ГЛАВА 9

Диана

Я присела на кровати, судорожно пытаясь привести мысли в порядок. Даже странно, но ощущалось некоторое облегчение от осознания, что пока не придется давать ответ Ториану. Это выглядело некрасивым, нечестным по отношению к адмиралу, но я ничего не могла с собой поделать. Я просто оказалась не в силах дать ответ блестящему кавалеру Ториану Дэй Ниру. Умом я понимала, что замужество с адмиралом — отличный шанс найти свое место в будущем, да и в КОР, в принципе. Он порядочный, умный, интеллигентный и обращался со мной как с королевой. Я уник и смогу родить адмиралу детей, как Алианна своему Рейминару.

Адмирал Рретана достаточно богат, чтобы обеспечить мне беззаботное будущее. Но… душа не лежала к этому мужчине. Я представить себе не могла, как целуюсь с ним, взасос, безбашенно, ложусь в одну постель и…

Бррр…

В эту минуту в каюту не вошел, а ворвался Эльтмар, уже в своем нормальном виде. Черные волосы всклокочены, глаза сверкали металлом, из кулаков и хвоста выскочили шипы.

— Да как ты могла… согласиться на брак с Торианом? — задыхаясь, произнес он. — Ты — моя, Диана! Я нашел тебя, я тебя разморозил, я ухаживал за тобой до самого пробуждения! Без меня ты так и осталась бы в гробу на многие годы. А может, и вообще затерялась в космосе!

Он не кричал — рычал, сжимая кулаки и ударяя шипами о стену неподалеку. Но я больше не боялась этого предателя, этого насильника и похитителя.

Я медленно встала, стряхнула несуществующие пылинки с платья и процедила, стараясь не срываться на крик:

— Решил присвоить? Это ты себя таким белым и пушистым считаешь? Эльтмар Рен Майр, предатель собственного народа. Я про тебя все теперь знаю! Ты не сказал мне, что предал родную планету, да и меня ты предал тоже! Ты опоил меня чем-то и заставил заняться с тобой сексом! Ты мне отвратителен! Слышишь! Ты мерзок и жалок! Не можешь заставить женщину заняться с тобой любовью, не подлив ей какой-то отравы? Ты не мужчина, ты слизняк, Эльтмар Рен Майр! И да, я выйду за Ториана, потому что он хороший. Он ни разу меня ни к чему не принуждал. И никогда не прибегал к тем отвратительным приемам, которые ты постоянно использовал! В отличие от тебя, Ториан не считал меня своей игрушкой, призом, собственностью. Не лишал свободы воли и выбора! Он мне даже денег на счет перевел, чтобы могла улететь на Неотерру, если захочу. Он благородный и порядочный! Ты можешь снова опоить меня, похитить, даже пытать! Но ты не добьешься от меня взаимности. Ты всегда будешь знать, что я с тобой по принуждению и никогда тебя не любила!

Даже не знаю, как хватило воздуха закатить такую длинную речь. Эльтмар слушал, дубасил по стене каюты шипованными кулаками, а по полу хвостом, словно палицей. Губы Рен Майра сильно поджались, подбородок выпятился, а глаза сверкали серебром. Внезапно Эльтмар подскочил, схватил меня и силой усадил на постель.

— Мы в гиперпространстве, уже далеко от Рретана. Все пароли я сменил, так что не надейся сбежать снова. Ты никогда не выйдешь замуж за Дэй Нира. Ты моя. Разве сама еще не поняла? — процедил он мне в ухо, удерживая на постели — будто указывал на мое место в его жизни.

— Ты сволочь, Эл, — простонала я, глядя в обозленное лицо рретанина. — Ты опоил меня какой-то дрянью, а теперь еще чего-то требуешь! Строишь из себя оскорбленного в лучших чувствах мужчину?

— Это была картла. Она всего лишь снимает контроль над некоторыми реакциями разума. Твои предубеждения не давали истинным чувствам взять верх. Я опоил тебя, это правда. Не отрицаю. Но лекарство не заставляло тебя желать меня или симпатизировать мне. Оно лишь убрало все ненужное, успокоило твои нервы и подозрительность, — выдохнул Эльтмар уже немного тише.

Его лицо нависло над моим, совсем близко. Глаза переливались перламутром. Дыхание щекотало кожу. Я смотрела на рретанина и понимала, что хочу говорить с ним дальше, разрешить все вопросы и разногласия. И не хочу одновременно. Потому что этот гад снова меня похитил, как только жизнь стала налаживаться.

— Даже если и так, даже если препарат… безвреден… и не имеет эффекта усиления либидо… Ты поступил нечестно! Я не хотела тебя… То есть… Я не хотела так… — Я терялась, внутри еще клокотал гнев.

Но близость рретанина вызывала и другие ощущения. Предательские и совершенно мне не нужные.

— Я не мог иначе. Не оставалось времени. Мне нужно было узнать, подходишь ли ты мне, — глухим голосом ответил Эл, все сильнее вжимая меня в постель.

Платье — точнее, то, что о него осталось — задралось до талии, и сквозь тонкую ткань белья я чувствовала тело рретанина. Эл успел переодеться в брюки и облегающую рубашку, под которой виднелся кусочек мускулистой груди. Я отвернулась, чтобы не смотреть, не вспоминать тот день…

— Мне все равно. Ненавижу тебя! Можешь держать меня взаперти. Можешь взять силой… Но я найду способ сбежать позже. А ты сгниешь в тюрьме. Четыреста лет заключения для тебя маловато, пожалуй.

— Смотрю, ты успела изучить свод законов Рретана? Именно этим ты занималась в компании Ториана? — Я услышала короткий смешок, потом почувствовала прикосновение к своей щеке. Эльтмар медленно провел пальцем. И я зажмурилась сильнее, мечтая, чтобы он убрался, оставил в покое. — Кстати, зачем брать тебя силой? Ты сама захочешь, — добавил негодяй Рен Майр и прошептал в ухо: — Иначе никогда не отдалась бы мне после картлы.

От близости рретанина меня бросило в дрожь. Когда он касался, прижимался горячим телом, я всегда испытывала подобное ощущение. И хотела забыть те моменты. Но не получалось.

— Не дождешься! — собралась я с силами для ответа.

— Я бы доказал это прямо сейчас, дорогая, но нужно проверить системы управления. Отложим приятное на потом. — Я вдруг почувствовала облегчение — Эл поднялся с постели.

Я открыла глаза и вскочила пружиной, поправляя платье.

— Оставь меня в покое.

— Боюсь, что это уже невозможно, — категорично заявил Эльтмар. Он почти вышел из каюты, но вдруг вспомнил: — Кстати, я нашел любопытные сведения. Они тебя точно заинтересуют. О том, как ты оказалась на станции одна. Я не закрываю тебя. Захочешь узнать правду — я в рубке, — вкрадчиво добавил хвостатый гад и скрылся в коридоре.

Черт! Да что же это такое?! Я совершенно не знала, как поступить дальше. Хотелось надавать гаду пощечин, но в то же время возникало желание просто поговорить и выяснить намерения похитителя. Узнать, какие чувства испытывает ко мне Эльтмар Рен Майр на самом деле. Я не понимала, зачем мне это нужно. Но внутренний голос твердил, что нам просто необходимо поговорить с рретанином по душам. Он должен понять меня и отпустить.

Вот только хочу ли я, чтобы меня отпускали?

Нет, конечно, оставаться в роли пленницы — не выход. Но ведь можно и как-то иначе…

Да о чем я только думаю?! Эльмар же первостатейный мерзавец. Он никогда не пойдет на уступки.

