Глава 2

Еще одним большим плюсом моей победы в турнире стало то, что у школы Ганратаэ с некоторых пор появилось сразу два служебных ардэ. Один был чем-то вроде школьного автобуса, на котором детей могли возить и на соревнования, и на экскурсии. Ну а второй оказался компактным, быстрым, комфортным четырехместным авто. Мы на нем в Таэрин недавно летали, и это оказалось намного быстрее и удобнее, чем путешествовать по железной дороге.

Правда, на этот раз лэн Даорн решил не пользоваться услугами школьного водителя, а сел за руль сам. Водил он хорошо, автопилот почти не включал. Так что до печально известных Кринок мы домчались напрямик всего за два с небольшим рэйна.

Эх, а ведь я когда-то несколько дней добирался отсюда до школы. Пер, понимаешь ли, по болотам, мучился, пыхтел, сопел, ругался. Ну змей, конечно же, по дороге на атомы распылял, мошкарой и пиявками, можно сказать, питался. А тут раз-два и на тебе, уже на месте. Даже обидно за себя немного стало.

— Сейчас пять вечера, — сказал лэн Даорн, когда машина приземлилась на старую, уже порядком заросшую дорогу, по которой давно никто не ездил. — В паро-рэ[6] в это же время я тебя отсюда заберу. Если что-то пойдет не так, сразу вызывай меня.

Я с беспокойством на него покосился.

— А вас, случаем, опекунства за такое не лишат?

Черт. Сразу об этом не подумал, а теперь реально стремно стало. Мало ли как комитет по делам несовершеннолетних посмотрит на эту авантюру, если я некстати спалюсь?

— Я, если помнишь, не только твой опекун, но и наставник, — усмехнулся директор. — А мастер кханто может сам выбирать, каким способом ему передавать знания ученику. Вплоть до того, что без зазрения совести забросить его в качестве испытания на болота на день-другой и дать возможность доказать, что он чего-то стоит.

Я насторожился.

— Почему сразу на болота?

— Потому что ничего интересного в этом районе больше нет. К тому же ты шел этой дорогой шесть лет назад. Где, как не здесь, ты мог спрятать ценную для себя вещь так, чтобы ее за это время точно никто не нашел?

— Логично, — вынуждено признал я правоту наставника. — Спасибо за помощь. Все, я пошел.

— Будь осторожен, — напоследок попросил лэн Даорн.

Я в ответ просто кивнул, а затем открыл дверь и выбрался наружу.

Уф, хорошо. Давно в лесу не был. После школьных коридоров с их сухим воздухом и высокими стенами даже дышать легче стало.

Ардэ поднялся в воздух сразу, как только я отошел в сторону.

Наставник не стал смотреть, что я делаю и куда направлюсь. Но ему, полагаю, этого и не требовалось, потому что мой новый браслет… хм, в общем, было бы вполне логично предположить, что после регистрации данные с моего идентификатора хотя бы частично поступали на браслет законного опекуна. И я почти не сомневался, что отпустили меня сюда лишь потому, что мастер Даорн все равно в какой-то степени мог меня контролировать. Там ведь геолокация была? Данные другим браслетам и прочим маготехническим приборам он передавать мог? Так если в моем мире додумались следить за гражданами с помощью простых мобильников, то почему же в этом не могли сделать то же самое?

Разумеется, браслет я отстегнул сразу, как только школьный ардэ скрылся из виду. И только после этого направился в деревню, от которой за прошедшие шесть лет и впрямь почти ничего не осталось.

Не знаю, почему за столько времени ее так и не снесли. Люди-то понятно почему не захотели селиться: массовое убийство, совершенное безумным фанатиком, вовсе не та реклама, которая могла бы привлечь сюда новых жителей.

Я, когда дошел до некогда крепких ворот, только головой покачал, увидев, как мало от них осталось. Единственная деревенская улица была заполнена мелкой порослью и почти скрылась из виду. На покосившихся крышах обильно росла трава. Такая же трава, только повыше, колосилась под выбитыми окнами и вокруг стремительно разваливающихся крылечек. Да и вообще заброшенная деревня выглядела скверно. Причем настолько, что я лишь на пару минут зашел внутрь. Нашел место, куда заныкать браслет, чтобы до него ни птицы, ни звери не добрались. После чего вытащил из дальнего угла памяти карту болот с отметкой о расположении убежища и бодро побежал в нужную сторону, надеясь, что успею добраться до места хотя бы к середине ночи.

