Глава 12

После ухода гостей Влад решил вернуться к записям сестры, но у Вселенной оказались другие планы. У себя в кроватке заплакал, закричал Антошка. А когда Элла его покормила и успокоила, снова открылась дверь, соединяющая две половины дома, и послышалось:

– Элла, помоги!

– Что там происходит? – пробормотал Влад, когда Элла вручила ему полусонного сына.

– У нас Берта рожает, – наскоро бросила она и, велев Казаринову походить с ребенком, убежала к матери. Следом поплелся грустный Джон, но дверь захлопнулась перед его носом и оставила ни с чем.

Влад долго носил на руках сына, напевая сначала какие-то знакомые обрывки детских песен, а потом уже перешел на те, что знал.

На смену «Что такое осень?» пришли «Офицеры, офицеры», вслед за ними хорошо пошла «Дорога» «Любэ». Похоже, малышу сольный концерт Казаринова понравился, и он, положив голову отцу на плечо, сладко уснул. Владу удалось без помех уложить ребенка в кроватку и осторожно выйти из комнаты.

Без Элки снова вчитываться в дневники сестры не хотелось. Хорошо, что разбираться в дерьме, оставленном сестрой, приходилось с Эллой. Один теплый бок, прожигающий дыру в штанине Казаринова, чего стоил. Влад завалился на диван и лишь на минуточку прикрыл глаза, а когда проснулся, то увидел знакомую фигуру, показавшуюся темной в свете лампы, очерчивающей каждый изгиб. Элла около стола внимательно изучала какие-то документы.

– Что ты там нашла интересного? – ехидно осведомился он, поморщившись мысленно, что оставил в открытом доступе договоры в доме ведущего специалиста конкурентов. И тут же одернул сам себя.

«Элла не такая! Она не переманит клиентов!»

– Что? – повторил он, глядя на Элкин задранный вверх указательный палец, словно его хозяйка говорила: «Минуточку!».

Казаринов подскочил с дивана и сразу оказался около Эллы, застывшей с бумагами в руках вблизи настольной лампы и вчитывающейся в каждую строчку договора займа.

– Как Кристинкины документы здесь вообще оказались? – недовольно пробубнил он, тут же догадавшись, что, наверное, Мила сгребла все бумаги с его стола и скопом передала Чижову.

«Вот же идиотка!» – мысленно ругнулся он, решив, что нужно обязательно провести с сестрой инструктаж.

– Роспись странная, – прошептала Элла. – Похожа очень, но какая-то тяжелая.

– Мила, сестра наша старшая, утверждает, что ее.

– Я видела, как она расписывается, – тихо заметила Элла. – В этой нет легкости, и как графический объект она совершенно другая.

– Ты полагаешь, что подделка? – с надеждой осведомился Влад. – Это бы решило многие проблемы.

– Кристина, когда мы с ней познакомились, работала в какой-то фирме главным бухгалтером. Можно запросить у них документы с ее подписью и отдать на экспертизу.

– А это идея, – довольно воскликнул Влад. – Элка, ты супер!

От избытка чувств он чмокнул ее в щеку и закружил по комнате, а потом вместе с ней упал на диван. Прижал к себе, зарывшись в волосы, и громко прошептал:

– Если идея с экспертизой выгорит, я твой должник… – И тут же сам себя оборвал на полуслове.

«Ты и так ее должник, придурок», – мысленно напомнил он и попробовал задрать длинную майку.

– Элка, ты такая сладкая, – пробормотал он, наваливаясь. Но она вывернулась из его объятий и строго предупредила:

– Еще раз ко мне полезешь, поедешь домой. Понял?

– Нет, – хмыкнул Влад и попытался снова обнять ее.

– Я не шучу, – печально заметила она, отодвигаясь. – Ты не любишь меня, а ради сына мы можем общаться и без интима.

«Как бы не так, – хотелось закричать Казаринову. – Какая разница, кого я люблю, но хочу именно тебя! – он тяжело вздохнул, отпуская ее. – Запомни, девочка, – усмехнулся он про себя. – Я всегда получаю все, что хочу. Вопрос времени, дорогая!»

– Ладно, – мотнул он головой. – Как пожелаешь! Никогда никого не принуждаю. Лучше посоветуй, с чего начать поиски?

– Не знаю, – поморщилась Элла. – Мне вообще не хочется копаться в грязном белье твоей сестры. Избавь меня от этой участи.

– Чем же тогда займемся? – улыбнулся он, потягиваясь. – Давай кино посмотрим?

– Смотри, – пожала плечами она.

– А ты? – поинтересовался он, опасаясь, что Элка сейчас отрежет, что не любит смотреть фильмы.

– Мне нравятся английские детективы и сериалы исторические. «Тюдоры», «Борджиа»…

– Я тоже люблю исторические фильмы, – соврал Казаринов, предпочитая экшн и триллеры. – Хочешь, скачаю что-нибудь…

– Мне поработать надо, – упрямо отрезала Элла, не желая идти навстречу гостю.

– Могу помочь, – пробурчал Влад. – В фотошопе что-нибудь наваяю.

