что я в опасности?

— А что? — я усмехнулась и запрокинула голову, вглядываясь в мужское лицо. — Есть какие-то особые правила: командорам ничего не грозит? Или что? Так странно, что я переживала?

— Именно. Обычно я не вызываю нежных чувств.

Адриан говорил неспешно, продолжая держать меня под локоть. Лифт ехал слишком медленно. Я то и дело оборачивалась, но в коридоре мы были одни. Время уже давно к полночи близилось, так что стояли вдвоем в тишине и полумраке.

— Но со мной ты был нежным…

Похоже, что Адриан поперхнулся. Покосилась и посмотрела на мужчину. Внешне холодный, сдержанный и строгий, сейчас он немного смутился. Вскинув брови, не отводил от меня глаз. Теперь уже я покраснела.

— Пожалуй, ты единственный, кто был со мной по-настоящему нежным и заботливым.

— Забудем про лифт…

Стиснув мою ладонь, Адриан потащил меня к лестнице. Я едва поспевала за ним. Все-таки мой шаг был намного меньше, чем его. Сопротивляться и не думала, слишком устала. Именно, что устала. Усталость, в том числе и эмоциональная переполняла меня.

— Когда вы все придумали? И почему речь пошла именно про тебя. Разве не проще было бы Натана в качестве наживки взять?

— Лютер и Натан убедили меня, что лучше, если эту роль исполню я. Выходит, они не ошиблись. Вот уж не думал, что так прогадаю.

— Ну… на самом деле я ведь не дура. И все понимаю, и про то, что не нужно чувства напоказ выставлять. Я правда не хотела бы, чтобы хоть кто-то из вас пострадал.

— Похвальное стремление.

Адриан вел меня по лестнице за собой, ни на секунду не выпуская мою руку. Держал крепко, но нежно. А потом и вовсе приобнял, успокаивая.

Никогда не была на жилом этаже офицеров. Он сильно отличался от наших. Мало того, что здесь комнат было меньше, те даже визуально казались больше. Двери так точно.

— Моя комната не здесь…

— А кто говорил про твою комнату? После всего, что произошло, ты правда думаешь, что я оставлю тебя одну? Думаешь, мы не переживаем за тебя?

— Мы?

— Хорошо, — Адриан снисходительно исправился, — не буду говорить за остальных, пусть сами выскажутся. Я за тебя переживал. И сейчас переживаю, что у тебя снова будет паника, фантомные боли и кошмары. Я не психолог, мне знаком только один способ отвлечения.

Комната Адриана находилась возле развилки, внутри оказались довольно большие окна. Даже было видно огни космопорта и взлетно-посадочной полосы. Несмотря на темноту, свет с улицы красиво все очерчивал светло-голубым.

Несколько шкафов, рабочий стол, довольно широкая кровать — под стать росту и комплекции. Свет Адриан не включал. Едва за нами закрылась дверь, как он крепко обнял меня, прижимаясь щекой к моей макушке. От теплоты тела я млела, закрыла глаза и застыла.

— Ив, ты перепугала меня до жути. Никогда, слышишь, никогда не смей так рисковать! Ты такая предсказуемая и такая отчаянная. Запомни, чтобы ни случилось, не вздумай играть в героиню, — Адриан опустился до ледяного менторского тона. — Ты меня поняла?

— Не могу ничего обещать. Как можно оставаться в стороне, когда в опасности люди, которых я… люблю.

Гнетущая пауза не была долгой. Адриан соображал быстро, поэтому обнял меня крепче и, дыша мне в затылок, пробормотал:

— Что же с тобой делать, Ив? Наверное, стоит преподать урок?

— Урок? — выдохнула и зажмурилась. — Серьезно?

— Конечно, — Адриан вдруг потянулся к застежкам моего кителя. — Именно так. Пока тебе его жизнь не преподнесла, потому что тогда будет мучительно больно, Ив.

Я внимательно слушала мужчину, чувствуя, как внутри все сжимается. Когда Адриан говорил таким тоном, хотелось провалиться куда-нибудь на нулевой уровень, в ангар и не вылезать оттуда. Не сказала бы, что разочарование в голосе сквозило, но чем-то похожим отдавало.

— Твоя предсказуемость, Ив, однажды сослужит тебе плохую службу. Я на это уже попался. Мы поступили отвратно, но выбора не было. Вовсе не горжусь этим. Подумай на досуге о моих словах.

Мрачно увещевая меня, Адриан продолжал расстегивать мой китель. Не то, чтобы я сильно напряглась, но это было так… предсказуемо? Ожидаемо? Перехватила мужские руки и рывком развернулась. Скользнула взглядом вверх, пока не наткнулась на ехидную насмешку в льдистых голубых глазах. Только было открыла рот, как Адриан уцепился в рукав моего кителя и потянул его на себя.