К дороге я на этот раз заранее подготовился и экипировался как положено. Запаса еды и воды на три дня для меня в столовой тоже собрали, так что умение поглощения можно было бы и не использовать. Однако назойливая мошкара, которая налетела сразу, как только я сошел с дороги, очень уж мешала, поэтому я решил ее проредить, а заодно и припасы поэкономить, раз уж Эмма сообщила, что здешние комары и мошки могут быть для меня полезны.

Дорогу мне тоже подсказывала она, заодно помогая обходить потенциально опасные зоны. Хищников, как и раньше, я не боялся. Слышал хорошо. Видел еще лучше, в том числе и в темноте. Поэтому на привалы не останавливался, восполнял потраченные силы прямо бегу и до темноты отмахал приличное расстояние, благополучно добравшись до здешних болот.

Дальше, конечно, пришлось идти уже осторожнее, поэтому скорость продвижения резко упала. При этом лес вокруг меня сменился густыми кустарниками. Вместо обычной земли под ногами теперь пружинил мох. И без того поредевшие деревья вскоре окончательно исчезли. А затем под ботинками зачавкала вода, так что я даже сомневаться начал, правильно ли иду.

С одной стороны, было логично, что тан устроил второе убежище, во-первых, на границе своих владений, а, во-вторых, так далеко от дорог.

С другой, хрен знает, как сюда таскали стройматериалы. Понятно, что, скорее всего, по воздуху, с помощью тех же транспортных платформ. Но все же, если верить Эмме, убежище должно было быть довольно большим, а значит, сюда и тяжелую технику завозили, и людей во время стройки по округе шлялось много. И даже если сама стройка закончилась задолго до моего рождения, то все равно в лесу должны были остаться какие-нибудь следы.

Однако их не было. И кусты, и деревья, и просматривающееся далеко вперед болото выглядели абсолютно нетронутыми. Лишь красная точка на моей карте по-прежнему горела, доказывая, что убежище все-таки есть и что я постепенно к нему приближаюсь.

Когда оно оказалось совсем близко, мои ноги стали при каждом шаге ощутимо проваливаться в мох, а в воздухе отчетливо запахло гнилью.

«Внимание, — неожиданно огорошила меня предупреждением Эмма. — Фиксируется приближение потенциально опасной формы жизни в количестве двух единиц».

Ну вот. Не было, не было никого вокруг и тут — здрасти вам, приехали.

«Что за форма жизни?»

Подруга начала было говорить, но тут из-за дальних кустов, шагах в двадцати, буквально на границе найниитового поля, выступил огромный, прямо-таки ненормально здоровый крог. А чуть в стороне высунулась и вторая зубастая морда, при виде которой я остановился и озадаченно кашлянул.

Нет, здешних волков я не боялся, с моей способностью поглощения местные хищники мне вообще не соперники, поэтому специально я чужие ауры не отслеживал. Но сам факт появления их на болоте здорово обескураживал. Болота — это вотчина змей, мошек, пиявок, всяких там подводных тварей, ну и, наверное, все-таки птиц, потому что на крыльях можно и в самый центр залететь, а вот на четырех лапах, увы, удастся проскочить лишь по самому краешку.

И тем не менее кроги были. Стояли, таращили на меня свои большие глазищи и даже рычать не торопились, словно встреча с двуногим нарушителем была для них в порядке вещей.

«Внимание, — с ноткой неуверенности вдруг сообщила Эмма. — Фиксируется присутствие двух маготехнических устройств „АЭМ-1“ и „АЭМ-2“ в модификации „В-2−0–2“ со встроенной защитой от действия блокираторов магии. Коды соответствуют характерным последовательностям, используемым таном Расхэ. У обоих устройств наличие найниитового поля не определяется. Есть возможность установления прямого контакта. Установить контакт с носителями?»

Вот уж когда я удивился по-настоящему.

Найниитовые звери? Почти с такими же автономными модулями, как у меня⁈

Фигассе. До недавнего времени я считал, что тан Расхэ избавился от старых образцов. По крайней мере, в записях Эммы об этом говорилось. А он, получается, их не только сохранил, но еще и выпустил на свободу?

Хм. Странно.

