Глава 7

Анриэль, белая ведьма

Я почувствовала его ещё на подходе к дому и пожалела, что оставила дверь открытой. Хотя как бы я её закрыла, когда сейчас могла понадобиться моя помощь существам, пострадавшим от нападения изменённых?

И всё же угораздило его заявиться ко мне.

Злость сразу подняла свою голову, этой встречи я не хотела и не желала. Думала, что прошлое меня не настигнет. Пусть сердце до сих кровоточит от несправедливого обвинения и тех ран, которых я не заслужила, но и хорошее осталось… моя дочь. Пожалуй, только ради этого стоило бороться со своей злостью и яростью на него.

Когда я спустилась вниз, то впервые с того дня мои эмоции вышли из-под контроля. Если до этого мне приходилось бороться с обидой, то тут уж меня накрыло.

И единственное, что могло мне помочь вернуть душевное равновесие, — это избавиться от нарушителя моего спокойствия! И для того, чтобы совладать с собой, мне пришлось приказать ему убраться. Больше он мне не будет угрожать, теперь уж я не та девочка, которую легко обидеть и вышвырнуть из жизни, как будто её и не было.

Вдох, и сила разлилась в воздухе…

– УБИРАЙСЯ, – говорю я тихо, но сила голоса пробирает даже меня, носительницу дара.

Но Даррэл не спешит уходить. Понимает, мерзавец, что я была не виновата! Что белая ведьма, единожды убив, станет колдуньей, а если убьёт для защиты, то будет послано ей испытание от Великой Веды, по крайней мере, так рассказывала мне мама, когда я была еще ребёнком.

Делаю ещё один медленный вдох и так же медленно выдыхаю, сила начинает успокаиваться.

Снова требую уйти, но… он знает, что сказать, чтобы я не успела его выставить. И видит Великая Веда, как я этого желала в тот миг.

Но пришлось наступить на горло своей уязвлённой гордости. Бросила быстрый взгляд наверх. Лии не было дома, это я почувствовала.

И провела его в лабораторию.

Только вот его вопросы, и, что ещё хуже, догадки наравне с неопровержимыми данными меня потрясли.

Скверна, жезл с тёмной магией и превращение существ в ходячих гнилых тварей. Кем нужно быть, чтобы делать это? А ребёнок? Как мир может носить настолько ужасных созданий? Ведь наши родители тоже погибли по чей-то прихоти. Хотя… почему по чей-то! По прихоти сумасшедшей колдуньи, почувствовавшей силу и вседозволенность от мощи, текущей в венах. Теперь в этом нет сомнений! Вот пример того, когда белая ведьма не может справиться со своим «демонами». И сколько существ страдает, умирает, остаётся сиротами или покалеченными из-за того, что белая ведьма не справилась с собой, со своим внутренним злом и страстями, которые в один миг обуяли её душу.

Слушая его рассказ, я всё больше прокручивала свои же мысли, которые всё чаще стали меня посещать.

Я – белая ведьма, которая постоянно борется с собой.  Может ли быть так, что чем сильнее внутренняя борьба, тем сильнее становлюсь я? Ведь каждый раз, как мне кажется, силы приходит ещё больше. Но вместе с ней и ответственность, это безусловно, ведь сила неотделима от ответственности.

И спросить о моём наблюдении не у кого, брата не считаю, ведь он тоже чувствует прилив сил после того, как побеждает своих «демонов». Матери нет в живых, а те ведьмы, которых мы встречали, о таком и не помышляют. Да и понятно, испокон веков таких как мы растят как бесхребетных и бесхарактерных существ, которые делают всё, что им скажут: во благо, разумеется, и неважно, что иногда это благо не доходит для простых существ. Собственно говоря, такие ведьмы и не ведают этого. Существ, наделённых властью, хватает в каждом городе.

Так не значит ли это, что однажды кому-то просто нужны были собственные послушные белые ведьмы, и эта позиция воспитания в нас так укоренилась с веками, что и продолжает до сих пор главенствовать? Быть добром и нести добро – это вовсе не значит не знать, что такое зло и страсти. Я бы сказала, что даже наоборот, ведьма или ведьмак, столкнувшийся со злом в душе и победившей его, станет по-настоящему сильным духом и телом и будет способен нести свет и помощь существам, ведь ему знаком обратный путь во мрак.

Так и получилось, что мы с Лорейном иные. Его открытие дара вообще расходится с общепринятым. В тот ужасный момент он не думал о том, чтобы уничтожить всех виноватых, он поборол в себе гнев и ярость и пожелал излечить меня и помочь всем нуждающимся. И Веда даровала ему её, белую магию для помощи нуждающимся. Ведь именно в этом наша задача существования, мы будем помогать своим даром тем, кто пойдёт против зла и скверны. Будем защищать наших воинов.

Вот ещё одна особенность: Великая Веда, карая оступившихся и недостойных, своего же дара белого не теряет.

Мои чувства к Даррэлу не должны мешать нести свет. И если нужно будет его терпеть ради будущего нашего народа, ради того, чтобы дети не были сиротами, и существа не гибли, то я потерплю его компанию.

Остаётся только совладать со своими мыслями и воспоминаниями. Надеюсь, на сегодня мои потрясения закончатся?

Как же я была наивна…

Пока я шла по рынку, мне пришла мысль: а что, если попытаться отследить тьму с помощью света? Попробовать почувствовать её. Ведь каждая колдунья была ведьмой, белый дар поменялся на тьму, а по сути это две стороны одной медали. Пусть она и тьма, но из света же произрастает, корни же одни.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Почему раньше до этого никто не додумался? Почему никто не просил помощи у белых?