— Ты вся в крови перепачкалась.

Осеклась и проглотила все саркастические фразочки, вертевшиеся на языке. Кажется, меня только что щелкнули по носу. Смутилась, но взгляд не опустила.

— Иди в душ первой. Одежду оставь здесь, я что-нибудь пока найду тебе, — Адриан чуть прицокнул, оглядывая мой китель и опуская взгляд на мои брюки. — Ты что, по полу каталась? Прямо в крови?

— Почти, — уклончиво ответила и несколько брезгливо поморщилась.

Брюки уже улетели в сторону. Только сейчас заметила, что я и правда перепачкалась с головы до ног. С рук хоть и оттерла кровь, но следы остались. Теперь же и на футболке, на теле везде были багровые разводы. Сглотнула и зажмурилась.

Странно, что я подумала об Адриане так плохо. Ну, или предсказуемо? Он об этом говорил? Если подумать, то командор Дюваль полон загадок и умеет удивлять. Может, поэтому его так сложно застать врасплох. И манипулировать им сложнее.

Да, урок что надо.

— Душ там, — Адриан махнул рукой в сторону, указав на скрытую фальшь-дверь, а сам, выразительно приподняв бровь, осматривал мою форму. — Полотенца чистые. Иди.

Неловко оглядываясь, дошла до двери, а затем зашла в гигиенический отсек. Душевая была не очень просторная, удивительно, как там Адриан помещался.

Воду включила сразу горячую и принялась отмываться, морщась и покусывая губы. Стоило только посмотреть на окрашенные красным потоки воды, как в голове тут же всплывала ужасная сцена с Ноа. Как тогда… Столько же крови.

Растирая лицо, отгоняла прочь все плохие мысли.

Это очень хорошо, что Адриан забрал меня к себе. Одна бы я с ума сошла. Тем более в комнате, где на одной кровати когда-то спал Ноа, а на другой — Аарон. Мне было намного спокойнее при мысли, что за стеной Адриан.

Запрокинула голову, подставляя лицо под упругие струи горячего душа. Монотонный шум воды вгонял в транс. Я стояла так, наверное, очень долго, потому что очнулась от стука в дверь. Крутанула ручку регулировки напора и сипло спросила:

— Да?

— Ты в порядке?

Голос Адриана звучал приглушенно. Я облизала губы и откинула мокрые отросшие волосы со лба.

Сердце еще колотилось, во рту будто бы стоял железистый привкус, но в панику я перестала скатываться. Только тревога и усталость, непомерная.

— Да, я уже выхожу.

Закутавшись в большое серое полотенце, выползла из душа. Вместе с чистотой ощущалась какая-то опустошенность. Так что я даже не сопротивлялась и не удивлялась, когда Адриан, зайдя откуда-то со спины тут же натянул на меня свою футболку, непомерно большую. Еще и бурчал, что долго возилась. Я была на редкость послушной, даже вялой. Наверное, это был откат. Сама не поняла, как оказалась сначала в коконе из одеяла, а потом и в жестком хвате объятий. Мне было тепло, хорошо и спокойно. Глаза закрылись моментально.

Я вдыхала запах Адриана, приятный, пусть и немного резкий, совсем под стать его характеру. Уткнулась носом ему в шею и провалилась в дрему.

Липкий пот холодил лицо. Медленно моргая, я всматривалась в незнакомый потолок и пыталась понять, что это за место. Память возвращалась медленно. Гораздо быстрее я привыкла к полумраку: жалюзи были опущены не до конца и свет фонарей выхватывал часть окружающего пространства. На стуле возле массивного стола висела моя форма.

Копошась и ворочаясь, чуть отстранилась, я будто в капкане была. Адриан спал крепко, хмурясь даже во сне, но продолжал держать меня в объятиях. Привстала на локте: похоже, я ему руку отлежала.

Рыжие волосы в полумраке отдавали потемневшей медью. Растрепались по подушке. Кожа и без того бледная, казалась мертвецки белой. Наваждение ночного ужаса никуда не исчезло, я осторожно коснулась шеи Адриана. Кожа под пальцами просто горела, а пульс, размеренный и плавный, резко изменился.

Не успела руку одернуть, как Адриан проснулся. Сонно потер лицо и, не мигая, уставился на меня.

— Прости, я не хотела будить тебя…

Горячая ладонь упоительно нежно коснулась моей щеки, я вмиг покраснела от жара. Немного хмурясь, смотрела Адриану в глаза, а тот спокойным тоном принялся меня расспрашивать:

— Опять кошмары?