Но даже если и так, то как тогда крогам удалось уцелеть во время облавы шесть лет назад? Может, они потому и перебрались на болото, что тут было поспокойнее? А может, им повезло сугубо потому, что ученые пока не научились определять наличие автономных модулей нового поколения, да и улавливаемого приборами найниитового поля у крогов не было?

А еще я подумал, что, согласно выкладкам тана Расхэ, модифицированные им звери должны были проявлять признаки гораздо более развитого интеллекта, чем их собратья. Так что получалось… получалось… это что же, я на месте? А встретили меня не простые волки, а, так сказать, охрана? Расхэ ведь мог запрограммировать чипы так, чтобы звери выполняли для него некую работу, если уж посторонних к своим исследованиям допускать не хотел. Правда? Что ему мешало?

«Контакт установлен, — тем временем доложила подруга, но тут же растерянно добавила: — Для получения доступа к убежищу запрашивается подтверждение прав. Однако кодировка сигнала нетипичная и не имеет буквенно-цифрового вида. Адрэа, я не знаю, какой пароль им нужен».

Я смерил оскалившихся зверей задумчивым взглядом: звери как звери, внешне вообще от нормальных не отличить, да и ауры вполне обычные.

«А я, кажется, знаю».

После чего закатал рукав, вырастил на одном из пальцев острую найниитовую иглу, затем прокол ею кожу на ладони и развернул ее так, чтобы волки увидели.

— Этот пароль вы хотите от меня получить?

Звери шумно втянули ноздрями воздух, после чего один из них, тот, что покрупнее и с более новым чипом, осторожно подошел и тщательно обнюхал мою руку. Затем слизнул выступившую на ладони капельку крови. Немного постоял, подумал. После чего так же молча отступил, а рядом со мной, словно призрак, прямо из воздуха соткался голографический экран с прекрасно знакомой эмблемой — многолучевая звезда, внутрь которой был вписан символ семейства Расхэ, составленный из причудливо переплетенных между собой букв, составляющих их родовое имя.

Я, недолго думая, подошел и мазнул ладонью по экрану.

Тот благополучно засветился, кровавый узор быстро расползся в стороны, высветив еще несколько символов. После чего земля у меня под ногами тихонько загудела. Волки, отступив еще дальше, дружно улеглись на мох. Тогда как шагах в трех передо мной, прямо под огромным раскидистым кустом, часть земляного покрова вместе со всем, что на нем росло, благополучно отъехала в сторону, открыв небольшой прямоугольный проход, внутри которого показались самые обычные металлические ступени.

«Доступ к убежищу получен, — прокомментировала происходящее Эмма. — Личность носителя крови подтверждена».

«Ну что ж, пойдем посмотрим, что мне досталось в наследство», — подумал я и, на всякий случай оглядевшись, быстро шагнул вперед.

* * *

Едва я спустился вниз, как люк за моей спиной плавно закрылся, но почти одновременно с этим вокруг меня зажегся свет и как-то странно поплыл воздух.

«Внимание, — снова оживилась Эмма. — Фиксируется искажение пространственно-временных потоков. Размеры временного сдвига соответствуют два к одному. Возможна корректировка параметров. Анализирую данные».

Я покрутил головой, оглядывая небольшое квадратное помещение с уже знакомыми мне белыми стенами, однако насторожившая меня странная рябь быстро пропала, так что если и был тут какой-то сдвиг, то лично я его никак не почувствовал.

Зато стоило мне сделать еще один шаг, как передо мной снова появился голографический экран, запрашивающий подтверждение доступа. И лишь после того, как я капнул на него немного крови, в стенах произошло новое движение, после чего сразу три панели с тихим шорохом уехали вниз и теперь уже не только в коридорах, но и в соседних помещениях зажегся яркий свет.

В том, что обнаружилось слева от меня, находился, судя по всему, рабочий кабинет. По крайней мере там имелся большой стол, два кресла на колесиках, маготехническое устройство, опознанное Эммой как обычный для этого мира комп. Чуть дальше стояли плотно закрытые металлические шкафы с электронными замками, а в одном из них подруга засекла приличный по размеру сейф, доступ к которому тоже мог получить только я.

В помещении, которое располагалось справа, я увидел длинный широкий, облицованный белыми панелями коридор со множеством дверей, тоже снабженных электронными замками. На первый взгляд, он чем-то напоминал тюремный, тогда как двери выглядели так, словно за ними находились камеры. Однако присутствия живых Эмма не обнаружила, зато в пределах действия найниитового поля зафиксировала большое количество маготехнических устройств, доступ к которым нам еще только предстояло получить.

