Глава 11

Окончания турнира я ждать не стал — победитель второго боя был мне прекрасно известен. Поэтому, едва были объявлены результаты, я, даже не взглянув на табло, покинул полигон и, закончив все положенные по протоколу формальности, двинулся к выходу.

Уже там я заметил, что в дверях толкутся подозрительные личности с большими камерами и микрофонами.

Пресса… ну да, здесь она тоже была активна, однако у меня не было ни малейшего желания давать интервью или делиться своими дальнейшими планами.

— Лэн Гурто… лэн Гурто! — кинулась ко мне какая-то женщина.

Но тут, на ее счастье, прямо из-под земли вывернулся Эмиль и, оттеснив в сторону посторонних, быстро вывел меня на улицу. При этом еще по дороге он успел связаться с водителем, поэтому когда мы оказались снаружи, у самого входа уже стояла роскошная машина.

— Садитесь, лэн Гурто, — велел Эмиль, открывая передо мной дверь и цепко поглядывая по сторонам. — Мы доставим вас в гостиницу.

Я замер.

— Нет.

— Что, простите? — нахмурился мужчина, когда я не только остановился, но и отступил на шаг.

— Мне надо в клинику. Я хочу увидеть наставника.

— Мастер Даэ дал мне другой приказ, — спокойно сообщил Эмиль. — Садитесь, лэн. Мы едем в гостиницу.

— Нет, — так же ровно повторил я. — В клинику. Если вы меня туда не доставите, я дойду сам.

На лице мужчины не дрогнул ни один мускул.

— У вас не получится туда добраться в одиночку, лэн Гурто. Вы не знаете адреса.

— Ничего, по дороге спрошу. Вряд ли у рода Хатхэ в столице много подобных заведений. И оно наверняка очень известно.

— У вас нет транспорта. И нет средств на счете, чтобы его нанять.

— Значит, возьму ваш, — нимало не смутился я.

— Вы не умеете им управлять.

— Научусь. Я способный. Или вы хотите рискнуть и попробовать запихать меня в салон силой?

Мы на мгновение встретились взглядами, после чего Эмиль, видимо, вспомнил мой сегодняшний бой, отступил, взялся за свой браслет, быстро что-то на нем набрал и, поднеся к лицу, коротко бросил:

— Мастер, у нас проблема…

Пока он докладывал, я сделал независимый вид и демонстративно отвернулся, попутно изучая ауру водителя, обстановку на улице и выслушивая от Эммы подробную инструкцию по управлению частным ардэ. На самом деле все оказалось не так уж сложно. И навигатор там тоже был, так что ни адрес, ни поездка для меня проблемой не станут.

— Хорошо, — наконец вернулся Эмиль, по-видимому, получив новые указания от начальства. — Мы отправимся в клинику, лэн Гурто. Садитесь.

Я молча кивнул и забрался внутрь. После чего Эмиль уселся рядом и, коротко назвав водителю адрес, захлопнул дверь.

Спустя всего половину рэйна ардэ приземлился на парковке в отдаленном районе столицы, который можно было смело охарактеризовать как «супер эко». Вместо гигантских небоскребов тут были вполне себе привычного вида низенькие, порой даже одноэтажные, красивые и явно недешевые дома, много парков, какие-то пруды, масса зелени. И вот посреди всего этого великолепия стояла всего-то четырехэтажная клиника, больше похожая на чей-то загородный дом.

Уже там, в холле, нас встретила симпатичная девушка в белом костюме и без лишних слов провела на третий этаж, в крыло «В», где находилась нужная мне палата.

Эмиль, кстати, со мной туда не зашел — остался подпирать дверь снаружи. А я, когда оказался внутри, на мгновение даже растерялся, обнаружив вместо обычной койки с пикающей и шумной аппаратурой, здоровенный медицинский модуль, больше похожий на тихий, молчаливый и причудливый гроб.

Все-таки другой мир, другие реалии… вот и в больнице я ожидал увидеть совсем другое. Но потом встряхнулся. Вспомнил, где нахожусь. После чего, поколебавшись, подошел вплотную.

Мастер Даорн по-прежнему находился без сознания. Он был уже не так бледен, как раньше, полностью обрит, а на правой стороне его головы виднелись следы недавнего хирургического вмешательства и тугие металлические скобки, оставшиеся после трепанации. Там же, прямо на коже, стояли датчики, а от них куда-то в изголовье модуля тянулись тонкие провода.