Я легла на постель и уставилась в потолок. Застонала от бессилия. Его дыхание на моей щеке, короткое прикосновение пальцем… Я потерла то самое место, пытаясь стереть ощущение, но ладонь предательски замерла, будто стремясь продлить впечатление…

Не верилось, что Эльтмар такой гадкий, как рисовали на Рретане. Возникали миллионы сомнений. А вдруг Рен Майра подставили? Сколько невинно осужденных отбывали сроки в моем прошлом? Почему сейчас подобного не может случиться? Как я успела убедиться, по существу ведь ничего не изменилось. Гуманоидами по-прежнему правили страсти, порывы и амбиции. Одними — хорошие и положительные, другими — низменные и разрушительные.

Боже! Как тяжело разобраться…

Почему я не чувствовала с Торианом того же, что и с Эльтмаром? Насколько все сложилось бы проще, откликнись эмоции, тело и душа на призывы адмирала, а не преступника… Почему меня не тянуло к Дэй Ниру? Ведь тогда все сложилось бы правильно, так как надо.

Мы поженились бы, как принц Рейминар Тар Ренс и дочь президента КОР Алианна Дейл. Завели бы детей… Жизнь стала бы похожей на сказку. Вот только моя сказка какая-то неправильная.

Белоснежку разбудил не принц, а озабоченный монстр и вовсе не поцелуем, а…

Я усиленно старалась вызвать в себе отвращение к тем воспоминаниям, но чем сильнее они накатывали, тем больше я понимала, что тело принимало Эльтмара, даже тогда, еще в полусне. Как принимало его и потом, стоило разуму ослабить контроль под действием картлы…

Конечно, Эльтмар мог обмануть меня, солгать, чтобы выглядеть лучше. Но смысла в этом поступке я не видела. В Сети можно найти все инструкции и описания современных лекарств. Теперь, когда Эльтмар назвал препарат, а я почти изучила общегалактический и рретанский, выяснить правду не составляло труда. Значит, все так и случилось. Ушли мои предубеждения перед инопланетянами, страх перед неведомыми существами, так непохожими на людей. И наружу вырвалось истинное отношение к Эльтмару. Че-ерт! Как же все это неправильно!

Пока я лежала и думала над случившемся, в голове так и крутились слова Эла о какой-то информации, что касалась меня и заброшенной базы. Что это: очередная ложь, или он действительно нашел какие-то сведения? Эл ведь оставался на станции после моего побега с нее. Странно, как ему вообще удалось покинуть то место, да еще и вновь украсть меня и «Фантом». Недаром Ториан так опасался этого гада.

Эмоции распирали, прорывались наружу. Сон не шел совершенно. Хотелось пойти в рубку управления и продолжить выяснение отношений с Эльтмаром. Не позволить хвостатому монстру жить спокойно. Высказать все, что я о нем думаю. Ведь в одну тираду все мои возмущения не поместились. Заодно нужно спросить, как я оказалась на станции, раз Эл уже решил мне это поведать.

Я поднялась. Умылась и немного привела себя порядок. Потом открыла встроенный шкаф, желая подобрать более комфортную одежду. Но ничего не обнаружила. Ладно, придется пока остаться в платье, хотя оно уже раздражало.

Земляне говорят: с корабля на бал… У меня получилось прямо противоположное…

Пол звездолета слегка вибрировал. Гул моторов почти не прослушивался. Конечно, хвостатый ведь сказал, что мы в гиперпространстве. Здесь никто не засечет сигнал, никто не придет на помощь.

Я заглянула в рубку управления. Никого. Похоже, корабль на автопилоте.

Может, мне все же удастся подать сигнал о помощи, и рретане засекут «Фантом»? Нужно попробовать, главное — не нажать ничего лишнего. Так-с, что здесь…

Я нависла над панелью, разглядывая рретанские символы, многочисленные обозначения и огоньки на сенсоре. Ничего не понятно. А если…

По талии скользнули руки, захватывая меня в плотное кольцо, ногу обвил наглый хвост. Затылком я почувствовала рваное дыхание Эла. Дернулась, но поняла, что сопротивление бесполезно.

— Интересно, что ты собиралась сделать? — раздался над головой холодный, до раздражения спокойный голос рретанина.

— Куда мы летим? — проигнорировала я его вопрос.

— На Неотерру, — хрипло произнес Эл, не разжимая объятий.

— Разве тебе не нужно передать этот корабль заказчикам? — Мой голос слегка дрогнул.

— Планы немного изменились. Не стану посвящать тебя в подробности. Я сделаю кое-что… важное. А потом мы улетим далеко. Туда, где нас не найдут рретане, а особенно — адмирал Дэй Нир.

— Будешь всю жизнь прятаться?

При слове «Неотерра» вспыхнула надежда на освобождение. Если я смогу сбежать от преступника, то спрячусь на планете, где живут мне подобные. У меня на виртуальном счете есть деньги, их достаточно, чтобы улететь подальше от рретанина. Нужно лишь усыпить его бдительность, потерпеть пару дней и вести себя тихо.

Эл развернул меня к себе и приподнял голову за подбородок. Наши взгляды встретились, и я заметила, как переливаются радужки рретанина. Помнится, Ториан рассказывал — так происходит, когда эти инопланетяне испытывают чувства. Вот только какие? Возбуждение, желание или нечто большее?

Я не хотела этого знать. Все равно, что чувствует этот мерзавец. Какое мне дело до эмоций своего похитителя?

— Потом будет видно. Возможно, я отойду от дел. Хочется хотя бы недолго пожить для себя. У меня на счетах достаточно денег, чтобы обеспечить нас на некоторое время.

— А меня ты спросил, хочу ли я жить с тобой? — Я почувствовала, как снова закипаю.

— Я постараюсь, чтобы ты захотела. Очень постараюсь, — прерывисто, почти шепотом произнес Эл, поглаживая подушечками пальцев мои скулы. От прикосновения стало горячо, но как-то некомфортно. Хотелось под холодный душ, чтобы остудить тело и голову, раз в ней витают всякие глупые мысли. Эл ведь похитил меня, сделал своей пленницей. Обманом заставил с ним…

Че-ерт! При одном воспоминании о том, что случилось между нами, тело тут же откликнулось сладким томлением. Кровь прилила к щекам, стало душно. Эл прав. Тот препарат не заставил меня хотеть его, я сама желала переспать с рретанином, попробовать новое. А картла лишь освободила чувства от контроля разума, очистила от предубеждений и внутренних запретов. Я действительно испытывала желание, не навязанное, а самое настоящее. Поняла, каково это хотеть мужчину по-настоящему, а не потому, что требует супружеский долг и вроде как так правильно… Причем, не любого мужчину, а одного… конкретного. К Ториану, например, меня никогда не тянуло.

— Ты говорил, что нашел какую-то информацию обо мне, — заявила я вырвавшись из предательских грез. Высвободилась из объятий Эла, отступила, к противоположной стене и скрестила руки на груди, всем своим видом демонстрируя безразличие.

— Верно, — растянулись в ироничной ухмылке губы рретанина. — Смотри, что я узнал!