Наконец прямо передо мной открылась совсем уж здоровенная комната, похожая одновременно и на кунсткамеру, и на лабораторию. По левую руку от входа стояло несколько столов, над которыми на специальных стойках зависли причудливой формы манипуляторы. У самой стены обнаружилось сразу два современных медицинских модуля класса «А». Прямо напротив входа нашлось несколько столов поменьше с какой-то сложной аппаратурой. Тогда как вся правая сторона помещения была уставлена многочисленными стеллажами, на которых виднелось огромное количество емкостей, внутри которых в мутной жиже плавала куча всякого разного зверья.

Причем размеры емкостей тоже были различными, а внутри были заспиртованы и мелкие зверушки, и крупные, и птицы, и жуки. Я даже молодого крога среди них увидел. И клайров, кстати, причем не одного. А потом понял, что животные были расположены рядами по мере, так сказать, взросления особей. Так что ближе ко мне стояли емкости поменьше, чуть дальше звери виднелись уже покрупнее, а у самой стены находились самые здоровые и, вероятно, опасные особи, причем многих я раньше только на картинках видел и, если бы не поглощение, на дийран бы к этим тварям не подошел.

Я, если честно, поначалу решил, что тан оставил их тут как пособия. К примеру, сначала препарировал тварь мертвой, изучал, как она устроена и как ее лучше использовать, а уже потом переносил опыт на живую. Однако Эмма сообщила, что животные не обычные, а уже модифицированные и в каждом имеется автономный модуль той или иной модели. Где-то модули были старыми, а где-то, наоборот, максимально приближенными к ее собственной модификации. Так что, получается, тан зачем-то складировал в убежище не слишком удачные эксперименты, хотя особого смысла в этом, на мой взгляд, не было.

Обойдя все помещения по очереди, я первым же делом сунулся к компу и какое-то время Эмма благополучно качала из него информацию. Дополнительный пароль уже не потребовался. Достаточно было выдать его один раз при входе. Я сначала подумал, что это не слишком разумно, но оказалось, что тан Расхэ отнюдь не был беспечным — по словам подруги, если бы на входе мою кровь не приняли, то убежище просто взлетело бы на воздух вместе со мной.

Припомнив, какого размера была воронка на месте родового поместья Расхэ, я поневоле поежился. Но в документы все равно залез и почти до утра в них копался в надежде найти что-то принципиально новое или полезное лично для меня.

К сожалению, почти все найденные файлы относились к проекту «Гибрид-1», так сказать, предтече проекта «Гибрид-2», результатом которого стал я сам. Именно здесь, в большом убежище, у тана Расхэ зародилась эта необычная идея и именно здесь он много лет испытывал новую технологию.

В малое убежище он перебрался гораздо позже. Лет этак десять назад, когда пришло время опробовать технологию на человеке. А до этого, как я и думал, он действительно существенно доработал и модернизировал модули первых поколений. На них же в свое время обкатал базовые директивы, которые впоследствии перекочевали к Эмме. Нашел способ организовать передачу данных с модуля новому носителю, если что-то вдруг случится со старым. А заодно придумал, как ограничить их развитие таким образом, чтобы они ни при каких условиях не вышли из повиновения.

После этого убежище наконец законсервировали, поставили снаружи надежную охрану, обеспечили модулям нового поколения возможность бесконечной смены носителей, чтобы даже через сто лет убежище не осталось без защиты. Тогда как сам тан в последние годы здесь уже даже не появлялся. А я стал первым и единственным, кто получил доступ к его разработкам.

В тот коридор, что был похож на склад, я тоже сходил и, разумеется, сунул нос за имеющиеся там двери. За одной, как и обещала Эмма, нашлись шкафы с рабочими инструментами, запасными частями для медицинского модуля, а также запасы еды, воды и медикаментов. За другой обнаружился современный санузел. В третьей — склад с одеждой, включая пресловутые белые комбинезоны, такую же белую обувь, а также шлемы, маски и прочие атрибуты, которые обычно используют при работе в стерильных условиях.

А вот в остальных боксах меня поджидал приятный сюрприз в виде огромного количества всевозможных… правда, пока еще неактивных големов, при виде которых у меня, признаться, аж глаза разбежались.

