Глава 12

С трудом открываю глаза и тут же морщусь от боли во всех конечностях. Особенно от боли в ногах, которым досталось вчера больше всех. Из груди вырывается болезненный всхлип, когда я пытаюсь сделать малейшее движение. Огромная мужская наглая ручища обнимает меня за талию, придавливая к матрасу.

Кабан какой-то на мне лежит!

Точно говорю!

Как иначе это нечто может быть настолько тяжелым?

В голове хаотично всплывают воспоминания о том, что было вчера, и я скулю от воспоминаний.

Этот Лапин! Изверг! Изверг! Изверг!

Монстр!

Такое со мной даже одноклассники в школе не делали! Никто надо мной так не издевался, как он.

Еще и такое безобидное издевательство придумал! Он как бы ни при чем, а я страдаю все равно.

— Лапин! — хриплю.

— А? — сонно отзывается этот кабан.

— Руку убери! — рычу на него. — Я разрешила тебе спать в гостиной.

— Мне не понравился диван, — нагло заявляет он.

— Лапин, — разворачиваюсь в его объятиях, что довольно сложно сделать. — Ты мне вчера ныл, что у тебя неудобная кровать в номере. Что в твоем номере жить невозможно. Я тебя к себе пустила на диван, но при условии, что ты приставать не будешь! Поэтому вопрос: что ты делаешь со мной в одной кровати… да еще и… почти голый?

— Но ты так мило храпела! — лыбится, не открывая глаз. — Соблазнила лечь рядом! Я не мог сопротивляться!

— Да ты что?! — восклицаю возмущенно. — Я еще и виновата! Ты на него посмотри!

— А кто я? — приоткрывает один глаз и притягивает меня к себе ближе. Почти что вжимает в свое тело без одежды. Благо на мне пижама. — Я приличный человек. Это ты меня без таблеток оставила! И ты храпела так, что я не мог устоять! Во всем виновата ты и только ты!

— Я не храплю! — рычу на него. — Не придумывай!

— Храпишь, — шепчет и резко, в одну секунду подрывается с кровати. — Вставай, Белоснежка! Птички за окном уже тебя ждут!

— Чего? — выдавливаю, выгнув бровь.

Он чокнулся!

Без таблеток он и правда… неадекватный. Фигаро тут, Фигаро там…

— Поедем куда-то завтракать, — произносит, натягивая на себя вчерашнюю одежду. — Потом в магазин и затем к этим глазастым.

— Глазастым? — переспрашиваю, перестав понимать Лапина.

Ему точно нужно принимать таблетки! Он без них сам себе на уме. Я не понимаю, что он говорит, порой. И чем дольше он без таблеток, тем сложнее.

Но… но вдруг он перестанет хотеть быть со мной, как только вернется к лечению?

— Не напоминай мне о них, — рычит Лапин, натянув штаны и направившись на выход из спальни.

Даже не поцеловал меня…

Хотя я сама против поцелуев с нечищенными зубами.

Но все же…

— Ты куда? — бросаю ему вслед.

— В номер, — отзывается. — Переоденусь. Душ быстро приму. Хочешь со мной? — поигрывает бровями, кивая головой на выход.

— Нет, — резко отказываю, понимая, на какой именно душ он меня приглашает. — Я в свою ванную пойду. Если дойду… Мои ноги не ходят.

— Отнести? — предлагает, улыбнувшись еще шире.

— Ты вчера уже относил меня в душ! Напомнить, чем это закончилось? — предлагаю ему, в секунду убирая эту улыбочку с его лица.

— О… да… — поджимает он губы и тяжело сглатывает. — Пойду я… От греха подальше.

Провожаю его взглядом и падаю обратно на кровать. Вытягиваюсь на всю кровать и с улыбкой вспоминаю, как мы почти всю эту ночь гуляли по Питеру.

Заблудились в какой-то момент. Потом решили устроить себе приключение и без навигатора добраться до отеля.

Было весело! Очень весело!

