Глава 21

Валенки оказались на пару размеров больше, пришлось взять у запасливой Леськи носки потолще. Когда мы выбежали на улицу, все уже собрались возле пристройки.

— Так на чём кататься-то будете? — спросил Петрович, открывая дверь гаража.

Мы с девчонками переглянулись, боссы загадочно молчали, один Ваня не растерялся:

— А что есть, на том и будем!

— У нас много чего интересного имеется: квадроцикл, снегоход, санки, ватрушки, ледянки, можете взять обычные картонки, — принялся перечислять запасливый сторож.

— А что такое ледянки? — поинтересовалась Леська.

— Ну, это такой пластиковый круг с бортиками и ручками по бокам, чтобы держаться, — попытался объяснить Кир. — Да увидишь сейчас. Оптимальный вариант, конечно, — мягкие ледянки из полипропилена. Но у нас таких нет.

— Мы с Яной поедем на квадроцикле, — вдруг заявил полковник, шагнув в гараж.

За ним последовал генеральный:

— Ну а я тогда на снегоходе…

Так, самое интересное, похоже, уже занято. Не успела я расстроиться, как прозвучал неожиданный вопрос:

— …Кто со мной?

Во мне тотчас проснулся кураж, захотелось приключений. В самом деле, меня умыли, бар-кабаре в Хэллоуин на острове Ведьм устроить не дали. Самогоном тоже не напоили, и на столе я так и не станцевала. Где же мои приключения?! Новый год скоро кончится, а я даже в реанимацию не попала. Что это за праздник?

— Можно я? — спросила я и, осмелев, шагнула за боссом.

Леонид развернулся и пронзил меня испытывающим взглядом:

— Я этим монстром сто лет не пользовался. Не боишься, что завезу куда-нибудь в сугроб?

В сугроб? Это в тот, в котором медведь зимует? Огромный, разъяренный, с двадцатисантиметровыми когтями и слюной, капающей с оскаленных клыков? Конечно, не боюсь! Да я только «за»! Медведей тоже надо развлекать!

А уж сейчас, когда этот сдержанный на эмоции мужчина, суровый и неприступный, но такой красивый, что дух захватывало и сжималось сердце, стоял передо мной в ожидании ответа, мне и вовсе хотелось броситься к нему на шею с криком: «С тобой хоть на край света!» Но я всё же сдержалась. Лишь отрицательно помотала головой, глупо улыбаясь.

— Надевай, — он протянул мне шлем. — Садись сзади и держись за меня покрепче, хулиганка.

Босс направился к огромной фиолетовой «Ямахе» на двух полозьях. Это и есть снегоход? Первый раз вблизи вижу. Ух ты, какое удобное кресло со спинкой! Если что — медведя покатаем.

— Ну а мы, значит, на машинах, — прозвучал сзади немного обиженный голос Стёпы.

Я повернулась и показала блондину язык:

— Если хочешь, поменяемся местами!..

***

…Лихо выехав за ворота, мы помчались по заснеженной дороге мимо шикарных коттеджей — тоже украшенных новогодними огнями, но до великолепия Арсеньевых им было как до Луны.

Вот это аттракцион! Когда несёшься, прижимаясь к боссу, и ветер свистит в ушах, эмоции зашкаливают. И казалось, ничего больше не надо, только мы вдвоём мчимся по заснеженной дороге в ночь…

«Ну, теперь твоя душенька довольна?» — внутренний голос был тут как тут.

Не-а, мне всё мало — ещё бы чуток романтики! Гору цветов, трагическую аварию с потерей памяти и скупой слезой, восемнадцать индийских слонов в балетных пачках, танцующих под «Марш Мендельсона»…

Откуда-то из глубины памяти всплыло суровое напутствие сестры, данное в тот зимний вечер, когда я собиралась на первое в жизни свидание: «Целоваться на морозе не советую, губы обветрятся и потрескаются!»

— Да мне плевать, хоть вся в крови, но с ним! — прошептала, ещё крепче прижимаясь к спине Леонида…

…До горок мы добрались слишком быстро, наверное, не прошло и пяти-семи минут. Но мне они показались самыми счастливыми в жизни.

— Лёнь, давай ещё покатаемся, пока наших нет? — не разжимая рук, спросила, когда снегоход остановился.

— Ладно, сделаем пару кругов, — смилостивился мужчина и тронулся с места.

Здесь царило настоящее веселье. Мощные прожекторы на столбах освещали несколько средней высоты холмов. На ватрушках каталась в основном молодёжь, детишки — на санках. Похоже, здесь собрался целый посёлок.

Мы объехали место будущих забав и вернулись к отправной точке.

— Не замёрзла, помощница? — спросил Леонид, по-прежнему не слезая со снегохода.