Из правого бока наставника торчали две трубки. Однако наверху, пустая и чистая, а вторая уже внизу, с какой-то желтоватой жидкостью и редкими прожилками крови.

Еще одна трубка, пошире, торчала у него изо рта. Две других я увидел внизу. А еще несколько почему-то торчали из обрубков ног, которые выглядели так, словно обе конечности лэн Даорн потерял не много лет назад, а буквально вчера: совсем еще свежие раны, живое мясо, из которого, словно длинные черви, к капсуле тянулись не только трубки, но и многочисленные бело-желтые проводки…

Это что же получается, при аварии грубо повредились сразу оба протеза? Поэтому их решили удалить? Впрочем, наверное, если бы не они, я бы его до медиков живым и не дотянул. В том аду, в котором он оказался, обычные ноги ему бы просто перерубило. А там — обильное кровотечение, которое даже Эмма не сумела бы остановить, несколько минут и все. Никакие целители бы не помогли.

Я осторожно прикоснулся рукой к крышке, беспокойно всмотревшись в мигающие на ней цифры: к счастью, красных не высветилось ни одной. Поэтому, хоть мне и были непонятны все эти символы и подписи, но в целом можно было надеяться, что реабилитация идет успешно.

Неожиданно Эмма сообщила, что рядом с нами появился неопознанный субъект, вскоре после чего дверь распахнулась, и за мной спиной раздался незнакомый голос:

— Не думаю, лэн, что вам стоит на это смотреть.

Я медленно обернулся.

— Полагаю, я вправе сам решать, на что смотреть, а на что нет.

— Добрый день, — поприветствовал меня крупный мужчина в белом халате. — Я — лэн Дор Озро. А вы, вероятно, лэн Адрэа Гурто?

— И вам здравствуйте. Верно. Мастер Даорн — мой наставник. Как он?

— Угрозы для жизни больше нет. Жидкость из полостей мы вывели, поврежденную ткань удалили, состояние стабилизировали, последствия травм устранили, а переломы срастутся через несколько дней. К сожалению, один из протезов вышел из строя полностью, поэтому его пришлось удалить.

— А чип? — быстро спросил я.

На лице доктора проступило удивление.

— Чип, к счастью, повредил не так много участков мозга, как мы опасались, осколков почти не оказалось, поэтому неисправный прибор мы тоже успешно удалили.

Я снова посмотрел на наставника.

— Значит, ходить он уже не сможет?

— Сможет, — спокойно отозвался целитель. — Так как повреждения были невелики и нервные связи с чипом оборвались не полностью, то мы установили мастеру Даорну новый чип, более современный и с расширенным набором функций. Однако поскольку протезы были уже старыми и новое оборудование к ним не подходило, то мы удалили оба. Заодно сняли мерки и заказали новые. Через неделю их доставят, так что, если состояние лэна позволит, вскоре можно будет провести и вторую операцию.

Я на мгновение прикрыл глаза.

— Сколько, по-вашему, уйдет времени на реабилитацию?

— Около двух недель. Плюс-минус несколько дней на привыкание к новым протезам.

— Спасибо, лэн. Это все, что я хотел услышать.

Доктор поколебался, явно хотел сказать что-то еще, но под моим тяжелым взглядом быстро передумал и, коротко поклонившись, вышел.

«Эмма, верни мне эмоции, пожалуйста, — попросил я, когда остался один — Я чувствую себя, как голем. Совсем ничего не трогает и не волнует».

Подруга послушно что-то подкрутила у меня в мозгах, и мне даже пришлось ухватиться за крышку модуля, чтобы не упасть, когда события сегодняшнего дня внезапно вернулись и обрушились на мою голову со всей силой.

Сумасшедшее утро, страшная авария, вид умирающего наставника, последний бой, во время которого я сам на себя был не похож… теперь вот этот «гроб»… слова доктора, мысль о том, что наставник не только выживет, но и станет прежним…

После нескольких рэйнов полного бесчувствия меня словно кипятком ошпарили, до того это было остро. Сожаление, злость, досада, страх, безумное облегчение… и все это практически одновременно.

«Провожу дополнительную корректировку», — виновато прошептала Эмма, когда у меня задрожали ноги, на лбу выступила испарина, и я, чтобы не упасть, был вынужден сперва согнуться, а потом и сесть на пол, привалившись спиной к опоре модуля.

