ГЛАВА 50

Мы вчетвером наблюдали, как стремительно от нас отдаляются звездные крейсеры имперского флота. Они оставались в зоне подлета, эвакуационный коридор наметили в двадцать минут. Это означало, что именно столько нам бы пришлось ждать поддержки. Опасения командора подтвердили почти все, штаб флота был максимально не в восторге, только выбора не оставалось. Расчет оставался лишь на диверсионную группу.

Заркон никогда бы не остановился в своих поисках. Стоило поставить точку, финальную. Угроза жизни новой императрице воспринималась как экзистенциальная, поэтому наши жизни показались малой платой. Основное недовольство было в том, что, потеряв меня, они бы потеряли единственный ключ к Заркону. Я не обманывалась на этот счет. Лютер, Адриан и Натан — тоже.

Мы уже пересекли границу сектора. Перед нами была полоса мертвого пространства, не только пустого, но и опасного. Где-то там в черноте — наша цель.

Позади раздались шаги. Все трое шли ко мне и явно не с намерением поговорить.

— Мы все подготовили. Если ты не ошиблась с координатами, то пора готовиться, Ив, — Лютер говорил на редкость взволнованно. — Со снаряжением ты знакома, но…

— Ив, тебе придется дать слово, — Адриан резко прервал Лютера. — Нам всем. Это наше условие.

— Условие? — я обернулась, скрестив руки на груди. — Кажется, все решено.

— Не для нас, — отчеканил Натан. — Мы тут посовещались…

Посовещались они! Что-то решили за моей спиной, сговорились. Теперь же просто ставили меня перед фактом. Терялась в догадках, о чем же речь пойдет, но и заранее соглашаться, не зная всего, не спешила.

— То есть? Оставите меня одну?

— Нет, запрем здесь и сами со всем разберемся, — сухо парировал Лютер. — А перед этим ты все нам расскажешь. Времени у нас осталось мало, так что не тяни с ответом, Ив.

Все трое стояли в боевой форме безопасников. Натан держал в руках комплект брони и для меня. Мужчины были настроены очень серьезно, от этого становилось еще страшнее. Будто чья-то ледяная рука стиснула все мои внутренности.

— Так в чем же дело?

— Ты… Ты будешь четко выполнять наши приказы. Любые. И если прикажем оставить кого-то — оставишь. И пойдешь вперед.

Тошнота к горлу подкатила. Почти не моргая, переводила взгляд с одного лица на другое, затем на третье. Нигде поддержки не видела, меня будто в клещи взяли.

— Это не потребуется, — неожиданно жестко отчеканила. — Такая глупость…

— Нет, не глупость, — Адриан вдруг повысил голос. — В этом деле не может быть места эмоциональной привязанности…

Я на негнущихся ногах подошла к Натану и забрала у него легкий доспех. Стиснула его в пальцах и зло поджала губы.

— Кто бы говорил! Разве не эмоции вами сейчас управляют?

— Нет, вовсе нет, — Лютер поддержал Адриана. — Ты — наш козырь, поэтому…

— Поэтому более ценна? Так что ли?

Наш спор прервал механический голос бортового компьютера. Ровный, спокойный и размеренный.

“Точка координат обнаружена. Выход на орбиту. Все системы в автономном режиме”.

Вот теперь точно времени не осталось. На споры, по крайней мере.

“Сканирование будет завершено через час”.

— Хорошо, — сухо ответила. — Я подчинюсь любому вашему приказу.

О цене таких приказов поговорим потом. Поговорим обязательно, потому что я не собираюсь ни сдаваться, ни умирать. А эти засранцы очень сильно пожалеют, если соберутся пасть смертью храбрых.

— Маршрут построен, — Лютер отправил финальный рапорт. Теперь у штаба флота были все данные и координаты. — Зайдем через старые вентиляционные шахты систем охлаждения. Они должны вывести нас прямо к центральному операционному блоку. Если данные, которые борт компьютер успел собрать — верны.

— Они верны, — пробормотала себе под нос. — Чувствую… Заркона. Столько лет, я пряталась, а по итогу — все могло кончится еще раньше. Стоило просто сунуть руку!

— А сейчас мы с головой туда нырнем, — Натан нервно хохотнул. — Веселая поездка.