Мотнула головой и зажмурилась. Думала, что он будет недовольным, а вместо этого его мои кошмары заботят? Даже когда я его подняла среди ночи.

Нехотя открыла глаза. Адриан теперь выглядел взволнованным, тоже нахмурился и ждал от меня ответа.

— Ив? Ты в порядке? Давай воды принесу…

— Нет! — крепче стиснула ладонь Адриана, прижимая ту к своему лицу. — Не надо ничего. Я просто проснулась. Кошмары были, но они с каждым днем становятся все более… аморфными. Наверное, я к ним привыкла.

Ладонь Адриана скользнула ниже. Теперь уже он мой пульс проверял, меня аж в пот бросило. Наверное, стоило бы мужчину и правда за водой отослать.

— У тебя пульс как стук отбойного молотка, Ив.

— Да это не из-за кошмара, — брякнула, краснея слишком явно и очевидно.

Покусывая губы, вглядывалась в теперь уже некогда спокойное лицо Адриана. Оно слишком быстро менялось. Теперь на место волнению пришло искреннее изумление. Неужели он думал, что я все ради красного словца сказала? Согласна, все очень запутанно и неоднозначно, но то, что нас теперь не только моя тайна и узы брака связывали, отрицать было глупо.

— Адриан, я… В общем, я все сказала так, как есть. Но, — отвела взгляд в сторону, — я все понимаю, в этом плане наивности у меня никогда не было. Вовсе не ожидала, что ты окажешься таким человеком.

— Каким?

— Хорошим. Я даже рада, что так все обернулось. Хочешь верь, хочешь — нет, но в моей жизни подобных мужчин не встречалось. Рядом с тобой правда можно обычной, слабой и чувствовать себя как за каменной стеной.

— Это что? Признание? — Адриан усмехнулся, а в его глазах будто огонь вспыхнул, ледяной. Чуть отстранившись, мужчина посмотрел на стену. — В половину четвертого утра?

Мне казалось, что сейчас кровать подо мной задымится. Я еще более упрямо стиснула зубы и выдохнула. Смотрела Адриану прямо в глаза.

— Можно и так сказать.

Адриан вдруг усмехнулся. Притянул меня еще ближе и пригладил мои взъерошенные волосы.

— Вот так встретишь одну занозу и вся жизнь наперекосяк пойдет… А с другой стороны — без этой занозы и жизнь свою не представляешь. Все так привычно, как так и надо. Будто это уже и не заноза, а очень важная часть, которой не доставало.

У меня дыхание перехватило. Адриан склонился и очень нежно поцеловал меня. Мягко, вкусно. Я сама обвила руками шею мужчины в ответ, откликаясь на каждый поцелуй. И это было так… естественно, так ожидаемо.

Я льнула к Адриану всем телом, окончательно отогреваясь, и душевно тоже. Он будто был тем огоньком в темноте, который не только путь указывал, но и отгонял все ночные кошмары, ужасы. Но самым прекрасным было то, что этот огонек за толщей непробиваемого льда видела только я. Только я!

Целуя мое лицо, Адриан опускался ниже, крепко прижимая меня к себе. Я же нетерпеливо избавлялась от мешающего кокона из одеяла, чтобы запустить пальцы в его мягкие волосы, поддаться потоку мягкой, обволакивающей страсти. Потому что Адриан был именно таким. Грел, но никогда не обжигал.

В голове все перемешалось, кровь стучала в висках, я словно опьянела. Выгибалась навстречу, стонала в голос и не хотела, чтобы Адриан останавливался. Ни на миг. А его губы буквально сводили с ума. Дрожь пробирала от прикосновений, от поцелуев, от жаркого дыхания.

Готова была рухнуть на кровать, но вместо этого Адриан подхватил меня руками за талию. Усаживаясь в подушках и упираясь в спинку кровати, нежно прижимал к себе.

— Хочу видеть твое лицо…

От нестерпимого жара было даже больно смотреть, смущение и возбуждение кипели внутри, не давали толком дышать и думать. Я приоткрыла глаза и посмотрела на распаленного страстью Адриана. Видела его невероятно красивое лицо, слышала хриплое дыхание. И не выдержала, поцеловала так, будто жаждала напиться нежностью. Торопливо, жадно и заводилась все сильнее, потому что Адриан в ответ был осторожным, плавным, даря томное тепло.

— Не торопись…

Хрупкие, осторожные поцелуи, словно дуновение воздуха. Он осыпал ими мои щеки, уголки губ, намеренно дразня и заставляя желать большего.