– Для конкурентов? – усмехнулась Элла и добавила грустно: – Помилуй бог.

– Что так? – напрягся Казаринов. – Я вроде тоже профи.

– Ты фотошопишь снимки? – удивилась она.

– Ретушь наношу, свет вытягиваю, – кивнул он. – Если фотосессия серьезная, никому не доверю. А иногда фотографии такие получаются, что ничего добавлять не нужно.

– Знаю, – хмыкнула Элла. – Я люблю твои работы. Они фантастические…

– Работы любишь, а меня нет, – печально заметил Влад. – Что же нам делать, Эллочка?

– Живи, как тебе хочется, – пробормотала она, отводя взгляд. – С сыном видеться разрешу. Помощь приму, если возникнет желание нас поддержать.

– Да пойми ты, Элка, – в сердцах бросил Казаринов. – Я не хочу приходить по воскресеньям и устраивать фаер-шоу. Не желаю, чтобы сын воспринимал меня как Дедушку Мороза или кошелек с ножками. Хочу видеть, как он растет, шутить с ним, учить чему-нибудь…

– Все очень красиво, Влад. Правда! Только это фантастика. Сам знаешь. Ты не собирался жениться на мне. И мы с Антошкой упали тебе на голову, как сосульки во время оттепели. Смысл нам строить отношения, если нет привязанности или симпатии?

– Мне кажется, девочка моя, ты врешь, – пристально глянул на Элку Казаринов. – Если бы симпатия не возникла, то фиг бы мы с тобой Антошку заделали. Вон какой красивый ребенок получился. А красивые детки по любви рождаются. Только не уверяй меня, дорогуша, что ты так ко всем в постели прыгаешь. С разбегу и в один момент. Даже рот не открывай, чтобы соврать! Я тебе не поверю.

– Мне все равно, чему ты веришь, – отстраненно улыбнулась Элла. – Но жить с человеком, который меня не любит, не могу, Влад!

Казаринов вгляделся в ее несчастное лицо, перекошенное от натянутой светской улыбочки, и все понял.

«Твою мать!» – мысленно ругнулся Влад, догадавшись о самом главном. О том, что хотела утаить Элка.

– Я могу твои слова расценить как признание в любви, дорогая, – ехидно заметил он. – Из твоих речей понятно одно. Ты меня любишь, а я тебя нет.

– Глупости! – Элка подскочила как ошпаренная. – Что ты выдумал?

– Ты ни разу, моя красивая, даже не обмолвилась, что придется жить с нелюбимым человеком. А все твердишь о моих чувствах к тебе! Я прав? Ты в меня влюбилась?

Элка хмыкнула и, ничего не сказав, удрала на кухню.

Казаринов прибежал следом. Полез обниматься.

– Ну, милая, перестань, – принялся увещевать он, увидев, что она рыдая отошла к окну. – Я никогда тебя не предам, обещаю, – прошептал он на ушко. – Будь ко мне ласкова, и все получится!

– Что получится? – обозлилась Элла, но, оказавшись в кольце его рук, вырываться не стала. А просто отстранилась немного, избегая контакта тел. – У нас только сестричка Антошке получится, – горько хмыкнула она. – И ты опять отчалишь в голубые дали.

– Да никуда я не отчалю, – вспылил он. – Даже не надейся! Иди ко мне, девочка.

Но выставленный вперед локоть сообщил Казаринову, что сейчас не время для уговоров. Элла, упрямая и строптивая, ни за что не сдастся.

– Уходи, – велела она. – О встречах с Антошкой потом договоримся.

– Но…

– Пожалуйста, уходи!

Влад неспешно собрался, все еще надеясь, что она передумает. Но Элла стояла у кухонного окна изваянием и не сделала ни единой попытки остановить его.

Приехав на Миусскую, Казаринов снова погрузился в дневники сестры, но так и не нашел ни одной зацепки.

– Спасибо, Эллочка, что про подпись надоумила, – пробормотал он чуть слышно. Перед глазами вновь возник волнующий образ. Элка топлес танцевала у шеста.

– Да что же это такое, – тяжело вздохнул он. – Ничего, девочка, дай время, завоюю тебя. Кто кого любит, потом разберемся. Но мой сын будет жить в полной семье, как бы ты ни противилась, дорогая!

Казаринов долго думал, как соблазнить мать своего сына, и, перебрав в уме множество вариантов, уснул, так и не остановившись ни на одном.

А следующим утром его разбудил звонок мобильника. Леха Филимонов, хозяин «Компьютерного вальса», сбивчиво поздоровавшись, сразу перешел к делу.

– Влад, это бомба! Чижов мне рассказал о новой концепции. Бюджет неограничен, но условие одно – непременное участие Гоши Каземирского.

– Я с ним вчера разговаривал, Леш, – Влад попытался убавить восторги собеседника. – Он категорически против…

– Ты знаком с Гошей?! – завопил Филимонов. – Давай уговорим его! Я бабла не пожалею.