Обстановку это не разрядило. Суровые и сосредоточенные лица мужчин меня напрягали. Натан понял, что не время шутить, пусть и с оглядкой, тоже посерьезнел. Внутри так все и холодело, только теперь место ужаса сменила чистая решимость.

Адриан покинул нас, чтобы совершить самую мягкую и осторожную посадку. Пристегнувшись ремнями, сидели у закрытых дверей шлюза. Шоковое оружие: дубинки, дуга и увеличенные по мощности боеприпасы. Узнав, что высокое напряжение может бороться с одержимостью Заркона, мы даже не сговариваясь решили, что не стоит убивать тех, кого еще можно спасти.

Адриан был точно, что самым аккуратным пилотом. Очень умело посадил шаттл, а самое главное — незаметно. Я прижимала к себе винтовку и смотрела на собранного и отстраненного Лютера, Натана, внешне ледяного и с выступившей испариной на лице.

На планете была пригодная для дыхания атмосфера, но мы все равно воспользовались масками. Шли друг за другом, шаг в шаг. Впереди возвышалось массивное здание, будто встроенное в скалу. Никакого сопротивления пока не встретили. Лютер с помощью дешифратора вскрыл двери.

Тишина в коридорах древней станции была не просто отсутствием звука, она напоминала Заркона. Будто плотная, вязкая субстанция разливалась вокруг. Мы нарушали ее лишь скрипом подошв по присыпанному кристаллической пылью полу. Воздух в маске пах озоном, холодным металлом и чем-то чужим, сладковато-пряным. Стены, плавные, органические на вид, но холодные на ощупь, были испещрены не светящимися, а словно поглощающими свет черными жилками. Заркон пустил корни даже здесь, превратив станцию в склеп, исказив и обезобразив все своим присутствием.

Мы двигались в боевом порядке. Адриан впереди, его тяжелая штурмовая винтовка слабо поблескивала в полумраке. Дальше шел Натан, почти скрываясь за массивной фигурой командора. Я — за ними. Лютер замыкал строй, он сверялся с портативным сканером. Тот должен был улавливать сигнатуры движения.

Негромкий щелчок предохранителя его винтовки прозвучал в тишине громче выстрела. Адриан замер, словно на инстинктах. Лютер же подал голос, впервые нарушив тишину сознательно.

— Движение. Впереди, у развилки. Не механическое. Люди.

Адриан тут же прижался к стене, утягивая за собой и Натана, подав нам знак. Мы с Лютером последовали за ними. Был небольшой шанс, что нас не заметят. Но я сомневалась, что Заркон и его подручные не чувствовали меня. Призрачный шанс оставался, но он разбился вдребезги.

Несколько пар золотистых глаз уставились на нас.

— Контакт! — Адриан действовал на опережение. — Живо!

Натан и Лютер среагировали быстрее меня, прижали меня к стене и прикрыли собой. Первая стычка закончилась также быстро, как и началась. Но теперь наш путь к Заркону усложнился. Ему нужна была я, одна.

Становилось жарко. Но я не тратила боезапас, только дожидалась очередной отмашки. Нас теснили. Напор усиливался.

— Натан, прикрывай ее и отступайте. Слева были двери в какое-то подсобное помещение.

Натану дважды повторять не нужно было. Он ловко перехватил меня за локоть и потащил в нужную сторону. Я постоянно оглядывалась, вглядываясь в скупые фигуры Адриана и Лютера. И Натан от них не отличался. Нет, не солдат я видела, а настоящих мужчин.

Лютер не ошибся, мы теперь оказались в закрытом помещении, откуда не было другого выхода. Натан прижался к стене и поглядывал в коридор, пока Адриан и Лютер отбивали очередную атаку. Такими темпами мы далеко не уйдем.

Лютер, развернувшись корпусом, добил еще одного одержимого в колено, а затем в голову, и собирался перейти к нам, как вдруг позади нас раздался странный звук. Будто… Будто двери открылись, которых там не было. Толчок в плечо был слишком сильным. Я рухнула на пол, придавленная чем-то тяжелым.

— Натан!

Мне в лицо брызнуло что-то горячее. Стянула маску, пытаясь понять, что произошло. Запахло озоном и рядом послышался грохот.

