Глава 37

Джулия

– Зачем явился? Все не угомониться? – я с интересом уставилась на бывшего жениха. Под миндалевидными глазами залегли темные тени, всегда аккуратно зачесанные назад густые волосы теперь были коротко острижены, под джемпером уже не проступали хваленые бицепсы, которыми Сергей так кичился. Его пальцы нервно перебирали деревянные четки, а носок ботинка выбивал дробь по коврику машины.

– С ответным визитом, так сказать, – усмехнулся Сергей одним уголком рта. – А то приехала в гости, разнесла весь дом, а поздороваться так и не удосужилась.

– Может, еще поцелуемся? – натянуто улыбнулась я.

– Поцелуемся. И не только…

Я глянула в окно, водитель гнал машину в сторону побережья. Надеюсь, там нас не поджидает яхта.

– Где ты с этой мразью познакомился?

– Я хотел начать с твоего белобрысого дружка и подкатил к Стелле, – Сергей прислонился к двери и закинул ногу на ногу. – Мы нежно дружили пару месяцев, катая коляску по улицам. Я выслушивал какая ты тварь. А недавно Стелла спросила не знаю ли я, как в Лондоне можно нанять киллера. Милая леди, не правда ли? Тут-то я ей и признался, что тоже имею на тебя зуб. Рассказал, как ты бросила меня. Но это не тронуло Стеллу, она поняла, что я неслучайно с ней познакомился. С этого момента она уже тянула с меня деньги, обещая помочь поквитаться с тобой. Но взяла слово, что я не трону ее красавца.

– Любовь порой доводит до безумия, – мысль о яхте плотно поселилась в моей голове. – Куда мы едем на этот раз? Хочешь, чтобы я ещё станцевала тебе?

– Уже нет, – Сергей достал револьвер и раздался щелчок предохранителя. – Церемониться мне с тобой некогда. Так что молись, тварь.

– В моей жизни был только один мужчина, – дрожь пробежала по телу от мысли, что Эдвард может не успеть помочь мне в этот раз. – Не цепляет.

– Так мы это исправим, – Сергей облизнул губы, – Дурное дело нехитрое.

– Прямо здесь? – я решила идти ва-банк и опустила лямки платья так, что обнажилась грудь, разбухшая от молока.

Бедный Ник. Наверное, проснулся и плачет от голода. Я взглянула на шею Сергея. Добраться бы до его горла, не будет иного способа, загрызу.

– Покажи себя всю, – оживился Сергей, двинув подбородком. – А взгляд-то какой у тебя! Подсела на секс? Тогда зря от меня сдернула.

Я смотрела на него плотоядно, но он даже не мог предположить, какие мысли сейчас кружили в моей голове.

– Может, и зря, – томно произнесла я и коснулась пальцами своей груди, превратив соски в твердые горошины. – Накануне свадьбы я не оценила твоих жарких поцелуев. Не поверишь, но я помню вкус твоих губ.

У Сергея в глазах загорелось желание, будто костер, сбрызнутый бензином. Под брюками у него образовался бугор. С отвращением я вспомнила, как в подвале он засунул мне свое хозяйство в рот и с трудом удержала на лице выражение похотливой кошечки. Подонок, я ведь была тогда еще девственницей.

Привстав на одно колено, я медленно подобрала юбку. Сергей подался вперед, положив пистолет к заднему стеклу.

– Сними белье.

– Я не могу и юбку держать, и раздеваться.

– Хочешь поиграть со мной? – Сергей потянул одну за другой ажурные тесемки трусов вниз и коснулся пальцами моей плоти. – Какая гладенькая.

Его шершавая ладонь скользнула по животу и до боли сжала грудь. Я стерпела и это, невзначай положив руку на спинку сиденья рядом с пистолетом. Он втянул по очереди в рот мои соски и, схватив за бедра, пробормотал:

– Как ты вкусно пахнешь!

