Глава 13

Она ударила сразу, как только судья оказался за пределами защитного купола. Причем ударила быстро, сильно, словно хотела сразу сбить меня с ног, а еще лучше — приварить мои стопы к плавящимся от жара матам, чтобы потом просто подойди и закончить бой одним точным ударом.

Все правильно, мой динамичный щит она видела и, в отличие от самонадеянного брата, не собиралась давать мне время, чтобы его создать.

Я, впрочем, и не сомневался, что мне не дадут этого сделать. Такой щит хорош лишь один раз, а дальше его появление уже легко предугадать и, соответственно, предупредить. Тогда как девочке определенно подсказали, как со мной надо работать с учетом всего того, что я уже продемонстрировал, поэтому сразу же за первым ударом последовал второй, третий…

Я уклонился и раз, и другой, и даже третий, хотя это было нелегко. Затем от души шарахнул в ответ молниями, создав почти в центре ринга приличную такую жженую вмятину в матах. Естественно, получил за это такую же мощную ответку. Да еще и не одну. Ну а когда понял, что мои обычные молнии справляются плохо, создал простенькую пылевую бурю и, не имея других вариантов, попросту побежал, рассчитывая на то, что быстрая смена положения в пространстве помешает Босхо нормально прицелиться.

Само собой, до талантов Тэри мне было далеко, поэтому и буря у меня получилась слабая. Полностью обзор противнице я, к сожалению, так и не испортил, поэтому как минимум мой силуэт она периодически видела, и, несмотря на то, что я очень старался от нее скрыться, непрерывно лупила на поражение.

Но в этом имелся и свой плюс. Девчонка, как я помнил, владела искусством отражения, поэтому в моих интересах было держать дистанцию, атаковать только молниями и не позволять Босхо использовать мою бурю для усиления ее собственного огня.

Пожалуй, если бы не плохой обзор, она бы меня быстро достала. Все-таки сила и резерв у девчонки оказались потрясающими. Приблизиться к ней я, даже если бы и захотел, не мог от слова совсем — едва я появлялся в поле ее зрения, Ания огнем лихо сметала в сторону пылевое облако, а потом била уже в полную силу. А мои молнии она отбивала или вообще гасила на подлете, тем самым каждый раз вызывая восторженный рев на трибунах и одобрительные крики со стороны многочисленных зрителей.

С молниями ее явно учили управляться отдельно, потому что она делала это не только быстро, но и красиво. От ее ударов мои «осы» и шары разлетались сверкающими искрами, причем Босхо играючи справлялась с ними даже тогда, когда я напрягся и принялся осыпать ее молниями в ответ так быстро, как только мог себе позволить.

Она умудрилась отбить абсолютно все. Очень… просто очень сильная и неглупая девочка. Даже странно, что у Босхо в роду обнаружился такой бриллиант. Да, по скорости реакции она намного превосходила обоих братьев, не говоря уж о том, что ее техника защиты без преувеличения была совершенной.

По крайней мере, против меня.

И тем не менее даже спустя несколько мэнов она ничего, кроме этого, так мне и не продемонстрировала. Использовала только огонь, в огромных количествах вариаций, причем быстро, мощно, просто потрясающе много, но всего лишь его.

Огненные шары, море, огненный лес, поле, огненные молнии и даже змеи, которые вскоре настойчиво ползали за мной по рингу и при каждой удобной возможности норовили укусить…

Я уже даже засомневался в собственных догадках, потому что ну никак не могло быть, чтобы эта красотка не имела за душой второй стихии! Но делать нечего — долго я так бегать по-любому не мог. Рано или поздно мои уловки перестанут действовать, и она все-таки меня достанет. Поэтому я вернулся к первоначальному плану, исходя из того, что второй стихии у нее все-таки нет.

Да, несмотря ни на что, план у меня действительно был. Причем роскошный план, эффективный донельзя, только очень уж энергозатратный. Для него требовалось время и хорошая концентрация. А еще не помешала бы капелька удачи, потому что одновременно бегать, то и дело уворачиваясь от чужих ударов, и при этом заниматься чем-то посторонним оказалось ух как непросто. Даже с учетом того, что я заранее готовился.

У моего плана был только один минус: чтобы он сработал, требовалось привести даму в строго определенную точку ринга, причем так, чтобы она хотя бы на миг там задержалась.