Позади нас и правда открылись двери, на нас пытался напасть очередной одержимый Зарконом, а Натан… Натан заслонил меня собой. Это его кровь. Она хлестала из шеи. Меня колотило от ужаса и паники. Лютер же успел, зажал рану.

— Ив! — Лютер, перепачканной кровью рукой взял меня за подбородок. — Живо к Адриану!

— Я вас не брошу…

— Не обсуждается. Ты берешь винтовку и идешь за Адрианом, становишься его тенью. А я позабочусь о мальце.

— Он… — я посмотрела на бледное лицо Натана, в его глазах застыл ужас. — Ты же спасешь его, верно?

— Ив! Живо!

Глаза Лютера напоминали темноту пропасти. В голосе сталь звенела. А я дала слово. И пока вновь не открылись двери, я стиснула зубы, прихватила винтовку кинулась к Адриану. Лютер же, убедившись, что я в безопасности, привлек все внимание на себя, пока мы вдвоем с Адрианом не скрылись за углом.

Бежали по коридору, слыша ожесточенную перестрелку за спиной. Я приказала себе не оглядываться и просто стать тенью Адриана, не думать ни о чем плохом.

— Туда!

Адриан схватил меня за руку и утянул к очередной развилке, а оттуда мы попали на лестницу. Сбежали по ней. Воздух стал холодным и затхлым, а еще потянуло сыростью. Перепрыгивали через ступеньки.

Впереди раздался не то вой, не то многослойный шепот, скрежещущий и певучий одновременно, на языке, которого нельзя было понять, но в котором слышалась лишь ненависть. Было такое ощущение, что Заркон стал паниковать. Призвал всех. Сотни шелестящих шагов, скользящих по гладкому полу, сливались в зловещий гул.

— Они повсюду! — Адриан, сменив магазин, дал длинную очередь в темноту, откуда уже бежали к нам десятки фигур. Звук выстрелов в замкнутом пространстве оглушал. — Держись меня!

Выдохнула и встала рядом, пуская в ход свою винтовку. Вдвоем было легче справляться с наплывом.

— Не высовывайся…

— Адриан!

— Я за тебя головой отвечаю. Не высовывайся! — Адриан зло огрызнулся. — Не рискуй зря.

Все вокруг затряслось и загромыхало. Загудело. Свист огня ни с чем спутать не могла. Похоже, Лютер пустил в ход весь арсенал.

Адриан перестал даже отстреливаться. Он просто бежал. Его дыхание было тяжелым, рваным. Тащил меня за собой, выполнял долг.

Позади, далеко-далеко, грохнули два мощных, почти одновременных взрыва. Пол дрогнул, с потолка посыпалась крошка странного камня. На секунду воцарилась тишина. Потом — еще один взрыв, меньше. И… вибрация по полу прокатилась. Мы с Адрианом пошатнулись и замедлили бег. Тяжело и надсадно дыша, переглянулись.

— Идем, — Адриан сипло пробасил. — Идем, Ив. Иначе их жертва была напрасна.

Жертва. Почему Адриан сказал именно так? Почему Лютер остался с Натаном? Почему именно с Адрианом… Сговорились. Решили все.

— Это место мне знакомо, — потянула мужчину на себя. — Нам сюда. Видела эти стены.

Похоже, от оперативного центра нас отделяли лишь одни двери. А нас снова нагоняли. Мы могли и не выдержать. Дешифратор взломал очередной замок довольно быстро. Так быстро, что мы могли бы выиграть еще несколько минут. Нам бы хватило этого! Только Адриан решил иначе.

Толкнул меня внутрь и посмотрел мне в глаза напоследок, будто на ледяную скалу наткнулась.

— Ив, у тебя все выйдет. Ты сможешь!

— Что?

Адриан ударом приклада разбил пульт управления, закрывая двери. Растерянно смотрела, как мужчина уверенно принимает удобную позицию.

— Адриан!

Щелчок. Полная тишина. Я осталась одна. В полной, давящей тишине служебного тоннеля, ведущего куда-то вглубь. Руки тряслись, в глазах стояли слезы бессилия, ярости и отчаяния.

— Я смогу.