– Так возьми меня, – выдохнула я и, дотянувшись до пистолета, просунула палец в спусковую скобу.

Сергей с рычанием повалил меня. В следующий момент я всадила в его тело три пули и оттолкнула от себя. Он повалился на дверь, хватая воздух будто рыба, выброшенная на берег и зажимая ладонями раны на животе. Сквозь его пальцы стекала кровь. Впервые в его глазах я увидела страх.

Водитель оглянулся и растерянно уставился на дуло пистолета, тут же развернутое в его сторону.

– Тормози, скот, или твои мозги окажутся на стекле, – руки мои тряслись, а слезы застилали глаза.

Водитель замешкался и, не справившись с управлением, вылетел на встречную полосу.  Едва увернувшись от двух машин, «ягуар» зацепил морду третьей и полетел вниз по склону.

Роберт

Руки мои дрожали, и я чуть не выронил телефон, когда мне вынес дворецкий мобильник Джу.

– Он лежал на рояле, мистер Фаррелл.

Номер Ралли тоже не отвечал.

– Что ты мечешься? Где Джу? Кормит Ника? – Эдвард, держа под руку Майкла, подошел ко мне.

– Надеюсь, – я набрал номер Джейн.

– Джу у вас?

– Она забрала девочку и ушла вместе с этой неприятной особой, – доложила тетушка. – Ник просыпается, передай Джулии, как найдешь ее, чтобы зашла.

– Саня, где женщина твоя? – обернулся я к Громову.

– Не знаю… Мы же с тобой здесь сидели, – Саня тоже достал телефон, и на лице его появилось выражение, будто он проглотил муху. Вскоре оно сменилось недоумением. – Абонент не доступен.

Жена Майкла окликнула мужа и поспешила к нам.

– Что за сбор, господа?..

– Ты не видела Джулию? – перебил ее Эдвард.

Она замялась.

– Я не запомнила имени полной такой дамы с ребенком. Она обвинила Джулию в нелицеприятных вещах…

– Каких? – гневный взгляд отца метнулся в сторону Сани и снова остановился на жене брата. – Впрочем, я догадываюсь. Черт! Кто-то слышал еще об этом?

– Думаю, нет. Я услышала только потому, что смотрела на них в этот момент. Эдвард, скажи, что это неправда!

– Это неправда. И куда они пошли?

– Джу ушла с ней по центральной аллее.

– Где Ралли? – обратился отец ко мне.

– Его телефон не отвечает, а телефон Джу вот, – раскрыл я ладонь. – Она не могла уйти без телефона надолго. Знает, что Ник может проснуться…

– Что ты говоришь, – съязвил Эдвард, достал телефон и позвонил на охрану: – Список с машинами, побывавшими сегодня в поместье мне на стол и обыскать парк немедленно. Джулия пропала.

Через минуту охрана Фаррелл-Холла прочесывала дом и парк, а мы с отцом в его кабинете просматривали список машин. С удивлением он обнаружил, что не видел сегодня профессора анатомии из университета, мистера Тейлора. В действительности его «ягуар» въезжал сегодня в поместье и недавно покинул. Фаррелл-старший позвонил ему домой:

– Мэри, добрый вечер! – голос Эдварда дрожал. – А где Бен?

– Разве он не у тебя? – услышал я встревоженный голос его жены.

– Нет. Я перезвоню тебе.

Зазвонил телефон, и Эдвард включил громкую связь:

– Мы нашли Райли, – доложил Алекс, начальник охраны. – Его застрелили.

– У меня охрана или церковный хор? – отец сорвался на крик. Лицо его побагровело.

– Мистер Фаррелл, он дышит еще.

– Сейчас подойду, – Эдвард сбросил звонок, обернулся ко мне и сунул листок с номерами машин. – Роберт вызывай полицию и скорую. Назови им номер ягуара. Пусть объявят перехват. Я сейчас свяжусь со Смитом. Они не могли далеко увезти Джулию.