Нет, воздушным молотом приголубливать я ее не планировал. Ее огню это только добавило бы сил.

И огромной молнией прошивать ее насквозь тоже не собирался, потому что был уверен, что Босхо ее отобьет.

Я хотел чистой победы. Безоговорочной и, если хотите, красивой. Чтобы убить девчонку, много ума не требовалось — всего один найниитовый диск, и даже гильотины больше не нужно.

Правда, при использовании найниита были некоторые сложности, которые выяснились лишь по ходу тренировок. В частности, пока я мог им уверенно управлять лишь на расстоянии в половину майна, тогда как за пределами этого расстояния контроль мгновенно терялся. Однако до пяти майнов найниитом могла управлять и Эмма, так что в целом и общем мы контролировали достаточно большое пространство. При выходе найниита за его пределы структура теряла стабильность, и вместо найниита неумолимо образовывался найт. Однако, во-первых, это происходило не сразу, а лишь через несколько сэнов, за время которых найниитовый диск, если его хорошенько разогнать, мог улететь ну очень далеко. Ну а во-вторых, найт я всегда мог собрать и со временем вернуть обратно. Так что на самом деле я мог убить Босхо, даже находясь на другом конце стадиона, и ничего при этом не потерять.

Но, как я уже сказал, убивать ее в мои планы не входило. Как и Сол, она не была причастна к тому, что происходило на турнире. Ну максимум ядом хотела травануть, да и то не смертельно. Ну кнопки в ботинки подсунуть…

Нечестная конкуренция — это, пусть и обидно, но не страшно.

Хотя сейчас, глядя на безостановочно лупящую по мне магией Босхо, я вдруг подумал, что кому-кому, а уж ей-то нечего было бояться. Она и так во всем меня превосходила. Была сильнее, быстрее… ну разве что не хитрее?

Хотя стоп.

А это еще что⁈

«Внимание, фиксируется существенное изменение параметров магического дара!»

«Ах ты ж, моя умница», — со злым восхищением подумал я, торопливо ища вокруг признаки скорого появления магии второй ветви.

Ну… ну! Где же ты⁈ Что ты, красавица, так долго скрывала и готовила⁈ Земля или воздух? Воздух или земля? Какую ветку ты так старательно приберегала для финального боя⁈

И тут я наконец заметил, что между матами, правда, пока еще далеко, что-то подозрительно заблестело, и витиевато выругался.

Черт!

Босхо!

Да ты издеваешься, что ли⁈

Это была вода… самая мать ее, настоящая вода! У потомственной огневички! Девчонки из безумного и безупречно чистого рода, где испокон веков магия огня занимала доминирующее положение!

Такого не могло быть! Никак, нигде и никогда! Магия воды ну просто не могла ужиться рядом с огненной ветвью…

И тут меня запоздало осенило.

«Да твою же огненную мать! Скрытое умение! Только оно могло подарить Босхо такое противоречивое и неимоверно сложное для развития сочетание в даре».

Я когда-то в шутку сказал, что скрытое умение не только не зависит от основной ветви дара, но еще и в пику ему может быть его полной противоположностью. Мол, жил-жил пиромант и вдруг на старости лет в его даре проклюнулась на фиг ему не нужная магия воды…

И вот сегодня я своими глазами увидел, что такое действительно бывает!

Ания Босхо… черт! Да у девчонки действительно талант! А еще у нее наверняка были великолепные учителя, потому что начать осваивать второе, да и еще и противоборствующее основному направление дара, причем в таком юном возрасте, это было невероятно!

Она, правда, осторожничала, все еще таилась, усиленно отвлекая меня огнем и вынуждая поменьше смотреть под ноги. Ее воды было совсем немного, да девчонка еще и спрятала крохотные ручейки в щелях между плотно лежащими матами.

Не знаю, видели ли это судьи, а вот на трибунах ее маневр точно остался незамеченным. Поэтому и я сделал вид, что ничего не вижу. Ну а когда понял, что водой девчонка управляет не слишком умело и достаточно медленно, то вот тогда мне в голову и пришла на редкость удачная мысль.

Краем глаза косясь на неумолимо следующие за мной струйки, я принялся смещаться чуть-чуть вперед и в сторону, тем самым увлекая крадущиеся следом ручейки за собой. Активизировался с молниями, до максимума увеличил силу ударов, окутался сплошным электрическим щитом, чтобы не сгореть, и постепенно пошел вперед, давая противнице понять, что вот-вот начну атаковать по-настоящему.