Да потому что нас и так мало, да и кому могло это прийти в голову. Малейшее потрясение, и можно получить из белой колдунью. Хрупки слишком белые.

А что, если в этом тоже есть скрытый смысл?

Хм, не нравятся мне мои мысли, слишком уж они походят на заговор и осмысленное ослабление дочерей Великой Веды.

В любом случае мне стоит отправиться с Даррэлом на поиски изменённого. Заодно и проверить мою теорию.

Я хочу, чтобы наши дети жили в безопасности.

Стоит докупить ещё трав, чтобы сварить дополнительные зелья: тонизирующее, зелье для усиления регенерации, если вдруг кто-то будет ранен, ведь наверняка я израсходую за первую попытку применения дара на подопытном большую часть резерва. А оставлять воинов без помощи я не могу. Обеззараживающих и заживляющих зельев пусть будет ещё больше. Воины сильные, а потому смогут всё унести.

Только вот…

Нужно заказать у стеклодува больше сосудов, а потом зайти к ювелиру, потому как некоторые зелья необходимо заливать в сосуд с напылением серебра, тогда целебные свойства раствора усиливаются в несколько раз. Это моё собственное открытие и мой секрет.

Надеюсь, знакомый ювелир ещё не закрыл лавку.

На улице уже вечерело.

***

Даррэл, князь клана чёрных волков

Обойдя все дома вокруг площади, мы поспрашивали о том мальце, которого я успел запомнить до того момента, как он резко изменился. Вот и выходило, что он с семьёй жил на окраине. Родители его погибли в этой бойне. Их тела, как и положено, сожгли, и о том, контролировали ли их, мы не узнаем, а ведь было бы неплохо. По крайней мере, мы узнали точно, что они в последние дни не покидали города и вели себя вполне обычно. Их даже видели на празднике. В доме тоже ничего необычного не нашли.

– Князь, что не даёт тебе покоя? – я уже минут пять стоял у окна и пустым взглядом смотрел в него, а в голове крутились нерадостные мысли.

Мы что-то упускаем. Вот как колдунье удалось незамеченной пробраться в город и заполучить мальца? А ведь никто из опрошенных не видел колдунью, да и слух бы давно разлетелся по городу, если бы её кто-то заметил. Всё же внешность у них специфическая. Угольно-чёрные волосы, глаза, наполненные тьмой, и рисунок чёрных вен, проступающий на лице. Если увидишь такую, не забудешь никогда.

– Как так вышло, что колдунья прошла в город незамеченной? Ведь никто не видел её, – повернулся я к Гору.

Тот свёл брови в кучу, и та догадка, которая отразилась на его лице, заставила черты лица ещё больше заостриться и нахмуриться.

– Ты полагаешь, у неё есть сообщники из обычных?

– Не хотелось бы в это верить, но и исключать такого поворота событий не можем. Да ещё и эти камни.

– Это кем же надо быть, чтобы помогать такой твари? – сжал кулаки Гор.

– Полагаю, такой же тварью, – я замолчал. В этот миг каждый из нас думал об одном.

– Ладно, Гор. Здесь мы уже ничего не найдём. Будем надеяться, что Грэму повезёт больше. Мне нужно зайти к ювелиру, – сказал я и первый прошёл на выход из небольшого домика практически на окраине города.

Спустя некоторое время мы обнаружили лавку ювелира, я поднялся на крыльцо. Но не ожидал услышать звонкий окрик Ромины:

– Любимый, подожди, – видимо, она решила что-то купить в дорогу. – Какая удача, ты собирался зайти к ювелиру, – скорее утвердительно произнесла она, да и как тут можно не понять, ведь я стоял у двери в мастерскую ювелира.

Глаза Ромины загорелись. И как раньше не замечал этого? Но я всё равно собирался ей преподнести подарок, вот как раз сама и выберет.

– Проходи, Ромина, – сказал я и придержал для неё дверь.

– Доброго вечера, чем могу быть полезен? – проговорил гном и снял с себя очки с большими окулярами.

Ромина посмотрела на меня, и я кивнул ей.

– Выбирай, что хочешь, – сказал уже вслух.

– Что-то особенное милая леди желает? – осведомился мастер.

– Да. Правда, не уверена, что смогу у вас найти что-то стоящее, всё же мой вкус очень взыскателен, но тем не менее. Принесите мне лучший ваш комплект: колье, браслет и кольцо, – высокомерно проговорила она.

Я прислонился бедром к ближайшей витрине и сложил руки на груди. Пусть я никогда и не жалел денег на своих женщин, но тот тон, которым стала говорить Ромина, меня напряг. Неужели она настолько стала разбалованной? А что было бы, если бы я избрал её? Хорошо, что сейчас всё закончится.

Мастер-гном достал комплект из красных рубинов. Очень красивая работа и изящная. Ромина, конечно, больше для вида покривила лицом, но было видно, как мне, так и мастеру, что ей он пришёлся по душе.

– Берём, – решил сразу вмешаться и не растягивать нашу встречу здесь.

Я ещё хотел с Гором отправиться за город, чтобы посмотреть, с какой стороны пришли изменённые.

– Ох, любимый, ты так щедр… – не ожидавший того, что Ромина бросится мне на шею и поцелует в губы, я опешил и не сразу понял, что мы тут не одни.

Посмотрев в сторону, чуть не взывал от досады. Только я решил, что уже хуже провиниться нельзя, как тут же подставился перед Анриэль.

Именно она только что зашла к ювелиру.

Ромина же ещё громче сказала.

– Подождите, я хочу ещё раз примерить этот комплект, что любимый мне купил.

Но надо отдать должное Анриэль, по её лицу сложно было что-то понять, настолько хладнокровным и замороженным оно было.