Черт…

Быть бесчувственным легче. Да и соображается в таком состоянии гораздо лучше. Вот только собственное равнодушие напрягает. В таком состоянии я с легкостью кого-нибудь убью или искалечу и даже сожалеть о своем поступке не буду. Того же Эмиля, водителя, доктора… Если бы сегодня состоялся финал соревнований, то я бы и Босхо преспокойно грохнул. Но дисквалификация мне была не нужна, покушался на меня тоже не он, и исключительно поэтому я обошелся лишь демонстрацией намерений.

К счастью, длилось это дурацкое состояние недолго. Мэна три, не больше, по окончании которых я снова пришел в себя и смог подняться с пола.

Бросив последний взгляд на модуль и лежащего в нем наставника, я со вздохом отвернулся и вышел.

— Я готов с вами ехать, — сообщил дожидающемуся у двери мужчине, когда встретил его вопросительный взгляд.

Эмиль в ответ молча кивнул и знаком велел следовать за ним.

* * *

Еще через рэйн я уже входил в роскошный номер отеля «Таэрин» почти в самом центре тэрнийской столицы. Отель был частным, сравнительно небольшим, зато с кучей охраны, массой видеокамер и вышколенным персоналом, который при виде меня и Эмиля аж по струнке вытянулся.

Я, правда, не спрашивал, кому именно принадлежит отель и какие люди тут проживают, но раз уж нас ни о чем не спросили, а сразу с порога проводили к номерам, то, полагаю, что гадать излишне.

Номер мне достался просто огромный. Гигантский холл, в котором можно совещание с президентом проводить, две таких же здоровенные комнаты, убранство которых оказалось настолько дорогим, что я даже по телеку ничего подобного не видел. Чудовищно большая спальня с полноценным сексодромом вместо кровати. Похожий на стадион санузел с великанской ванной…

Не говоря уж о том, что все это блестело, сверкало и сияло так, что мне даже неудобно стало, что я стою посреди всего этого великолепия в своей скромной форме и пачкаю, понимаешь, ботинками старательно надраенные полы, в которых отражался не только я, но и каждая родинка на моей ошарашенной физиономии.

— Устраивайтесь, лэн, — невозмутимо сообщил Эмиль, остановившись на пороге. — Весь этаж в нашем распоряжении. Моя комната напротив. Ключ к номеру есть только у меня. Если что-то понадобится, сообщите. Одежду, если потребуется, сделаем под заказ и привезем к вечеру. Обед доставят через рэйн, ужин в восемь, завтрак будет в девять утра, но при необходимости его можно перенести на любое удобное для вас время.

Я поморщился.

— А у вас попроще номеров, случайно, нет? Тут же потеряться можно.

— Боюсь, что нет, — с едва заметной усмешкой ответил мужчина. — Придется вам привыкать к этому. Ну а если потеряетесь, мы вас все равно найдем.

Когда он ушел, я мрачно посмотрел ему вслед, а потом захлопнул дверь и пошел исследовать доставшееся мне с барского плеча Хатхэ помещение.

Богато… очень богато, тем более для меня одного. Одно хорошо — камер внутри не было, а вот доступ в Сеть, наоборот, имелся. Места для тренировки тоже хватало — в холле при желании в футбол играть было можно. Так что сдохнуть от скуки мне не грозило.

Остаток дня я провел в гордом одиночестве.

Никто из Хатхэ меня не навестил, по поводу утренней аварии информацией не поделился, хотя я уверен, что мастер Даэ сразу же дал распоряжение выяснить что да как. Эмиль, правда, все-таки зашел, но всего дважды — в обед и уже вечером, чтобы завезти тележку с едой, при виде которой я скептически хмыкнул и подумал, что ни в прошлой, ни в этой жизни ничего подобного даже близко не видел.

Ночь тоже прошла спокойно.

В пять утра я, как обычно, встал, сделал разминку, затем плотно позанимался и потянулся, помня о том, что завтра финал, а значит, и еще один нелегкий день. Затем успел отдохнуть. Посетил душ. Посидел в Сети. Ну а ближе к девяти в холле призывно пискнул дверной замок, возвещая о том, что мне, как и было обещано, доставили горячий завтрак.

«Внимание. В пределах найниитового поля фиксируется появление постороннего субъекта, — заставила меня насторожиться Эмма, когда в холле открылась дверь и послышалось мелодичное позвякивание тарелок на тележке. — Обнаружено постороннее маготехническое устройство — идентификационный браслет номер…»

Не понял. Что за посторонний субъект?