Как пояснила Эмма, в убежище имелись и големы-уборщики, и големы-носильщики, и големы-строители. Большие и маленькие, похожие на роботов-пылесосов или не похожие вообще ни на что. Ходящие, прыгающие, лазающие по стенам, ползающие и даже летающие…

При виде них я запоздало сообразил, что при наличии такой армии помощников тан Расхэ мог построить убежище практически незаметно. Да еще и не привлекая к его созданию ни родственников, ни посторонних.

Наличие пространственно-временного разлома тоже многое объясняло.

Как и сказала Эмма, на компе тана был установлен фиксированный временной сдвиг: день в убежище шел примерно за полдня в реальном мире. То есть два к одному. А благодаря пространственному сдвигу, в реальном мире убежище занимало совсем немного места, фактически его размеры не превышали размеров предбанника. То есть примерно три на три шага.

По факту же оно превышало размеры малого убежища в несколько раз. Если бы пространство внутри не сдвинули, тану пришлось бы полболота осушить, чтобы сотворить нечто подобное.

А так болото и болото. Ну, может, в одной единственной точке есть пустота, которую без специальных приборов даже с дрона было не заметить. Так что тан молоток. Грамотно заныкался. Да еще и охрану снаружи поставил, чтобы уж наверняка отвадить любопытных.

Единственное, что меня смущало, это вопрос снабжения. В том плане, что я не понимал, за счет чего убежище продолжало функционировать столько времени. Тан же не просто его построил, но еще и много лет здесь работал. А это и освещение, и обогрев, и медицинские модули… откуда он брал энергию, в таком количестве? Рядом ни линии электропередач, ни фонарных столбов, ни Сетевых вышек. Может, он спецгенераторы установил? Или спрятал в одной из комнат мощные накопители?

Но даже генераторы должны были на чем-то работать, а накопители время от времени следовало заряжать. А я ничего такого тут не нашел. И, наверное, еще долго гадал бы, в чем дело, если бы Эмма не напомнила, что при создании крупных пространственно-временных разломов при определенных условиях выделяется прорва энергии. То есть получалось, что накопитель тану в общем-то был и не нужен. Если Расхэ знал, как добыть и преобразовать выделяемую разломом энергию в нужную ему форму, то чисто теоретически мог сделать убежище по-настоящему автономным. Ну разве что интернета внутри не имелось, но и этот вопрос, скорее всего, решаем.

Хм, надо будет почитать теорию по этой теме. А если удастся, то и самому нечто подобное сделать, потому что наличие персонального, по-настоящему тайного и считай, что вечного схрона — это полезная и очень нужная в хозяйстве вещь, которая мне точно пригодится.

«Внимание, — наконец, в четвертый за сегодня раз известила меня Эмма. — Обнаружен не персонифицированный автономный модуль „АЭМ-3“, прототип. Размеры найниитового поля не превышают одного райна. Приблизительное количество управляемых частиц составляет около шести с половиной акрионов».

Я аж подпрыгнул на месте от неожиданности.

Где⁈

Где мое сокровище⁈ Я же по большому счету только за ним сюда и пришел!

А когда Эмма подсказала мне открыть сейф, все-таки не сдержался и довольно промурлыкал:

— Моя пр-релесть…

В сейфе находился небольшой серебристый шар — легкий, плотный и, несомненно, состоящий из найниита. Не такой большой, как в свое время Эмма, но тоже очень внушительный. На самом сейфе имелась дополнительная настройка, согласно которой внутри него время было практически остановлено. Так что, сколько бы лет назад тан ни спрятал там прототип, за это время тот не сломался, не истощился, а найниитовое поле вокруг него как образовалось, так и продолжало функционировать.

А еще в том же сейфе нашлась туго закупоренная колба, внутри которой находился уже перегоревший, отработавший свое найт. Колба была заполнена на две трети. На глаз, там было раза в два больше материала, чем тот, который я потерял во время взрыва. Акрионов двадцать… ну, может быть, двадцать пять… и это было настолько круто, что у меня аж дух захватило от открывающихся перспектив.

«Доступна возможность захвата посторонних найниитовых частиц, — напомнила Эмма, когда я с жадностью уставился на бесценный шарик, уже видя перед глазами роскошную найниитовую броню, не менее роскошный найниитовый клинок, да и вообще, прямо скажем, замечтался. — Доступна возможность поглощения найта. Адрэа, что скажешь?»