Она, как и ожидалось, отступила.

Работать на два фронта ей явно было нелегко, поэтому она предпочла проявить осторожность, не захотела рисковать и некстати потерять контроль над второй стихией. Поэтому продолжала медленно и неотвратимо отходить, тем самым выводя меня в центр ринга. Как раз туда, где недавно была сама и где осталась глубокая вмятина от одного из моих ударов.

Увидев, как явственно в какой-то момент вспыхнули ее глаза, я понял, что про вмятину она тоже вспомнила и решила, что именно в этом и есть ее шанс. Поэтому, когда я чуть надавил, она отошла на нужное мне расстояние. Тем временем неустанно бежавшая за мной вода незаметно окружила место, где я оказался. Собравшись возле самого бортика, она с едва слышным журчанием потекла к моим ногам, вот-вот готовясь образовать полноценную лужу.

И вот как только это произошло, а мои ноги оказались на мокром, тогда как сам я шокированно замер и на мгновение отвлекся, кинув вниз быстрый взгляд, Ания наконец ударила. Ударила всерьез и по-настоящему. Да и еще удивила меня в который раз, наглядно доказав, что на самом деле водой она владела вполне прилично. Более того, все это время она тщательно скрывала, что основное ее направление в магии воды — это ни что иное как управлением льдом. Как у лэна Даорна. Поэтому, как только я подставился, она резко выдохнула. Вода у меня под ногами мгновенно замерзла. А затем оттуда вверх почти на майн выстрелили два острых ледяных кола, перекрещенных крест-накрест. Которые мгновенно развеяли мою защиту и едва не пропороли мне пятки. И на которых я, скорее всего, так бы и повис, если бы вовремя не создал воздушные диски, которые уберегли меня от удара и подбросили высоко вверх.

От такого поворота зал буквально взвыл, разразившись кто радостными, кто испуганными, а кто и разочарованными криками.

Я замер, качаясь на своих ненадежных опорах и с трудом балансируя на острых пиках. Одинокий, растерянный, встрепанный и лишь чудом уцелевший после предательского удара…

И умница Ания не подвела — пока я пытался сохранить равновесие, она буквально прыгнула ко мне через весь ринг, разогнав себя при этом магией. Рванувший из ее пяток огонь придал ей такое ускорение, что я про себя только присвистнул. Тогда как девчонка прямо на бегу высоко подпрыгнула, буквально взлетела, прямо в полете выхватив из пустоты два огненных меча. А потом с криком обрушила их мне на голову.

Чтобы уж наверняка, в моем случае точность все-таки имела значение, я выждал ровно столько, сколько было нужно, чтобы убедиться в траектории падения милой и симпатичной Анечки Босхо, которая с перекошенным лицом летела в мою сторону в надежде если не на кол посадить, то хотя бы разрубить надвое. Я выждал до последнего, напряженно следя за ее приближением. И лишь в последний момент кувыркнулся назад, кубарем скатившись с ледяной скульптуры, которая обожгла меня не хуже огня.

Трибуны после этого снова ахнули. Кто-то, судя по всему, решил, что девчонка вот-вот напорется на собственное творение, однако Босхо и тут оказалась на высоте. Досадно промахнувшись, она с яростью разрубила мечами сразу оба кола сверху донизу. Прямо в полете их буквально выжгла дотла. Более того, не замедлилась, не упала, а приземлилась точно на ноги, подняв целую тучу брызг. После чего резко выпрямилась и, наткнувшись на стоящего в нескольких шагах живого и невредимого меня, тихо зарычала.

— Ты-ы… — выдохнула она, когда поняла, что маневр не удался и теперь ей придется начинать все заново.

Я вместо ответа сложил руки на груди и спокойно на нее посмотрел.

Все, красавица. Ты попалась.

Когда мы встретились взглядами, она яростно заурчала, словно взбешенная кошка, ее темные глаза в прямом смысле слова вспыхнули, в них метнулись отблески огня, который без промедления возник и у нее в ладонях. Однако когда она попыталась швырнуть его в меня, случилось нечто неожиданное — свирепый, ревущий, прямо-таки рычащий на все лады огонь улетел всего на два шага вперед, после чего с силой обо что-то ударился, ярко вспыхнул и тут же вернулся обратно, обдав хозяйку яростным жаром и вынудив ее инстинктивно прикрыть лицо руками.

