Глава 9

С того звонка с мистером Блэйком прошло несколько дней. Все эти дни я нервно жду от него новостей, хоть какой-то намек про сказанное им.

Ордер. Арест.

И моя свобода.

Меня правда освободят? А Хантера арестуют? Снова?

Нет, этот кошмар не закончится просто так. Постоянно какие-то проблемы, новые трудности, которые как болото затягивают на дно.

Хантер после ранения отлеживается дома. Я и видела то его всего пару раз, когда выходила в столовую. Охраны, кстати, стало больше. Не знаю откуда Хантер взял столько людей, наверное, опять попросил у Ярого, но теперь люди в черном стоят буквально на каждом шагу.

Я украдкой вслушивалась в разговоры его людей — после того, как обнаружила прослушку, каждый день особняк обыскивают сверху донизу. У парней такая работа отнимает все силы. Жалуются вон.

Затем прошло еще несколько дней. По общему счету Хантер находится дома уже неделю. И не похоже, что причина кроется в ране. Приехавший доктор похвалил мои старания помочь ему и оказал профессиональную помощь. Хантеру повезло, что пуля не попала в него, а лишь царапнула.

Покоя не дает еще и мысль об этом. Я, конечно, знаю, что у бандитов бывают свои темы, дележки, из-за которых банды могут повздорить и перерезать друг друга, но этим городом управляет один человек — Ярый, а Хантер его помощник. Тот, кого выбрал сам криминальный авторитет. Так, кто мог напасть на него?

Сам Ярычев? Дженни ведь говорила, что он недоволен тем, что творит Хантер.

От ожидания и неизвестности я сходила сума, но вот одним вечером после ужина, я получаю долгожданный запрос на звонок от мистера Блэйка.

Прочитав сообщение, жму на кнопки, набираю мужчину.

— Белла, — слышу голос полный серьезности и в миг настораживаюсь. — Признаться, вы перевернули мне все дело.

— Я? Что я такого сделала?

— Ваш запрос про Картера Митчелла расставил все точки над и.

— Расскажите мне. Умоляю вас, расскажите, — делаю голос тише. — Я скоро сойду сума в этой напряженке.

— Итак, Картер Митчелл действительно существует. Но, — делает паузу, за которую я жду, прикусив кожу возле ногтей. Нервничаю. — Белла, мне пришлось хорошенько потрясти одного человека, чтобы узнать эту информацию. У меня был компромат на этого старого гада иначе ничего рассказывать бы не стал. Ты еще упоминала про какого-то Ричарда.

— Да, да! — шагаю по комнате в предвкушении, схватившись за голову.

— Так вот, этот Ричард тоже задействован в деле Хантера. Он и есть Картер Митчелл. Только я очень прошу вас не раскрывайте это своему другу.

— Но…почему?

— Все не так, как кажется. Мое появление в этом городе сплошной обман. Меня использовали, чтобы пощекотать нервы одному чиновнику, до которого путь лежит через криминал.

Сразу понимаю о ком речь. Ретт Астрид.

В одном из звонков Дженни произнесла имя Ричард и сказала, что это ее брат. Все сходится. Тогда получается…Боже, это что же получается…? Брат Дженни убил того парня Винсента и переложил всю вину на Хантера?

Повторяю вслух свою догадку.

— Именно, — слышу утвердительно от Блэйка. — Как только я начал искать в базе названное вами имя, все всплыло.

— Как же все запутано!

— При встрече я обо всем подробно расскажу. Не смейте говорить Хантеру о том, что узнали. Единственное, что вы можете ему передать — это то, что Ярычев точит на него зуб. Он хочет устранить его и готовится к нападению.

— Откуда вы знаете? А то ранение неделю назад? Тоже его рук дело?

— Нет, — хмурюсь. Кто тогда? — Я все расскажу при встрече. По телефону слишком долго и…небезопасно. Просто хочу поблагодарить вас за то, что внесли жизненно важные коррективы в мое дело. Моя работа в этом городе подходит к концу. Не позволю, чтобы меня использовали в грязных целях. До встречи, Белла. Ваша свобода близка.

Звонок завершается.

Мое сердце усиленно стучит в груди, отдавая ритмы в ушах.

Прокручиваю наш разговор вновь и вновь и понимаю наконец почему Дженни так резко изменилась. Она тоже узнала.

