30

Гнетущая тишина, в которой появился странный гул. Звуки движущегося транспорта с нескольких сторон. Впереди, сзади и с двух прилегающих грунтовых дорог. Я остановилась неудачно на перекрёстке. Тучи разошлись и россыпь звёзд во главе с полной луной освещали дорогу. Всё, как снегом усыпано, блестело и белело в ледяном свете.

Так я хотела, поучаствовать в бойне стай, что конфликт хвостом за мной следовал и наклёвывался прямо немедленно на этом перекрёстке. Дрожь по коже, я готова стать волчицей, но при этом немного мандражит перед первым разом. Я сейчас чувствую себя сильной, но встретившись один на один с противником, могу получить отпор. Лучше при встрече с врагом быть рядом со своим самцом.

Сергей мне сам позвонил. Я даже не знала, что у меня телефон есть. Долго думала, куда тыкать пальцем, хорошо, что трубочки нарисованны, дребезжали красная и зелёная, так бы не понять. На экране высветился номер и надпись «Мой любимый муж Сергей». Не помню, чтобы я так его называла и тем более об этом писала.

— Се́ргей! Что за херня! Я тебе не нужна, раз ты меня так кидаешь?! Так, я помоложе найду.

— Я тебе, бля*ь найду! — заорал муж в трубку. — За тобой фары, это я.

— Ты же на переговоры собрался? — усмехнулась, забираясь в салон машины, где всполошился белый волкодав.

Фары в ночи горели не только в зеркалах заднего вида, но и впереди и их было очень много. Колыхающееся море огней выскользнуло из-за поворота, посреди лесной глуши.

— Я сейчас одного хмыря на тебя выловлю, зайка, и домой поедем. Выйди на дорогу.

— Ты охренел?! А вдруг меня загрызут?

— Талова выпустила и вышла на дорогу, бля*ь! Мне твои вые*оны не нравятся, девочка, не зли меня.

— Х*й старый! Выйду, сам на себя пеняй!

— Вот не х*я себе побочный эффект, — крикнул он уже не мне. — Вы слышали? И это мой заяц.

— Это уже волчица огрызается, — загоготали бойцы, а потом в трубке послышались гудки.

Я вышла на дорогу, открыла заднюю дверь. Алабай выскочил и тут же принюхался. Мы с ним теперь приманка для какого-то хмыря. Ничего у меня ещё четыре патрона. Пёс залаял, из леса на дорогу, минуя овраг, выбирались один за другим Оборотные. Их звери были некрупные и тощие. Глаза в основном горели зелёным светом. Лисы. Человек двадцать.

Пёс сходил с ума, пришлось его придержать за ошейник, поранив руку об шип. За машиной с другой стороны тоже компания, но намного опасней. Медведи. Увидев их, я ломанулась в сторону, откуда должен приехать Сергей.

Меня не пощадят, но своему мужу я доверяю. Причины нет не доверять, он волк, а для совей пары этот тип Оборотных сделает всё и позаботится обо всём. Я трушу теперь по асфальту под луной. Бегу на своих двоих. Но ноги стали тоньше, как пружины подкинули меня вверх и вперёд. Я в воздухе накренилась и протянула белоснежные руки к дороге. Каждое мгновение своего оборота я ловила и запоминала. Мой первый раз, это феерическое волшебство. Конечности адаптируются под зверя, усладливо потягиваются, вес исчезает, перевоплощаясь в энергию, которая подкупающе наполняет всё тело. Никакой боли, лёгкость движений, как у игривой волчицы и должно быть и твёрдость мышц, как у атлета. Белая шёрстка, рулевое управление хвостом. Клацая по асфальту когтями, я, прижав уши к голове, бураном снежным понеслась прочь от преследователей.

Машина Курбата остановились впереди. За ней ещё десяток. Переговоры, видимо, зашли в тупик, не успев начаться. Выбегали бойцы с ружьями и вставали в стойки, прицеливаясь в Оборотных за моей спиной. А я видела Сергея, который выскочил из машины и направился твердым шагом в мою сторону. Глаза его горели, он снимал куртку и начал оборачиваться. Его беты семь самцов, самые крупные из стаи последовали примеру вожака. И вот они готовы укрыть меня собой. А я на всех парах несусь на встречу. И только в последнее мгновение почувствовала запах кофе и сигарет.

Раздались выстрелы, крики и вопли. А я, как в укрытие в объятиях чёрного зверя, кубарем улетаю в кювет. Тщетно пытаюсь укусить чужого волка, хватаюсь за его лапу, что прибивает меня к земле, царапаю. Все мои попытки его покалечить безуспешны. Как зайцу стоп-сигнал, мои клыки и когти он словно не чувствует. Ухватил меня за холку и потащил за собой.

У меня не было иного выхода, запах собственной крови взбесил меня. Я стала оборачиваться человеком. Закричала, когда почувствовала, что зверюга не только ворот свитера в зубах держал, мои волосы и ремень сумки, он надкусил меня. Остановился наконец-то, опустил на землю и принялся зализывать рану.

Резко выхватив пистолет, я направила дуло в черную мрачную морду волка и выстрелила. Но пуля вхолостую просвистела в воздухе, он успел меня лапой отпихнуть от себя. Приняв на половину человеческий вид, самец издал угрожающий звук и рыкнул:

— Милана, это я.

— Охренеть, я так и поняла, что это ты, — ехидничала я, считая, что впервые его вижу, держала его на прицеле,

— Милана стреляй в него! — закричал Сергей совсем рядом.

Я должна была нажать на курок, но так как черный волк стоял дальше, чем выскочивший из кустов медведь, решила стрелять в рыже-бурую шкуру. Три пули попали в грудь, а медведю, как мёртвому припарка, выдержал всё и рухнул на меня. Вот и всё, подумала я, когда его клыки впились мне в плечо.

Чёрный волк-гигантская махина, и ни капли ему в размере не уступал серый хищник, поджарый и седой, который появился так же неожиданно, как и медведь. Грозный свирепый зверь, защищал меня, свою самку, с лютой злобой, впился медведю в шею и рванул в другую сторону оторвав косолапого от меня. Я чувствовала, как он бьется защищая. Полный злобы, озверелый альфа мгновенно обернулся человеком и выстрелил медведю в глаз. Бурый зарычал, стал мотаться из стороны в сторону, уже не представляя опасности для нас.

Чёрный волк был в опасной близости. Сергей выпрямился, оскалившись на врага. Я тут же подползла к его ногам и уставилась на того самого хмыря, которого вылавливал муж. Сильная рука погладила меня по волосам, растрепала причёску. Я сидела на земле молча, полностью доверившись своему мужчине. Твёрдый кулак волосы мои собрали в хвост. Сергей запрокинул мою голову немного вверх и приставил к моему лбу дуло пистолета. Точно знала, что он не причинит мне вреда, весь этот спектакль для черного волка. И план работал.

— Не смей, — сказал молодой мужчина, выкидывая вперёд руку с пистолетом. Сделал шаг назад. Ого! Он меня знает и видимо хочет. Я молча рассматривала его. Он уже приобрёл человеческие черты. Ничего так, отличный самец, не будь я замужем, легла бы под такого, к тому же альфа. — Не трогай её, что ты хочешь?

— Убей себя, — хохотнул Курбат. — Пулю в лоб пусти, и заяц точно выживет.