Правда, ничего страшного с Босхо не случилось — от своего огня она пострадать по определению не могла, поэтому он лишь лизнул ее руки и бессильно угас, оставив ее растерянно стоять в луже холодной воды, в которой медленно и неторопливо плавали не до конца растаявшие льдинки.

Не знаю, кто как, а я бы на ее месте сразу забеспокоился, раз уж магия начала вести себя неправильно. Но девочка есть девочка — ей понадобилось целых тридцать сэнов, чтобы сообразить, что что-то не так. При этом она успела ударить меня раз шесть, причем хорошо так, мощно, словно и не было никакого боя. Разъяренная, взбешенная недавней неудачей, растрепанная и все еще полная нерастраченных сил…

Вот уж и правда достойная соперница.

— Что это⁈ — наконец взревела она, когда ее огонь в очередной раз бессильно ударился в невидимую стену и отскочил, а когда она ринулась на нее с кулаками, то не смогла ступить дальше двух шагов. — Что ты со мной сделал⁈

— Я тебя поймал, — так же спокойно ответил я.

— Нет! — вскрикнула она, снова попытавшись атаковать мою стену, полагая, что это такой же невидимый щит, к которому я в прошлом бою пришпилил ее брата. Однако из воздуха, как известно, получается плохой щит. Уж кому-кому, а ей-то он точно должен был поддаться. И правильно — я все-таки не полноценный воздушник, поэтому и мои щиты для реального боя не слишком годятся.

И она свято верила в это еще какое-то время, когда тщетно начала колотиться в стену в попытке ее пробить. Снизу, сверху, сбоку… руками, ногами и снова огнем… Но потом заметила, что ее магия стремительно истощается. С каждым ударом ее огонь становится все слабее. Какой бы ни была она сильной, но вскоре у нее даже огненные шары перестали получаться.

И вот после этого она запрокинула голову и взвыла:

— Гурто-о-о!

Я вместо ответа снял невидимость вокруг нее, и она явственно вздрогнула, обнаружив, как всего в двух шагах от нее начинают проступать многочисленные крошечные молнии. Одна за другой они вспыхивали вокруг, как маленькие звезды, постепенно складываясь в гигантскую фигуру… огромную магическую конструкцию, которую я сотворил, пока бегал кругами по рингу.

Пространственное мышление — это, конечно, прекрасно, но мне все равно был нужен ориентир, ось, вокруг которой я шаг за шагом выстраивал свои невидимые молнии. Сделанная мною в самом начале вмятина служила именно для этой цели и именно вокруг нее я так долго перемещался, незаметно достраивая фигуру из высшего раздела магического искусства, на которую и Ания, и судьи, и весь остальной зал уставились во все глаза.

Фигура ослабления…

Зал восторженно взвыл, запоздало сообразив, что происходит.

Когда же и до девчонки дошло, что это означает для нее, я улыбнулся и снял второй слой невидимости, из-под которого проступила вторая фигура — фигура отражения, которая и отбрасывала назад остатки стремительно истощающегося огня.

Ну а когда Босхо судорожно сглотнула, я так же молча снял и третий щит, продемонстрировав фигуру стабильности, которая придала всей конструкции надежность и не позволяла ни магии, ни кулакам ее разбить.

Что после этого случилось на трибунах… словами не описать.

Кажется, после окончания боя мне снова придется прятаться от журналистов. Стадион орал, свистел, люди громко скандировали мое имя. Кажется, моя маленькая хитрость оказалась тем самым зрелищем, которого все так жаждали. И вот теперь они, получив желаемое, кидали с трибун монеты, игрушки, цветы. Ну просто апокалипсис какой-то, а ведь я всего-то и сделал, что обошел в финале красивую девушку, при этом ни разу ее толком не ударив, не покалечив и не убив.

Уф. Но это было нелегко. Да. В какой-то момент я и вовсе думал, что не справлюсь. Но мастер Даэ, если, конечно, смотрит сейчас трансляцию, мог быть доволен — мы с лэном Даорном последовали его совету и на протяжении нескольких месяцев старательно придумывали, отлаживали, обсуждали, шлифовали его идею. Тогда как я в последние недели перед турниром только и учился, чтобы быстро создавать эту хреновину в любых, даже в самых экстремальных условиях.