Господи. Настоящий убийца все это время ходил безнаказанный на свободе, пока Хантер отбывал срок за повешенное преступление? Но как так получилось?

Как я смогу жить зная эту правду? И более того, как сможет Хантер, если узнает?

Мне нужно предупредить его!

Колочу дверь всеми силами. Бьюсь об нее несколько минут, пока ее не отпирают и на пороге не появляется суровое лицо Феликса.

— Вам чего?

— Мне нужно к Хантеру, — толкаю раздраженного мужчину плечом и быстрыми шагами иду по коридору. Феликс, наверное, офигел от моей наглости, постоял опешивший на секунду и в следующую последовал за мной, но я уже открываю дверь в кабинет.

Внутри меня встречают Хантер и начальник охраны. Я прервала их обсуждение, судя по серьезным лицам и документам перед их глазами.

— Ярычев готовит нападение, — выдаю на одном дыхании.

Брови Хантера слегка приподнимаются, а начальник охраны встает со стола во весь рост будто это прямо сейчас понадобится защищаться.

— Что за заявление, Белль?

— Тебя хотят устранить.

Мужчины переглядываются, начальник бросает в адрес боссу, но я тоже все слышу:

— То нападение на днях.

Молчу. Блэйк велел ничего не рассказывать. Да и сама знаю только то, что его ранил не Ярычев, а кто-то другой.

— Когда? — вопрос упирается в меня, черные глаза прожигают своим вниманием. А затем следует подозрительный вопрос, на который я не знаю что соврать. — И откуда ты знаешь?

— Не важно откуда мне известно, — выдавать своего информатора сейчас — верный способ все испортить. Хантер, кажется, что-то заподозрил, но молчит, лишь сверлит меня взглядом, словно препарируя. — И это точно не жена Ярычева, — грустно скалюсь от обиды, что все обернулось через одно место. Если бы я изначально знала, что виноват ее брат, я бы придумала что-нибудь другое.

Блэйк был прав, запретив мне рассказывать Хантеру правду. Он бы не выдержал. Просто не смог бы. Я даже представить боюсь, что он пережил в тот день, когда его ложно обвинили в убийстве и бросили за решетку. Каково это — знать свою невиновность и быть не в силах ее доказать? Эта боль разъедает душу. И все эти годы Хантер жил одной лишь местью, направленной на каждого, кто приложил руку к его заточению.

Но что произойдет, когда он поймет, что с ним продолжают играть? Ярычев, Дженни, ее брат Ричард, даже их отец — все они хранят правду. И держат Хантера рядом с собой, словно ручного зверя. Ему солгали о настоящем имени убийцы, чтобы он не смог добраться до него. Наверняка, в тот день, когда мне показывали записи с камер наблюдения, детектив случайно обмолвился об этом имени.

— Не доверяй Ярому, — говорю твердо, как никогда. Хантер задумчиво опускает взгляд на стол, заваленный бумагами. Видно, как в его голове шестеренки крутятся на полную мощность, складывая осколки мозаики воедино.

Я лишь одного не могу понять — зачем криминальному авторитету понадобилось освобождать Хантера? Почему он одарил его такой властью и приблизил к себе?

Блэйк обещал ответить на все вопросы.

Хантер поднимает взгляд, и я тону в бушующем море его глаз. Сомнения, подозрения, боль — все смешалось в нечитаемый хаос. Он уже что-то понял, но еще не осознал всего масштаба предательства.

Тишина в кабинете давит на барабанные перепонки. Я чувствую, как вокруг него сгущается аура напряжения, готовая вот-вот взорваться.

"Не доверяй Ярому," — мои слова повисают в воздухе, словно вынесенный приговор. Я знаю, что рушу хрупкий карточный домик, который он так тщательно строил все эти годы, но у меня нет другого выбора.

Я знаю, что он не остановится, пока не докопается до истины. И я молюсь, чтобы эта истина не сломала его окончательно.

***

Блэйк и его команда из отдела по борьбе с организованной преступностью ворвались в особняк через три дня.

Казалось, особняк накрыла буря. Охрану профессионально скрутили люди в масках, вооруженные до зубов не хуже, чем люди Хантера. Я наблюдала за происходящим из окна, ожидая яростного сопротивления и жестокой схватки, несмотря на предъявленный Блэйком ордер на арест. Но агентов встретила зловещая тишина.