Особенно когда мои смарт-часы показали тридцать тысяч шагов, а ноги решили со мной прощаться. Лапин меня даже на руках нес. И мы много целовались. Как те влюбленные парочки в фильмах.

Мы гуляли, целовались, смеялись и даже ругались, споря, в какую сторону идти. Ближе к четырем утра вызвали такси, и водитель отвез нас в отель, потому что мы, оказывается, все это время, наоборот, отдалялись от него.

И все же, несмотря на все эти трудности, такого волшебства в моей жизни давно не было.

А потом я пожалела своего уставшего спутника и пустила в свой номер поспать на диване… Но проснулась я рядом с ним.

Жук.

Наглый, хитрый жук.

Улыбка на моем лице становится еще шире при воспоминании о душе. Я в шутку пожаловалась, что идти не могу, и меня понесли в ванную на руках. Опустили на пол и…

Просто хотела пошутить, а по итогу чуть не отдалась полностью мужчине, с которым даже суток не встречаюсь.

Но отказать ему было и правда сложно. Меня почти всю ночь поцелуями распаляли, а потом в ванной дожали.

И если бы не Лапин, который остановил себя, то случилась бы катастрофа.

Поднимаю руку и любуюсь браслетом на своей руке. Обычная бижутерия. Андрей мне его в последний момент у лавочника купил. Яблочко. И на его руке такое же красуется. Но на тонком черном ремешке. Мое же на красном ремешке.

От приятных воспоминаний меня отвлекает звонок телефона. Не моего.

Андрей забыл.

Ползу к трубке, чтобы увидеть, кто звонит, и расплываюсь в приятной улыбке.

“Кудряшка”.

Беззастенчиво беру трубку, готовясь услышать эту милашку, которая раньше всех нам с Андреем любовь пророчила.

— Алло, Кудряшка! — приветствую ее весело, но в ответ слышу женский голос.

— Андрей? — растерянно интересуется бывшая жена моего босса.

— Ой… Андрей Николаевич сейчас… не может ответить, — заикаясь, отвечаю, понимая, как двусмысленно выглядит то, что я приняла звонок на телефон босса. — Я его помощница. Я передам все, что нужно. Или могу попросить его позвонить вам, и вы лично ему все скажете.

— Как вас зовут?

— Рита… Маргарита!

— Маргарита, попросите, чтобы Андрей мне срочно набрал, — просит она обеспокоенно и как-то нервно.

— Что-то случилось? — растерянно уточняю. — Что-то с Кудряшкой?

— Ничего серьезного, но да, связано с Илей, — отзывается женщина. — Рита, я прошу вас срочно передать Андрею, чтобы позвонил. В течение получаса в идеале!

— Конечно!

Принимаю душ, переодеваюсь и привожу себя в порядок в полном напряжении и мыслях о том, что случилось.

Когда Андрей возвращается в мой номер, я тут же кидаюсь к нему, практически кинув в него его собственный телефон.

— Ты забыл телефон! Тебе звонила Кудряшка, но там была твоя жена. И она попросила срочно ей набрать! — взволнованно ему пересказываю.

— Тише! Тише! Дыши!

— Вдруг что-то ужасное! — продолжаю.

— Ничего ужасного не случилось! Дыши! — повторяет и, пройдя к столу, протягивает мне коробочку. Звонит своей жене и включает громкую связь. — Поможешь с запонками? — спрашивает, пока на фоне звучат гудки.

— Конечно! — киваю и берусь за дело. — А зачем громкая связь? — шепотом уточняю.

— Ты все равно захочешь узнать, что мне сказали, — поясняет, протягивая мне руки. — Зачем пересказывать, если можно просто дать послушать?

А вдруг там что-то интимное или… личное?

Странный этот Лапин!

— Алло! — отвечает Олеся, приняв звонок.

— Привет, — приветствует ее Андрей. — Ты звонила?