— Ты проиграла, — сказал я, когда мы с Босхо снова встретились взглядами.

— Да, — шепотом призналась она, стоя в созданной мною магической клетке. — Ты прав. Я не справилась.

— Скажи это своему тану, — кивнул я, после чего развернулся и направился к выходу, лишь у самой кромки защитного купола под восторженный рев беснующейся толпы погасив свои фигуры.

* * *

Все остальное запомнилось мне довольно смутно.

Когда судья объявил итоги соревнований, я просто стоял и ждал, пока все закончится. Как только меня поздравили с победой и отпустили с ринга, молча подошел к амбалу, забрал у него браслет, сумку и, развернувшись, направился прямиком в медпункт, чтобы сдать последние анализы.

Сегодня я особенно тщательно следил за тем, как мужчина в белом халате обращается с моей кровью. Демонстративно все заснял, чтобы случайно никакие сюрпризы потом не всплыли. Так же демонстративно проигнорировал его понимающий смешок. И, получив заверения вместе с однозначной записью в журнале, что я абсолютно чист, под все еще несмолкающий гул толпы вышел наружу.

— Лэн Гурто, — тут же протиснулся ко мне какой-то хлыщ в дорогом костюме. — Обождите один мэн, пожалуйста. Меня зовут Тобин… лаир Иверия Тобин. Я — представитель Первого тэрнийского банка, официального партнера и одного из организаторов этих соревнований. Понимаю, что вам сейчас не до формальностей. Завтра состоится официальное награждение и закрытие игр, завтра же вам торжественно вручат сертификат на обучение в Первой военно-магической академии, поэтому вам тем более будет не до меня. Однако, чтобы завтра вы уже не отвлекались на всякие мелочи и могли спокойно праздновать, то прошу вас пройти со мной, чтобы обговорить условия получения денежного приза и сразу оформить все положенные по такому случаю бумаги.

Я коротко покосился на амбалов и кивнул.

Да, мне бы тоже не хотелось тратить кучу времени на посторонние вещи.

В итоге я почти рэйн проторчал в одной из комнат, внимательно изучая и тщательно проверяя предоставленные банковским клерком документы. Их было немного, текст договора тоже был понятен. Единственное, что меня смутило, это необходимость подписать все бумаги собственноручно. Смутило именно по той причине, что с точки зрения закона я был несовершеннолетним, поэтому права подписи по определению не имел.

— По этому поводу есть отдельные оговорки в законе, — поспешил успокоить меня клерк. — При отсутствии родителей или официального опекуна подпись в документах на открытие счета вы поставить можете. Идентификационный браслет у вас есть, он официально подтверждает вашу личность, даже в том случае, если это школьный браслет, а не тот, который вы получаете в обычной жизни. Мы имеем право на основании этих данных открыть для вас именной расчетный счет. Однако доступ к нему будет ограничен вплоть до вашего шестнадцатилетняя. То есть снять с него деньги до этого времени вы сможете лишь в присутствии родителей или опекуна. Так сказать, во избежание попытки манипуляции или откровенного мошенничества.

«Эмма?» — молча спросил я совета у подруги, однако та подтвердила, что да, такая практика действительно существует. Заодно сообщила, что по законам тэрнии никакого налога с полученных денег я платить не должен. А затем проверила документы еще раз и добавила, что подвохов нет и что бумаги оформлены честно.

Однако когда я уже собрался поставить подпись о перечислении на мой личный, только что открытый счет в Первом тэрнийском банке денежного приза в размере трехсот тарнов золтов, то неожиданно вспомнил кое-что важное и передумал.

— Скажите, лаир, а я могу распорядиться этими деньгами иначе? Сейчас, пока они еще не поступили на счет и пока ограничение на их использование меня не коснулось?

— Куда вы хотели бы перевести свой приз? — ничуть не удивился клерк.

— В благотворительный фонд. На имя Линты Сорти. Это возможно?

Он порылся в своем планшете, пролистнул несколько страниц, но, видимо, нашел упомянутый мною фонд, о котором я узнал лишь вчера вечером, и невозмутимо кивнул.

— Закон этого не запрещает. Какую сумму вы хотели бы перевести?

— Двести пятьдесят тарнов. Анонимно, пожалуйста.