Более того, нам с мастером было и без того ясно, для кого сейчас разыгрывается этот спектакль. Гном только осуждающе посмотрел на оборотницу и покачал головой. Но той не было до этого никакого дела, не знаю, какую цель она преследовала и почему решила себя так повести перед белой ведьмой. Всё же женский разум мне до конца не понять.

– Ромина, заканчивай, – строго произнёс и осадил её, когда она попыталась что-то ещё сказать. – Упакуйте этот комплект, – сказал я.

– Я хочу ещё брошь, – надула губы любовница.

Мне это порядком уже надоело, и более глупо я себя не чувствовал никогда. И пока Ромина ходила и осматривала витрины, я наблюдал за Анриэль.

– Господин Нириг, я хотела снова попросить вас об услуге, – улыбнулась Анриэль гному.

Да я чуть не упал от такой искренней улыбки, ведь уже и забыл, как она выглядит, потому что мне сегодня досталась только неприязнь со стороны моей ведьмы. Но всё равно наблюдать за ней было одно удовольствие.

Хоть и не представлял, как буду объясняться с ней из-за того, чему свидетельницей она стала. Как же всё трудно…

– Конечно, для вас всё что угодно. Вы же знаете, – наградил её тёплой улыбкой мастер-ювелир.

– Я договорилась со стеклодувом, и завтра его посыльный принесёт вам несколько ящиков колб и сосудов. Сделайте напыление, как обычно. Вот это за работу, – протянула она мешочек с золотом.

– Нет, Анриэль, не нужно, пусть это будет моей благодарностью тебе, ведь ты спасла немало жизней в ту ночь. Так что убери деньги, не обижай меня, – покачал головой гном.

Анриэль слегка улыбнулась.

– Тогда не буду отказываться от такой благодарности. Пусть вас убережёт Богиня-Мать, господин Нириг и… – она замолчала и бросила беглый взгляд на гнома, а потом осуждающе покачала головой.

– Ну что же вы так запустили себя, – она протянула руку и дотронулась до его руки. Её же рука засветилась белым светом.

Спустя минуту господин Нириг присел и произнёс:

– Ох, надо же. Я так привык к боли в спине, что уже и не обращал внимания, да и шея перестала болеть, – он покрутил головой в разные стороны, словно хотел удостовериться, не померещилось ли ему.

– Что же вы сразу ко мне не пришли?

– Не хотел беспокоить по пустякам.

– Знали бы вы, по каким не пустякам меня беспокоят, вмиг бы выбросили такие мысли из головы, – улыбнулась она, и ювелир ответил ей тем же. – Тем более, мне не хочется потерять такого талантливого мастера.

– Скажете тоже, – даже немного зарделся этот мужчина.

А я вмиг задумался, хорошо, что он смотрел на неё как на дочь, а то я уже было чуть не приревновал её к нему.

И как же в этот миг мне хотелось что-нибудь выбрать и подарить ей, впервые, надо признать. Обычно я сам приводил женщин, и они уже выбирали себе, что хотели. Но сейчас мне хотелось самому выбрать что-то подходящее ей, не вычурное и тяжёлое, а изящное и лёгкое.

Распрощавшись, она вышла, так и не взглянув в нашу сторону.

– Любимый, я выбрала, – пропела Ромина и указала пальчиком на прилавок.

Не глядя, сказал.

– И это тоже упакуйте, – и уже повернулся к Ромине, чтобы сказать ей. – Подожди меня на улице.

– Хорошо, только знаешь, мне ещё нужно посетить обувщика. Может, ты… – но я сразу перебил оборотницу, что за глупость с её стороны.

– Нет, увидимся позже и погорим. У меня ещё остались дела в городе.

Хоть она и поджала губы от недовольства, но развивать тему не стала и, сразу согласившись, вышла.

– Господин Нириг, – обратился я к мастеру.

– Да, слушаю вас, – как-то уж слишком хитро прищурился он.

– Я хотел бы сделать подарок, что-то особенное и необычное.

– Хм, – еще хитрее прищурился он и, подумав, добавил. – Если это для той, о ком я думаю, то смею предложить вам вот эту подвеску.

Он достал квадратный футляр и открыл его. На красной бархатной подложке лежала подвеска на тонкой и изящной цепочке из белого золота, кулон же был в виде искусно отлитой волчицы, работа настолько тонкая и красивая, что, казалось, ещё миг, и она устремится вдаль. Белая волчица была превосходна. Глаза же её были сделаны из жёлтого драгоценного камня.

– Красиво. Только не слишком ли просто? – пусть и сделана она очень искусно.

Гном же тихо посмеялся на мой вопрос.

– Главное — это те чувства, которые вы вкладываете в свой подарок. И, кроме того, поверьте мне, если даже вы купите комплект не хуже чем той… хм… даме, то смею сказать вам, что сразу же вернёте мне его обратно, – после этого он завернул кулон с цепочкой и протянул мне. – Не разменивайтесь, князь, – сказал он мне, серьёзно посмотрев в глаза.

Я только согласно кивнул.

– А что за напыление вы делаете для Анриэль? – поинтересовался.

– О-о-о, наша ведьма очень талантлива и постоянно экспериментирует, так вот, она пару лет назад установила, что некоторые зелья, если их хранить в стеклянных сосудах с серебряным напылением, увеличивают свои свойства. С тех пор я для неё выполняю подобные заказы. И, кстати, не будь вы князем, я бы вам о таком и не рассказал. Так что сделайте нужные выводы, – подмигнул мне господин Нириг.

Я отблагодарил его и за информацию, и за подсказку в выборе подарка, осталось только выждать, когда же подвернётся случай. И напоследок, остановившись практически у двери, спросил:

– А почему волчица?