— Да… — тянет она. Переводит дыхание и с тяжелым вздохом начинает: — В общем, мне очень стыдно, Андрей, но Иля настаивает. Мы с Максимом летим в Швецию. В клинику. Изначально договаривались, что Иля останется со свекрами или Альбертом и Эстель, но вчера эта непослушная, избалованная девочка, — акцентирует голосом эти слова явно не для Андрея, а для дочери, что сидит рядом, — закатила мне истерику, что хочет к тебе. Я и сейчас пыталась ее отговорить. Все утро ругалась с этой ужасной девочкой. Но она сказала, что если не с нами, то к тебе. А с детьми в клинику нельзя. Да и билет на нее не брали. Понимаешь?

— Остаться с Кудряшкой нужно? — подытоживает Андрей.

— Да!

— Мы вечером приедем, — оповещает он. — Мы сейчас в Питере, на переговорах.

— То есть ты согласен? — с надеждой уточняет.

— Когда я отказывался сидеть с Кудряшкой? — цокает он языком недовольно. — Завезешь ее или мне забрать?

— Мы ее сейчас к Айдаровым завезем, — рассказывает Олеся. — У нас в восемь вечера вылет. Спишешься с Захаром, и, может, они привезут. Или ты к ним. Чтобы я не была вашим посредником.

— Конечно! Без проблем!

— Андрей, спасибо еще раз! — благодарит бывшая жена моего не очень молодого человека.

И как так вышло, что я на этого взрослого дядечку запала? Да, не старик! Но и не молодой парень.

Я всегда думала, что влюблюсь в ровесника или в парня максимум года на три старше себя. А здесь… Но сейчас никого иного рядом не представляю.

— Удачного лечения! — желает им Лапин искренне. — Надеюсь, скоро ваши посещения клиник закончатся.

— И я, — вздыхает она.

— А я твоему Максиму говорил, что продолжение общения с тобой до добра не доведет! Пф-ф! Я его предупреждал! Так что сам виноват в том, что с ним сейчас происходит! — говорит, хохотнув.

— Я не хотела… — вздыхает она.

— Передай ему мои наилучшие пожелания! — отвечает Лапин, подмигнув мне.

— И тебе приятного времяпровождения с твоей Ритой, — звучит хитрое и слегка насмешливое со стороны бывшей Андрея. — Слышала ее голос. Милая. Это ведь она была тогда, когда я Кудряшку тебе привезла в прошлый раз? — уточняет она.

— Она, — кивает Лапин, бросив улыбчивый взгляд на меня, в то время как я смущенно отвожу глаза в сторону.

— У вас все серьезно?

— Ревнуешь?

Это что за заигрывания на моих глазах?

Грозно наступаю изменщику на ногу и придавливаю к полу. Стараюсь сделать побольнее, чтобы и не думал продолжать или когда-либо вновь начинать.

Еще и глазами даю понять, что устрою ему еще скандал! И не один!

Это надо же! При мне с бывшей флиртовать!

Может, мне выйти?

— Нет, — отвечает Олеся с теплотой в голосе. — Наоборот, очень хочу, чтобы у вас было серьезно. Чтобы ты наконец нашел свое счастье. А если верить рассказам Или, то она прекрасно подходит тебе. Молодая еще, бунтует, но определенно в твоем вкусе.

Ловлю взгляд Андрея на себе и смущенно опускаю глаза на свои руки, которые запонки вдевают в чертовы непослушные отверстия.

— Не знаю, какое счастье, но вредность — однозначно, — бросает Лапин, и я вновь наступаю ему на ногу.

Что он такое говорит?

Я вообще ангелочек!

Это он вредность! То целует, то прогоняет!

— Кудряшка мне все уши про нее прожужжала, — продолжает Олеся, будучи не в курсе наших немых баталий на этой стороне трубки. — И сказала, что ты точно в нее влюбился. Потому что так смотрел на нее…

Бросаю быстрый вопросительный взгляд на Лапина и встречаюсь с его глазами. С его теплым, влюбленным взглядом, который вмиг заставляет меня забыть обо всех претензиях и желании его убить.

— Это я прикидывал, куда ее труп спрятать, — фыркает мужчина.