Хантер стоял на пороге, встречая Блэйка, как всегда, скрестив руки за спиной, в безупречном костюме. Из моего укрытия виден лишь определенный угол, но я готова поклясться, что ни один мускул на его лице не дрогнул.

Он был готов к этой встрече.

Блэйк что-то сказал, затем надел на Хантера наручники и, на удивление аккуратно для закоренелого преступника, усадил его в служебную машину. Всю охрану, до единого человека, включая домработниц, задержали.

Сердце бешено колотится в груди, наблюдая за всем этим со стороны. Я знала, что меня спасут сегодня. Поэтому покорно ждала, когда за мной придут.

Они перевернули дом вверх дном: мебель валялась на полу, картины были сорваны со стен, а на полу сверкали осколки разбитой посуды и стекла. Блэйк осторожно пробирался сквозь этот хаос, держа меня за руку, а за ним следовала команда оперативников, готовых ко всему. Воздух был пропитан запахом пыли и страха.

Смотрю на мужчину, сжимающего мою ладонь, и не могу сдержать улыбку. Такой всеобъемлющей радости я еще никогда не испытывала. Он — мой спаситель. Я бесконечно благодарна судьбе за то, что в тот день он перепутал комнаты и вошел в мою.

Хантер из окна полицейской машины смотрит на нас с ледяной мрачностью.

Все будет хорошо, Хантер. Сегодня все закончится. И мы все обретем долгожданную свободу.

Хантер

Полицейский участок

Облава легавых не застала меня врасплох. Я ждал этой встречи, как неотвратимого приговора, висевшего в воздухе. Если не сейчас, то рано или поздно. Вторжение в мой особняк, опутанный паутиной прослушек, не предвещало ничего хорошего. Сначала тень подозрения упала на Ярого, но дерзкая атака на моих людей, с явной целью моей ликвидации, сразу же вычеркнула авторитета из списка. Не в его правилах было действовать исподтишка.

Ярый не бьет в спину, как трусливая шавка. Он стратег, хладнокровный и расчетливый.

Поэтому имя того, кто осмелился объявить мне войну, по-прежнему тонуло в тумане.

А этот коп под прикрытием, словно червь, прогрыз дыру в моих планах. И связь Белль с ним оставалась загадкой, но признаюсь, эта дерзость меня восхитила. Находясь в заточении, без связи с внешним миром, она умудрилась наладить контакт с агентом и, скорее всего, сливала информацию. Я забыл, что она давно не та наивная девочка, которую я знал. Она выросла, превратившись в опасного игрока.

Поэтому я здесь. В этой мрачной, серой клетке. На допросе.

Агент по имени Блэйк, словно хищник, меряет шагами тесную комнату, его руки, сцепленные за спиной, выдают напряжение. С того момента, как на мои запястья защелкнулись наручники, он не проронил ни слова. И это молчание давит, словно тонна свинца.

Если они намерены упрятать меня за решетку из-за моих темных делишек, то хотя бы назвали причину ареста. А тут — вакуум, полное игнорирование моей персоны.

Наконец, оглушительную тишину разрывает визгливый рингтон. Блэйк вздрагивает, словно от удара током, выхватывает телефон и, нахмурившись, молча слушает собеседника. По лицу невозможно прочитать, что ему сообщают. Короткое "угу", и он отключает вызов, поворачиваясь ко мне:

— Хантер, если тебе дорога твоя жизнь, выслушай меня… — я усмехаюсь, откидываюсь на спинку стула, демонстрируя показное безразличие к его угрозам. — …Не перебивая!

Блэйк с грохотом отодвигает стул и садится напротив, тщательно разглаживая складки на пиджаке.

— Мне известно о твоих связях с Ярычевым, — внутренне я напрягаюсь, но не позволяю ни единой мышце дрогнуть. — У вас договор, не так ли?

Молчу, прожигая агента взглядом.

— Именно он организовал твое досрочное освобождение, хотя тебе оставалось париться на нарах еще два года.

Я шумно сглатываю, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Воспоминания о тюремном аде невозможно вытравить из памяти. Но я терпеть не могу, когда кто-то осмеливается ворошить это прошлое.

— Взамен ты согласился выполнять его поручения. Сам расскажешь или мне раскрыть карты?