– Так вы… хм, – как-то странно посмотрел на меня гном. – К сожалению, мне нужно закрывать лавку, князь, моя Гретта очень не любит, когда я опаздываю на ужин, – я лишь хмыкнул, не хочет говорить, так бы и сказал.

Распрощавшись, я отправился с Гором за город, чтобы пройтись по следам, оставленным изменёнными. Обернувшись в огромного чёрного волка, я подождал, пока Гор закончит с оборотом.  Его волк только слегка уступал мне по габаритам. Мы сразу же понеслись в глубь леса. Спустя час бега стало ясно, что пришли они с запада, – клан бурых, они там тоже неслабо страдают от нападок тварей. Продолжать двигаться на запад мы не стали.

Я мысленно проговорил Гору:

«Дальше следовать бессмысленно. Дождёмся подкрепления и отправимся до конца. Сейчас же это верная гибель, вдвоём нам долго не продержаться, да и помощи ждать будет неоткуда».

«Согласен, князь».

«Надеюсь, Грэму удалось что-нибудь узнать о поражённых контролирующим артефактом существах».

Обратный путь был в разы короче, потому что не приходилось отвлекаться на мелочи и поиск следов.

В город мы уже входили в человеческом облике, я снова накинул глубокий капюшон на голову.

Думаю, Анриэль уже успела сварить необходимые зелья.

– Гор, если Грэму ещё требуется помощь, то помоги ему. Я же отправлюсь к Анриэль и заберу заказ.

– Князь, я хотел спросить. Имя ведьмы редкое, и за всё время я знал только одну Анриэль – твою истинную...

– …пару, – закончил за него. – Да, Гор. Это именно она, – вздохнул я и посмотрел на него.

– Твою мать! Князь! Но ведь тогда получается, что она не виновата. Белая ведьма не могла убить Изабеллу, – выдохнул неверующе Гор.

– Получается, Гор, получается.

– То-то мне её лицо показалось знакомым, а она изменилась за эти годы, – задумчиво проговорил друг.

– Изменилась. И если бы я только мог вернуть время назад… Ладно, Гор. Отправляйся к Грэму, я скоро вернусь.

– Да, князь, – кивнул друг и отправился в гостиницу, в которой они и остановились.

Я же отправился к дому Анриэль.

Дверь снова была не заперта, видимо, жители города ещё захаживали к ней за помощью. Но того, что я там почувствую и увижу, не ожидал…

***

Анриэль, белая ведьма

– Лорейн, как же ты не вовремя решил вместе с Нисой и Лией заняться приготовлением тонизирующей настойки, – я сложила руки на груди и посмотрела на тот беспорядок, который эти трое устроили в моей лаборатории.

– Нет, мама, всё как раз вовремя, просто все остальные зелья достаточно сложны, и мы не рискнули попробовать их изготовить, тем более тратить твои запасы необходимых трав. Мало ли, нападение повторится, – начала говорить Лия.

– Да, тётя Анриэль, а тонизирующее средство вполне нам по силам. И папа сказал, что присмотрит за нами, – посмотрела своими невозможными красивыми глазами Ниса, она была красавицей, вся в мать.

– Ну мам, ведь тонизирующая настойка тоже может оказать большую помощь воинам, чтобы те скорее восстановили свои силы.

– О, Великая Веда, ладно-ладно, – пришлось согласиться на их уговоры.

Слаженность их речи указывало на то, что они подготовились, а значит, что бы я ни сказала, они уже заготовили ответы. Да и действительно, практика девочкам не помешает, да и тонизирующая настойка может пригодиться в походе. А потому я быстро сдалась.

– Ладно, но, Лорейн, если уж взял над ними шефство, то не отходи далеко. Эта настойка окажется весьма полезна. Хочу, чтобы всё получилось как надо, – улыбнулась я девочкам, и они просияли в ответ.

– Ух ты! Ниса, ты слышала, наша настойка может действительно помочь, – обрадовалась дочь.

– Не будем отвлекаться тогда, а приступим, – ответила Ниса, очень сильно настроенная сварить всё как надо.

– Я пока тоже займусь изготовлением зельев. Только, девочки, сохраняйте чистоту и не торопитесь. Если вдруг возникнут вопросы, обращайтесь к нему, – я ткнула пальцем в брата и мило оскалилась. Тот лишь закатил глаза на мою выходку и подошёл к Нисе и Лии. Девочки наперебой стали рассказывать Лорейну об ингредиентах и их правильной подготовке перед использованием.

И пока мои домашние заняты, займусь заказом. Только вот странность, что-то давно не слышала и не видела моего кота.

«Не к добру это», – подумала я, но развить эту тему не успела, потому как погрузилась полностью в работу.

Спустя два часа я всё-таки оторвалась от своих котелков.

– Ну как успехи? – улыбнулась краешком губ. Девочки сияли, а Лорейн их хвалил.

– Они молодцы. Хорошая настойка получилась.

– Отлично! Я тоже практически закончила, осталось только дождаться, когда всё остынет. Так что предлагаю перебраться на кухню и выпить моего нового травяного сбора вприкуску с пирогом.

– А пирожные? – спросила сладкоежка Лия.

– Ладно. В честь хорошо сваренного зелья, так уж и быть, и пирожные будут.

– Ура-а-а, – закричали девчонки и рванули на кухню.

– Пойду присмотрю за ними.

– Хорошо, я пока в подвал спущусь. Нужно взять ещё бутыль с верелиской. Хочу кое-что проверить.

– Ладно, только не задерживайся, а то сбор остынет. Знаю я, сейчас твою светлую голову посетит новая идея, и ты пока не проверишь её, не успокоишься, – хохотнул брат и пошёл на выход.