В коридоре послышался плач Ника, и в комнату вошла Элен, держа моего сына на руках. Слезы текли по его раскрасневшимся щечкам.

– Роберт, где наша мамочка?

– Пошлите кого-нибудь за смесью к нам домой, – я рассеянно погладил сына по голове и позвонил в полицию.

Хмель выветрился, как не бывало. Я не мог вымолвить ни слова от сковавшего меня горя. Я не знал в какую сторону лететь. Громов с Самураем ждали меня на улице. Втроем мы перенесли Ралли в дом.

Гости успели разъехаться. Остались лишь два врача с женами, коллеги Эдварда.

Они колдовали вместе с ним над бесчувственным телом охранника Джу. Вскоре парк наполнили сирены патрульных машин. И почти тут же раздался звонок:

– Роберт, это Стив Смит. Машина, про которую спрашивал Эдвард, только что попала в аварию. Полиция уже выехала на место, – мистер Смит назвал место и повесил трубку.

Мы прибыли на место происшествия одновременно со скорой. Пара полицейских замерли возле распростертых на земле трех тел. Джу лежала неподвижно. Ее голубое платье побагровело от крови.

– Джулия! – бросился я вниз по склону.

– Я убью тебя, – бормотал отец, не отстававший от меня ни на шаг. – Если она мертва, убью на месте.

Я припустил быстрее, даже не допуская мысли о смерти моей девочки. «У кошки семь жизней» – вертелись в моей голове слова, однажды ею сказанные.

– Не вздумай её шевелить, – крикнул Эдвард мне вслед.

* * *

Джулия

Водителя спасла подушка безопасности, а меня обмякшее тело Сергея. Подбежавшие люди вытащили нас из машины и уложили на землю. Я сильно ударилась головой и плечом, когда машину перевернуло. Остальное вроде было цело. Из горла Сергея вырвался стон.

– Тварь, ненавижу, – прохрипел он, не в силах пошевелиться.

– Прости, – промямлила я, балансируя на грани сознания. – Ты не оставил мне выбора.

Мы смотрели друг на друга, но говорить больше не могли.

– Судя по документам водителя, они русские, – услышала я английскую речь. – Мафия. Уже и сюда добрались.

Издалека раздался крик Эдварда, и сердце мое забилось от радости. Вскоре надо мной нависла всклоченная голова Львенка:

– Жива? – прошептал он побелевшими губами, и его горячие слезы упали мне на лицо.

Я не могла выдавить из себя ни слова.

– Джулия, говорить можешь? – взгляд синих глаз Эдварда опалил меня.

– Да, – попыталась я приподняться на локтях, но резкая боль в плече выстегнула меня.

– Позвольте подойти к пострадавшей, – как сквозь туман произнес незнакомый голос.

– Я её личный врач, – послышался голос Эдварда. – Окажите лучше пока помощь другим.

– Отец, она ранена, смотри сколько крови.

– Это он убил её! Уберите подальше эту падаль, пока я не добил его, – добавился голос Громова. А я-то думала, кого еще не хватает в этом хоре.

– Да жива она, жива, – объяснял кому-то Эдвард. – Просто без сознания. Похоже, это не её кровь.

Острие иглы впилось мне в плечо, и вскоре взгляд мой прояснился.

– Маленькая моя, как ты? – Роберт схватил мою ладонь, и я чуть снова не потеряла сознание.

– Похоже, руку сломала, – прошептала я, склонившимся надо мной Эдварду и Роберту. – Голова трещит и тошнит немного. Нужно задержать Стеллу, она подставила меня. Кровь не моя. Это я стреляла в Сергея…

– Час от часу не легче, – Фаррелл-старший оглянулся и приложил палец к губам, – Ничего никому не говори. Закрой глаза и лежи тихонько.

– Роберт, положи Джулии что-нибудь под голову и прекрати хватать ее за руку, – Эдвард снял с себя фрак и накрыл меня.