Он уселся в кресло и защелкал пальцами по сенсору, вытаскивая из памяти компьютера нужные данные. На мониторе замелькали картинки, в которых я узнала изображение знакомой станции и планеты. А потом таблицы, схемы, списки имен…

— Таких как ты, с генами уников, на станцию перевезли почти пятьсот человек. Когда ученые выяснили, что ваша, так называемая болезнь — вовсе не болезнь, подопытных начали по очереди выводить из криогенной заморозки и исследовать. Это происходило не быстро, программа затянулась на несколько лет. У тех, кого проверили, брали анализы, заносили ДНК в базу данных и… — взглянул на меня Эльтмар, — отпускали к другим землянам — абестанцам, как их стали называть. Вы были первыми землянами с измененными генами. Но и мутировали несколько иначе, приобретя способность меняться и подстраиваться под условия любой планеты, а также партнера любой гуманоидной расы.

— Тогда почему меня оставили одну?

— Как я понял из видеозаписей станции и найденных потом списков, ты как раз была следующей претенденткой на пробуждение. Но в тот момент, когда тебя привезли в лабораторный блок, на станцию напали ткенны. Ты ведь уже слышала, что нашу галактику много лет атаковали эти твари? Когда поступил срочный сигнал об эвакуации, ученые просто спрятали твою капсулу в кладовку. Ткенны требовали, чтобы люди срочно покинули базу. Возникла паника, забирали только самое необходимое. Всех оставшихся на станции уников похитили ткенны. Условия на станции не подходили для жизни насекомых. Да еще и корабли рретанского флота прилетели на помощь землянам, перехватив тревожные позывные. Гены похищенных ткеннами уников использовали для создания первых модифицированных насекомых — Ангелов. Эти же гены привила себе их королева. Что стало с подопытными дальше — неизвестно. Но не думаю, что их участь оказалась приятной.

Я вцепилась руками в спинку кресла Эльтмара, так сильно, что пальцы захрустели. Не могла отвести взгляда от экрана, где еще транслировались кадры, подтверждающие слова рретанина.

Получается, мне просто повезло оказаться в кладовке. Там меня не заметили гадкие насекомые?

Или же, наоборот, не повезло попасть в число тех счастливчиков, которые покинули станцию значительно раньше?

Одно ясно, что я уникальна не только своими генами. Но и своей фортуной. Или же это судьба, чтобы меня отыскали и разморозили именно сейчас? Чтобы меня отыскал и разморозил… Эльтмар Рен Майр…

Но тогда выходит, моя судьба стать парой негодяя, предателя и преступника?

Ну, уж нет! Обойдется! Слишком много чести. Пусть у него не будет других женщин, не будет детей. Да плевать! Мне-то какое до этого дело? Меня Слияние касается постольку-поскольку. Ториан говорил, что я еще смогу стать парой другому мужчине. Вот адмирал любит меня по-настоящему. а Эл — просто эгоист и мерзавец. Да и вообще, можно найти какого-нибудь абестанца, если уж на то пошло.

Эльтмар ведь и мысли не допускал, что я откажусь, не останусь с отступником и аферистом. Уверен в моем полном согласии. Пусть не сразу, но спустя какое-то время — уж точно.

— Ладно, допустим, ты прав. Даже радует обстоятельство, что меня забыли на станции и тем самым спасли от ужасной участи. Но это ничуть не меняет моего к тебе отношения, Эл, — произнесла я, сбросив, наконец, оцепенение, стараясь говорить холодно и безразлично.

— Какого отношения? Хочешь сказать, что я не в твоем вкусе? Ты не хочешь меня?

— Именно так!

Рретанин подорвался с кресла и через мгновение оказался возле меня, приподняв мои руки и прижав их к стене огромной горячей ладонью.

— Кому ты врешь, Диана? Самой себе? Твое тело говорило обратное, откликалось на мои прикосновения.

Хвост Эла нагло обвился вокруг моей лодыжки, скользнул вверх по коже бедра, приближаясь к линии бикини. Я задыхалась от злости, гневно смотрела в глаза негодяя, радужки которых снова приобрели холодный стальной оттенок.

Свободной рукой рретанин приподнял порядком потрепанное платье, провел кончиками пальцев по бедру, приспуская трусики. Я открыла рот, чтобы высказать гаду все, что думаю, но в этот момент губы накрыли поцелуем.

Не успела опомниться, как язык Эльтмара протиснулся внутрь, не дав сжать зубы, и начал хозяйничать у меня во рту. Я пыталась сопротивляться, дергалась, хотела было двинуть этому маньяку коленом в пах. Но Эл успел вклиниться между ног, окончательно лишив меня возможности защищаться.

Горячая ладонь проникла под белье, и я ощутила палец рретанина на чувствительной точке. Внезапно поцелуй стал более страстным, но в то же время нежным. Эл засасывал мои губы, играл с языком, дразнил. А его рука в это время проделывала со мной нечто невероятное. И… удивительно приятное. Я только сейчас поняла, что там совсем влажно и мое тело действительно откликается на ласки. Увы! Это казалось слишком очевидным — и мне и наглецу Рен Майру.

Внизу живота словно завязался тугой узел, а потом тело пронзило острым спазмом.

Проклиная себя за такую реакцию, я закрыла глаза и постаралась не отзываться на интимные прикосновения. Обмякла и просто ждала, когда Элу надоест что-то доказывать.

Ох, зря я так сделала — стало только хуже. Разгоряченная плоть запульсировала, требуя полного проникновения. Эл продолжал измываться, лаская набухшую жемчужинку, играя с моими губами, поглаживая хвостом мои ноги. Казалось, рретанин везде, и на моем теле нет ни одного защищенного места. Об горячее тело Эльтмара, кажется, можно было поджигать спички, тепло чувствовалось даже сквозь ткань одежды рретанина.

Внезапно он отпустил мои руки, немного отодвинулся, но лишь затем, чтобы подхватить под ягодицы и поднять над полом. Для этого мощного инопланетянина я почти ничего не весила, и Эл удерживал меня играючи.

Рретанин медленно облизал губы, прижимаясь ко мне возбужденным телом, словно демонстрировал свою готовность. Я же вцепилась в широкие плечи Рен Майра, чтобы не упасть. При этом думала, что делать, как доказать упрямцу свою точку зрения.

— Ну так что? — Он хитро улыбнулся. — Кто из нас прав?

— Это всего лишь инстинкты, плотское желание. Я не смогу тебя полюбить. Потому что ты… — задыхаясь от нахлынувших ощущений и желаний, проговорила я. — Ты не такой…

— Не такой, как кто? — передразнил меня Эльтмар, а в его глазах промелькнули злые искорки. — Не такой, как Ториан?

— Да! Не такой как Ториан! — выплюнула я со всей накопившейся яростью, хотя про адмирала в тот миг и не думала.

Эл поставил меня на пол и сделал два шага назад. Кулаки рретанина сжались, глаза прищурились. Он нервно смахнул с лица мешающие локоны волос.

Выглядел рретанин сейчас настоящим дикарем — альфа-самцом, и не иначе. Что-то животное, одновременно яростное и собственническое отражалось во всем его облике.

Тело напряжено до предела, глаза сверкают серебром, кулаки сжались, дыхание такое, словно инопланетянин бежит третий марафон… Я видела, что Эл еще очень возбужден, и даже злость его смешивалась с желанием. На долю секунды я испугалась, что рретанин возьмет меня: грубо, не обращая внимания на возмущения. Возьмет, просто чтобы доказать, что я принадлежу именно ему. И мои глупые дерганья и попытки вырваться никому уже не интересны.

Эл натужно втягивал носом воздух и продолжал смотреть, не двигаясь, словно окаменел. И выглядел он именно каменным.

— Я не верю тебе! — прорычал вдруг рретанин, делая шаг навстречу. — Не верю, Диана! Ты хотела меня тогда, в объятиях Ториана! Хотела и не отрицай! Я чувствовал это по астральной связи. Наверное, наш честный и чистенький красавец адмирал не сказал тебе, что мы астральные близнецы? А?

