Ранен и почти сломлен
Брайан отыскал мнимого отпрыска миссис Кеннеди посреди ярмарочной сутолоки, высматривающим очередного зазевавшегося простака. Похоже, свое загадочное перемещение из Восточного Сассекса в Харрогейт пострел воспринял довольно спокойно. Возможно, просто не понял, где именно находится…
Что ж, Лондон впоследствии удивит его на порядок сильнее…
Теперь мы ехали в направлении дома, молчаливые и задумчивые, погруженные в мысли о странной судьбе Макдауэлл-холла.
— Надеюсь, Магнус все еще не проснулся, — произнесла я первые за дорогу слова.
И Брайан откликнулся:
— Уверен, с ним все в полном порядке. Не стоит и волноваться! — Тощий мальчишка сжал мою руку, другой оправил норовивший слететь с головы хлипкий картуз.
Меня окатило волной горького разочарования: хотелось упокоить голову на крепком мужском плече, почувствовать защищенность и силу другого человека. Вместо этого я ощущала лишь острую ответственность за двух внезапно свалившихся на голову «отпрысков» мал мала меньше — ни о каком покое и речи быть не могло.
— Так его зовут Магнус? — внезапно откликнулась Эвис. — Откуда вам это известно?
Вот же ж, воистину: язык мой — враг мой.
— Э… мы встречали его еще прежде, в таверне на Северной дороге, — начала выкручиваться я. — Кажется, он был не один… э… с супругой. И та называла его по имени…
— С супругой? — по-настоящему удивилась девушка. — Где же она в таком случае? Надеюсь, эти разбойники…
— О нет-нет-нет, уверена, во время нападения женщины рядом не было, — поспешила уверить я. — Мы бы заметили это, не так ли… э… сынок?
— Да, матушка, женщины не было, — послушно отозвался мальчишка в лице Брайана.
Эвис продолжила править повозкой в полнейшей тишине, и я, во избежание нового конфуза, последовала ее примеру. Только послала Брайану многозначительный взгляд…
Миссис Бут выскочила из дома, едва заслышав грохот колес по разбитой дороге, замахала руками в явном волнении.
— Наш хворый проснулся, — сообщила прямо с порога. — Мечется, порываясь выбраться из постели! Еле упросила его не делать этого. — И добавила со скептическим выражением лица: — Не уверена, что и сейчас он не лезет в окно с явным намерением угробить себя окончательно.
Мы с Брайаном переглянулись, и тот припустил вдоль фасада, с явным намерением перехватить грума, если тому вздумается сбежать, мы с Эвис и миссис Бут устремились к комнате раненого.
— Вы сообщили о случившемся местному констеблю? — поинтересовалась экономка на ходу. — Разбойное нападение на дороге… Такое нельзя оставлять без внимания!
Мы с Эвис на мгновение сбились с шага: я от испуга, она — от внезапного озарения.
— Ты права, следовало доложить констеблю Моррису. Я совершенно не подумала об этом!
Само собой, все ее мысли занимало ставшее явным условие отцовского завещания, и я только порадовалась этому факту.
— Давайте прежде переговорим с нашим пациентом. Вызвать констебля никогда не поздно! — сказала я, распахивая дверь в его комнату.
Магнус Конли полусидел на постели, прижав руку к повязке на боку. На белом холсте проступила капелька крови, и миссис Бут в очередной раз взмахнула руками.
— Несносный вы человек, — заголосила она, — немедленно лягте в постель и больше не поднимайтесь! Только мертвеца в этом доме нам и не хватало. — При этом она подскочила к раненому и надавила на его плечи всем своим телом, так что бывший грум кулем повалился на подушки. И застонал.
— Где я нахожусь? — слабым голосом осведомился он. — Чей это дом?
Эвис решительно выступила вперед.
— Это мой дом, — сказала она, — дом Эвис Макдауэлл, и в нем вы в полнейшей безопасности. — Потом попросила: — Расскажите, что приключилось на дороге? Эти люди, видели, как на вас напали. — Она указала на меня и Брайана, как раз юркнувшего в комнату. — Чего хотели разбойники? Денег?