Ну, что есть, то есть.

Только вот стоило вернуться из подвала в лабораторию, как то, что я почувствовала, заставило меня всё бросить и побежать к входу в кухню.

Чёрный огромный волк стоял в коридоре у двери в кухню, он слегка пригнул голову и скалился. Рычание, которое раздавалось, напоминало раскаты грома.

Стоило мне только его увидеть, как злость подняла свою голову: после того спектакля он ещё смеет заявляться ко мне сам! Да ещё и рычать на моих девочек и брата.

Я даже не поняла, как обернулась и зарычала на него, сразу пришли обида и ярость. Не знаю, что он хотел сделать, но так просто я это не оставлю.

Рычание было громкое и грозное. Волк, который уже, казалось, готовился к прыжку, резко развернул свою огромную чёрную морду с янтарными глазами с мою сторону.

Только я не стала всматриваться в его глаза, не стоит недооценивать противника. Пригнувшись, прыгнула на него и укусила за шею, но тот не сопротивлялся, всё-так же пребывая в каком-то немом ступоре. Он только попятился, и как только я поняла, что оборотень не собирается нападать, стала просто его отталкивать к выходу из дома, скалясь и рыча на него, но того, что он вдруг ляжет на пол и положит свою голову на лапы, я не ожидала. Весь его вид говорил о том, что он не сдвинется с места. Но и превращаться Даррэл не спешил, все продолжая смотреть в мои глаза, и то, что я видела там, мне не нравилось.

Поздно, волк.

Печаль была там.

Последний раз рыкнув, я повернулась в сторону кухни и посмотрела туда.

Лия бросилась ко мне и, обхватив за шею, повисла на мне. Брат сложил руки на груди и вышел в коридор. Сила, которая разлилась в воздухе, явно говорила, что её хозяин не в духе.

– Мама, кто этот волк? Он такой огромный. И почему он на нас рычал? – зачастила моя испуганная дочь.

Волк при этих словах поник, но мне было всё равно. Конечно, я понимала, что рано или поздно он узнает. Но… хотелось бы позже.

Я вздохнула и набралась сил.

Потом обернулась и прижала к себе Лию, смотря ей в глаза.

– Этот волк…твой отец. Его зовут Даррэл, князь Чёрных, – проговорила я ровным голосом, ведь очень старалась не дать слабину и погрязнуть в пучине болезненных воспоминаний.

– ЧТО-О-О???! – проорал диким голосом… кот. – Кто-о-о? Он, – орал Повелитель, распушил шерсть и стал надвигаться на волка, который совершенно не смотрел на него, он смотрел на Лию.

Пришлось щёлкнуть пальцами и заставить кота замолчать. Вот не тот он выбрал момент для своего фееричного появления из небытия, в котором пребывал целый день.

– Мама, это правда? – указала рукой Лия на чёрного волка, который при этом начал медленно и плавно вставать и подходить к нам.

– Анриэль, – холодным голосом проговорил брат.

– Не надо, Лорейн, – покачала я головой, понимая чувства брата. Только вот дочь не виновата ни в чём. И если она захочет с ним общаться, я не буду препятствовать. Наши разногласия — это только наши проблемы.

– Так это из-за него ты чуть было не поддалась… – зло сверкнул глазами Лорейн, но не договорил, увидев мой предостерегающий взгляд. Однако волк резко развернул голову в его сторону и потом обратно на меня, долго и пристально рассматривая.

Даже не хочу знать, о чём он там думал.

Волк снова начал движение и подошёл-таки вплотную к нам.

Моя рука было дёрнулась, чтобы зарыться в его блестящую, длинную, густую шерсть, но я пресекла это. Хотя сомневаюсь, что этот манёвр остался не замеченным им. Лия же не стала себя сдерживать и сделала шаг к нему, она несмело погладила его по носу, потом обернулась на меня и, увидев мой кивок, хоть я и не выказывала эмоций, повернулась вновь к волку и уже смелее погладила его по лбу, провела тонкой белой ручкой по ушам. Волк заурчал и боднул её головой в живот, напрашиваясь на повторную ласку.

Лия гладила волка по шее, а тот закрыл глаза от удовольствия и только принюхивался.

Дети для оборотня — это самое ценное в их жизни, их продолжение и наследие.

– Мама, а как так получилось, что… – Лия снова повернулась ко мне и попыталась спросить, но я её остановила. Честно сказать, уж к этим откровениям была не готова, точно не сегодня и тем более не сейчас.

– Детка, милая, давай не сейчас.

Пусть она и нахмурилась, но кивнула, соглашаясь со мной.

Нарушил тишину Лорейн.

– Нам нужно поговорить, с тобой Анриэль, а потом я поговорю и с этим князем.

Вот никакого уважения к власти.

– Лорейн, только не сегодня, ладно? Я знаю, что задолжала тебе объяснения, но подожди ещё, – сказала устало я и потёрла переносицу двумя пальцами.

– Сперва мы погорим втроём, – кивнула на дочь и волка. Волк хмурился.

– С вами точно будет всё в порядке? – спросил Лорейн, собираясь на выход.

– Да.

– Если что, волк, так и знай. Я тебя из-под земли достану и выверну всё твоё добро наружу. И поверь, тебе этот процесс не понравится, – холодно сказал брат и при этом смотрел в немигающие глаза волка.

Тот же, обернувшись в человека, не менее твёрдо ответил:

– Этого не потребуется.

Брат и князь ещё какое-то время мерились тяжёлыми взглядами, пока я не сказала:

– Лорейн.

– Тихой ночи, Анриэль, Лия, – бросив ещё один взгляд на меня, в котором так и светилась жажда заставить меня говорить, вышел вместе с Нисой.