— Дай мне насладиться тобой, Ив, — Адриан перехватил меня за шею сзади, нежно касаясь губами моего виска. — Ты слишком хороша и прекрасна, чтобы куда-то спешить.

Я зажмурилась. От этих слов голова кругом шла. И верила, и не верила. Все было так хорошо, так похоже на правду. Хрупкую, неосторожную, но такую необходимую. Внутри все обрывалось от осознания, что то, что между нами — взаимно. Что же, Натан и Лютер были правы? Я нравилась Адриану слишком давно?

— Ты не умеешь льстить, — ответила со стоном, ощущая, как руки Адриана скользнули вниз, крепче перехватывая меня за бедра.

— Поэтому я говорю только правду.

Адриан на самом деле решил не торопиться. Он вошел в меня плавно и осторожно, давая время не только привыкнуть, но и освоиться. Слишком уж все было непривычно: мне только что передали инициативу.

Жмурясь и кусая губы, едва дышала от нахлынувших чувств. Пальцы Адриана нежно скользнули вверх, пока не впились в мой зад, приподнимая меня вверх. Адриан задал ритм, плавный и ленивый, но от этого еще более пронзительный. Показывал примером, как нужно двигаться.

Я открыла глаза, со стонами смотрела в лицо Адриану и упиралась в его плечи. Было слишком хорошо, чтобы что-то говорить. Медленно входя во вкус, как завороженная вглядывалась в голубые глаза, светлые и такие яркие. Так близко и так интимно. Ловила его дыхание, его стоны, его взгляд. И от этого всего закипала еще больше, готова была поклясться, никто и никогда на меня так не смотрел.

Плавный размеренный ритм сводил с ума, я позволила себе прогнуться и прижаться грудью к Адриану, поцеловать его. Чувствовать его стоны на своих губах. Оставляя за собой на коже жар и тоску, Адриан скользнул рукой вверх, впился в мои волосы пальцами, удерживая меня и не давая отстраниться.

Его движения в ответ вырвали у меня звериный рык, добавили остроты ощущений. Лицо онемело от жара, я будто захлебывалась или задыхалась, прерываясь жадно ловила ртом воздух, но не собиралась сдаваться первой. Мне очень хотелось, чтобы первым попросил именно Адриан. И я готова была пойти так далеко, как можно было, поддаться всем искушениям. Потому что сейчас поняла, что не знаю ни о любви, ни о нежности, ни о близости. Я не представляла себе рамок, горизонтов, глубины. Скользила по верхам, не догадываясь, что же скрывается внизу, под тонкой поверхностью той страсти, что была лишь первым отголоском настоящих чувств.

Мне было хорошо, потому что рядом был Адриан, я была близка именно с ним. Это делало все слаще и приятнее. Как и осознание взаимности.

— Ив, — Адриан говорил низким хриплым голосом, от которого зубы сводило, — если хочешь…

— Хочу…

Момент ликования был коротким. Я просто перестала сдерживаться, наверное, поражая Адриана всей страстностью и пылкостью, на которые была способна. Но и он решил не быть тихоней. Мы будто перешагнули за невидимую черту.

Жесткий рваный ритм, опустошающий, дерзкий. Все уже давно перестало быть обычным сексом. Мы словно признавали яростное, животное утверждение того, что мы принадлежим друг другу, несмотря ни на что.

Мы двигались в унисон, как будто шли привычным путем. Его губы снова нашли мои, глуша мои надсадные стоны, ловя мое дыхание. Я ощущала, как нарастает напряжение внизу живота, волна за волной, с каждым его мощным, уверенным движением. Адриан испытывал что-то похожее, потому что хрипло и сбивчиво попросил:

— Смотри на меня. Я хочу видеть твои глаза.

Я открыла глаза, уходя с головой в небесную голубизну его взгляда. И в этот миг нас накрыло той самой волной, оглушающей, опустошающей. Я кричала, кусая губы и чувствуя, как напрягается Адриан, чтобы с тихим стоном поставить финальную точку.

Мы лежали, тяжело дыша, все еще сплетенные воедино. Оба мокрые от пота и сбитые с толку тем, что произошло этой ночью. Сердце колотилось где-то под языком, едва ли не выскакивая наружу. Я надсадно сипела и смотрела на Адриана, который, к слову, тоже выглядел не особо бодрым. Поймав мой взгляд, неохотно отстранился, чтобы тут же прижать меня к своей груди. Я слышала бешеный стук его сердца, пока Адриан нежно перебирал пальцами мои волосы.

— Как за каменной стеной, говоришь? — наконец прервал тишину Адриан, в его голосе сквозила некоторая веселость. — С тобой никакая стена не выдержит.