— Моей смерти.
Слова Магнуса, казалось, выкачали из комнаты весь воздух, упали подобно тяжелому булыжнику. Миссис Бут схватилась за сердце…
Эвис переспросила:
— Вашей смерти? Почему?
Прежде, чем ответить, Магнус перевел взгляд с меня на Брайана.
— Я видел вас обоих в таверне, — констатировал он. — Кабы не этот мальчишка, лежать мне мертвым на дороге. — И, должно быть, рассудив, что мы и так поведали Эвис о ночном происшествии в «Королевском фазане», произнес:
— Отец моей возлюбленной не жаждет заполучить в мужья простого работягу, как я. — Мотнул он головой. — Я — конюх, чтобы вы знали. Всего лишь грум в его доме, — добавил, как бы желая намеренно смутить свою собеседницу. Та вовсе не казалась шокированной. — Джоанна же, его дочь, — единственная наследница рода. Богатая девица, которой даже смотреть в мою сторону не полагалось…
— Однако, ее это не остановило, — верно предположила Эвис.
И Магнус снова мотнул головой. Это было чем-то вроде нервного тика…
— У нас будет ребенок, — поведал, уткнувшись взглядом в потолок. — Ребенок, которого, возможно, ни один из нас никогда не увидят. Его отнимут сразу после рождения, передадут бедной крестьянке с целым выводком собственных отпрысков… Уморят голодом или болезнью. Избавятся, как от чего-то постыдного… Бастарды богачам ни к чему. — И Магнус ударил кулаком по матрацу. — А это мой ребенок, и моя женщина… — Его голос сломался, ожесточение сменилось отчаянием. Того и гляди брызнут слезы…
Ни один из нас не желал бы этого видеть, и Брайан спас положение, поинтересовавшись:
— А что, если попытаться снова? Умыкнуть вашу девицу во второй раз и оставить богача-папашу с носом.
Магнус невесело улыбнулся, глядя на юного собеседника.
— Боюсь, все сложнее, чем кажется, — сознался ему еще тише. — Это была наша вторая неудачная попытка, и, боюсь, увы, последняя. После первой, когда нам почти удалось добраться до Бристоля, и Джоанну перехватили агенты ее отца, меня избили до полусмерти и бросили умирать, как какое-нибудь животное. Лишь чудом мне удалось выжить и воротиться назад в Лондон, однако к тому времени моей возлюбленной там уже не было: отец увез ее из столицы, спрятал от меня и людей в таком месте, отыскать которое мне удалось только много времени спустя. Месяцы, — он стиснул край одеяла, — месяцы потребовались, чтобы узнать ее нынешнее местоположение, и вот… очередная неудача. Не представляю, где она может находиться теперь! — закончил он и вовсе едва слышно.
Я поглядела на Брайана: «Вот тебе и история со счастливым концом», как бы сказала я, припомнив наше первое совместное дело, — мальчишка пожал плечами. С такой детской непосредственностью и простотой, что я усомнилась в наличии Брайана внутри этого тела.
Как ему удается так отлично перевоплощаться? У самой сосало под ложечкой от мысли об очередной «бэбифермерше», которой отдадут малыша Джоанны и Магнуса… Такого же малыша, как мой Джонни, невинного и абсолютно беспомощного.
Снова припомнились сомкнутые пальцы на тоненькой шейке, синее личико и… убогая обстановка бедного дома.
Мы должны были что-то сделать… И пока я гадала, что именно, Брайан неожиданно произнес:
— А давайте мы с матушкой поможем вам ее отыскать!
Магнус вскинул голову, Эвис и миссис Бут приподняли брови, даже я выпучила глаза.
Брайан лучился самодовольной улыбкой и молчал, как бы выдерживал многозначительную паузу перед особенно важным заявлением.