Дверь закрылась. Стук закрываемой двери раздался в тишине дома, мы стояли и не знали, с чего начать разговор. Не знаю, сколько бы мы так стояли, если бы не Лия.

– Мы заварили мамин новый травяной сбор, может быть… – посмотрела она в сторону кухни.

Я тоже отмерла и всё же выдохнула.

– Да, от сбора я не откажусь, – хрипло проговорил Даррэл, было слышно, как трудно ему давалось спокойствие.

Только вот мне не холодно и не жарко от этого…

Всё то время, что Лия делала сбор и наполняла наши кружки, я не смотрела на волка, но при этом знала, ощущала каждой частичкой своей кожи его пристальный взгляд, который то и дело смещался на дочь.

Мы сели за стол, и Даррэл начал разговор, полностью завладев моим вниманием.  

– Анриэль, я хотел бы попросить у тебя прощения… Понимаю, что моих слов будет мало.  По моей вине ты перенесла многое… – взгляд словно проникал  в душу, и у меня не было шанса усомниться в словах Даррэла. – И если бы я только мог всё исправить, то непременно это сделал бы. Начал бы с того, что лучше узнал бы тебя, – он стиснул пальцы, которые лежали на столешнице стола, в кулак, костяшки выступили, а рука побелела от того, с какой силой это было сделано.

Я понимала, о чём сейчас пойдёт разговор, и прежде чем начать его, нужно было избавиться от маленьких ушек, которые с любопытством прислушивались к нам.

Всё же ребёнок не должен участвовать в разговоре взрослых, тем более наши разногласия её не должны касаться. А какие будут у них взаимоотношения, уже зависит от Даррэла.

– Даррэл, подожди. Уже поздно, и Лии пора идти спать, – произнесла я и посмотрела на дочь.

Та сразу насупилась и сморщила носик.

– Ну ма-а-ам, я только что увидела отца, – и бестактно показала на него пальцем. – И почему мне нельзя остаться? Мне тоже интересно, почему он тебя оставил, ведь ты мне никогда не говорила о нём, – обвинительно посмотрела на меня.

– Лия! Так, марш наверх. Не беспокойся, с тобой мы тоже поговорим, – выдохнула я.

– А если он опять уйдёт, и я так и не узнаю ничего? – снова показала на отца Лия и вопросительно вздёрнула брови.

И до сих пор молчавший волк хрипло произнёс:

– Не уйду, я тоже хотел бы познакомиться с тобой.

– Разве завтра ты не отправляешься со своим отрядом обратно в столицу? – посмотрела на него я.

– Нет, я этого и не планировал. Мои воины отправятся туда за подкреплением и ресурсами, я же собирался остаться здесь и разобраться во всём.

– Вот видишь, Лия, он пока задержится здесь, и у тебя будет ещё время познакомиться поближе с отцом. Милая, а пока давай ты пойдёшь готовиться ко сну.

– Ла-а-адно, – проговорило это белокурое чудо. – Но только попробуйте меня обмануть, и тогда… – она прищурила глаза и поставила руки в бока, чтобы выглядеть как можно внушительнее.

Даррэл, видимо, не ожидавший такого серьёзного тона от дочери, скрыл смешок за кашлем.

– Лия, мы же дали слово, так что не переживай.

– Тихой ночи, – сказала она нам по очереди, посмотрев на нас, после удалилась из комнаты.

Услышав, что она уже поднимается по лестнице, я обратила внимание на волка.

Выдохнула и продолжила наш разговор.

– Я тоже, наверное, виновата, в том, что не сказала сразу, кто я есть… возможно, тогда это не привело бы к таким… последствиям.

Даррэл смотрел пристально и следил за каждым изменением моего лица.

– Но в любом случае, Даррэл, кем я для тебя была бы, даже если обстоятельства были бы другими? Постельной игрушкой, истинной на пару ночей или любовницей? Мне уже тогда ясно дали понять, где моё место, я повела плечом, словно пытаясь сбросить с себя последствия воспоминания. Обида подкатила к горлу. Я снова посмотрела на князя, ожидая ответа.

– Анриэль. Всё… было сложно… Но…

Начало его речи не впечатлило, и я горько усмехнулась. Перебила, не желая слушать продолжение.

– В любом случае, это прошлое, о котором я не хочу вспоминать. По поводу встреч с дочерью я не буду возражать, но и помогать налаживать с ней общий язык тоже не стану. Это уж без меня, – усмехнулась и встала, больше ни о чём слышать не хотела.

Я пошла на выход из кухни. Стоило разлить зелья по сосудам и, наконец, передать заказ князю. Но не успела сделать и пары шагов, как была перехвачена Даррэлом за запястье и с силой прижата к твёрдой груди. Другая его рука крепко держала меня за спину. Я попыталась вырваться и отойти от столь тесного контакта, но его хватка была железной.

– Анриэль, прости, ты… Ты вскружила мне голову одним только своим взглядом золотых глаз, стоило только тебя там увидеть… А запах… Я не мог просто совладать со своим зверем. Не мог даже подумать, что встреча с истинной, с тобой, вынесет мне мозг… Целая буря желаний и эмоций накроет меня, – говорил он тихо, уткнувшись носом в мою макушку, но я слышала каждое его слово. Перестала вырываться и просто слушала. – Да. У меня уже была избранная, с которой мы были не один год вместе, если так можно сказать, ведь я много времени провожу в разъездах и патрулировании своих земель. Мой волк был не против неё, но и тех эмоций, которые он испытал, стоило только почувствовать тебя, не было никогда. Это было как взрыв, как удар по голове. Я хотел поговорить с тобой и обо всём рассказать, но единственное, что мог на тот момент, – это просто оставить тебя, чтобы не наброситься. Мне нужно было прийти в норму… И когда ты сама пришла ко мне в комнату, я уже не смог себя контролировать, не смог бы тебя отпустить. То, что было потом, — это было потрясающе, и я не думал, что у нас не будет времени на то, чтобы нормально узнать друг друга, поговорить и объясниться. Мы не единственные оказались в такой непростой ситуации, и мы бы обязательно всё выяснили и… – он всё говорил и говорил. А я только и могла бороться со своими слезами, я не хотела, чтобы он видел мою слабость.