— Валяйте. Посмотрим, что вы там накопали на меня.

Агент ухмыляется, словно подтверждая что-то про себя.

— Ты взялся за грязную работу: распространение запрещенных веществ, нелегальная торговля оружием. И все это ради власти. Чтобы что? — он сверлит меня взглядом, но я молчу, как рыба об лед. — Чтобы отомстить тем, кто отправил тебя за решетку. Понимаю твой гнев. Особенно учитывая, что ты был невиновен.

Мои глаза расширяются, а дыхание так резко сбивается, как если бы кто-то передавил мне шею. Откуда он… Что он знает?

Блэйк медленно кивает, внимательно наблюдая за моей реакцией. Раскололся.

— Да, Хантер. Я знаю, что тебя подставили восемь лет назад. И более того, — он подается вперед и шепчет, словно исповедуясь: — Я даже знаю, кто это сделал.

Зверь, дремавший внутри, просыпается, требуя крови.

Я на свободе всего два месяца, и все это время рыщу по следу виновных. Я отомстил своим продажным друзьям, которые за деньги предпочли молчать. Я покарал всех, кто хоть как-то был причастен к моему падению. И если к Тео и Кейт я испытывал лишь жгучую ненависть, то разрушать жизни Макса и Белль было невыносимо больно.

Макс был мне братом, но предал меня, отказавшись говорить правду. Поэтому он заплатил сполна. Я слил аудиозапись его разговора с Белль, где он отказывается от денег, которые могли спасти его больного брата. Теперь его семья будет проклинать его до конца дней.

Но Белль… Я оттягивал этот момент до последнего, потому что не мог позволить себе причинить ей вред. Каждая клетка моего тела сопротивлялась этой чертовой мести, но годы, проведенные в тюрьме, отравили мой разум, затуманили рассудок.

Они не жили моей жизнью.

Не испытали того, что выпало на мою долю.

Поэтому я готов глотку перегрызть любому, кто посмел меня подставить.

— Ваша информация устарела, мистер Блэйк. Я знаю, кто виновен — Картер Митчелл. Но я пока не вышел на его след.

— И не выйдешь, — с излишней уверенностью бросает он, вызывая во мне вспышку ярости. Заметив огонь в моих глазах, агент добавляет: — Не сейчас. Я могу рассказать тебе правду, но ты к ней не готов.

— Да пошел ты к черту! — я с силой ударяю кулаком по столу, но быстро остываю, возвращая себе обманчивое спокойствие. — Расскажите мне все, что вам известно.

Но Блэйк лишь качает головой и смотрит на меня… с жалостью!

— Хорошо! Сколько?

— Сколько чего? — он приподнимает брови в притворном недоумении.

— Сколько вы хотите за информацию. Назовите цену.

— Я пригласил вас сюда не для этого…

— Черт, просто назовите сумму! Я озолочу вас. Перепишу на вас все, что у меня есть, но дайте мне. Эту. Чертову. Информацию.

— Сейчас тебе нужно решить кое-что гораздо более важное, Хантер. А позже, я обещаю, я расскажу тебе все, как было на самом деле.

Его слова не успокаивают меня. Ощущение, что меня снова водят за нос, как марионетку. Что со мной снова играют в жестокую игру.

Но когда Блэйк произносит следующие слова, я теряю дар речи.

***

Я расхаживаю по коридору, отсчитывая минуты и кусая ногти от волнения. Яркие потолочные лампы раздражают глаза, каждый раз, когда открывается чья-то дверь, я вздрагиваю, ожидая, что это мистер Блэйк или Хантер.

Его отвели на допрос, а я себе места не нахожу. Ощущение, что этот ад заканчивается не может не радовать, но одновременно во мне таится чувство тревоги. Перед глазами то и дело флешбеки из прошлого, когда я была тут вместе с друзьями.

Только в этот раз все должно получится. Все должно быть по-другому.

Наконец, дверь из допросной открывается и на пороге оказывается Хантер. На запястьях все еще звенят наручники, но взгляд растерян, а смуглое лицо тронуто бледностью.

Вслед за ним шагает Блэйк и стреляет в меня взглядом. Он что-то шепчет на ухо стоявшему рядом сотруднику, а затем возвращается к нам.

— Мы уезжаем.

