18

Два дня без неё, без своей девочки, маленького белого зайца. В первый день только на ноги вставал, пытался звонить. Нельзя было Милану подставлять, зная её отца лучше отношения оставить в тайне. Телефон молчал. И микрофон, который был вставлен в её аппарат, указывал на то, что девчонка техникой не пользуется.

Разлука переносилась очень плохо. Приходилось останавливать себя, закрывать глаза и делая дыхательные упражнения думать о своей паре. Чувствовал её на расстоянии, не угрожала ей опасность, но такая тоска наваливалась, словно пресс внутри сердце сжимал и хотелось вырваться к ней хотя бы на минуту. А обстоятельства так закрутили и завертели, что было некогда.

Документы на Курбатова были собраны, основная их часть хранилась в электронном виде, была ещё папка с документами, а так же с фамилиями тех, кто помогла отмывать деньги, вести нелегальный бизнес и увиливать от налогов. Компромата столько, что можно упечь тварь на тысячу лет не меньше. Но Ертаю банкротство и разоблачения Курбатова были не так важны, после всех скандалов, которые неминуемо будут следовать за банкротством, он просто загрызёт старого волка и упьётся его кровью.

День, другой пролетели незаметно. И вдруг объявился сам Сергей Юрьевич. Точнее позвонил, попросил убрать охрану с его драгоценного завода. Не проблема, отозвал своих парней. А потом ещё один звонок. Странный голос глухой Курбатову не свойственна печаль.

— Сегодня Марковых хоронят. Свози Милану на похороны. Проследи, Ертаев, чтобы моя зайка поела. Она похоже без тебя уже и есть отказывается.

Трубку бросил. Знает, что у них с Миланой пара и позволяет быть вместе. Это насторожило так сильно, что прежде, чем ехать за город, Ертай решил загрузить свою квартиру продуктами и вещами первой необходимости. У него бронированная дверь, как в банке. Охрана в доме своя и приставит охрану к двери. Зайку выкрасть и закрыть. Сегодня, завтра, её нужно спрятать от отца. Курбатов мутит воду, что-то задумал, а это всегда опасно.

В районе, где расположена его квартира, заглянул в кафе, взять в дорогу пару бутербродов. И тут позвонила Мария Викторовна, а в трубке голос Миланы.

— Зайка! Как твои дела? Ты почему телефоном не пользуешься? — ему хотелось отругать её. Он переживал. Оставил на попечение такого отца, что боялся каждую минуту. Нужно прекращать этот цирк и забирать её однозначно.

— Саша, а кто там смеётся? — а вот это уже начинало раздражать. Он приблизительно понимал, как юная девушка может себя накрутить. Только поэтому не вспылил. Он старше, понятливее, а несчастный заяц живет в напряженной, нездоровой обстановке. Милана не специально, не хочет его довести до белого каления своими придирками, просто нет у них никакой ясности, его самого это бесит, а девчонку с толку сбило.

— Я в кафе. Заяц, прекрати…

Трубку бросила, пришлось рвануть к ней. Он жалел о том, что совсем нет времени. Не купил подарка, не мог её сводить в кино или ресторан. Погряз Ертай в своей мести, а несчастной девчонке придётся терпеть.

Трое охранников из команды Талого поздоровались с ним. После дождя стало прохладно на улице. Воздух насытился влагой. Хмурое небо над головой медленно уступало место синеве небесной с ясными лучами солнца. А вокруг тишина. И в доме никого. Спокойно вошел в большой холл у входа и прислушался. Две женщины на кухне. В воздухе летал лёгкий аромат зайкиных духов. От неё пахло так, как когда он приехал сюда на смотрины.

Запах вывел его к бассейну. В нежно-голубую воду нырнула белоснежная девушка. Мелькнули перед глазами стройные ноги с круглой аппетитной попкой, и растрёпанные молочные волосы. Милана ушла под воду с головой и торчала там, видимо, до победного, пока воздух не кончился. Вынырнула, откинув пряди с лица, а глаза под цвет воды, завораживающие очи, снежной королевы. Ертай присел на край у бортика с восхищением глядя на эту сказочную фею. В этот момент, она казалась нереальной, кукольной. Сердце, тело и душа тянулись к ней. И хотелось прыгнуть в воду, обнять немедленно.