– Я рассказал бы тебе о ней… быть моей любовницей или тем более неволить тебя я не стал бы… Я бы справился со своим зверем, просто мне нужно было бы время, если бы ты отказала мне во взаимности. А Изабелла? Проведя с тобой те три дня… Я начал всё больше задумываться о правильности  принятого решения, многое начал прокручивать в своей голове. И если бы только у нас было время, – тяжело вздохнул он и, наклонив голову, втянул воздух у моей шеи, всё так же крепко держа меня.

Он снова тихо заговорил.

– Я понимаю, что нужно было сначала разобраться в себе, а только потом подходить к тебе, ведь ты была так невинна и ещё совсем не знала ничего об отношениях. Я поступил как мерзавец, который не смог справиться с инстинктами. Но те три дня, наполненные непринуждённостью общения между нами, пусть мы и не касались наших личностей напрямую, и искренними чувствами, о многом мне сказали.  Я видел, что тебе нравлюсь и интересен как мужчина, а не как князь. Что ты искренняя со мной. Осознавал, что ты будешь меня любить, даже не зная, кто я на самом деле. А твоя забота… мне так нравилось получать её от тебя… твои глаза, наполненные радостью и счастьем. Я желал создать семью с тобой.  Ведь не зря же Богиня соединила нас и дала шанс узнать друг друга… – он замолчал и, видимо, дальше собирался с мыслями.

– Но после того как я увидел смерть… Изабеллы. Мир рухнул… Я подумал, что всё то, что между нами образовалось, было лишь сном и моими мечтами, не основанными на действительности. А действительность оказалась ужаснее, чем я мог себе представить. Когда ты стояла с кинжалом, а она умирала на моих руках… думал, что ты так решила расправиться с соперницей… Та ситуация, которой я стал свидетелем, не предполагала другого толкования, – говорил он и глубоко вдыхал у основания шеи, видимо, мой запах помогал ему успокоиться, ведь я слышала, как бешено бьётся его сердце.

А его слова… Конечно, та ситуация выглядела более чем однозначно. Я с кинжалом в руке и умирающая оборотница. Кого теперь винить в той ситуации? Кто виноват больше, а кто меньше? Он или я? Или мы оба в какой-то степени совершили ряд ошибок, что в итоге привело к плачевному исходу. Кто виноват в том, что иногда наша голова отказывает и мы поддаемся негативным порывам. Рубим сгоряча. Почему? Почему мы встретились при таких обстоятельствах? Одни вопросы, и как мало ответов. А знать бы еще, какие ответы правильные, а какие нет. Как же сложно и больно, что мы прошли через это. Каждый жил с этим грузом и мирился. Он – с тем, что его истинная – убийца, а я с тем, что он не смог понять, что я белая ведьма, и выгнал меня. И вот теперь, когда мы научились жить друг без друга, судьба снова сводит нас вместе.  Что за план у неё на нас и станем ли мы снова жертвами обстоятельств? Как же сложно жить…

Всё это проносилось в моей голове, пока Даррэл что-то шептал, я едва улавливала смысл его слов. Продолжала бороться с эмоциями, спазм боли сдавил горло, мне казалось, что и дышать я забывала. А он всё шептал и шептал, судорожно вдыхая мой запах.

– Но и, увидев это, я просто не смог… не смог… – как-то сумбурно продолжил он. – … как же я рад, что тогда смог отпустить тебя и… не совершил ужасного и непоправимого… и если бы я только знал… только бы спросил у тебя… ведь понимал, что ты не обычная человечка… но чувства, которые ураганом обрушились на меня… затмили всё… думал будет время… – он начал судорожно покрывать шею поцелуями, хватка на талии стала ещё более сильной.

Он явно уже был не в себе, сердце бешено стучало у него в груди, я снова попыталась отстраниться, но это не помогло. А бормотание всё продолжалось.

– … почему…почему ты не сказала, что белая…сколько бы это… решило проблем… я бы не потерял тебя…Анриэль…Моя…Анриэль… Дочь…как же она похожа на тебя…такая же красивая, как и ты… Ты моя Луна, Анриэль.

Его состояние явно стало меня напрягать, стоило остудить его и привести в чувства, потому как одна рука уже начала оглаживать всё то, что находится ниже спины, а другая собирала складками юбку платья на моей ноге, оголяя бедро. Поцелуи перешли с ключицы в зону декольте.

Пришлось применить к нему заклинание успокоения и обездвиживания. Хватка сразу ослабла, и я подставила ему плечо.

Такой он мне нравится больше…

Я опустила не сопротивлявшегося князя на стул рядом. Сверкавшие янтарные глаза выдавали всё то, о чём он думал, ну и не только глаза.

– Анр-р-риэль, что ты сделала со мной?! – прорычал он и как бы ни пытался злиться и тем более скинуть оцепенение, никак не мог. Заклинание спокойствия в моём исполнении — это убойная вещь.