— Ясно все с тобой! — фыркает она в ответ. — Зацепила! Ну счастья, любви… Может, она сможет тебе малышей подарить…

— Может, — шепчет он, отчего-то погрустнев. Но, быстро собравшись, он решительно и бодро возвращается к основной теме разговора. — В общем, заберу Кудряшку! Ты не переживай! Вы надолго?

— Я на неделю! Потом вернусь. После уже с Илей поедем вместе. За неделю билеты возьму, квартиру нам подыщу и прочие формальности улажу. В общем, неделя, Андрей.

— Понял. Удачи, — отвечает он и отключается, после того как они вновь коротко обсуждают вопрос с Илей.

— Я закончила с запонками, — объявляю ему и делаю шаг назад.

— Спасибо, — произносит и мягко целует в лоб. — Поедем! Не хочу здесь завтракать. Отель приличный, но завтраки ни о чем! Надо Жене сказать. Не то повар не очень, не то ингредиенты.

Приобняв меня за талию, Лапин ведет нас в ресторан в нескольких метрах от нашего отеля.

Игнорируя меню, заказывает два традиционных завтрака и переключает все свое внимание на меня. Точнее, он решает довести меня своими разговорами до инфаркта.

— По возвращении переедешь ко мне или мне к гномам переехать? — шокирует меня совсем неожиданным вопросом.

— Что? — давлюсь водой от внезапности такого “предложения”.

— Не люблю все эти поездки, разъездки. Лучше сразу вместе жить, — равнодушно пожимает плечами. — Если ты переживаешь, то у меня полный дом прислуги. Ни готовить, ни убирать тебе не нужно будет. Просто вместе жить.

— Это быстро, Андрей, — пытаюсь донести до него, что темп развития этих отношений меня пугает.

— Я не умею строить отношения иначе, — разводит он руками, не понимая, что неправильно в его видении отношений.

— То есть у тебя всегда переезд к тебе на следующий день? — хмыкаю, сомневаясь в том, что он всем такое предлагает и все на это идут с легкостью.

— У меня были всего два раза серьезные отношения, — признается, разведя руками. — И да, девушки переезжали ко мне на следующий день. Первая была домработница. Не спрашивай, — предугадывает мои вопросы. — Мы расстались через два месяца. Она сделала аборт. И пусть тогда я не хотел ребенка, но отчего-то это сильно ударило по моим чувствам к ней. До сих пор злюсь на себя за то, как выгонял ее из дома. Я никогда не был жесток с женщинами, но тогда словно демон вселился…

— Ты ее бил? — округляю глаза от ужаса.

Андрей кажется мне довольно спокойным и безобидным в этом плане. А здесь такие признания.

— Нет, конечно же, — восклицает, явно оскорбившись. — За шиворот из дома выгнал. И все же был ноябрь. Она в тонкой униформе. Стыдно… Потом еще и ее вещи вышвырнул… — виновато признается, на самом деле стыдясь такого поведения.

— Ну я бы тоже за аборт такое сделала, — произношу, чтобы поддержать его. — А вы не могли защищаться, чтобы не получилось ребенка? Ладно ты. Вы, мужчины, редко об этом заботитесь. Но она, зная, что не хочет ребенка, не могла таблетки пить?

— Да, оба виноваты, — вздыхает и несколько секунд молчит, после чего продолжает. — Второй была моя жена. Мы познакомились на нашей свадьбе. И она переехала ко мне сразу же. Хотя свадебную ночь мы провели в доме подруги Олеси. Поэтому… Я спрашиваю: ты ко мне или я временно туда, где ты живешь?

— Мне кажется, для переезда пока рано, Андрей, — тяжело вздыхаю.

— А в гости на дня два? Или на неделю? — выкручивает лис свое предложение. Прекрасно понимаю я его “неделю”. Заеду, и уже не отпустит. — С Кудряшкой мне поможешь. Я в силу работы не всегда могу с ней быть. Сама понимаешь. А сейчас каникулы… Вы, как девчонки, сможете вместе найти развлечение.

И что с ним делать?

Вроде выбор дает, а выбора-то нет!