Я только машинально мотнула головой.

— Так вот! Мы можем читать ощущения друг друга! И я знаю, чье имя ты стонала, когда вы с Торианом… Знаю, чье лицо ты тогда видела… Знаю, кому хотела отдаться…

Я вздрогнула от напора эмоций Эла. Они накрывали словно штормовые волны, мешали дышать и лишали твердой опоры. Я лишь открывала рот, как рыба, выброшенная на берег. Но голова еще работала. Я чуть подалась вперед, словно давала понять, что не боюсь рретанина, и процедила:

— Так вот! Раз вы астральные близнецы, тогда откуда же тебе знать — чье лицо я видела сейчас, когда ты ласкал меня? Чьи губы я ощущала на своих? Ты это знаешь, Эл? Разве я сейчас стонала твое имя? Я вспоминала Ториана Дэй Нира! Мужчину, который обходился со мной как с королевой! Того, кто сделал мне предложение, и я приняла его руку и сердце с любовью и благодарностью!

Я захлебнулась воздухом, возмущением и чем-то еще, уже не понимала. Голова трещала от наплыва мыслей, а грудь разрывало от нахлынувших эмоций. Хотелось сделать Элу больно, очень больно — и у меня это получилось.

Не думала, что однажды кто-то вызовет подобное желание. Но рассказ об астральных близнецах и о том, что Эл в курсе нашего конфуза с Торианом привел меня в жуткое бешенство. Казалось, похититель вторгся в святая святых, посмел заглянуть за полог, когда я занималась любовью с другим мужчиной. И что-то подсказывало — не только. Возможно, Эл, перехватывая эмоции Ториана, намеренно транслировал себя в мою голову? А? Что если так и случилось на самом деле? Если я не хотела именно Эла, а он внушил мне, что это так? Внушил, через астральную связь…

Я ужасно хотела поверить в это… Настолько, что на какие-то минуты сама себя убедила. И Эл увидел во мне, в моих глазах и на лице уверенность. Не знаю как, но он все понял.

Из ладоней рретанина выскочили шипы, из хвоста тоже. Он ударил по пластиковому столу, возле которого мы расположились, так сильно, что тот покачнулся, и я заметила мелкие трещинки на столешнице. Хвост Эла замолотил по полу так, что я слышала слабое гудение металла.

На долю секунды почудилось — вот сейчас-то он и набросится. Поколотит, изнасилует, унизит… Не знаю, до чего способен дойти этот мерзавец, предатель и аферист…

Где-то в глубине души я чувствовала, что Эл не такой уж и гад, и это очень сбивало с толку. Я даже зажмурилась, сжалась, в ожидании худшего… Но внезапно все стихло. Настолько, что мне стало еще больше не по себе…

Гудение металла, рычание рретанина, грохот стола, что подпрыгивал над полом… Все исчезло. Как будто звук резко выключили.

Я приоткрыла один глаз и обнаружила, что Эла уже нет в рубке.

Я судорожно глотнула воздух, но он вязкой субстанцией застревал в горле и не желал проходить дальше. Хотелось плакать, кричать, злиться и тоже что-нибудь разнести. Стол выглядел так, словно его топором рубили. Хороший у рретан пластик, раз выдержал и не развалился на части.

Автопилот послушно рулил кораблем, и я знала, что вмешаться сейчас не получится — Эл поменял все настройки, пароли.

Я сидела, заполошно оглядывалась и пыталась понять, что же делать.

Вот же черт! Где твоя хваленая выдержка, Диана? Эл летит на Неотерру, туда, куда ты так стремилась. Всего-то и требовалось — общаться с рретанином спокойно, выдержанно и вежливо. Добраться до цели и сбежать от него.

К чему этот глупый спор? Он никуда не ведет, кроме краха моего плана. Вдруг Эл догадается, запрет в каюте, кладовке или еще где-то, откуда я уже не выберусь?

Боже! Глупо! Как же это глупо!

Хотя в глубине души я понимала, что случись все заново, поступила бы точно также. Я не могла сдержать эмоции по отношению к Элу, и это ужасно осложняло ситуацию. Я оказалась не в силах обуздать себя. Мне хотелось злить Эла, причинять ему боль. Действовать так, чтобы рретанин пожалел о каждом касании, которое еще горело на коже, о каждом поцелуе, который еще терзал губы, о каждой ласке, которая еще чувствовалась всем телом.

Я мечтала заставить Эльтмара Рен Майра страдать! И это само по себе уже говорило о многом.

К своему величайшему сожалению, я понимала, что неравнодушна к этому рретанину. Именно к нему, а не к благородному, честному и порядочному адмиралу Дэй Ниру. Испытываю чувства к тому, кто считал меня только игрушкой, своей собственностью и ничем больше. Но не к настоящему мужчине, который дал выбор, одарил собственными средствами и лишь просил моей любви и внимания.

Все это так неправильно, так нехорошо и так… очевидно.

Эльтмар

Он мчался в общую каюту, только бы скорее оказаться подальше. Боялся не сдержать эмоции и совершить непоправимую ошибку.

Понятно, что Диана напугана похищением. Она все еще не смогла преодолеть страх перед ним, Эльтмаром Рен Майром, хотя уже не боялась рретан как расу. Это все Дэй Нир! Адмирал оговорил его, выставив в глазах девушки опасным и непредсказуемым. Заставил поверить, что Эльтмар может причинить Диане боль…

Он бы не смог. И даже не потому, что землянка оказалась единственной Рен Майра, его парой. Эльтмар никогда не бил и не насиловал женщин. Не в его это правилах, мстить и унижать слабых. Есть более сильные противники, с которыми приятно вести борьбу.

Слова Дианы об адмирале лишь усилили вспышку эмоций. И теперь Эл не знал, кому верить. Девушке, которая его ненавидит, или же собственной интуиции, настойчиво твердящей, что шанс завоевать доверие еще есть, просто на это потребуется время.

Впервые за последние годы Эльтмар чувствовал себя потерянным, несобранным и… впервые за всю жизнь безумно влюбленным.

Это ощущение будоражило кровь, заставляло все сердца биться в унисон, усиливая пульс и порождая головокружение. Так иногда случалось у рретан, хотя и очень редко, лишь при сильном всплеске эмоций. Хотелось схватить Диану, бросить на постель. Доказывать ей свои чувства физически, заставлять выкрикивать свое имя в дурмане страсти.

Сделать так, чтобы девушка и не вспомнила про Ториана, а думала лишь об Эльтмаре Рен Майре. Признала его своим мужчиной, единственным и незаменимым.

От этой мысли эмоции рретанина еще сильнее сходили с ума, а тело напрягалось, готовое к сексу. Думать становилось сложнее, в голове все путалось и безумно хотелось послать к Айтаху на рога все на свете. Конфедерацию, Рретан, Дэй Нира, Гутту и моральные принципы туда же!

Овладеть Дианой прямо сейчас. Сорвать одежду, заставить ощутить все то, что мог заставить ощутить хрупкую землянку сильный и неутомимый мужчина с Рретана. И продолжать, пока та не сдастся.

Успокоиться не получалось совершенно. Фантазии накручивали чувства, а те отражались на теле. Казалось, у рретанина годы не было удовлетворения, настолько тяжело ему сейчас приходилось. Болезненные спазмы в паху напоминали о том, что он мужчина, которому безумно требуется женщина…. А дурацкие чувства кричали о том, что стать ей может только Диана! Она — причина болезни Эльтмара, и лекарство от нее — тоже она.