— Хорошо, лэн Гурто, — что-то быстро-быстро принялся заполнять клерк, тыкая пальцами в экран с такой скоростью, словно специально этому учился. — Все. Я оставил запрос. Если к завтрашнему дню вы не передумаете, то означенная сумма будет переведена в указанный вами фонд сразу после окончания церемонии награждения. Оставшиеся пятьдесят тарнов вы получите на свой счет не позднее полудня завтрашнего дня. Но я к вам сразу после награждения еще раз подойду и на всякий случай уточню, все ли в силе.

Он тут же, прямо у меня на глазах, развернул планшет с уже готовым, полностью заполненным договором и жестом фокусника выудил из воздуха стило.

— Ознакомьтесь, пожалуйста, и проверьте, правильно ли все указано. Если все в порядке, то подпишите вот тут и тут… и еще вот тут… Это все. Благодарю за сотрудничество. Всего доброго. До свидания.

Я успел только моргнуть, как мужик прямо-таки испарился, умудрившись ловко проскользнуть мимо охраняющих дверь амбалов. Но поскольку Эмма дважды подтвердила, что все было оформлено правильно, то я решил — ладно. Наверное, этот тип по жизни такой изворотливый, причем и в прямом, и в переносном смысле слова.

Когда за ним закрылась дверь, я подошел к телохранителям и коротко осведомился:

— Мы можем убраться отсюда так, чтобы мне камерами в лицо не тыкали?

Они утвердительно кивнули. После чего один из них активировал какую-то функцию у себя на браслете. Нас тут же окутало какое-то странное поле, через которое я видел, как сквозь толстое мутное стекло. Затем эти парни окольными путями провели меня к черному входу, где уже стоял под парами готовый к полету ардэ. Я, увидев первых появившихся в переулке репортеров, рыбкой туда нырнул, и авто с ревом взмыл в воздух, стремительно унося меня от посторонних и от всей связанной с ними абсолютно ненужной суеты.

В клинику Хатхэ амбалы меня доставили без всяких вопросов, видимо, имели на этот счет какие-то указания. И к наставнику пропустили сразу, хотя я после турнира даже не переоделся, только ботинки в машине надел, чтобы не топать по улице босиком.

При этом, когда я явился в знакомую палату и обнаружил, что модуль открыт, а внутри никого нет, признаться, сердце у меня тревожно екнуло. Однако подошедшая медсестра, улыбнувшись, сообщила, что около рэйна назад тяжелого пациента вывели из медикаментозного сна, и его лечащий доктор… в смысле лэн Озро… счел возможным перевести лэна Даорна уже в обычную палату, поскольку программа реабилитации была успешно завершена.

Леди была так любезна, что проводила меня вместе с телохранителями на второй этаж, где находились выздоравливающие, и показала комнату под номером девятнадцать, у двери которой стояла внушительная охрана.

Не знаю, может, если бы не мои амбалы, меня бы даже близко туда не пустили, однако между собой они быстро договорились. После чего я наконец вошел внутрь и с громко колотящимся сердцем посмотрел на мирно спящего, безгранично уважаемого мной человека, которого я едва не потерял.

На этот раз лэн директор выглядел намного лучше, чем когда я видел его в модуле. Трубки из него уже вынули. Судя по отсутствию гипса на правой руке, про перелом ключицы и, наверное, ребер можно было спокойно забыть. Смертельная бледность, которая так не понравилась мне в прошлый раз, сменилась легким румянцем. Датчики с его тщательно выбритого черепа тоже сняли. Старые шрамы на шее и следы от ожога бесследно исчезли. Вот только под одеялом ниже пояса пока еще было пусто, но я очень надеялся, что это временно и что очень скоро наставник снова вернется в строй.

А еще я обнаружил, что в палате лэн Даорн не один и что рядом с ним в удобном кресле сидит стройная темноволосая и на редкость красивая женщина, которая что-то читает сидящей у нее на коленях девочке лет четырех-пяти.

При виде меня она отложила книгу и удивленно подняла голову.

— Здравствуйте, — хрипло поздоровался я, не совсем понимая, что происходит и как себя вести. — Мое имя Адрэа Гурто. Я пришел проведать лэна Даорна.

— Добрый день, лэн Гурто…

У леди оказалась на редкость теплая и приятная улыбка.