Бросает он сухо, берет Хантера за скованные руки и грубо толкает к выходу. Моргнув пару раз, плетусь за ними, прикидывая в голове куда мы поедем.

На парковке у участка нас поджидает черный, угрожающе сверкающий тонированный фургон. Блэйк распахивает дверцу и смотрит на Хантера в упор.

Не знаю, что на меня нашло, но я вдруг кладу свою руку поверх его, закованной в наручники, и тихо шепчу:

— Я с тобой.

В карих глазах мелькает что-то новое — впервые я не вижу в них лишь ненависть.

Больше я тебя не брошу, Хантер. Не позволю причинить тебе вред.

Мы молча забираемся в салон, и Блэйк, с небрежностью, срывает фургон с места и мчит нас по дороге, известной лишь ему. Гнетущая тишина давит на виски, но даже после десяти минут пути я не могу подобрать слов, чтобы ее нарушить.

За окном мелькают размытые пейзажи, словно кадры из старой киноленты. Солнце клонится к закату, окрашивая небо в багровые и оранжевые тона, но эта красота кажется чужой и далекой. Внутри фургона царит сумрак, и лишь тусклый свет от приборной панели освещает напряженные лица.

Блэйк ведет машину молча, его взгляд прикован к дороге. Он кажется непроницаемым, словно каменная глыба, и я не могу понять, что творится у него в голове. Куда он нас везет? Что он планирует? Вопросы роятся в голове, но я боюсь задать хоть один из них, опасаясь нарушить хрупкое равновесие.

Наконец, фургон сворачивает с трассы и останавливается возле городской пристани. Прежде чем, я успеваю что-либо спросить, Блэйк переходит в наш салон и достает что-то из кармана брюк.

В меня словно молния попала. Вздрагиваю, ожидая, что там нож или пистолет, но агент тянется к наручникам.

Это ключ! Он освобождает Хантера!

С нескрываемой радостью смотрю на то, как бывший друг потирает покрасневшие от стали руки.

— Что теперь? — спрашиваю у Блэйка, но он лишь откидывает наручники куда-то в сторону и опять немногословно кидает:

— Выходите.

Послушно выхожу, вдыхая свежий морской воздух. Подставляю лицо под закатное солнце и не могу надышаться. Кажется, что это все сон.

— Хантер, — но голос агента доказывает обратное. — Ты сделал выбор?

Не понимающе смотрю на Хантера, который выглядит отстраненным, но в его глазах есть что-то, напоминающее загнанного зверя. В уголках губ затаилась горькая усмешка, словно он уже знает исход этой партии, но отказывается признавать поражение. Он медленно переводит взгляд с агента на окружающий его пейзаж.

— Выбор? — хрипло переспрашивает он, словно вкус этого слова ему незнаком. — У меня был выбор? Вы предлагаете мне сделку, от которой невозможно отказаться, и называете это выбором?

Агент молчит, не сводя с Хантера пронзительного взгляда. Он знает, что слова сейчас бесполезны. Все уже сказано и решено, осталось только формальное подтверждение.

О каком выборе идет речь?

Хантер вздыхает, опуская плечи.

— Хорошо, — тихо говорит он, — я согласен. На второй вариант.

Вздрагиваю от услышанного. Я не знаю о чем они договорились в допросной и почему Блэйк помогает ему.

— Ярый не нападал на тебя. Это сделал тот, кто посадил тебя в тюрьму восемь лет назад, — от шока у меня рот самопроизвольно раскрывается. Быстро смотрю на реакцию Хантера. Его руки сжаты в кулаки, а на лице уже проступила ярость.

— Ты все-таки знал…, — шипит он сквозь стиснутые зубы. Мне кажется, агенту не стоит так разговаривать, Хантер вот-вот набросится на него.

— Ты не найдешь его, потому что парня слишком хорошо покрывают. Но, — Блэйк поднимает указательный палец, делает шаг к Хантеру и уже на тон тише добавляет. — Ты затаишься и будешь ждать моего сигнала. Придет время и я раскрою тебе имя убийцы. Как тебе план?

Хантер молчит, обдумывая слова Блэйка. Ветер треплет его темные волосы, а взгляд мечется между горизонтом и лицом агента. В его глазах я вижу борьбу злости и недоверия, но я также вижу, как в глубине души зарождается слабая надежда.