Эльтмар понимал, что очередная чувственная игра, пытка для него и поддразнивания для Дианы ничего не даст в конечном итоге. Нужно найти с девушкой контакт другим способом. Женщины ее расы больше любят слова, нежные признания, комплименты. А каждый их разговор заканчивался лишь очередным скандалом. И Эльтмар выходил из себя, теряя контроль над ситуацией.

Диана. Его наваждение, его слабость, его наркотик. Наказание за то, что совершил Рен Майр после побега из тюрьмы Рретана… Эта любовь делала Эльтмара слабее, забирала силы, так необходимые сейчас, когда он должен совершить решающий шаг… рискуя собственной свободой.

Удачливый аферист ведь согласился выполнить просьбу Авириса Тир Нера не просто так, из уважения к бывшему императору, и не потому, что испугался нажить очередного врага. Вовсе нет! Эльтмар имел свой резон. У экс-короля Рретана до сих пор оставались запасы самого дорогого в галактике минерала, эрития. Дороже бриллиантов, дороже золота. Эритий невозможно создать молекулярной сборкой. Слишком сложная структура минерала, плюс уникальный, запрятанный в него заряд особой энергии. Это вещество казалось чем-то почти совершенным и неразгаданным до конца по сегодняшний день.

Авирис использовал эритий, чтобы выживать. Ведь беглецу приходилось скрываться от возмездия за то, что много лет продавал бесценный минерал, продавая и сам Рретан.

Но в данный момент контейнер с эритием — настоящее сокровище — был пропуском на Неотерру. Ведь получатель находился именно там, в президентской резиденции КОР. В месте, куда нет допуска предателю Рретана, галактическому преступнику и вору Эльтмару Рен Майру. Зато есть допуск для доверенного посыльного от Авириса Тир Нера, как бы его ни звали и какие подвиги не тянулись бы за ним шлейфом афер и махинаций.

Необходимо срочно предупредить правительство конфедерации о готовящемся нападении оллов. Эльтмару удалось выяснить достаточно много, чтобы слова не казались пустыми, и даже раздобыть доказательства грядущего переворота.

И вовсе не потому, что хотелось угодить конфедератам. Плевал Эльтмар на то, кто занимает пост президента КОР. Дело в общегалактической угрозе, новом оружии, что разработали оллы. Могут пострадать невинные жители КОР и Рретана. А этого Эльтмар, как бывший боевой офицер, много лет назад защищавший Файролу, допустить не хотел. Раньше главной проблемой представлялась экспансия ткеннов, и все жители галактики объединились против общего врага. Теперь начались новые игры. Но еще не поздно остановить механизм, если надавить на верные рычаги власти…

Сам ящик с эритием остался на борту корабля Эльтмара, которым управлял Огги.

Рен Майр не мог связаться с таннаром, находясь в гиперпространстве, но знал, что преданный ему гуманоид не подведет — доставит груз в оговоренное место для встречи. Недаром Огги слыл одним из самых опытных контрабандистов, который с легкостью обходил патрули, умел, при необходимости, договориться…

Эл собирался спрятать «Фантом» до поры до времени и отправиться в столицу КОР на своем личном звездолете, прихватив в собой девушку. Он понимал, что выкрал «Фантом» второй раз вовсе не для Гутты. А чтобы этого не сделал другой наемник, ведь кто-то из рретан явно работает на олла.

До Неотерры трое суток лета. Эльтмар рисковал, задавая путь корабля прямиком через гиперпространство, почти без выходов в контрольных точках. Но так эти три дня он в безопасности. «Фантом» не отыщет Гутта, и не расстреляют истребители рретан без выяснения обстоятельств.

Единственный выход запланирован через пару суток для встречи с таннаром.

Три дня. Так много. И так мало, чтобы наладить отношения с Дианой. Все повторяется по спирали, и судьба запустила новый виток. Опять всего три дня.

Хотя, если дело с конфедератами выгорит, у Эльтмара появится возможность разрешить проблему постепенно.

Они с Дианой на «Фантоме» уже несколько часов. Интересно, она проголодалась? На звездолете осталось не так много запасов «условных молекул пищи», ведь их никто не восполнял. Нужно выяснить, что именно любит землянка, чтобы не расходовать запасы понапрасну. Кто знает, получится ли беспрепятственно добраться до Неотерры или же придется скитаться по космосу еще долгое время.

А еще нужно подыскать Диане сменную одежду. Алое платье напоминало Эльтмару о том, что он увидел и услышал в королевском дворце. В тот самый миг, когда бывший друг делал девушке предложение, на которое она — о, Айтах! — согласилась.

Рен Майр не заметил колебаний Дианы, не увидел ее метаний или сомнений. Она сразу сказала «Да»! И это возвращало мысли к тому, что, возможно, Эльтмар ошибается и девушка действительно любит Ториана. А их астральная связь с адмиралом рикошетом бьет по Рен Майру, заставляя Диану хотеть и его тоже.

Что если все с точностью до наоборот? Не Эльтмара желала землянка, не ему принадлежали ее симпатии, мысли, желания, а идеалисту и придурку Ториану, который так хорошо умеет обращаться с женщинами? Да и Диана — не первая из расы землян и абестанцев, с которой встречался Ториан. Была ведь и Маргарита. Значит, адмирал изучил этих женщин, понимал их лучше Эльтмара и умело пользовался преимуществом.

От этих мыслей в голове Рен Майра мутилось, перед глазами темнело от яростной ревности — такой, какой он еще никогда в жизни не испытывал — и до безумия хотелось убивать. Жестоко, медленно, с чувством. Рвать кого-то на части, чтобы успокоиться, немного остудить пыл…

Рретанин открыл в компьютере программу приготовления блюд, судорожно вспоминая, что предпочитала есть Диана на станции. Кофе — точно. Желательно с нежной пенкой. Так-с. Что еще?..

Эльтмар нажимал на кнопки, стараясь не нервничать. У Рен Майра еще остается время. И пусть его безумно мало, нужно выложиться по максимуму и сделать все возможное, чтобы Диана перестала считать Эльтмара зверем. Постараться не обижать ее ни словами, ни поступками и постепенно выяснить правду об их отношениях с Торианом.

Пока легкий ужин готовился сам собой, Рен Майр отправился в жилой отсек корабля. Девушка скрылась в каюте, и он не стал ее беспокоить. Открыл стеллажи кладовой, где хранилась сменная одежда, переворачивая содержимое на полках. На звездолетах рретан часто служили женщины. Конечно, они крупнее землянок, но это лучший вариант.

Эльтмар выудил из стопки вещей синий рабочий комбинезон. Такие нередко надевали под скафандр для наружных ремонтных работ в космосе. Костюм облегал бы тело рретанки, Диане, он скорее всего, немного великоват. Но это не страшно. Штанины слегка длинноваты. Но и это не проблема. Осталось вытащить землянку из каюты и не завестись по-новому. Ведь каждое слово Дианы резало и рвало заживо, каждая обидная тирада обжигала изнутри так, что хотелось кричать и бить кулаками в стены. Сдержаться, остаться спокойным хотя бы внешне, когда девушка цедила обидные фразы и обвинения, у Эльтмара пока никак не получалось. Но иного выхода все равно нет. Он должен, должен научиться держать себя в руках. Хотя бы в присутствии девушки. А уже наедине можно что-то разнести в клочья. Так, чтобы Диана этого не видела.