— Не-а, с тобой как у печки, — вырвалось у меня с полушутливой искренностью. Руки разжимать я не спешила. Так бы и сидела с ним целую вечность.

Рядом остановился квадроцикл.

— Ну что, Янка, вспомним молодость? — крякнул полковник.

Ответ жены потонул в смехе пробегавшей мимо детворы.

Вместе с Леонидом мы нехотя слезли со снегохода. Похоже, боссу наш вояж понравился не меньше моего. А может, ему просто не хотелось лезть на эти горки…

…Вскоре подъехали ребята. Вместе с Киром и Леськой я рванула на самый высокий холм. Остальные не спешили, с опаской поглядывая на четырёхскатную горку.

По ступенькам, вырезанным в снегу, детишки резво тащили наверх свои санки, мы же вооружились ватрушками. Снег больше не шёл, ночь прояснилась.

Генеральный тоже остался внизу вместе со Стёпой и Натальей. Зато полковник не отставал и всё время подшучивал над окружающими. Вот заводной мужик, с таким не соскучишься! Николай всё время держал за руку жену, чувствовалось, что он её обожает.

Я посмотрела вниз через плечо. Высоко, однако!

— Мамочки, мне страшно! — прокричала Леська, первой забравшись на верхушку холма.

— Прекрасный повод обняться покрепче, — хохотнул Кир, подавая мне руку. — Ника, Леся, давайте сначала парами, а потом паровозиком?

Оказавшись рядом с подругой, я покрутила головой. Эм-м-м, а где моя пара?

— Садись со мной, — скомандовал неожиданно появившийся Ванька.

Я не стала церемониться, прыгнула на ватрушку, мой «жених» уселся сзади и, не дав опомниться, крепко обхватил и с зычным: «Полный вперёд!» — оттолкнулся ногами от холма.

Ускорение он придал знатное, ватрушка за секунду набрала скорость. В ушах засвистел ветер.

— А-а-а! — заорала я, когда нас крутануло где-то посередине спуска. Кажется, опять Ванькиных рук дело! — Помогите!

Но куда там, ноги разъехались в разные стороны, вокруг всё завертелось. Мы неслись спиной в неизвестность.

Твою ж матрёшку, разверните меня лицом! Я хочу видеть свою смерть!

Ш-шух! Я уже попрощалась с жизнью, когда ватрушка врезалась в сугроб и остановились.

Фух, слава богу, жива!

С помощью Ваньки я с трудом поднялась и на трясущихся ногах повернулась к «жениху»:

— Вот на кой ты нас так закрутил?! Совсем с дуба рухнул?

— Да ладно тебе, — курсант схватил одной рукой меня, а другой ватрушку и снова потащил на холм.

Наверху нас уже поджидали Леська с Киром.

— Фигасе вас унесло! — захлопала она в ладоши.

— Это всё Ванькины проделки, — буркнула я.

«Женишок» пожал плечами:

— Зато дальше всех уехали, зацени!

— Это же круто! Вы чемпионы, — поддакнул Кир и тут же предложил: — Давайте на картонках паровозиком?

— Поеду, но без выкрутасов, — заявила я и покосилась на всё ещё стоявшего у подножия холма генерального — к нему присоединилась какая-то парочка, мужчина с дамой в шубке.

— Соседи, — вздохнул Кир. — Они Лёньку теперь нескоро отпустят. Поехали без него…

***

…Мы уже успели несколько раз прокатиться с Иваном и на ватрушках, и на картонках, и на ледянках. Сначала вдвоём, потом в связке с Киром и Лесей. Затем к нам присоединились Николай с Яной, Стёпа с Наташей и таким огромным паровозиком под улюлюканье толпы мы выехали далеко за пределы дорожки.

Пусть мужчины поднимают наверх инвентарь, дав нам поиграть в снежки, решили мы с девчонками. Набегавшись, все мокрые и в снегу, стали фотографироваться на фоне безумного веселья. Сначала нас снимала Яна, потом Наташа. Когда сессия закончилась, неожиданно подошёл Леонид.

Глядя на его серьёзное лицо, я уже подумала: пришёл, чтобы поторопить нас, хватит уже развлечений! Поэтому сначала даже растерялась, когда прозвучало следующее предложение:

— Ну что, любительница экстрима, прокатимся на санках с другой горки? Там, правда, трамплинчик небольшой, редко кто катается… Не испугаешься?

С боссом, по сложному маршруту, в безлюдном месте? Да это именно то, о чём я мечтала всю новогоднюю ночь! Свернуть себе шею в объятиях прекрасного мужчины — это ли не мечта каждой сознательной женщины восьми лет от роду?! Разумеется, я только об этом и грежу! Наверняка там нет таких ярких прожекторов, и мы будем наедине в полумраке. Богатое воображение уже рисовало заманчивые картинки.