Однако Магнуса его физиономия не убедила:
— Не думаю, что вам это под силу, — произнес он, откидываясь на подушку. — Теперь ее спрячут так, что никакими силами не отыскать… Разве что магическими, — усмехается он. — Да и тех нынче не существует!
Вот тут Брайан и подался вперед:
— А что, если я скажу: магия существует? Самая всамделишная, провалиться мне на этом месте. Матушка подтвердит… — И он схватил меня за руку.
Я не понимала, к чему он клонит и только по-глупому хлопала глазами.
— Ну… э… — пролепетала нечленораздельно.
А Брайан продолжал:
— Матушка с детства владеет даром отыскивать людей. Да-да-да, — закивал с опасной для его тощей шеи интенсивностью. — Когда у нас в деревне пропала корова Кармайклов, она первая заявила, что искать ее следует на болоте, якобы та заплутала в тумане и застряла в торфяной яме. А Десмонды, матушка, помнишь, как ты помогла отыскать Катарину, их дочку… Девчонка сбежала с заезжим циркачом и вот-вот собиралась отдать ему самое ценное…
— Полагаю, все поняли главную мысль, — поспешила прервать фантазию мнимого отпрыска, готовую сразить целомудренные уши старой экономки неуместными подробностями.
И стала подыгрывать, наконец, догадавшись, куда он клонит:
— Если у вас найдется что-то, принадлежащее вашей возлюбленной, — обратилась я к ошарашенному Магнусу. — Любая безделица. Не имеет значения, что именно…
Он пролепетал:
— В кармане моего сюртука был женский платок. Он принадлежит Джоанне…
— Отлично! Где этот сюртук? — вопросила я.
Миссис Бут взмахнула руками, ресницами, пышной грудью — всем сразу. Казалось, отмерла, будучи приросшей к полу гостевой комнаты…
— Я отнесла его в прачечную, — сказала она. — Он был весь перемазан кровью…
— Я его принесу, — вызвался Брайан, метнувшись из комнаты своим мальчишеским аллюром.
Эвис поинтересовалась:
— Вы действительно способны отыскать человека с помощью носового платка?
Чего в ней было больше: здорового скепсиса или священного благоговения сказать было сложно. Наверное, она и сама еще с этим не определилась…
Я же произнесла:
— Это работает лишь в особых случаях, не всегда одинаково. Однако сейчас все должно получиться… Я в этом уверена.
— Кто бы мог подумать! — ахнула миссис Бут. — Никогда о таком не слыхала.
— Значит, вы можете сказать, где находится Джоанна? — Магнус тоже глядел на меня со смесью недоверия и надежды. — Я всю жизнь был бы вам благодарен…
— Не стоит, я еще ничего не сделала.
— Вот и платок! — в комнату воротился Брайан, размахивая женским шелковым платком с монограммой Синглтонов. — Теперь можно и к делу приступать. Только не в этой комнате… — Он взял меня за руку. — Матушке нужны полные тишина и сосредоточенность. Мы пойдем в детскую, если вы не против…
Никто не произнес ни слова: таинство готового свершиться чуда запечатало каждый язык.
— Тебя несет, — попеняла я Брайану за закрытой дверью детской комнаты.
— Но ведь в правильном направлении! — подмигнул он, пританцовывая на месте. — Быть может, только в этом и заключалась моя миссия в теле мерзавца Синглтона: поспособствовать воссоединению двух любящих сердец.
Я сощурила глаза. (3303c)
— В прошлый раз, помнится, ты был настроен менее благожелательно к этой паре.
— В прошлый раз, — парировал он, — у меня не было столь острого желания насолить мерзкому старикашке, отцу Джоанны. — И он вынул флакон с активатором переноса. — Приму его во дворе, чтобы малыш без имени, — он указал на себя, — не перепугал весь дом своим стремительным бегством. Вернусь так скоро, как только смогу!
Я наклонилась и чмокнула его чумазую щеку: уж больно умилительно выглядела его детская мордашка.