Диана

Браслет-компьютер работал исправно, но в Сеть выходить отказывался. Я и не ожидала успеха — мы ведь в гиперпространстве, здесь все функционирует иначе. Я не могу связаться с Торианом и сообщить ему, где нахожусь. Хотя адмирал наверняка уже сам догадался и ищет меня по галактике.

Почему-то это совершенно не радовало. Похищение виделось мне оправданием невозможности дать Дэй Ниру ответ.

Вспомнилась наша первая встреча с Элом и его слова «У тебя нет Сети, а у меня есть».

Он еще тогда казался таким пройдохой…

Я успокаивалась, просматривая то, что закачала в браслет до похищения Элом. Рретанские слова, выражения, ругательства. Новый общегалактический язык и перечень рас, что обитали в Файроле.

Я все их видела на приеме.

Чтобы успокоиться, я старалась отвлечься на нечто нейтральное. Рано или поздно я должна заговорить с гуманоидами будущего на их языке. Значит, следует выучить его получше. Пока что я понимала и разговаривала на новом наречие, примерно. как русские туристы прошлого на английском за рубежом. Я знала самые необходимые слова и выражения, а более сложные фразы понимала отчасти интуитивно. Однако этого мало. Теперь общегалактический — мой новый язык, и я должна владеть им не хуже, чем родным, русским. Благо, способности уника позволяли достичь этого быстро и без особых усилий.

Я повторяла немного рычащие, по-своему элегантные слова и фразы рретанского и какие-то совершенно нейтральные — общегалактического. И нашим, и вашим.

Почитала и мифы Рретана. Сородичи Эла оказались язычниками. Вселенной для них правили бог Солнца и пространства — Делиос и бог тьмы и царства мертвых — Айтах. Рогатый, алый хвостатый монстр, похожий на рретанского демона.

Делиос напоминал обычного ретанина, только очень красивого и величественного.

Айтах в устах хвостатых инопланетян означало нечто вроде: «Дьявол!» или «Черт!»

Промежуточные боги: плодородия, мудрости, ремесел, времени, животных и растений, и даже бог неба, который управлял, я так понимаю, космосом выглядели интуитивно понятными и тоже походили на рретан.

Ангрос, бог войны и стихий, почему-то ужасно напоминал Эла. Голубые глаза, черные волосы, грубовато высеченное лицо, не лишенное аристократичности. Портреты Ангроса будто писались с моего похитителя.

Или я не могла отделаться от мысли о спутнике?

Хм. Очень интересно.

Я и сама не заметила, как пролетело время. Я толком не успела поесть на приеме, в обществе королевы набивать желудок как-то не совсем прилично.

Под ложечкой сосало, жутко хотелось есть, но я боялась выйти наружу. Нет, не столько боялась, сколько не понимала, как вести себя. У меня провизии, естественно, не было. Просить Эла решительно не хотелось, и вообще вызывать его на разговор — то еще испытание на прочность. Все закончится либо ссорой, когда у нас обоих в глазах темнеет от гнева, либо приставаниями, после которых захочется срочно помыться. И не потому, что они неприятны, а как раз наоборот оттого, что слишком желанны.

Потрепанное платье представлялось неуместным в нынешних обстоятельствах. Но переодеться было совершенно не во что, а просить Эла дать сменные вещи выглядело не самой удачной затеей. Нет, посижу здесь. Сколько там человек может прожить без пищи и воды? Я точно не помнила. Но решила до поры до времени делать вид, что уники способны долго обходиться без самого необходимого.

Пока не придумаю как общаться с рретанином.

К тому же я не знала, в каком он сейчас настроении. Взбешен, обижен или жаждет мести? Опять настроен приставать или же готов общаться. Я понятия не имела, как поведет себя Эл, даже просто встреться мы в коридоре.

Нет, пожалуй, потерплю неудобства. Столько, сколько смогу. Потом будет видно.

Я легла на кровать, повернулась на бок, спрятала браслет под подушку, чтобы Эл не додумался его забрать, и попыталась уснуть. Натянула повыше одеяло из тонкой ткани, что хорошо задерживала тепло и регулировала температуру. Платье пришлось снять, я спрятала его в шкаф на случай, если мерзавец решит вдруг лишить меня одежды. Мало ли, что на уме у этого маньяка. И я осталась в белье. Хоть бы только Эл не явился будить меня своими домогательствами!

Но уснуть не выходило. Я крутилась, иногда проваливаясь в полудрему на пару минут, но разум снова начинал работу над планом изощренной мести рретанину.

Дверь отворилась внезапно. Я не открыла глаза, но сердце предательски заколотилось при одной мысли, что Эл сейчас стоит за моей спиной. Я пыталась предугадать его действия. Захотелось, чтобы рретанин поверил, что я сплю, и ушел восвояси. Но в то же время я ждала, что он сядет на постель и заговорит. По коже побежали мурашки, подбираясь к самому сокровенному. И живот потянуло от желания.

Черт побери! Да у меня уже стокгольмский синдром!

Совершенно ненужные, неправильные чувства предательски разрастались в голове, затмевая голос разума. Я сжала зубы, представляя картину, как как Эл сладко целует меня в губы, покрывает краткими поцелуями лицо, тяжело выдыхая горячий воздух. Хрипло шепчет мое имя, и его голос пробирается под кожу, покалывает иголками. Рретанин гладит спину, находя все мои эрогенные зоны. Подбирается ниже и…

— Диана, ты спишь? — Резкий, немного нервный, но довольно тихий голос выдернул меня из грез в реальность. Да… не такой голос я только что представляла. Эл подошел ближе, и я чувствовала его пронзительный взгляд на своем лице. — Ладно, спи. Но если вдруг захочешь перекусить или переодеться — ты знаешь, где меня искать. — В его интонациях мелькнула ирония.

Эл понял, что я притворяюсь. Но не сделал попыток меня заполучить. Или это его новая тактика? Эл — не простой рретанин, он опытный аферист и умеет манипулировать окружающими в свою пользу. Надо оставаться начеку и не позволить собой управлять, как марионеткой.

Память услужливо подсказала, как Эл заманил меня на ужин на станции, опоил и…

Я терялась в ощущениях и мнениях по поводу выходки рретанина. Выяснилось, что лекарство не вызывает желания… Тем не менее, поступок афериста говорил сам за себя, характеризовал его определенным образом. И далеко не лучшим образом.

Это Ториан простодушно выкладывал карты на стол. С ним я могла расслабиться и честно показать, что чувствую. С Элом такого допускать нельзя. Любой промах — и он найдет точки давления, любая лишняя информация — и меня станут шантажировать. Именно так я воображала себе Эльтмара Рен Майра и одновременно все равно испытывала к нему симпатию. Верила и не верила собственным предубеждениям.

А может, я просто сама себя уговаривала?

Эл немного постоял, помолчал, на какую-то долю секунды почудилось, что он решает, как поступить. Сомневается — уйти или остаться. Я тоже сомневалась, как и рретанин.

Часть меня хотела кричать: «Эл! Не уходи! Давай поговорим! Объясни почему ты такой? Зачем ты все это вытворяешь? Оправдайся в моих глазах, и я поверю, поверю… потому что очень хочу тебе верить».

Другая же часть вопила: «Убирайся похититель, насильник и аферист! Я не желаю находиться в твоем обществе».

И, слава богу, что оставался еще слабый голос разума, который твердил, что поесть, переодеться — как раз то, что мне сейчас требуется. И отказываться от этого исключительно из обиды на Эла глупо, нелепо и совершенно по-женски. Все равно что купить билет и назло кондуктору бежать вслед за автобусом.