У меня аж сердце екнуло, когда я подсчитал, на какую сумму прихватизировал ценного минерала. Если учесть, что десять акрионов частиц у Эммы было изначально плюс два с половиной я забрал у лэна Даорна, да еще добавить шесть с половиной отсюда, то если мне удастся прибрать к рукам еще и отработанный найт, я стану во всех смыслах золотым мальчиком.

При этом максимальные размеры защитной пластины, которая мне станет доступной, возрастет до четырех ладоней уже сейчас. Это если брать толщину с учетом того, чтобы ее не прострелили из найниитовой «пушки». А если брать стандартную толщину для обычного найниитового покрытия, то пластина станет в три раза больше. Ну а после того, как я смогу забрать весь перегоревший найт, эта цифра прилично возрастет.

«Берем. Все берем, — сказал я, выгребая обеими руками содержимое сейфа. — Сколько понадобится времени, чтобы все усвоить?»

«Для обычного найниита — несколько рэйнов. В дальнейшем по мере роста количества частиц скорость усвоения будет расти».

«Так. А для найта? Лет, наверное, десять?»

Блин. Где ж я все это время буду его хранить-то? Опять в бутылку запихаю и землей разбавлю, как в школе? Ну да. В прошлый раз только чудом не вляпался. В какой-то момент был даже готов его сожрать, чтобы не спалиться. Но столько за один раз я, пожалуй, не проглочу, так что надо придумывать что-то другое…

«Я могу использовать мощности медицинского модуля для ускорения процесса, — неожиданно огорошила меня подруга. — Отработанный найт невозможно будет ввести в найниитовое поле сразу и в полном объеме, но есть возможность с его помощью ускорить завершение перестройки твоего скелета».

Я неожиданно замер.

Блин, а ведь верно!

Найниит это, безусловно, круто, но зачем переводить в него весь найт, да еще и прямо сейчас? Как показала практика, для укрепления скелета найт подходит намного лучше. В таком виде он не зависит ни от Эммы, ни от управляющего поля, ни от меня. Он просто есть и есть, одним своим присутствием делая мои кости крепче.

Да, в случае чего, я эти запасы наружу в два счета не выкину и в управляющее поле быстро не введу. Но с другой стороны, мы сегодня найниита и так прилично хапнули. На первое время хватит. А если совсем прижмет или же у нас изменятся планы, то найт мы потом потихоньку выберем, а потом закинем в поле по ходу дела и все.

«Так, — задумался я. — Идея с найтом мне нравится, но, Эмма, нас потом не спалят с таким количеством минерала в костях?»

«Если распределить найт равномерно по всей площади костей за исключением ростовых точек, то при обследовании медицинский модуль покажет лишь некоторое увеличение их плотности. А специальным оборудованием, предназначенным для поиска найта, тебя просвечивать не будут».

«А если и будут, то ты всегда сможешь взломать программу, — усмехнулся я. — Хорошо, я готов. Что для этого нужно сделать?»

Спустя половину рэйна я, уже раздетый, забирался в медицинский модуль, тихо матерясь про себя и раздраженно посматривая в сторону лежащих рядом трубок.

Черт. Не думал, что когда-нибудь мне придется еще раз это пережить, но минимально возможный срок, за который Эмма могла распихать по моему телу отработанный найт, составлял чуть меньше недели по реальному времени. Это, в свою очередь, означало долгий медикаментозный сон, а также последующую реабилитацию, стимуляцию и все остальные проистекающие из этого «прелести».

Когда я сообразил, что мне предстоит, то, честное слово, чуть было не передумал. Но найт в таком количестве таскать с собой я бы не рискнул. Оставлять его тут на неопределенно долгий срок не хотел. Не использовать его, раз появилась возможность, было глупо. Так что…

А, блин!

«Давай, — болезненно скривился я. — И не забудь перенастроить комп Расхэ на временной сдвиг четыре к одному. Тогда у нас останутся еще сутки в запасе на непредвиденные сложности, но чует мое сердце, перерыв после процедуры мне понадобится».

Эмма тут же заверила меня, что на встречу с наставником я не опоздаю, и, вообще, она постарается сделать все, чтобы мое физическое и душевное спокойствие не пострадало. После этого модуль тихонько загудел, его крышка плавно закрылась. И я уже приготовился к самому мерзкому, но, на свое счастье, отрубился до того, как все началось.