Сжала винтовку, не думая ни о чем. Просто шла вперед, чувствуя, что выходило все пока так, как хотел Заркон. Но я знала о слабости, которую хотела сделать своим оружием.

Я вышла на узкую площадку и замерла. Передо мной в центре оперативного зала, на груде некогда полезной техники, возможно, это были суперкомпьютеры, клубилось нечто очень… очень большое. Заркон напоминал мне орган человека, почти живой.

Опустила винтовку. Держала за ремень, пока не бросила ее себе под ноги. Тут она была не нужна. Адриан с боем выгрызал мне минуты, не стоило тянуть время.

Ощущения были знакомыми.

“Ты пришла. Одна. Как и должно было быть. Они были лишь проводниками. Я им благодарен”.

Голос в голове был уже не многоголосым шепотом. Он был единым, мощным, цельным. Он звучал не извне, а из самой глубины моего сознания, будто всегда там был.

“Слияние неизбежно. Ты — недостающий фрагмент. Ключ к целостности. Мы вернем утраченное. Мы станем совершенными. Мы…”

Его “мы” резало слух. Нет. Не “мы”. Мы… Это я и Ивон, отец. Мы, это я, Адриан, Лютер и Натан. Но не это уродливое нечто.

“Они все так беспечны. Им не хватало контроля. Посмотри, я живу на их былом величии. Они отказались принимать меня. С вами все может быть иначе”.

Они? Что же, Заркону не впервые уничтожать нечто живое? Выходит, отец ошибся. Мы наткнулись не на добро, а на зло. Истинное. Экспансия обернулась бедой.

“Брось свое оружие. Оно бесполезно”

Я шагнула на мосток. Черные щупальца сразу же потянулись ко мне, ласково, почти нежно обвивая лодыжки, запястья. Не было боли. Был леденящий холод пустоты. Я шла, и они поднимались выше, охватывая бедра, талию, грудь. Как будто окутывали коконом.

“Возвращайся домой…”

Оружие мне и не нужно было. Вернее, не то, что Заркон принимал за него. И сил хватало, тех остатков, что еще теплились внутри. Достаточно было пробить обшивку. Я это и сделала, сбросив заряд с магнитной дробью.

“У меня уже есть дом. Вернуться нужно тебе. К разуму”.

Взрыв пузырем в Зарконе отозвался. А затем я сделала то, что могла. Стала ключевым проводником. Дотянулась до кабелей и вцепилась в оголенные провода обеими руками. Позади на мониторах промелькнула надпись. Я едва успела разглядеть ее.

АВАРИЙНАЯ ПЕРЕЗАГРУЗКА. ПОЛНЫЙ СБРОС.

Мир взорвался белым светом и абсолютной, всепоглощающей болью. Слышала один протяжный, затухающий крик — крик, стирающий накопленные за эпохи боль, безумие и тоску.

А потом сладкая тишина. И темнота.

Я очнулась от монотонного, успокаивающего писка техники. Лежала на холодном полу у основания какого-то суперкомпьютера. Руки были обожжены, одежда местами обуглена, все тело ломило, будто меня сбил транспортник. Но я была жива. Жива.

С трудом подняла голову. В ней была тишина. Абсолютная, благословенная тишина. А еще видела серебристые нити, которые стеклись и будто бы впитались в технику. Заркон стал тем, чем должен был быть.

Я с трудом встала на ноги. Подошла к панели управления, которая теперь была чиста. На главном экране бежали строки на неизвестном языке, но интуитивно понятные: “СИСТЕМНАЯ ПЕРЕЗАГРУЗКА ЗАВЕРШЕНА. ОСНОВНОЕ СОЗНАНИЕ ИЗОЛИРОВАНО. КОНТРОЛЬНЫЕ ФУНКЦИИ АКТИВИРОВАНЫ. СТАТУС: СТАБИЛЬНЫЙ. УГРОЗА: ОТСУТСТВУЕТ”.

Заркона больше не было. Была живая, мыслящая, но управляемая, жива техника. Инструмент. Я сделала то, что могла. Теперь… Теперь ученые получили шанс исправить все наши ошибки.

Позади раздался скрежет. Ломали двери. Я обернулась, вспомнив об одержимых и винтовок на полу. Но увидела знакомый силуэт и рыжие волосы.

— Вот теперь нам всем пора домой.