– Расслабься, Даррэл, а то ты явно взял курс на близкое сближение. Пусть в той ситуации и я неверно и очень опрометчиво себя повела, доверившись тоже своим инстинктам, а не разуму, с которым обычно и жила, но ты верно заметил: инстинкты захлестнули и меня, ведь опыта у меня совершенно не было. И да, я БЫЛА, – специально подчеркнуло это слово и видела по его глазам, что он со мной не согласен, но продолжила. – Была в тебя влюблена. Ты для меня тогда был всем, и мне было совершенно всё равно, кто ты. Я готова была любить тебя любого… Но есть то, что есть. Теперь я не та наивная и глупая ведьмочка. А потому, голову я не теряю. Как показала практика, жить чувствами не самое безопасное для ведьмы. Так вот, напомню твоему снова отключившемуся мозгу, что ты в отношениях! – ткнула в его твёрдую грудь острым коготком. – А потому собери мозги, забирай свой заказ и проваливай. Считай, что между нами мы решили все наши прошлые разногласия. Но что касается нынешнего положения дел, то кроме как деловых, у нас отношений не будет. Я буду помогать изо всех своих сил бороться со скверной и колдуньями, но чтобы никаких поползновений в мою сторону я и не наблюдала! – прищурившись, сказала и сложила руки на груди.

Куда он сразу же и уставился. Вот же ж!

– Даррэл! – пришлось и мне прорычать, чтобы он наконец посмотрел на меня и ответил.

Он нехотя поднял глаза, ведь только это он и мог делать, потому как оцепенение с него спадёт ещё только минут через двадцать.

– Анриэль, – выдохнул он, еле ворочая языком, я щёлкнула пальцами и помогла его лицу прийти в норму, и оно сразу исказилось в ярости.

Даже так, я удивлённо посмотрела на него.

– Это из-за него? Кто он тебе? – рычал волк.

А я сначала даже не поняла, о ком он говорит. А когда осознала… вот честно, я старалась. Очень старалась. но не смогла сдержать смеха и расхохоталась в голос.

Отчего князь пришёл в ещё большую ярость.

И рычал уже, не переставая.

Отсмеявшись, я произнесла:

– Он –  ведьмак, – пожала я плечами, он же, похоже, совершенно не впечатлился мои ответом, а стоило бы, ведь ведьмаки ещё более редкое явление.

Его всё же больше интересовало, кем приходится мне Лорейн. Собственнические замашки не давали князю здраво мыслить.

– Брат, – нехотя призналась, хоть и была мысль позлить его, но не стала отягощать и так непростые отношения между нами.

Ещё бы брата успокоить, чтобы он не предпринимал в отношении князя никаких карательных мер. Ведь я-то его знаю.

– Хор-р-рошо, – прорычал волк и довольно оскалился. Вот ведь!

– Не скалься, чёрный, я больше не намерена наступать на те же вилы. Понимаю всё с первого раза. Так что тебе ничего не обломится, – сказала, слегка наклонившись и подавшись к нему, смотря ровно в глаза, чтобы он понял, что я серьёзна как никогда. Но его глаза то и дело соскальзывали в моё декольте, грудь в котором стала ещё больше, ведь мои руки были сложены под ней.

Я только закатила глаза и покачала головой. Никакого серьёзного настроя у князя.

Тот уже пришёл в норму и хрипло, нехотя оторвавшись от своего созерцания, посмотрел мне в глаза.

– С Роминой у нас ничего серьёзного и не планировалось, более того, решение о нашем расстоянии я принял ещё до встречи с тобой.

– Так это были откупные, там, в ювелирной лавке, – не спрашивая, сказала я и зло сверкнула глазами, даже толком не понимая, на что злюсь, ведь я точно решила, что между нами ничего нет. – По крайней мере, я в воочию убедилась каким образом, ты награждаешь девушек, когда бросаешь их. Более чем щедро.

Мой тон не понравился князю.

– Я никогда не обещаю того, чего не могу дать. И Ромина знала, что ничего серьёзного между нами не будет, – снова прорычал Даррэл.

Молчание затягивалось.

– Мне кажется, или ты меня ревнуешь, Ан-ри-эль? – вдруг с того ни с сего протянул этот… хм… волк.

– Что?! – шокированно посмотрела на него. – Серьёзно?!

– Более чем, но можешь не отвечать, – довольно усмехнулся он.

– Ой, дура-а-к, – протянул Повелитель, взявшийся из ниоткуда. Видимо, зря я его пожалела и вернула дар речи. – Зря ты так с моей ведьмочкой, я тебе скажу по большому секрету, у неё в родне явно какой-то тёмный потоптался. И от её добра добра не жди, – закончил он, оскалившись.

Я увидела, как посмотрел на кота князь. Более чем подозрителен был его взгляд, собственно говоря, как и у кота, которым он наградил князя.

Нехорошая мысль проскользнула у меня в голове, сбив окончательно весь настрой ругаться с князем, и потому я решила, что пора бы закончить эту беседу, а то она уже явно свернула не в ту сторону.

Я выпрямилась в полный рост и уже сверху вниз смотрела на князя.

– Пойду в лабораторию и приготовлю твой заказ. Через пять минут оцепенение спадёт, – сказала, но не стала дожидаться, пока он снова втянет меня в разговор.

– Анриэль, стой! Мы ещё не договорили. А как же Лия? Я хочу принимать участие в её жизни, – кричал он, ведь я уже повернула в коридор. Пришлось возвращаться, а то этот неугомонный разбудит дочь.

– Даррэл, не кричи ты. Я же сказала, что не буду препятствовать вашему общению, но и помощи от меня не жди. Всё сам, – оскалилась я.

– Добрая ты, – проворчал он, и я заметила, как он уже начал слегка шевелить пальцами, а значит, оцепенение уже сходит.

– Какая есть, – повела плечом и всё же вышла из кухни.