— Иди ко мне, — он протянул к ней руку. Она без движения продолжала смотреть на него, прикрывая под водой небольшую вздёрнутую грудь.

— Ты что тут забыл? — лёд в голосе. Неужели уже успела похоронить все их отношения? Тяжело с ней будет. До того как начнёт доверять и успокоится ещё жить да жить, а ему она нужна немедленно.

— К тебе и за тобой. Выходи, Милана, — говорил, как можно ласковей.

— Уходи.

— Я жду тебя, — он поднялся и вышел в коридор, что вёл в жилую часть дома.

Она думает, что её бросил любовник, изменял два дня, что над ней смеются и издеваются. И как эту дурь из чудной головки выбить, Ертай не знал. Сказал ей правду, признался в любви. Ещё раз признаться? Зачем? Видимо, надо.

Деловая Милана Сергеевна хотела пройти мимо. Выловил её, она даже зарычала, как хотела показать свою обиду. Накренился, накрыл её славный ротик своим, прижал к себе. Ледянющая, ручки замёрзли, нос холодный. Сопротивлялась, не хотела губы раскрывать, зубки сжимала. Ертай натиском взял, боем отвоевал этот поцелуй. Долго лобзал, пока не почувствовал, что девушка в его руках расслабилась и обмякла телом. Прижал к себе посильнее, натирая плечи и спинку, ей надо согреться.

— Горячий чай сейчас выпьешь. И прекращай глупости себе придумывать.

Опять обиделась, надулась так, что смех брал. Он подогнал её вперёд, шлёпнув по попке. Она отмахнулась, недовольная.

Кобыла с лошадиной мордой по имени Сюзанна пялилась на Ертая во все глаза и даже чуть заметно пританцовывала. Мужчина знал, что женщинам нравится, не раз этим пользовался. Справку получить, без очереди пройти, информацию собрать. Только улыбнутся, стоило Ертаеву, как все двери, у которых стояли женщины, открывались. В этот раз от распутной бабёнки ему ничего не надо, хуже она только зайца провоцировала на очередной всплеск ревности.

В полном молчании Милана перекусила и ничего не сказав отправилась на третий этаж. Ертай следовал за ней. Внимательно рассмотрел огромную комнату своей возлюбленной. Кровать круглая у окна, гардеробная, ванна посреди зала ещё один санузел. Письменный стол с маленькой библиотекой в углу. Пока зайка переодевалась, он нашёл телефон. Вставил в ухо наушник, включил аппарат, сказал пару слов и сразу услышал их через микрофон. Прослушка работала. На столе девичьи предметы. Лак для ногтей, пилка. Компьютер с большим монитором на котором висела подвеска в виде сердца. Здесь живёт белый заяц, казалось, каждая деталь пропахла её лосьоном от солнца и сладкими духами.

Стук каблуков. Милана в отличном черном платье по колено, рукава-фонарики, приталенное, оно подчёркивало её хрупкую, но идеальную фигурку. Туфли на каблуке, зрительно удлиняли ножки. Волосы убраны в причёску, и макияж делал из неё совсем другого человека. Но противно не было, скорее такое преображение даже заводило Ертаева.

— Ты прекрасна, Милана.

Она подошла ближе, зажимая маленькую чёрную сумочку локтем. Его руки скользнули по нежным изгибам. Чувствовал возбуждение, постоянное желание слиться с ней в одно целое. Девушка застенчиво протиснулась к нему в объятия и со вздохом уложила голову ему на грудь. Это было так замечательно и нежно, что Ертаев чувствовал, как слабеет от умиления и просто обречён обожать эту девочку.

— Телефон носи с собой, — он положил аппарат в сумочку, — я буду слушать тебя через него. Зайка, девочка моя, что мне сделать, чтобы получить твоё доверие?

— Подождать, — тихо ответила Милана, и мужчина поцеловал её в макушку.