— Эй! Ты там что-то про одежду говорил? — поднялась я, удерживая одеяло на груди.

Эл не успел выйти из каюты, остановился и повернулся ко мне. Широко улыбнулся.

— И еще про ужин. Или завтрак — это уж как тебе угодно.

— Принеси одежду сюда. Прошу тебя. — Два последних слова я заставила себя сказать, чтобы не вызвать другой, абсолютно ненужной реакции.

Думала, рретанин обрадуется, что я капитулировала и начала его уговаривать. Но ничего подобного не произошло.

Эл коротко кивнул и ушел. А я села, сделав жест «фейспалм».

Что со мной происходит? Неужели я все-таки неравнодушна к этому гаду?

Он не всегда казался таким уж плохим. Вспоминалась наша прогулку по лесу, когда Эл кормил меня малиной и рассказывал о чудесах цивилизации будущего. Он нашел меня и спас, пробудил от долгого сна. Неизвестно сколько еще мне пришлось бы оставаться в капсуле и смогла бы я выжить. Или со временем пояс астероидов сменил бы положение и базу разнесло на клочки, перетерло в звездную пыль. Меня могли найти ужасные существа, вроде тех же ткеннов, изображения которых я находила в Сети. Но… этого всего не случилось, потому что меня отыскал скрывающийся от преследования аферист. Как ни крути, но я обязана ему своим пробуждением. Да и чего греха таить — если не считать приставаний, вел себя Эл неплохо. Кормил, поил, по-своему заботился. В голове всплыли картинки из наших коротких дней на станции.

«Как ты себя чувствуешь? Нет головокружения? Тошноты? — Так он встречал меня каждое утро, напоминая: — После пробуждения от криозаморозки, если верить компьютеру, возможны подобные побочные эффекты».

«Как переносишь полет в космосе? — спрашивал каждый вечер рретанин. — Ты же впервые на станции, не на планете и не в криокапсуле, а в сознании…»

«Удобно тебе в каюте на станции?» — интересовался временами Эл.

Рретанин мог и не беспокоиться о таких мелочах, довольствуясь тем, что я в полной его власти и никуда уже не денусь. Эл не походил на бесчувственного маньяка, которому только одного и надо. Либо уж очень хорошо притворялся, и тогда ему место не на сцене преступного мира Галактики, а на настоящих театральных подмостках. И что-то подсказывало — как следует притворяться Эл не умел. Он мог, конечно, выдать себя за другого, но когда испытывал сильные эмоции, я это сразу же видела. Даже не зная цвета радужки.

Я вздрогнула, когда Эл вернулся. Принес сверток и положил его на стул. Сообщил, что к сожалению, одежда приспособлена для рретанки, и скрылся за дверью.

Я подорвалась и развернула то, что оставил похититель. Что же, на вид очень даже неплохо. Конечно, на спине в районе копчика отверстие, но это лучше, чем красное платье, которое на Эла воздействует как раздражитель. Синий комбинезон вполне устраивал в моей ситуации, когда и выбора-то не было.

Одежда затягивалась шнурками и регулировалась на талии поясом. Штаны имели внизу нечто вроде магнитных липучек, и я застегнула их, закатав до нужной длины. Посмотрелась в зеркало. Хм. Неплохо.

Косметику я смыла еще перед тем, когда смывала слезы обиды на Эла. Осталось привести в порядок волосы, которые золотистой копной разметались по плечам. Я немного расчесала их пальцами, потом скрутила в гульку, закрепив чем-то вроде современного карандаша, который отыскала в одном из встроенных в стену ящиков.

Затем вышла из каюты, двигаясь на запах кофе, что разливался по коридорам. Аромат вывел меня в помещение, служившее на корабле камбузом.

Как Эл и говорил, все оказалось готово для трапезы. На пластиковом столике обнаружился термос, рядом на блюде — аппетитные круассаны с шоколадной глазурью и поджаристые пончики, посыпанные сахарной пудрой. На другом подносе лежали бутерброды с красной икрой, рядом возвышался металлический кувшинчик со сливками. Неподалеку я заметила и чашку.

Сам Эльтмар увлеченно просматривал что-то в своем браслете, потягивая из большой чашки напиток цвета молочного шоколада. Кажется, такой рретане пили вместо кофе.

Я присела на соседний стул и вопросительно посмотрела на мужчину.

— Бери, не смущайся. Ешь, все, что хочется. Думаю, ты уже в курсе, что рретане не едят пищу землян и абестанцев, за редким исключением. Значит, понимаешь, что приготовлены ваши блюда специально для тебя.

Эльтмар хмыкнул, как-то странно покосился и вернулся к своему занятию. Я с удовольствием принялась за бутерброды. Икринки лопались во рту, выпуская приятную, солоноватую жидкость. Булка казалась свежайшей. Кофе бодрил и тонизировал. Давно я не ела с таким аппетитом, даже на балу у правителей Рретана, и стоило бы задуматься почему? Неужели спутник не устраивал?

Я все больше понимала, что Эльтмар, действительно, зацепил, притягивал как магнитом. Картла всего лишь сняла мои предубеждения, отключила запреты и сомнения. Остались только подсознательные желания, истинные симпатии, без примеси: «почему», «как так вышло» и «как оно должно быть».

Но признаться в этом рретанину я не могла.

Я поглядывала на Эльтмара, он тоже косился и всем своим видом излучал добродушие. Не скрою, внешне этот рретанин мне нравился. Теперь, когда я совсем привыкла к облику его расы, Эльтмар казался более чем привлекательным.

Волевые черты, едва заметная морщинка между бровей — признак сильных эмоций и переживаний, такие же вокруг глаз, удлиненное лицо и массивный подбородок представлялись мужественными и одновременно аристократичными. Чешуйки подчеркивали высокие скулы, а удивительные радужки сверкали серебром.

В слегка расстегнутом на груди комбинезоне я видела мощные мышцы, которые так завораживали. Ториан тоже казался сильным, но фигура Эла выглядела более массивной и одновременно более рельефной. Треугольник торса, яблоки ягодиц… Ни капли жира, сплошные мускулы.

Сама не заметила, как сжевала два бутерброда, запила кофе и принялась за круассаны. Эльтмар цедил свой напиток и продолжал время от времени окидывать взглядом. Будто собирался что-то сказать, но сдерживался.

Надеюсь, он не планирует обсуждать Ториана? Мне не нравилась эта тема. Хотя мне и хотелось узнать, как Эл докатился до такой жизни, превратившись из офицера в закоренелого преступника. А ведь Ториан как-то странно отзывался о Рен Майре, будто сожалел о случившемся много лет назад.

— Расскажи что-нибудь хотя бы. Или мы так и будем молчать всю дорогу до Неотерры? — прервала я тишину, стараясь говорить уравновешенно, с праздным интересом.

Эльтмар повернулся, отложил в сторону браслет и заразительно улыбнулся. Ему явно нравилось, что между нами на время воцарилось перемирие.

— На какую тему желает пообщаться моя маленькая? — промурлыкал рретанин как мартовский кот. — Если тебе интересно, в какой позе мы займемся сексом, могу предложить обсудить детали грядущей ночи. Ты предпочитаешь быть снизу или же поруководить процессом?

Конечно, какого ответа можно еще ожидать от этого озабоченного гада? Но я вдруг почувствовала, как вспыхнули щеки, а по телу прокатилась дрожь.

— Я не хочу говорить о сексе. Выбери тему более… эмм… отстраненную.

— Тогда предлагай сама. Ты же у нас теперь все знаешь.