— Меня зовут лэнна Оми Хатхэ, это моя дочь — Арлиза. Мы тоже пришли навестить мастера Даорна. Лэн Озро сообщил, что он скоро придет в себя, и мы решили, что будет уместно его порадовать.

Девочка, которая все это время сидела на коленях у матери, вдруг проворно спрыгнула и изобразила очень даже элегантный книксен.

— Здравствуйте, лэн Гурто. А кем вы приходитесь дяде Ноэму?

Девочка, кстати, была очень похожа на мать. Тот же овал лица, такие же изящные черты, те же вьющиеся каштановые волосы, забранные в две длинные косички, и большие карие глаза, которые уставились на меня с нескрываемым любопытством.

— Арлиза, — укоризненно одернула ее мать.

— Ничего страшного, лэнна. Я его ученик, — улыбнулся я.

— А мы — его друзья, — гордо сообщила родовитая малявка и вдруг совсем не по-аристократически принялась теребить мать за рукав длинного платья. — Мам, ну когда уже дядя Ноэм очнется? Дедушка Даэ обещал, что это будет скоро, а он все спит и спит! Так нечестно! Я ему рисунок нарисовала! Он непременно должен на него посмотреть! Ну когда уже? Когда, а? Он так давно у нас не был! Я по нему соскучилась!

— Арлиза, перестань, пожалуйста. Лэн Ноэм придет в себя, как только ему станет лучше.

— А когда ему станет лучше⁈

Надо же. Дедушка Даэ! Хотя по возрасту девчонка, скорее, была ему не внучкой, а правнучкой.

Я хмыкнул, мысленно подивившись тому, что такая высокопоставленная и именитая леди пришла навестить лэна Даорна лично. А затем подошел к постели и, пока лэнна Оми что-то настойчиво шептала расшалившейся дочери на ухо, попросил Эмму просканировать состояние наставника. Та почти сразу сообщила, что из серьезных ран у него остались только не до конца зажившие швы на голове. Ну и чип пока еще не функционировал, потому что протезы еще не доставили и в нем попросту не было необходимости.

Это было хорошо.

Настолько хорошо, что я окончательно успокоился за наставника. Он все-таки живой. В порядке. Справился, выкарабкался и скоро окончательно выздоровеет.

И все же мне хотелось его как-то поддержать, что ли?

Говорят, люди чувствуют, когда рядом находятся те, кому они небезразличны. Поэтому я подумал и осторожно сжал его руку в надежде, что это поможет. А потом ощутил слабое пожатие в ответ и изумленно вскинул голову.

— Адрэа… — едва слышно прошептал лэн Даорн, открыв глаза и посмотрев на меня пока еще сонным, расфокусированным взглядом. Кажется, он еще не до конца пришел в себя после снотворного. А то, может, и меня за сон принял.

— Я здесь, лэн. Все хорошо. Вы скоро поправитесь.

Он с трудом сглотнул и хотел сказать что-то еще, но тут на всю палату раздался восторженный визг:

— Дядя Ноэм! Ты наконец-то очнулся!

— Арли! — ахнула леди Хатхэ, едва успев схватить дочь, пока та всеми силами рвалась вскарабкаться на постель и крепко обнять с трудом соображающего мужчину. — Нет! Нельзя его сейчас беспокоить!

Лэн Даорн, услышав голоса, изумленно распахнул глаза и повернул голову. Увидел отчаянно тянущегося к нему ребенка, затем перевел ошеломленный взор на рассерженную мать. Их взгляды на мгновение встретились и…

Честное слово, я впервые в жизни понял, что означает выражение «рваться к кому-то всей душой».

Так вот, эти двое действительно рвались. И пусть это длилось всего один миг… какое-то жалкое мгновение… пусть он сразу опустил глаза, а она торопливо повернулась к восторженно пищащей дочери. Но я все-таки понял, почему искалеченный мастер не посчитал для себя возможным вступить в чужой род. И почему мастер Даэ с такой досадой говорил, что его ученик совершил ошибку.

А еще я понял, что мое присутствие здесь излишне и что хотя бы половину рэйна мне стоит побыть снаружи. Поэтому, пока лэнна Оми что-то сбивчиво объясняла дочери, а лэн Даорн приходил в себя, я тихонько вышел из палаты, отступил в сторонку и, прислонившись спиной к стене, с улыбкой прикрыл глаза.