Глава 36

Джулия

На сороковой день после рождения мы крестили ребенка. Храм, венчавший нас чуть больше года назад, распахнул двери перед новым христианином. Бабушка Анна и в этот раз позаботилась о наряде для нас. Синий костюм сидел как влитой на Роберте, а голубого цвета шелковое платье для меня подгонялось за день до торжества. Я быстро возвращалась в форму, не жалея себя на тренировках.

Крестным мы пригласили Самурая, и он прилетел из России с молодой женой сегодня ранним утром.

– К декабрю тоже ждем маленького, – шепнула мне Лена, перед началом таинства. – Я так тебе благодарна, что ты познакомила меня со слоненком, и за то, что вытащила его из плена.

– Обращайся… Как Конни, не знаешь? – только сейчас я поняла, что совсем забыла про старого приятеля.

– Не стоит, наверное, в такой светлый день…

– Что с ним? – схватила я ее за руку и чуть мягче добавила. – Скажи, как есть.

– С Аней разговаривала недавно. Плох он совсем. В Германии под наблюдением врачей, – вздохнула Лена.

– Что же мне не позвонил? Эдвард чудеса творит.

– Там уже ничего не сделаешь.

– Юльчан, дай-ка крестника подержать, – прервал наш разговор Самурай, и я положила ему на руки Ника, запеленутого в хлопковую голубую, с вышитым тетушками гербом Фарреллов, пеленку.

– Репетируй, – я выдавила улыбку, мысленно пообещав себе завтра же позвонить Конни.

– Вылитый Британец, – прошептал приятель, рассматривая Ника. – Как глянул на меня утром синими глазищами, я сразу понял: гроза девок будет. А вот и Малой пожаловал.

Я обернулась и увидела Громова с букетом красных роз в дверях храма. Следом за ним вошла грузного вида молодая женщина с ребенком на руках, и я не сразу узнала в ней Стеллу. Она тронула Саню за плечо, но он отмахнулся от нее и пошел в нашу сторону.

Тут же возле меня возник Роберт. Я не просила его приглашать Громова, знала, что из-за Самурая муж не сможет поступить иначе.

– Наши поздравления молодым родителям, – Саня вручил мне цветы, пожал руку Роберту и хлопнул по плечу Самурая. – Здорово, дружище.

– Тише ты, – шикнул на него будущий крестный Ника. – Не видишь спит парень.

– Привет, Стелла, – улыбнулась я бывшей горничной, переминавшейся с ноги на ногу за спиной Громова. Она скользнула по мне пытливым взглядом и кивнула, досадливо скривившись. Я не знала, говорил ли ей Саня, что мы виделись ни один раз и прикусила язык, чуть не спросив, как поживает крошка Эмили. К тому же имя их ребенка не знал и Роберт. Я не рассказала ему о встрече в магазине.

Повисла неловкая пауза, но тут Саня повернулся к жене и ловко выудил из ее рук дочку. Приподняв кружевной лоскут с маленького личика, он с улыбкой прошептал:

–Это Эмили.

Девочка проснулась и голубые глазки, как у отца, сонно взглянули на меня. Она почмокала губами и снова прикрыла их.

– Красавица, – умилилась я.

– Готовая невеста уже, – толкнул Самурай плечом моего мужа.

На лице Роберта я не увидела восторга от этой идеи. С момента появления недружной четы Громовых, он сохранял вежливое выражение лица. Я знала, что за ним кроется обычно настороженность. Муж взял Ника у Самурая и прижал к груди.

– Сто лет не виделись, – шагнул наш русский богатырь к Громову и обнял его. – Познакомь с супругой-то.

– Мы не женаты, – Саня одной рукой вытащил свою спутницу из-за спины. – Стелла, это Самурай, я рассказывал тебе про него.

– Очень приятно знакомить с вами, – краснея, произнесла она по-русски, тщательно выговаривая буквы.

Громов недовольно взглянул на нее. Мне хватило нескольких минут, чтобы понять: любовью тут и не пахнет.

– Здравствуйте, мистер Фаррелл, – перешла она на английский и впервые за все это время улыбнулась. – Поздравляю с рождением сына.

– Спасибо, – сухо ответил Роберт. Для него ничего не осталось незамеченным.

Лучше бы Громов приехал один.

В храме собралось «множество знакомых и родственников кролика», как бабушка Анна в шутку называла гостей, приглашённых старшими Фарреллами.