Я вышел из комнаты, по-прежнему босиком после душа и обернутый в чистое полотенце, и воззрился на крепкого парня в костюме служащего отеля, который как раз закрыл за собой дверь и повернулся, чтобы доставить тележку в гостиную.

— Вы кто?

— Доброе утро, лэн, — обезоруживающе улыбнулся гость, продемонстрировав мне чистые ладони в белых перчатках. — Я доставил вам завтрак.

— А где Эмиль?

— Сдает смену. Его дежурство как раз закончилось, так что сегодня вас будет охранять совсем другой человек.

Не нравится мне это.

Какой еще другой человек? Эмиль сказал, что ключ есть только у него. Вчера он сам принес мне и обед, и ужин. И про сменщика тоже не заикнулся, хотя, может, телохранители у Хатхэ и правда работают сутки через двое или даже трое. Они все-таки не железные.

«Обнаружено постороннее техническое устройство, — тем временем доложила Эмма. — Технические характеристики соответствуют компактному огнестрельному оружию класса „Т-9“. Обнаружено постороннее техническое устройство, по характеристикам соответствующее медицинскому инъектору. Обнаружено присутствие элементов взрывчатого вещества в идентификационном браслете номер…»

Хм. Пушка, как у Эмиля, той же модификации. А вот инъекторов и взрывчатки мой охранник с собой не носил.

Я заметил, как подозрительный мужик словно невзначай завел правую руку за спину, и хмуро велел:

«Выруби его».

Мужик тут же закатил глаза и рухнул на пол.

Не знаю, что у Хатхэ за порядки, но гость мне категорически не понравился. Правда, и убивать его было пока не за что, для начала следовало разобраться, поэтому от использования найниита я все-таки воздержался. В крайнем случае, потом извинюсь и буду думать, как объяснить очередной внезапный обморок в моем присутствии. Ну а пока…

Я подошел ближе и, отпихнув в сторону тележку, склонился над неподвижным мужиком. Живой, дышит, но уже неопасен. Так, что там у него в карманах?

Споро расстегнув тугую ливрею, я обшарил гостя и, выудив наружу непривычного вида пистолет, коротко его оглядел. Оружие вроде стандартное, без подвоха. Кобура присутствует, тоже обычная. Быть может, я зря наехал на парня? Вдруг в отеле все до единого слуги — телохранители-терминаторы с пушками наперевес?

Затем я достал из кармана брюк небольшую белую коробочку с двумя наполовину опустевшими ампулами. В одной жидкость была прозрачной, а во второй — сочного янтарного оттенка.

«Эмма, что за вещество?»

«Стандартный регенератор тканей. Одна доза…»

Хм. Пока тоже не страшно.

«Тайромедоторанамотоксин. Одна доза», — добавила подруга, заставив меня вопросительно приподнять брови.

Токсин?

Вот это слово мне точно знакомо. Что означает все остальное?

«Нервнопаралитический яд мгновенного действия. Одной дозы достаточно, чтобы убить взрослого человека».

Я отыскал на коробочке кнопку, осторожно нажал и, полюбовавшись на выскочившие из соответствующего отверстия две крошечных, тоненьких, прямо-таки микроскопических иголочки, со злым удовлетворением кивнул.

Значит, я не параноик.

Присутствие регенератора означало, что следы от инъекции исчезнут за несколько мэнов после укола. Инъектор совсем маленький, легко уместится в ладони. Осталось только подойти поближе, легонько коснуться, и все, жертву можно отправлять прямиком в морг.

«Эмма, сколько по времени разлагается этот яд?»

«Согласно моим источникам, около полутора рэйнов».

Ну то есть после этого не только следов на коже не останется, но и яд, если вскрытие не сделают в ближайшие часы после нападения, тоже не обнаружат.

Мило.

Я оценивающе взглянул на распростертое на полу тело.

Что же мне с тобой делать, красавец?

Первой мыслью было, конечно же, позвать Эмиля и пожаловаться ему на присутствие посторонних в номере. А перед этим, чтобы не объяснять причину внезапного беспамятства, взять что-нибудь потяжелее и шарахнуть горе-киллера по затылку. Вроде как я что-то заподозрил, он пытался меня схватить, а я вот такой весь молодец взял да и выкрутился…

Однако от поспешного решения меня удержала другая, гораздо более тревожная мысль.