– Знакомством это назвать трудно, – невесело усмехнулся Казаринов. – Попробуй найти его агента и через него сделать предложение.

– Точно! – загоготал Филимонов. – Сделаю, и он не сможет отказаться!

Положив трубку, Влад с неохотой побрел к тренажеру, который умудрился когда-то собрать, но еще ни разу не использовал. Потыкав кнопки на дисплее, он установил самый щадящий режим и попробовал походить. Не получилось. Нога заныла изрядно, и на повязке даже выступила пара капель крови.

Выплевывая проклятия в адрес Элки, ее пса и Гоши Каземирского, Казаринов доковылял до кровати и, плюхнувшись на постель, сразу набрал Эллу.

– Ты вчера меня выгнала больного, – умирающим голосом пожаловался он. – А у меня швы на ноге расходятся. Воды стакан принести некому. Лежу тут один голодный.

– Мы сейчас приедем, – отрезала Элла и попросила продиктовать адрес. И через полчаса уже звонила в дверь.

Казаринов, впустив ее в квартиру, хромая поплелся на диван в зале и улегся там, вытянув больную ногу.

– Забыл тебе сказать про термометр, – печально заметил он. – Кажется, у меня температура…

– Ага, – хмыкнула Элла, усаживая рядом Антошку. – Тридцать семь и два. Самое время писать завещание.

– А ты суровая, – пожаловался Казаринов, расстегивая на сыне комбинезон. – Нет в тебе милосердия, Элка.

Она нехотя подошла поближе и положила ладонь ему на лоб.

– Не придумывай, нет у тебя температуры, – безапелляционно заявила она.

– А у тебя в ладошку градусник вшит, что ли? – недовольно пробубнил Казаринов и добавил капризно: – Я же чувствую.

– Я тоже чувствую, – усмехнулась Элла и дотронулась до его лба губами. Для этого ей пришлось наклониться над Владом. Всего лишь на пару секунд, но он чуть не запел от восторга. Прикосновение ее губ и манящее декольте. Казаринов ощутил, что ему и этого достаточно, чтобы завалить непокорную девицу рядом и целовать. Целовать, целовать.

Но рядом завозился Антошка, и Владу пришлось сдержаться, отгоняя подальше эротические фантазии.

«Твою мать, – про себя поморщился Казаринов. – Что-то с этим нужно делать…»

– У тебя продукты есть? – строго поинтересовалась Элла. – Что ты тут ешь?

– Ничего, – пожаловался Влад. – Тут только вода из-под крана. Может, разрешишь вернуться к тебе?

– Ладно, – тяжело вздохнула Элла. – Поехали, страдалец.

Она помогла ему одеться, а потом медленно пошла к машине, не выпуская из виду хромающего рядом Казаринова.

Что-то подсказывало Элле, что ее развели. Мелко, особо не задумываясь. Но вид окровавленной повязки подтверждал теорию о разошедшихся швах и сильных болях.

– Нужно заехать к Некрасову, – пробормотала она. – Пусть осмотрит ногу. Еще нагноится.

– Мне сейчас нужен покой, – жалобно оповестил Влад. – Голова кружится. Лучше сразу лечь, как приедем. Я могу с Антошкой поиграть, а ты своими делами займешься, – примирительно предложил он и взглянул ласково.

– Разберемся, – пробурчала Элла. – Куда от тебя денешься?

И тут же вспомнила предложение Нины.

«Наверное, не зря я напела Владу про оффер. Нужно сбавить накал. Пусть поживет сам. Охотничий кураж испарится. Вот тогда и поговорим!»

– А знаешь, – довольно сообщил Казаринов, вернувшись на полюбившийся диван, – теперь тебе придется со мной поехать к подружкам сестры и к ней на работу.

– Ага, – недовольно хмыкнула Элла. – Мы еще с тобой вместе к Лизе поедем и к твоей мамаше.

– Это еще зачем? – не понял Влад.

– Вместе, так вместе, – заявила она. – Ты же об этом мечтал.

– Ну не совсем, – пробурчал он и тут же подумал, что Лиза бы ни за что не примчалась к нему одна. А уж тем более с ребенком. Она бы просто не взяла трубку или послала бы подальше. Посоветовала бы обратиться к доктору, друзьям, к родственникам, к прохожим на улице… Куда угодно, но уж точно не к ней!

«Нужно найти время и навестить мою великую любовь, – мысленно решил Казаринов. – Что же все-таки ей Кристина наговорила? Или сестра, его злобный гений, не причастна к разрыву?»

Влад поморщился, словно пытаясь в один момент уяснить, как бы сложилась его жизнь, не вмешайся в нее Кристина и остальной отряд домашних рептилий.

– Болит нога? – беспокойно осведомилась Элла. – Сейчас обезболивающее принесу.

Казаринов глянул ей вслед, удивляясь тому, что возвышенный образ Лизы растворился в заботливом шепоте Эллы и колыхающемся в ее глазах беспокойстве.

«Да и трахается она лучше, – мысленно отметил Влад. – Всю себя отдает, а Лизка только брала. Да и то… пока раскочегаришь!»