К нам подошли врач и два полицейских. Мистер Фаррелл встал и быстро затараторил по-английски.

– Закрой глаза, – прошептал мне Роберт, и я быстро сомкнула веки.

Вскоре мне наложили шину на руку и положили на носилки. Я лежала, не подавая признаков жизни. Только в машине скорой помощи приоткрыла глаза. Роберт смотрел на меня словно видел впервые. В его потемневшем взгляде застыла жгучая боль. Он поднес мои пальцы к губам и поцеловал, после чего уткнулся лбом в мою ладонь. В машине мы были не одни, и я сочла, что лучше будет пока вновь прикинуться спящей. Я окончательно пришла в себя, и если мне и было плохо, то только от того, что теперь я боялась оказаться за решёткой. Самооборона самообороной, но законы никто не отменял.

В клинике Эдварда быстро выяснилось, что у меня не перелом, а вывих. Я чуть не потеряла сознание, когда дежурный хирург мне правил плечо на место. Состояние шока постепенно проходило, но врачи мне не позволили встать. Меня напоили чаем с молоком и на носилках отнесли в отдельную палату. Фаррелла-старшего я нигде не видела. Судя по всему, в этот раз он поставил в приоритет мою свободу, осознав, что здоровью любимой женщины ничего не угрожает. Вздох облегчения вырвался из моей груди, когда мы остались вдвоем с Робертом. Он повернул ключ в двери и повернулся ко мне, прислонившись к стене.

– Где Ник? – я села на постели, одной рукой расстегнула молнию сбоку и стянула с себя лямки платья. – Ну надо же! Такая красота превратилась в никуда негодную тряпку.

Мне было неловко за свою очередную самодеятельность, и я не знала, что сказать мужу.

– Приди немного в себя, и я пошлю за сыном, Колин его привезет, – Роберт оторвался от стены, прошелся по комнате и сел около меня на стул. Отчаяние вновь промелькнуло в его глазах. – После всего, что случилось, тебя беспокоит только испорченное платье?

– Брось, Львенок, – я наконец-то избавилась от прилипшего к животу наряда и уставилась на свое тело, перепачканное кровью Сергея. – Конечно же нет! Меня беспокоит много чего. Например, что мне будет за превышение самообороны, а также выживет ли Сергей. Смогут ли задержать Стеллу, ведь она сначала хотела нанять киллера, чтобы меня убить, а потом хладнокровно согласилась участвовать в моем похищении. Что случилось с Ралли и куда смотрела остальная охрана…

Роберт перебил меня, вскочив со стула:

– Джу, родная, как ты со мной живешь? Всеми этими вопросами должна заниматься не ты, а я! В момент, когда тебя похитили, я коньяк с друзьями пил. Почему тебя это не волнует?

– Поцелуй меня, пожалуйста, – попросила я, сообразив, что Роберта угрызения совести мучают еще больше, чем меня.

– Мне стыдно даже смотреть в твои глаза, – вцепился муж в свою шевелюру, – Из-за меня ты снова чуть не погибла.

– Я так и буду стоять по локоть в крови?

Роберт подхватил меня на руки и отнёс в ванную. Палата класса люкс была оборудована и душевой кабиной, и джакузи. Белоснежный кафель на стенах и полу сверкал как снег в горах. Я с удовольствием вытянулась на дне ванной, а Роберт включил душ и взялся за мочалку.

– Я так был уверен в Ралли, что совсем расслабился. Его тяжело ранили, он сейчас на операции.

– Только бы выжил! Эдвард его оперирует?

– Нет, скорее Патрик. Отец сейчас объясняется в полиции, – Роберт встревоженно посмотрел на меня. – Надеюсь, Сергей тебя не изнасиловал?

Я содрогнулась, вспомнив прикосновения бывшего жениха и, забрав мочалку у мужа, принялась с остервенением стирать невидимые следы поцелуев с груди.

– Что ты молчишь? Было что-то? – Роберт вцепился в край ванной, и костяшки пальцев его побелели.