Я знаю, что решение, которое он примет сейчас, определит его дальнейшую жизнь, и мне остается лишь ждать, скрестив пальцы.

Затем он поворачивается к Блэйку и требует:

— Я согласен. Но она едет со мной.

— Нет, — прозвучало слишком резко. — Белла больше не будет участвовать в твоих делах. С нее достаточно.

Блэйк кивает в сторону черной машины. Хантер, не говоря ни слова, направляется к ней, но в паре шагов до двери останавливается.

— Белль, — шепчет он, оборачиваясь. И в этом шепоте столько боли, что я едва держу слезы в себе.

Подхожу к нему вплотную. Позволяю Хантеру взять свое лицо в его большие теплые руки, позволяю ему заглядывать в душу, пока его губы пронзают меня острием слов:

— Знаю, что не имею права просить прощения, — соленая капля стекает по моей щеке. — Поэтому не буду.

— Я бы простила тебе все, — сквозь холодные слезы хриплю я. — Все кроме его смерти…Ты забрал у меня Шона. Хуже наказания для меня нет.

Заливаюсь слезами, не могу держать себя в руках.

Хантер отпускает мое лицо, словно обжегшись. Его взгляд мечется, и я вижу в нем отчаяние, смешанное с виной. Он хочет что-то сказать, оправдаться, но слова застревают в горле, образуя невыносимый ком. Вместо этого он просто смотрит на меня, и в этом взгляде я читаю всю ту боль, которую он причинил.

Он разворачивается и перед тем, как сесть, он смотрит на меня в последний раз. В его взгляде столько невысказанной тоски и чувств, что мое сердце чуть не разрывается на части. Он садится в машину, и она трогается с места, унося его вдаль, в неизвестность. Я остаюсь стоять на пристани, чувствуя себя потерянной и одинокой, глядя, как солнце окончательно скрывается за горизонтом.

— Белла, какие у вас планы на вечер? — Блэйк появляется из ниоткуда, смотрит вслед за своей машиной, спрятав руки в карманах. — Сейчас сюда приедет отряд Ярычева. Вы поужинаете со мной?

— С удовольствием, мистер Блэйк.

Вкладываю свою ладонь в его и в последний раз смотрю на удаляющуюся черную точку.

***

Мы ужинаем недалеко от пристани, куда через несколько минут после уезда Хантера, примчалась банда Ярого. И он сам. И он сам, воплощение ярости и неукротимой силы.

Его люди, словно стая голодных волков, рыскали по пристани с оружием наизготовку, сея панику и ужас среди невинных прохожих. В считанные секунды вокруг нас не осталось ни души. Лишь робкие тени прятались за стенами многоэтажек, готовые в любой момент юркнуть в спасительные подъезды.

Блэйк, невозмутимый и спокойный, как скала, возвышался передо мной. Его широкая спина, укрытая привычным плащом, стала щитом от надвигающейся угрозы, имя которой — Ярычев.

В отличие от него, Ярый не скрывал бушующих в нем чувств. Казалось, он вот-вот сорвется с цепи, готовый растерзать любого, кто встанет на его пути.

Между нами повисла зловещая тишина, пропитанная напряжением. Расстояние было обманчиво нейтральным.

Авторитет бросил на меня взгляд, полный ненависти и раздражения, и прорычал, словно зверь, загнанный в угол:

— Где он?

Блэйк вскинул голову, засунул руки в карманы всем своим видом показывая незаинтересованность в этом разговоре.

— Там, где ты его не найдешь.

Ярый зашипел, словно огромный разъяренный лев, готовый в любую секунду броситься на свою добычу.

Его люди прочесали всю округу, но вернулись ни с чем, с немым вопросом в глазах, обращенным к своему боссу.

— Мы еще встретимся, — выплюнул авторитет, и в его голосе сквозила зловещая угроза.

— Обязательно, — в голосе Блэйка прозвучали нотки напускного веселья. — Ты ведь все-таки зять Астрида.

Даже я, далекая от криминальных разборок, поняла, что кроется за этим намеком.

Его люди, словно тени, растворились в ночи, оставив после себя лишь гнетущую пустоту. Казалось, во время их визита все живое вокруг замерло, не смея нарушить их зловещее присутствие. Ничто не могло противостоять их жестокости.