Отель, судя по всем признакам, был недоступен для простых смертных. Куча охраны на входе и выделенный мне целый этаж наглядно доказывали, что посторонних тут нет и не могло быть в принципе. Но если отель предназначался не для простых посетителей, значит, и персонал тут должен быть проверен и перепроверен трижды, если не четырежды. В лояльности служащих управляющий и начальник охраны должны были быть уверены полностью, чужого сюда в жизни бы не пустили.

Но раз ко мне все-таки пришли с ядом и взрывчаткой за пазухой, значит, мужик-то свой. Проверенный. И с виду абсолютно надежный.

Возникает вопрос: а сколько еще здесь осталось таких вот с виду надежных и в доску своих? Один? Два? Больше? Если Эмиль — один из них, значит, соваться к нему нельзя. Если же он не предатель, то, скорее всего, уже мертв. Соответственно, тем более сейчас не поможет.

Наконец последнее и самое важное — я хотел выяснить, какая тварь стоит за всеми этими покушениями. Случайная авария? Да бросьте. В жизни не поверю, что в оживленной столице с десятками и сотнями тарнов летающих авто, где все воздушные трассы были жестко регламентированы, а каждое такси курсировало по строго определенному маршруту, который так же строго контролировался диспетчерами, вдруг какая-то из машин могла так грубо сбиться с курса.

Может, конечно, за рулем того авто сидел какой-то камикадзе. Или тупой, слепой, глухой, напрочь обдолбанный суицидник. Но даже если такой водитель нам каким-то чудом и попался, то у каждой машины имелся автопилот, который при малейшем отклонении поведения хозяина от условной нормы, мгновенно брал управление на себя, чтобы не допустить катастрофы.

Исходя из этого, существование наркомана-суицидника можно было смело исключить. А значит, гораздо более вероятно, что протаранившее нас авто было роботизированным и к тому же умышленно сошло с устоявшегося маршрута.

Кто-то направил его прямо на нас, когда мы пролетали мимо. Наш-то маршрут был стандартным, его можно было посмотреть в базе. К тому же при должном умении и наличии доступа подсунуть какой-нибудь радиоэлектронный или маготехнический маячок под днище было проще простого. А уж про дистанционное управление авто-убийцы тем более напоминать не нужно.

Тогда как здесь…

Я глянул на неподвижно лежащего мужика и был вынужден признать, что, скорее всего, это не залетный товарищ, а действительно служащий отеля.

Сколько времени ему понадобилось, чтобы сюда внедриться?

Кто ему заплатил?

На кого он работал?

Почему именно сегодня, сейчас, эту скрытую ячейку решили вскрыть? И сколько их еще есть в роду Хатхэ, если одной из них решили пожертвовать всего лишь ради мальчишки-самородка, прошедшего в финал, прямо скажем, не самых важных соревнований?

«Эмма, убери у меня, пожалуйста, все эмоции, — поразмыслив и придя к неутешительным выводам, попросил я. — Мужика надо допросить, но я не уверен, что в обычном состоянии смогу это сделать».

«Готово, — отрапортовала подруга. — Чем тебе помочь?»

«Обездвижь его и приведи в чувство. Он должен быть способен разговаривать, но не кричать. Сможешь?»

«В идентификационном браслете присутствует взрывчатка, — напомнила она. — И стоит блок-контролер, который активизирует немедленный взрыв при резком отклонении параметров физического состояния субъекта».

«В смысле, если у него начнет зашкаливать пульс, браслет его сразу убьет?»

«При отсутствии пульса блок тоже сработает».

Я скривился.

Перестраховщики, блин… видимо, чтобы уж наверняка: нет тела — нет дела. Но тогда тем более крот мне попался непростой и надо непременно развязать ему язык.

«Ты сможешь отключить этот блок?»

«Уже отключила. Все системы браслета деактивированы. Маячок не работает. Любая запись, доступ в Сеть, передача данных с устройства невозможны».

Я наклонился и, сняв браслет с мужика, на всякий случай отбросил его к окну — даже если он вдруг рванет, то меня уже не заденет. После чего велел Эмме привести мужика в чувство и, как только он открыл глаза, спокойно спросил:

— На кого работаешь?

Мужик, мгновенно сориентировавшись, быстро повел глазами туда-сюда и, поняв, что посторонних нет, напрягся так, что аж лицо побагровело. Правда, ему это мало чем помогло — заблокированные нервные импульсы не позволили ему даже пальцем шевельнуть. Тогда как я, дождавшись, пока он успокоится и все осознает, все так же ровно спросил:

— Кто тебя послал? Кто отдает тебе приказы?