Я ненадолго задумалась. Встречный вопрос Эла поставил меня в тупик, ударив рикошетом. Мне хотелось бы узнать многое, но я боялась поднимать больные для спутника темы. Опасалась узнать лишнее, то, что заставит думать об Эле хуже, нежели сейчас и не меньше страшилась реакции рретанина. В том, что он обладал буйным, несговорчивым характером я уже успела не раз убедиться.

— Расскажи о себе, — пожала я плечами и отвернулась, чтобы Эл не надумал лишнего.

— Тебя заинтересовала моя биография? Надо же, неожиданно. Неужели Ториан не рассказал тебе подробности моего темного прошлого, когда хотел выставить ужасным чудовищем?

Я пожала плечами снова. Ох, и дернула же меня нелегкая… Так и знала, что с этим типом нужно быть осторожнее и держать язык за зубами.

— А наш честный адмирал не рассказал, как подставил бывшего друга и посадил за решетку после миссии, чтобы все заслуги приписали ему?

Я сжала зубы, сглотнула, прогоняя из горла вязкий комок.

— Это неправда. Он никогда бы так не поступил.

— Конечно, он не рассказал тебе главного, — насмешливо, но с горечью в голосе произнес Эл. Глаза рретанина налились металлом, он пару секунд помолчал, а затем продолжил с еще большим пылом: — Когда мы высадились на одной базе ткеннов и захватили ее. Пришлось провести несколько дней на оккупированной ранее насекомыми планете. Мы ждали подкрепление, собирались передать партию пленных Ангелов в КОР. Меня подставили. Мой истребитель похитили, пленных Ангелов выпустили на свободу. По законам это приравнивается к измене. Ториан обвинил меня в диверсии, хотя я уверен, что это сделал он сам. Боялся, что его махинация раскроется, и коммодор флота, рретанский принц, узнает правду. Не знаю, с кем Дэй Нир сотрудничал. Мне даже денег на счет перевели, чтобы все выглядело правдоподобно.

— А как все произошло на самом деле? — тихо спросила я с замиранием сердца. Ториан не рассказывал подробностей, и я пока не знала, кому верить.

— В тот момент, когда мой звездолет угнали, я разговаривал с одной рретанкой. Но она не при чем. Илайна была новобранцем. И просила помочь разобраться с одной проблемой… Потом меня судили. Выдвинули серьезные обвинения, приговорив к пожизненному заключению. В последней войне с ткеннами я не участвовал. Хотя всегда ненавидел этих тварей. Ториан знал, что я говорю правду. Ведь мы уже тогда чувствовали эмоции друг друга. Но не сделал ничего, чтобы мне помочь, айтахов карьерист. Потом его повысили до капитана, затем до лорд-капитана… Но я уже находился далеко от Рретана.

Эл замолчал, уставившись в потолок. Ладони его нервно сжались в кулаки.

— И-и?.. — протянула я, желая узнать, что произошло дальше.

— Все это случилось давно и больше не имеет значения, — отмахнулся Эл. — Ториан добился, чего хотел — сделал карьеру от простого лейтенанта до адмирала независимого рретанского флота. А я… заработал славу на ином поприще. Не хочу об этом больше говорить.

Я поднялась и демонстративно зевнула. Мысли кружились снегопадом. Слишком много информации свалилось на мою голову за последние дни. Информации не всегда логичной и временами противоречивой. Но почему-то чудилось, что Эл говорит правду. Как и Ториан. Просто правда эта разная. Словно каждый из них смотрел на произошедшее со своей точки зрения. А может друзья угодили в чью-то западню? Я общалась с Торианом не так долго, но успела убедиться, что он искренен. Да и эмоции, которые читались на лице, в жестах и глазах адмирала, когда он рассказывал о предательстве лучшего друга, сложно подделать. Он не играл. Ториан изо всех сил сдерживал обиду, злость, осуждение… Так не ощущают себя предатели. Так ощущают себя преданные. Но и Эл казался мне сейчас вполне честным. Возможно, не до конца откровенным. Но честным.

Значит, дело в ком-то третьем? В том, на кого ни один из мужчин не мог и подумать… Почему-то мысли закружили вокруг той самой новобранки, с которой Эл встречался во время диверсии… Не знаю… Женщины… Мы легко можем заставить мужчин поверить в собственную невинность. Нам ничего не стоит сыграть на их природном инстинкте защитника, чтобы обвести вокруг пальца.

Эл как-то закрылся и воззрился странно, с затаенной обидой. И я решила, что пора сворачивать разговор, пока он не завел нас также далеко, как и предыдущие. Похоже, нам надо научиться вовремя останавливаться.

— Пожалуй, я пойду спать. Спасибо за ужин. Но мне просто необходимо отдохнуть, — сказала я, чувствуя ужасную усталость. Веки словно налились свинцом, зевота так и напрашивалась.

— Я тебя провожу, — спохватился Эл, догоняя меня у дверей.

Хвостатый шел следом, по-военному чеканя шаг. Я старалась не оборачиваться. Жутко хотелось взглянуть на выражение лица рретанина, но я сдержалась.

Около каюты мы остановились. Эл вдруг схватил меня за руку и притянул к себе. Его губы накрыли мои. Я даже растерялась. Сдаваться пока не хотелось. Но поцелуй Эла будил во мне те самые чувства, которые я так старательно пыталась забыть.

— Маленькая, мы теперь вместе. Придется тебе принять меня таким, какой есть, — хрипло прошептал Эл мне в губы.

Я попыталась вырваться, но рретанин не отпускал. Похоже, он всерьез вознамерился сделать то, чего так хотел. Вот только для меня драгоценный сон дороже приставаний озабоченного чешуйчатого монстра.

— Поговорим потом, — произнесла я, настойчиво стараясь освободиться из стальных объятий похитителя.

Но Эл снова принялся целовать меня. Наглый хвост скользнул по ногам и вдруг проник в то самое отверстие в комбинезоне, о котором я благополучно забыла. Ох, зря чешуйчатый это сделал!

В этот момент я словно очнулась. Рывком вытащила из волос карандаш и изо всех сил ткнула его острием в живот рретанина. Вроде бы, там чешуйки тонкие и не слишком хорошо защищают хозяина.

Похоже, боль оказалась не сильной. Но она отрезвила озабоченного спутника. Эл мгновенно вытащил свой хвост из моих брюк и перехватил мое запястье, заставив выронить импровизированное оружие. Я ойкнула и уставилась на мужчину. Глаза налились металлом, губы вытянулись в жесткую полоску. Пару секунд Эл молчал — видимо, раздумывал, что предпринять.

Ну все, сейчас он точно сорвется с катушек.

А нечего совать свой наглый хвост куда не следует!

— Увидимся после твоего пробуждения, Диана. Надеюсь, твои сны будут обо мне, — издевательским тоном произнес рретанин, затем поднял карандаш и засунул его в карман.

Дождался пока я войду в каюту.

Я услышала звук удаляющихся шагов.

Кажется, пронесло. Что же, Диана, первый день полета позади. Осталось выдержать еще два. Если все пройдет гладко, то Эльтмар не догадается о моем плане. А я попытаюсь сориентироваться по обстановке и улизнуть от него при первой же возможности. Потому что эта связь странная, неправильная и совершенно мне не нужна.

С этими мыслями я окатилась душем, вытерлась и нырнула под одеяло голышом. Ну а что еще делать? Не в комбинезоне же спать! Да и Эл, похоже, наконец-то осознал, что сдаваться я не собираюсь.