После пережитого кошмара мы молча дошли до скромного ресторана и, наконец, смогли перевести дух.

Агент заказал нам обоим рыбное блюдо, а я добавила к нему легкий салат. После пережитого потрясения моему измученному желудку требовалась лишь невесомая пища. Пока готовился заказ, Блэйк не выпускал телефон из рук, что-то лихорадочно печатая.

Я догадывалась, что его мысли заняты бегством Хантера, но не удержалась и спросила:

— Вы не расскажете мне?

Мужчина удивленно поднимает свои глаза, словно и забыл о том, что пригласил меня на ужин.

— Непременно, — прозвучало сухо, а затем на его телефон пришло новое сообщение и губы агента растянулись в улыбке. — Хантер покинул страну.

Я думала, что все чувства покинули меня еще там, на пристани, когда он уехал на той машине со спецномерами. Но сейчас, услышав эту новость от Блэйка, я ощутила, что вот она — настоящая свобода.

Хантер вырвался на свободу. Больше никто не сможет использовать его в своих грязных играх. Он затаится, залижет раны, но обязательно будет ждать своего часа, потому что Блэйк рано или поздно откроет ему глаза на правду.

На ту жестокую, беспощадную правду.

Восемь лет назад, в ту роковую ночь у клуба, было совершено чудовищное преступление. И виновник его — сын нынешнего министра внутренних дел, Ричард Астрид. Первенец и единственный наследник.

Избалованный деньгами и властью отца, восемнадцатилетний юнец свалил свою вину на жертву обстоятельств — на Хантера.

Хантер просто оказался не в то время и не в том месте. Он лишь пытался остановить драку между Винсентом и Ричардом, вспыхнувшую из-за пустяка.

Запись с камер видеонаблюдения была искусно смонтирована. Тот самый момент, где появляется зернистость — там и была склейка.

Ричард нанес Винсенту несколько ударов в живот. Хантер пытался помочь истекающему кровью парню, остановить кровотечение, но его обвинили в убийстве.

Суд был куплен. Астрид только начинал свою головокружительную карьеру, и ему никак нельзя было запятнать свою репутацию сыном-преступником.

Никому не известный парень из бедного района оказался идеальной жертвой. И Хантер отбыл срок длиною в восемь лет, пока Ярычев не выпустил его на свободу.

План был прост, но в своей простоте — чудовищен.

Повзрослевший Ричард все эти годы жил в постоянном страхе, ожидая того дня, когда Хантер выйдет на свободу и придет за ним. Но муж ее сестры — Джамиль Ярычев — предложил другой вариант.

Он освободил Хантера, наделил его властью, которой обладал лишь сам авторитет. Осыпал его деньгами и уважением, чтобы пустить пыль в глаза. И ждал лишь одного.

Удачного момента.

Чтобы упечь Хантера за решетку по-настоящему, на долгие годы. До конца его жизни. Потому что Ярычев был обязан защищать Астрида и его семью в силу заключенного между ними договора. Он женился на его дочери Дженни, а глава МВД в благодарность дал криминальному авторитету полный карт-бланш.

Взаимовыгодное сотрудничество на долгосрочной основе.

Но когда Хантер после освобождения немедленно приступил к осуществлению плана мести, они встревожились.

Ярый хотел все сделать плавно, чтобы Хантер погряз в преступлениях и никто не смог ему помочь, но до смерти напуганный Ричард все испортил.

Он организовал покушение, и тогда в сердце Хантера закрались первые сомнения насчет дружбы Ярого, но он даже не подозревал, что кто-то другой точит на него зуб.

Теперь же они в панике мечутся, пытаясь найти беглеца, который не только прибрал к рукам значительную часть их грязных денег, но и представляет реальную угрозу.

Миссия Блэйка как спецагента заключалась в том, чтобы упрятать Ретта Астрида за решетку за преступления, совершенные им за годы работы в МВД, но правда оказалась слишком горькой. И она такова, что Блэйка просто использовали как пешку в чужой игре, чтобы насолить неугодному чиновнику — Астриду.

Осознав их коварные планы, Блэйк отказался от операции. Не знаю, чем это обернется для него.

Но сегодня мы наслаждаемся восхитительной рыбой, выловленной из нашего моря, и не думаем ни о чем, кроме ее божественного вкуса.