Вот я лежу… в луже крови… и умираю, страдальчески закатывая глаза и не забывая сквозь ресницы любоваться его заплаканным лицом. А он! «Ах, любовь моя, жестокая судьба отбирает тебя в самый сладостный момент моей жизни, лишь тогда, когда познал я истинное величие моей страсти и…»

— Конечно, прокатимся! — Тьфу, такая романтика сбилась на самом интересном месте!

— Давайте-давайте, а мы пока за нашими мальчиками, — Леська быстро схватила за руки Яну и Наташу и потащила их за собой по склону.

— Тогда вперёд! — генеральный подхватил санки и взял в свою горячую ладонь мою руку.

С бешено колотящимся сердцем я последовала за ним к следующему холму.

«Хоть бы никто не помешал! Хоть бы только вдвоём!» — повторяла про себя как мантру. Главное, чтобы «скорая» не приехала раньше, чем он признается в любви!

Всё ещё держась за руки, мы принялись карабкаться по склону и в считанные секунды оказались наверху. Опять повалил снег, теперь очертания других холмов тонули в белой мгле.

— Садись, — приказал босс.

Я тут же плюхнулась на санки.

— Только держись покрепче, — предупредил он, усаживаясь за мной и поднимая верёвку.

Интересно, за что держаться-то, за воздух, что ли?

— Три, два, один! — мы оттолкнулись одновременно.

Как только его руки обхватили мою талию, дыхание перехватило от радостного возбуждения, которое росло по мере того, как санки набирали скорость.

Грудь распирало от восторга, в ушах стоял протяжный крик Леонида: «Эх, прокачу!»

Где-то у подножия полозья наткнулись на что-то твёрдое, мы подпрыгнули, на секунду сердце ушло в пятки, а потом земля и небо поменялись местами — я оказалась на спине в снегу.

— Уф-ф-ф! — крикнула, внезапно оказавшись придавленной телом Леонида.

Что это было, и почему генеральный лежит на мне? Как-то неожиданно… Неужто мечта сбылась?

— Ника, ты цела?

— Да, кажется. Ой!

Леонид дёрнулся, когда его по спине ударили санки. Так вот почему он прикрывал меня собой!

Выругавшись сквозь зубы, босс оттолкнул санки и откинул спутанные пряди с моего лица.

— Тебе не больно? — выдохнула я.

— Всё хорошо…

У меня перехватило дыхание, глядя, как он смотрит на меня. Взгляд у мужчины горящий, от него мурашки по телу, будто тысячи мелких иголочек покалывали кожу. Почти как в той фантазии.

— Теперь по закону жанра я должен тебя поцеловать, — с этими словами Леонид прижался к моим губам своими.

От него пахло шоколадом и мятой, но я тут же утратила способность думать о вкусах и ароматах, меня накрыло неописуемое возбуждение. Откуда-то из глубины горла вырвался протяжный стон.

Руки босса запутались в моих волосах, в его глазах цвета закатного неба столько страсти и огня, что вокруг, кажется, начал таять и снег, и лёд… не иначе! Ведь я сгорала от жара, бушующего внутри и снаружи. Прямо половодье чувств, как бы не утонуть!

На мгновение Леонид поднял голову, но затем вновь припал к моим губам, слегка покусывая то верхнюю, то нижнюю.

Боже, что это был за поцелуй! Я словно перестала ощущать свой вес и свободно парила в пространстве. Стопроцентное состояние полета и сумасшедшего счастья. Нам никто не мешал, я потеряла счёт времени. Казалось, ещё немного — и мы займемся любовью прямо в сугробе…

Но когда в наш мир ворвались громкие голоса пробегавшей мимо детворы, мужчина оторвался от моих губ и прошептал:

— Я совсем идиот, замёрзнешь ведь! Ну-ка, вставай…

— Не могу, Лёнь, — ответила, тяжело дыша. «Я сломала позвоночник и сейчас умру. Ну же, скажи, что любишь меня, скажи-и-и!»

— Почему это?

— Ты на мне лежишь… — Он тут же поднялся и подал руку. — Оу…

Коленку пронзила острая боль.

— Что такое?

— Кажется, ушиб… Как больно-то!

Я снова охнула, попытавшись встать.

— А чего молчала тогда? — последовал вполне ожидаемый вопрос.

Ну почему мужчины такие непонятливые?!

— Будто не знаешь… не хотела прерывать поцелуй…

Леонид нагнулся и подхватил меня на руки.

— Понесёшь до машины или сразу до дома? — я обняла его за шею.

На самом деле хотелось только одного, чтобы это никогда не кончалось! Но меня тут же постигло разочарование:

— Давай лучше на санках, так быстрее.

— Как скажешь, — я не сдержала огорчённого вздоха.

Осторожно, словно драгоценную ношу, он опустил меня на санки.

— Я быстро тебя домчу, оглянуться не успеешь. Потерпи немного…