— У меня будет опять своя комната? — уточняю, мысленно сдавшись, но на своих условиях.

— Естественно! — вмиг начинает сиять.

— И ты ко мне не придешь спать, если тебе твоя кровать не понравится? — с вызовом спрашиваю.

— Если только лунатизм не поймаю.

Поймает!

— Замок мне поставишь, и я согласна, — заявляю, скрестив руки на груди и откинувшись назад.

— Договорились!

— Замок, который можно открыть только с моей стороны! — добавляю, потому что вижу этот хитрый блеск в его глазах.

— Ну, так неинтересно!

— Такое условие! Так или никак!

— Ладно, — недовольно поджимает губы, но явно есть у этого манипулятора какое-то решение. — Замок, который открывается с твоей стороны!

И что же он задумал?

К чему мне готовиться?

Как себя спасти?

В остальном завтрак проходит спокойно и весело. Лапин пытается меня уломать на двухсторонний замок на случай ЧП, но я непреклонна и в ответ пытаюсь разузнать, что за план Б у него в голове. Правда, тоже остаюсь без положительного результата.

После завтрака мы заезжаем в магазин, где мне покупают легкий свитер и безразмерную юбку, которые мгновенно превращают меня в молодую бабушку.

— Андрей, ну что за вид! — ною по дороге в переговорную.

— Приличный!

— Выгляжу как монашка! — ворчу, прекрасно вживаясь в роль бабульки.

— Зато мне спокойно! — бросает он, зарычав. — Как же эти уроды вчера на тебя облизывались! Чуть из себя не вывели! Одному так и хотелось ручкой в глаз заехать!

— Лапин! — восклицаю. — Ты чего такой жестокий? Что за несдержанность?!

— А чего он смотрел на то, что не его? Моё!

— Вчера я была не твоё! — напоминаю ему, но тут же замолкаю, поймав его злой взгляд на себе.

— Ты стала моё, как только на работу ко мне устроилась! — заявляет этот собственник.

— Серьезно? — восклицаю и не удерживаюсь от шутки. Нравится мне эта бомбочка, которая вот-вот взорвется. — Тогда надо будет гномам сказать, что у нас все кончено! Я же с ними замутить решила…

— Что? — резко останавливается и впивается в меня таким взглядом, от которого бежать хочется. — С кем из гномов ты роман закрутила?

— Тебе перечислить тех, с кем целовалась? С кем на свидание ходила? Или с кем… — провоцирую его, словно мазохистка, наслаждаясь этим ревнивым представлением.

— Уволю! Всех уволю!

Начинаю громко хохотать, не сумев его немного позлить. Да и гномов вместе с их ненормальным боссом жалко. Сдаюсь, пока все не зашло далеко.

— Шучу я! Ни с кем я роман не крутила! Успокойся! Просто шучу! Ты такой смешной, когда злишься. У тебя даже волосы встают в этот момент на макушке!

— И никто из них к тебе не прикасался? — продолжает гнуть свою линию ревнивец, правда, уже не так агрессивно.

— Лапин, ну какие отношения с гномами? — восклицаю. — Они ко мне как к сестре относятся! Дыхнуть в мою сторону лишний раз боятся! Порой мне и правда кажется, что я Белоснежка, а они гномы!

— Точно ничего нет?

— Да! — тяну. — Ну ты и ревнивец, Андрей! Я в шоке!

— Смотри мне! — пальцем машет перед моим лицом и быстро целует в макушку.

Заходим в переговорную и кивком приветствуем тех, с кем вчера переговоры проходили. В этот раз на меня смотрят, как на чудачку.

Еще бы! Кто свитер и шерстяную юбку на переговоры надевает? Пусть мы и в Питере, но ведь лето же!

Лапин превратил меня в чучело!

Да еще и жарко!

Но благо в этот раз все подписывают, и уже вечером мы летим домой.

В этот раз на соседних креслах, но почти не разговаривая, потому что засыпаем еще до того момента, как самолет взлетает.

Вот что делают бессонные ночи с людьми!