Эдвард до сих пор находился на седьмом небе от счастья. Он преподнес мне такую диадему с бриллиантами, что Роберт, разбирающийся в камнях, даже позволил себе, осведомиться, во сколько же обошлось его рождение в свое время или внуки всегда стоят дороже. На что Фаррелл-старший серьезно ответил:

– Эта женщина вернула мне меня, тебя и подарила внука. Какие тут еще могут быть вопросы?

Церемония крещения прошла на высоте. Младенец Николай проснулся и с достоинством позволил погрузить себя трижды в купель. На руках у крестного он не бузил, а внимательно рассматривал его. Мы с Робертом стояли в стороне и любовались нашим первенцем. Эдвард, не упуская из поля зрения ни малейшей детали, тихо переговаривался с братом, Майклом Фарреллом. Элен и Джейн так сблизились с миссис Хант, что стояли, держа ее под руки и что-то нашёптывая с двух сторон.

Мы покидали храм одухотворенные и счастливые. В небо, как и в день венчания, взмыли белые голуби, приветствуя пришедшего в этот мир нового христианина.

* * *

Джулия

Машины с гостями вытянулись в длинную цепочку на пути в Фаррелл-холл, где уже на улице стояли шатры с закусками для торжества. Мне было не понять всего этого ажиотажа вокруг крестин. По приезде Эдвард увлек меня в круговорот ненавистных мне: здравствуйте, прекрасно выглядите, поздравляем, что вы говорите и прочих общих слов.

Наконец теплый июньский вечер и хорошее угощение развело людей в кружки по интересам. Виновник торжества мирно спал под зорким присмотром бабушек. Дочку Сани они тоже взяли под свою опеку. Роберт с Громовым и Самураем засели за бутылкой коньяка. Лена разговорилась с бабушкой Анной. Эдвард танцевал на площадке то с одной гостьей, то с другой. Стелла с унылым видом сидела и ковыряла ложкой торт. Для кормящей мамы не очень полезная еда, но это ее дело. Я наблюдала за ней весь день и не могла взять в толк, что меня настораживает в ней. Баба и баба. У Стеллы зазвонил телефон, опасливо озираясь она ответила, прикрывая трубку и рот ладонью. Наши с ней взгляды встретились. И вновь непонятная тревога охватила меня. Стелла выбралась из-за стола и тяжелой поступью направилась в мою сторону.

– Мне нужно забрать ребенка, – заявила она без предисловий.

Я молча кивнула ей, и мы вошли в дом. Мне тоже не хотелось разговаривать с бывшей горничной, которая за моей спиной спала с Громовым. Одно дело, если бы они это не скрывали и была любовь, но, как я понимаю, Сане просто нужно было где-то недалеко потрахаться. Мы поднялись в комнату Джейн, где сестры охраняли покой Ника. Около дверей сидел Колин. Он тут же встал, положив руку на пистолет, стоило нам появиться в начале коридора. Своему водителю и телохранителю Эдвард доверял безмерно. Стеллу Колин в комнату не пустил. В покоях мисс Фаррелл можно было бы снимать кино про эпоху начала двадцатого века. Ник и Эмили, спали на ее кровати под светлым хлопковым балдахином.

– Кормить еще рано, так спят хорошо, – засеменила ко мне Джейн.

– Стелла хочет забрать свою девочку, – в глубине души я надеялась, что любовница Громова задумала уехать пораньше.

– Пожалуйста, – пожала плечами Джейн. – Стой, я сама принесу. А то Николас почувствует тебя и проснется.

Я вышла из комнаты и вручила ребенка Стелле. Также молча мы вышли из дома. Меня не покидало ощущение, что рядом идет не женщина, а ползет ядовитая змея. Я оглянулась, посмотрела на Ралли, мою беззвучную тень и облегченно вздохнула.

– Что-нибудь еще? – улыбнулась я Стелле, соблюдая правила гостеприимности.

– Саня твой любовник. Я знаю, что ты спала с ним, когда Роберт уезжал.

Я будто босиком оказалась на раскаленном солнцем песке.

– Это неправда, – мне захотелось врезать от души этой курице. Если бы не ребенок и куча гостей, то несдобровать бы ей, несмотря на вес, как у борца сумо.

Жена Майкла Фаррелла неподалеку разговаривала с двумя дамами, чьи имена я так и не запомнила. Она улыбнулась мне, повернувшись, в момент, когда Стелла бросила обвинение мне в лицо.

– Правда, – полюбовница Громова гаденько улыбнулась и добавила. – Думаю, Роберту будет интересно об этом узнать из первых рук. Пожалуй, прямо сейчас и расскажу.