Он напрягся снова. Вены на его шее угрожающе вздулись, лицо снова налилось кровью, а белки глаз прямо потемнели от проступивших на них кровеносных сосудов.

— Кто велел меня убить?

Мужик уставился на меня так, что я бы, наверное, вздрогнул, если бы мог сейчас бояться. Но он все равно не раскрыл рта и всем видом показал, что сдохнет, но будет молчать.

После чего я принял другое решение и так же спокойно велел подруге:

«Эмма, активируй у него в башке все болевые центры. Пусть его рецепторы сходят с ума от малейшей стимуляции».

У мужика внезапно расширились зрачки. Лицо побелело так, что это выглядело совсем уж страшно. Потом его затрясло, он сдавленно захрипел, закатил глаза и какое-то время почти беззвучно содрогался от боли, которой я так щедро его наградил.

«Достаточно», — так же ровно бросил я, когда мужика выгнуло так, что он вот-вот мог бы сломать себе шею.

Убийца тут же обмяк, шумно задышал. А когда пришел в себя и снова увидел меня, отчетливо скрипнул зубами.

Я спокойно на него посмотрел.

— Мне все равно, кто ты такой и какое у тебя было задание изначально. Мне наплевать, выживешь ты сегодня или умрешь. Мне тем более наплевать, есть ли у тебя личные счеты к Хатхэ или есть ли они у твоего босса. Все, что мне нужно, это имя. Кто велел меня убить? На кого ты работаешь?

Мужик, на свою беду, оказался стойким. Настоящий цепной пес. Упрямый. Крепкий. Живучий и преданный хозяину всей душой. Верой и правдой служащий тому, кто его вырастил. Готовый ради него на все, вплоть до того, чтобы годами внедряться в окружение его врагов, а потом долго и терпеливо ждать, когда же наконец раздастся долгожданный приказ.

Ударить незаметно в спину… устроить поджог… отравить… убить… взорвать… похитить и пытать малолетнего ребенка…

Такие точно не бывают простыми шестерками. Слишком уж хороши. Слишком опасны. Для таких людей не существует ничего важнее служения и долга. Ни чести, ни страха, ни сомнений. Только преданность, причем личная преданность. Так что он точно знал то, что мне нужно, однако до последнего не хотел говорить.

«Ментальный блок, — с сожалением констатировала Эмма, когда мокрый от пота мужик в очередной раз закатил глаза и обмяк. — Где-то глубоко, в нервных ядрах… сам он ничего не скажет. И не захочет, и не сможет. Здесь нужны особые знания и инструменты».

Я тогда еще подумал, что в моем арсенале ни подобных знаний, ни инструментов нет, но тут неожиданно ожила почти позабытая за ненадобностью справочная.

Одновременно с этим у меня перед глазами пронеслась целая вереница ярких картинок. Затем промелькнули страницы из какой-то занимательной книги. После чего я сузил глаза и, наклонившись, обхватил голову полумертвого убийцы обеими руками. А затем выпустил из пальцев тонкие длинные найниитовые спицы и, без труда пробив кости черепа, с легкостью вогнал их в мозг убийцы. Именно так, как мне только что показали.

При этом ни малейших сомнений, ни угрызений совести я не испытывал. Действовал быстро, хладнокровно, с полным пониманием того, что делаю. Просто потому что мне нужна была эта информация, и я намеревался получить ее любым способом.

От новой боли мужик вздрогнул и распахнул глаза, запрокинув голову так, что это было уже опасно. Его лицо задергалось, искривилось, из глаз брызнули слезы. Он захрипел, будучи не в силах противиться вонзившимся в его мозг иглам. А когда я задал ему все тот же простой вопрос, тихо взвыл, задергался еще сильнее, но с неимоверным трудом все-таки выдавил, выплюнул, буквально выблевал из себя одно-единственное имя:

— Бос… хо!

— Благодарю, — холодно ответил я, отнимая от его головы окровавленные руки, в которые, словно когти, стремительно втягивался не нужный больше найниит.

«Эмма, ты все записала?»

«Конечно, Адрэа».

— Отлично, — так же холодно произнес я, поднявшись с пола, и коротко глянул на неподвижное тело у себя под ногами. — Кажется, клиент готов. А значит, настало время вызывать подмогу.