– Может тебя удивит, но он меня больше хотел убить, чем оттрахать, – натянуто улыбнулась я, смывая красноватую пену теплой водой. – Так что мне пришлось его соблазнять, чтобы завладеть пистолетом.

– И?..

– Роберт, – одернула я мужа, – меня хотели убить, а тебя интересует присунули мне при этом или нет! Нет, конечно. В момент, когда Сергей повалил меня, пистолет перекочевал уже в мои руки. Я всадила ему в живот не помню сколько пуль, и направила пистолет на водителя. А тот от испуга вылетел на встречную. Остальное помню смутно, спасло меня от переломов во время кульбитов, придавившее тело Сергея. Львенок… Меня не посадят?

– С ума моя девочка сошла! Ты выполнила работу за Интерпол, задержала опасного преступника.

– Если с такого угла смотреть, то мне должны, как минимум, вручить грамоту.

– Королева сохранила лицо и корону, – Роберт, открепил диадему из остатков прически, намочил и намылил волосы.

Я замурлыкала от удовольствия, когда он мне массировал голову.

– А вассалам следует быть аккуратнее, – рассмеялся Роберт и соорудил мне из намыленных волос пирамиду. –  Ее величество уже начала отстрел особо настырных.

– Не войти бы во вкус, – зевнула я. – Спать хочется.

Роберт смыл с меня остатки шампуня, выключил воду и завернул в белое полотенце.

– Отдохни немного, – уложил он меня в постель и накрыл одеялом.

– Разбуди меня, как приедет Эдвард, – пробормотала я, усыпая.

* * *

Джулия

– Переживать не о чем. Адвокат всё уладит… Сын, принеси мне крепкого чая.

Я проснулась от звуков голоса Фаррелла-старшего и скрипнувшего рядом стула. Душа моя наполнилась покоем. Я приоткрыла глаза, когда хлопнула дверь. За окном уже стемнело. Эдвард сидел возле моей постели, изучая в свете ночника бумаги.

– Привет, – тихо позвала я его.

Он встрепенулся и его ладонь коснулась моей.

– Ах, Джулия, Джулия! – его лицо осунулось, а глаза потемнели. – Куда тебя опять понесло? Выпороть бы тебя как следует.

– Мне грозит срок? – проснулась я окончательно и села на кровати, но тут же содрогнулась от боли в плече и правой груди. Я прикоснулась к ней, она отвердела и пылала огнем, а тело мое бил озноб. – Что это?

Эдвард стянул с меня полотенце и оценивающе взглянул.

– Утром нормально все было? – он встал, закрыл на ключ дверь и вернулся к постели.

– Нормально, – я всхлипнула. – Я смогу кормить Ника?

– Подвинься, – Эдвард сел на постель и его прохладные пальцы заскользили по моей груди, разминая долю за долей.

Чувство неловкости прошло, а боль все еще не отпускала.

– Давай в ванную живо, – он взял телефон и позвонил Роберту. – Погуляй полчаса. А потом приходи со льдом и градусником.

В ванной я подобрала трусы и натянула на себя. Сзади раздался смешок.

– Да, я тебя стесняюсь, – выпрямилась я и повернулась к Эдварду.

Он глазами мне показал на джакузи:

– Ложись давай.

Эдвард продержал меня в ванной не меньше получаса. Он то поливал мою грудь струями теплой воды, то массировал и сцеживал застоявшееся молоко. Я терпела, сжав зубы. Облегчение пришло не сразу, но наконец боль отступила. В умелых руках Эдварда грудь превратилась в мягкую глину. Наконец он выключил воду и провел тыльной стороной ладони по моей щеке.

– Нет ничего страшнее львицы, которую разлучили с детёнышем, – его голос проникал в самое сердце. – Не хотел бы я оказаться по другую сторону барьера от тебя.

Он встал и положил на край ванной махровый халат.

– Одевайся и приходи в комнату.