– Чего ты добиваешься, Стелла?

– Можем обсудить варианты.

Так она меня шантажировать вздумала! Вот мешок с дерьмом! Я оглянулась в поисках Роберта или хотя бы Громова, но, шатер, в котором они сидели опустел.

– Давай только не сегодня? – предложила я. – Встретимся завтра в городе.

– Нет, я слишком долго ждала, – она посмотрела по сторонам. – Предлагаю прогуляться по парку, чтобы не привлекать внимание.

– Хорошо, – улыбнулась я, замыслив дойти с ней до конюшни, запереть ее там и позвать Саню, чтобы угомонил ее. Вот только Ралли не стоит в это посвящать, иначе Эдвард окажется там раньше Громова.

– Давай только без лишних ушей, – кивнула она в сторону моего телохранителя.

Что-то щелкнуло в подсознании, и я передумала избавляться от Ралли.

– Он умеет быть слепым и глухим, – жестко произнесла я. – Пойдем.

Мы углубились в парк, стараясь не привлекать внимание гостей. По центральной дороге катили машины, гости понемногу начали разъезжаться, и я предложила свернуть на боковую аллею.

– Саня не любит меня… – Стелла привыкла разговаривать с Громовым короткими простыми фразами, поэтому я прекрасно понимала, все что она говорит по-английски. Из ее обвинений я поняла, что она подсматривала за Саней, когда он пользовал меня в бесчувственном состоянии. Все остальное надуманное ею из мести. Ничего нового, но лучше все-таки запереть эту предприимчивую даму.

До конюшни оставалось метров сто, когда я услышала шорох шин по гравию. Я обернулась и уставилась на приближающийся «ягуар». Наверное, кто-то из гостей свернул не в тот поворот. Но почему не спросил у Ралли. Я похолодела не увидев его.  Из автомобиля выскочил здоровенный детина и ударом в живот и по шее повалил меня с ног.

В себя я пришла уже в машине и поняла, что голова моя лежит на мужских коленях. Пару раз в жизни я уже бывала в подобной ситуации, но, увы, это явно не Волк. Голос Стеллы чуть не заставил меня подпрыгнуть, но я сдержалась, не выдав себя.

– Давай деньги и высади меня у вокзала, – такого делового тона я от нее в жизни не слышала. – Надеюсь, больше никогда не увижу этих тварей.

– Гарантирую, что не увидишь, – от звуков голоса меня словно разрядом тока прошило. Я села и, обуреваемая ненавистью, уставилась на Сергея.

– Как же я ждал этой встречи, дорогая, – он потрепал меня по коленке и взгляд его черных глаз опалил меня. – Сейчас мы девушку отпустим и побеседуем с тобой.

Стелла посмотрела на меня и процедила сквозь зубы:

– Русская дрянь.

– Заткнись, – неожиданно одернул ее Сергей. – Держи свои деньги и проваливай.

Машина остановилась на перекрестке, и Стелла с ребенком вышла, сжимая в руках пухлый конверт. Она перешла дорогу и, переваливаясь как утка, заспешила к железнодорожной платформе.

Я дернула на всякий случай ручку, но дверь оказалась, конечно же, заперта.

* * *

Роберт

Мы с парнями вернулись в шатер и налили еще по сто грамм.

– Так ты решил ехать в Москву? – с одной стороны, жалко Стеллу, с другой, мне было бы спокойнее если бы Саня уехал.

– Да, уже билеты купил. Как раз вместе с Самураем и улечу.

– А как же ребенок? – крякнул Дмитрий.

– Стелла не отдаст мне Эми, а жить с этой мадам я больше не могу.

– Она знает, что ты улетаешь? – меня кольнула совесть, ведь это с нашей подачи Стелла взялась выхаживать Громова. Теперь несчастная останется одна с младенцем на руках.

– Нет. Надеюсь, что нет. Шарит по всем моим вещам круче полицаев.

– Она же не работает, – подталкивал я Саню к разумным выводам.

– Первое время родня пусть ей помогает, а я устроюсь, буду высылать деньги. А может надумает мне ребенка отдать.

Мы выпили и Саня, помявшись, попросил:

– Пожалуйста, не говори Юле, пока я не уеду, о моём решении. Мне будет тяжело объясниться с ней. Я оставлю письмо.

– Как скажешь, – я вышел из шатра и, оглядев окрестности, не увидел жены.  В доме ее тоже не было. – А где, кстати, Джу?